Logo

Загон. «Просто ветер», режиссер Бенце Флиегауф

Между 21 июля 2008 и 3 августа 2009 года в Венгрии произошла серия нападений на поселения рома1. Пре-ступники использовали огнестрельное оружие и коктейли Молотова. Шесть человек были убиты, пятеро получили ранения разной степени тяжести, всего пострадали 55 человек. В 2009 году полиция задержала четырех подозреваемых, сейчас идет расследование.

Впрочем, Бенце Флиегауф, наметив ситуацию несколькими титрами, ограничивается в фильме «Просто ветер» одним днем из жизни семьи рома. Живут они на далекой окраине, почти в лесу. Мать-одиночка Мари (Каталин Тольди) работает уборщицей на дорогах и в школе, немощный дед Томи лежит дома, дочь-подросток Анна (Дьёндьи Лендваи) учится, после уроков посещает бедствующих соседей и делает татуировки подружкам-готам, сын, одиннадцатилетний Рио (Лайош Шаркань), шалопайничает, как многие его ровесники. Обычная семья, рутина с первой минуты.

Однако день начинается с похорон. Рио слоняется на краю кладбища, поодаль проходит церемония: гроб опускают в могилу, немногочисленный ансамбль начинает заунывно: «Они убили твоего отца…», быстро переходя к стремительному наигрышу вполне в духе стереотипов о весельчаках-цыганах. Важный пролог, необходимый для понимания финала.

Тема расизма у Флиегауфа уже появлялась в «Чреве» (2010): в мире, где клонирование стало массовым, дети, рожденные таким образом, получали обидное прозвище «дубляшки» и подвергались остракизму не только со стороны сверстников, но и взрослых. Расизм в «Ветре» — преимущественно закадровая, но нестерпимо близкая угроза.

Пространство предыдущих фильмов Флиегауфа так или иначе избыточно и в этом избытке условно. Протагонист «Дилера» (2004), молодой наркоторговец, странствует на велосипеде от клиента к клиенту по опустошенному неведомым катаклизмом городу, изредка наталкиваясь на несчастливцев, одержимых безумием, постепенно теряет интерес к жизни в долгих тягостных паузах. Забытый родителями мальчишка в короткометражке «Линия» (2004) мечется по огромным полутемным коридорам школы, преследуемый незримой силой, которая загоняет его в окаменевший строй. Герои «Чрева» большую часть времени проводят в доме на берегу моря, молча, наедине друг с другом и с собственными кошмарами, воспоминаниями. Фон для разрозненных бытовых эпизодов «Млечного пути» (2007, «Золотой леопард» в Локарно) вновь составляет усредненный мегаполис: не столько городской ландшафт, сколько его обозначение чередой средних и общих планов. Образовавшийся зазор между обширными подмостками и видимой второстепенностью действия определял экзистенциальную пустоту, в которую ухали жизни героев.

Среда в фильме «Просто ветер» отличается особой насыщенностью, инфернальной вязкостью и подчас ужасающе конкретна: это лес (в котором Флиегауф ранее не снимал), дорога, заброшенные здания — от загаженного дома наркоманов до обгоревших руин. Соответственно, предполагаются деятельные герои. Мари проходит по предписанному маршруту из дома на работу, на вторую работу и назад. Анна из школы отправляется в библиотеку — читает о недавних убийствах, оттуда — к соседям-наркоманам, чтобы отвести их дочку на реку помыться. Рио забирается в жилище, опечатанное полицией после убийства хозяев, потом в недавно сожженный дом, наконец в оборудованное им в лесу на случай нападения убежище.

Каждый из троих встречается с теми или иными проявлениями насилия или нетерпимости. Повздоривший с Мари администратор школы, включив перед ее лицом вентилятор, угрожает: «Здесь пахнет смертью». Анна наталкивается в раздевалке на двух малолетних подонков, пытающихся изнасиловать одноклассницу, но отворачивается, уходит. Рио, копаясь в опаленных руинах, натыкается на человека, который настолько сливается с развалинами, что с первого взгляда трудно понять, живое ли это существо или изувеченные, обгорелые останки. А еще — взрыв расистской ругани у забегаловки на пути Мари, ополченцы-ромы, расспрашивающие Рио о только что виденном в лесу чужаке, мотив мелкой россыпи — косточки, орехи, скорлупа, — который прорывается смертельной дробью в финале. Вершина циничной простоты — разговор двух полицейских, случайным свидетелем которого становится Рио, спрятавшийся в опечатанном доме. Старший патрульный повторяет фразу: «Они неправильно передают послание» — то есть семья, вырезанная в этом доме, была законопослушной, то ли дело те, кто живет кварталом ниже, он мог бы подсказать их адрес при случае.

Крупный план, доселе нечастый в режиссуре Флиегауфа, усиливает оптику расправы: Мари, которая передвигается по городу с опущенными глазами, Анна, растянувшаяся на парте в сумеречном безделье, Рио, скрывающий свой страх в лесу, равно беззащитны под этим прицелом. Травмирующая энергия проникает и в звуковые акценты: музыка использована скупо, почти сливается с фоном — то как будто кто-то далеко, неумело, с маниакальной настойчивостью настраивает пианино, то тягучий звук проходит через эпизоды недобрым акустическим пунктиром.

Как следствие, в заполненной пространственной форме полоса отчуждения обращается постоянно нарастающим давлением. Граница ненависти сжимается вокруг тех, кто, по общему поверью, не знает границ2; в конце дня Мари проходит неподалеку от не замечающего ее Рио, который с недетским остервенением добивает палкой ни в чем не повинное деревце. У этой войны нет задач захвата территории, ее цель — очистить саму территорию от жизни. Чем ближе ночь — тем уже кольцо охоты.

Истребление — внутри стен, из которых уже не выбраться. Это обреченные, добровольно явившиеся к месту казни. Это ветер, сливающийся с шорохом колес машины, на которой приехали убийцы. За несколько секунд до выстрелов. Просто ветер.

Убитых оденут ярко, в лучшее.

Им сыграют на скрипках, бубнах и гитарах.

Наконец-то они будут выглядеть, как настоящие цыгане.

1 Рома, ромы — самоназвание европейских цыган, также принято как корректное обозначение этноса в целом. Мужской род, единственное число — ром, женский род — ромни.

2 Здесь уместно вспомнить слова Вима Вендерса, опубликованные в каталоге первого в истории Венецианской биеннале павильона рома (2007): «Давайте очистим наши головы, откроем наши уши и глаза для творческого потенциала этой первой, истинно европейской культуры, которая может только обогатить наше понимание будущей Европы без границ».

 


 

«Просто ветер»
Csak a szel
Автор сценария, режиссер  Бенце Флиегауф
Оператор  Золтан Ловаши
Художник  Бенце Флиегауф
Композиторы  Бенце Флиегауф, Томаш Беке
В ролях:  Каталин Тольди, Дьёндьи Лендваи, Лайош Шаркань, Дьёрдь Тольди
Inforg M&M
Венгрия — Германия — Франция
2012

© журнал «ИСКУССТВО КИНО» 2012