Лео Каракс: "Мне кажется, я делаю фильмы для исчезнувших людей"

На предложение посетить Киевский международный кинофестиваль "Молодость" Лео Каракс откликнулся охотно. Однако сам визит, судя по настроению гостя, получился далеким от триумфального. Уже первое появление режиссера на публике было исполнено в стиле смиренного пораженчества. Выйдя на сцену Киевского дома кинематографистов с безмолвным Гийомом Депардье представлять свою последнюю картину "Пола Икс", Каракс проговорил что-то насчет приятного просмотра и мрачно ретировался.

Оба героя вечера были в поношенных темных пальто, за Караксом чуть ли не по полу волочился длинный красный шарф. В этой полуклошарской, полубогемной униформе они и бродили все девять фестивальных дней -- хмурые, постоянно курящие и независимые. Публика отреагировала столь же мизантропично: большую часть аудитории "Пола Икс" озадачила и очень многих раздосадовала. Но при этом все "караксоведческие" разговоры велись преимущественно вокруг этой картины, хотя во внеконкурсной программе состоялись еще и показы фильмов "Любовники Нового моста" ("Любовники Понт-Неф"), "Дурная кровь", полнометражного дебюта "Парень встречает девушку" и короткометражки "Без титров".

 Неудивительно, что и наша беседа с режиссером складывалась соответственно, то есть с большим трудом, поскольку разговорить необщительного "золотого парня 80-х" (по определению журнала "Кайе дю синема") оказалось делом почти нереальным. Слова Александр Оскар Дюпон (настоящее имя Каракса) явно экономил, говорить хотел в основном о "Поле Икс" и нещадно чадил сигаретами.

 

Дмитрий Десятерик. До появления "Полы Икс" вы отсутствовали в кинематографе почти десятилетие. Что побудило вас сделать столь длительный перерыв? Каковы ваши ощущения теперь, когда работа завершена?

Лео Каракс. Восемь лет -- это достаточный срок, чтобы успеть пойти к черту и вернуться. Каждый раз, когда я начинаю какой-то проект, он ничем не заканчивается. Ныне вновь то же. Конечно, я несколько расстроен этим и поэтому сейчас просто путешествую, набираюсь каких-то идей, чтобы понять, стоит ли еще заниматься кино.

Дмитрий Десятерик. Недавно вы сказали, что вернулись в кино, потому что в мире уже не осталось ни одной живой души, с которой можно поговорить. Учитывая, что зрители -- это тоже живые души, к кому вы обращаетесь?

Лео Каракс. Ну, знаете, я не могу сказать, к кому адресую ту или иную работу, будь то фильм или что-то еще. Иногда мне кажется, что я делаю фильмы для каких-то фантомов, для уже исчезнувших людей. Может быть, они где-то и сохранились, всего несколько человек, но я их не встречаю.

Дмитрий Десятерик. В разговоре с вами трудно обойтись без упоминания "новой волны"...

Лео Каракс. Я открыл для себя "новую волну" и немое кино одновременно, причем довольно поздно, где-то уже в возрасте шестнадцати-семнадцати лет. Я действительно обязан "новой волне", поскольку начал снимать фильмы благодаря ей. Именно кино Годара и Трюффо еще раз подтвердило тот факт, что можно создавать несоциальные фильмы, что необязательно интегрировать персонаж в какой-то социальный мир, в особое пространство, в выдуманный контекст, что можно следовать своим собственным внутренним правилам. Это те правила, которые открываешь для себя не сразу, которые выковываются постепенно. Первое: никогда не нужно делать фильм в одиночку. Его можно сделать вдвоем или втроем -- я имею в виду полноценное соавторство, разделение ответственности и взнос каждого в общее дело. Второе: необязательно иметь такие мощности, такие колоссальные студии, которые существуют в Голливуде, в той же России. Надо просто занять свою нишу, что ли, быть всерьез увлеченным чем-то, о чем только ты можешь сейчас рассказать. Это и есть главная работа.

Дмитрий Десятерик. А профессиональное обучение важно?

Лео Каракс. Из кинематографистов, которых я люблю, никто не учился в киношколах. Я тоже не учился кинорежиссуре.

Дмитрий Десятерик. Во время расцвета той же "новой волны" подчас мало было заявить о себе как о хорошем режиссере -- тот же Годар считал нужным придерживаться еще и определенной политической позиции. Насколько это актуально для вас?

Лео Каракс. Я думаю, что все очень запутано в том, что касается "новой волны". Трудно сказать, кто там занимал какие-то позиции, идеологические или политические. Я, в общем-то, происхожу из семьи некинематографической и не знаю, какой была ситуация в кино в те времена. Это может показаться очень претенциозным, но я считаю, что можно утверждать только то, о чем знаешь лично, на что имеешь свою точку зрения.

Дмитрий Десятерик. Действие ваших фильмов происходит в достаточно маргинальной среде. Все же не оговорились ли вы насчет внесоциальности?

Лео Каракс. Нет, здесь не в среде дело. Когда вы приближаетесь к другому человеку, вы идете навстречу другому миру. Может быть, в "Поле Икс" это еще более точно сказано. Ведь у Пьера, главного героя, еще нет никакого жизненного опыта, и внезапная встреча с сестрой -- его первый серьезный опыт.

Дмитрий Десятерик. В смысле опыта мне кажется, что на вас большое влияние оказывал и оказывает Достоевский.

Лео Каракс. "Пола Икс" -- это адаптация романа Германа Мелвилла "Пьер, или Двусмысленности", который был написан в XIX веке. Этот роман, по-моему, в духе Достоевского, к тому же во время работы над фильмом я читал его "Подростка". Думаю, в картине есть попытка сохранить верность роману прошлого века. Вот, пожалуй, и все.

Дмитрий Десятерик. Большая часть сюжета разворачивается в очень странном интерьере -- то ли заброшенная фабрика, то ли Ноев ковчег, то ли мастерская художника. Похоже еще на базу для подготовки террористов. Что это за место, существует ли оно в реальности?

Лео Каракс. В романе это церковь или, скорее, подобие церкви, помещение некоей секты. Сначала я хотел снимать этот эпизод в Литве, в Вильнюсе. У меня даже была идея, чтобы герой сел в метро в Париже, а вышел в Вильнюсе. Но на практике это оказалось слишком сложно, и мы сняли почти все эпизоды в Германии, в старых заводских цехах XIX века, конечно, построив там соответствующие декорации. В реальности же такого места не существует.

Дмитрий Десятерик. Ваш фильм достаточно дорогой. Каким было его финансирование?

Лео Каракс. Первые деньги я нашел в Японии, потому что Франция совсем не выделяла средств. Сейчас у меня есть частные продюсеры во Франции, Швейцарии и Германии.

Дмитрий Десятерик. Насколько Пьер является частью вас или вы -- частью его?

Лео Каракс. Я долго думал о главных героях. Мне казалось, что я никогда не смогу найти ни Изабель, ни Пьера. А когда шесть лет назад на одном из фестивалей увидел фильм с актрисой Екатериной Голубевой, я решил, что нашел Изабель. Позже я встретил Гийома Депардье, понял, что он сможет сыграть Пьера. Что же касается личных мотивов в образе Пьера... я помню себя в девятнадцать лет -- а это и есть возраст Пьера в романе. Кстати, "Пола Икс" -- первый фильм, персонаж которого младше меня, существенно младше. Так вот, эта разница в возрасте дала мне определенное преимущество, задав дистанцию по отношению к персонажу, позволив говорить о незрелости молодого человека, а может быть, каждого человека вне зависимости от возраста. Наибольшей сложностью в работе было удержаться от излишней ироничности по отношению к Пьеру. Благодаря Гийому это удалось. Я стремился показать незрелость, инфантилизм героя, но одновременно с этим я чувствовал, что он мне близок: я стоял не над Гийомом, во время съемок я был с ним рядом, на равных. Это его заслуга в том, что в фильме есть интересный герой.

Дмитрий Десятерик. А собираетесь ли вы после работы с Гийомом Депардье вернуться к сотрудничеству с вашим постоянным актером Денни Лаваном?

Лео Каракс. Не знаю. Во всяком случае, когда я искал Пьера, я не хотел звать его. Потому что для меня Пьер -- это герой, очень близкий к Гамлету, а Денни Лаван, конечно, не Гамлет.

Дмитрий Десятерик. Кто же он тогда?

Лео Каракс. С двадцати до тридцати лет я сделал три картины об Алексе -- "Парень встречает девушку", "Дурная кровь", "Любовники Нового моста". Сегодня можно сказать, что эти три фильма объединяются в трилогию, но это не было предусмотрено заранее. Я выбрал на центральную роль Денни Лавана, чтобы этот актер служил мне чем-то вроде альтер эго, я мог задавать ему вопросы, которые ставлю самому себе. Мое кино росло вместе со мной, когда проходили три эпохи 80-х годов, я задавал своему герою в облике Денни Лавана (или, наоборот, Лавану в облике моего героя) много разных вопросов.

Дмитрий Десятерик. Нет в вашем новом фильме и Жюльетт Бинош. Кстати, как вы относитесь к ее недавним ролям -- в "Английском пациенте", например?

Лео Каракс. Это, по-моему, черт знает что.

Дмитрий Десятерик. Сложно ли было уговорить сниматься в "Поле Икс" Катрин Денев?

Лео Каракс. Нет, не очень. Она откликнулась на мое предложение с большой охотой.

Дмитрий Десятерик. На фестивале в Канне "Пола Икс" была принята неоднозначно и даже названа "скандальной картиной". В чем заключался скандал?

Лео Каракс. Не было никакого скандала. Фильм просто не был увиден.

Дмитрий Десятерик. Не был увиден или не был показан?

Лео Каракс. Его не увидели. Я постарался его показать, но его не увидели. Я действительно старался, но не получилось. Иногда кино показывается, но не все его видят.

Дмитрий Десятерик. Быть может, невидение -- сквозной мотив вашего творчества? Ведь Мишель в "Любовниках Нового моста" теряет зрение, и Пьер тоже слепнет. Это метафора или совпадение?

Лео Каракс. Слепота героя есть у Мелвилла в романе. У меня самого ухудшается зрение, так что, может, все связано с этим. Не могу вам это объяснить.

Дмитрий Десятерик. Некоторые критики писали, что "Пола Икс" -- первый ваш фильм, к которому пришла широкая известность. Согласны ли вы с этим?

Лео Каракс. Нет. Каждый мой фильм во Франции -- это провал, а "Пола Икс" -- самый большой провал.

Дмитрий Десятерик. Однако и в России, и на Украине у вас много поклонников. Поэтому насчет провалов позвольте не согласиться.

Лео Каракс. Что ж, чем дальше мы уезжаем из дому, тем больше наши фильмы нравятся. Я снимаю кино уже восемнадцать лет. С моим продюсером мы смогли выкупить моих два первых фильма. Хотя я никогда их не пересматриваю -- это не в моих правилах, -- я привязан к ним. И меня очень греет идея, что эти фильмы были кем-то увидены, особенно далеко от меня и во времени, и в пространстве. Например, работа над "Любовниками Нового моста" была завершена в 1991 году, но только летом 1999-го они были впервые показаны в США. Мне бы очень хотелось, чтобы моих два первых фильма увидели здесь, у вас, в нормальном прокате, в кинозале, с субтитрами.

Дмитрий Десятерик. Насколько для вас автобиографична сцена из "Полы Икс", когда герой на встрече с журналистами кричит перед телекамерами: "Вы меня все достали"?

Лео Каракс. Мелвилл написал "Пьер, или Двусмысленности" в 1852 году, сразу же после холодного приема "Моби Дика", и для него это было самое большое разочарование, которое нашло отражение и в новом романе. Герой рассуждает там о жанре портрета, который существовал в то время. Он утверждает, что портреты создавались для того, чтобы придавать величественность интересным людям. А сегодня портреты служат для того, чтобы в повседневной жизни показывать сумасшедших, глупых. Я постарался сделать фильм вне эпохи, но все-таки он о сегодняшнем дне. Мне хотелось столкнуть Пьера с миром именно в тот момент, когда он от него удалился, и привести его в этот мир, освещенный слепящими прожекторами. В телевизионном шоу ему важно придумать книгу, растолковав ее публике, но он совершенно не верит в то, что это выйдет. У него такая же позиция, как у меня сейчас, когда я вынужден защищать фильм, который я уже закончил. Мы завершили "Полу Икс" и не знали, что сделали, и вот теперь должны при свете прожекторов, нацеленных на нас, во всю глотку орать и объяснять, что именно мы сделали. Во всяком случае, я никогда не могу найти время, чтобы говорить о фильме, потому что до съемок -- рано, во время съемок я занят, а после съемок -- слишком поздно.

Дмитрий Десятерик. Практически во всех ваших фильмах любовь -- это трагическое чувство, оно приносит несчастье. Вы действительно так считаете?

Гийом Депардье (сидящий рядом и в разговор до сих пор не вмешивавшийся). Как можно по-другому смотреть на любовь?

Лео Каракс. "Пола Икс" была сделана значительно позднее трилогии об Алексе, но этот фильм, повторюсь, тоже очень связан с состоянием, которое испытываешь в юности. Наверное, в этот период жизни любовь представляется в таком трагическом свете -- особенно женщине. Это чувство напоминает стихийное бедствие, настоящий потоп...

Дмитрий Десятерик. Многие мои коллеги-кинокритики считают, что ваши фильмы усиливают ощущение разобщенности. Одной моей знакомой, по ее признанию, после просмотра "Полы Икс" вообще захотелось если не повеситься, то по крайней мере залечь на дно и очень долго никого не видеть и не слышать.

Гийом Депардье. Лучше пистолет.

Лео Каракс. Мои фильмы у меня никогда не вызывали такого желания.

Дмитрий Десятерик. А продолжать заниматься кино желание есть?

Лео Каракс. Пока еще не знаю. Я ведь говорил уже: после каждого фильма наступает какой-то провал, пустота и я себя чувствую очень глупо. И в этот раз, после "Полы Икс", абсолютно то же чувство.

Дмитрий Десятерик. Вы многого недоговариваете... А что для вас является са мой большой загадкой в мире?

Лео Каракс. Самое загадочное -- это то, как я до сих пор еще живу.

Дмитрий Десятерик. О вас говорят, что вы человек с большим чувством юмора. Собираетесь ли вы как-нибудь проявить это свое качество в кино?

Лео Каракс. Я мечтаю снять комедию, но это самая тяжелая задача из всех, какие только можно себе представить. Может быть, когда я буду старым...

 

Киев