Три фотографии

«Реалисты, к числу которых принадлежу и я, принимают фото отнюдь не за "копию" реального, а за эманацию прошлой реальности, за магию, а не за искусство». 

Ролан Барт, Camera lucida 

1. Мама

Что это за место?

Кто это снял?

я не помню кто снял

это около дома

мне лет наверное шесть

Что ты помнишь про это?

видишь валенки

у меня обуви было две пары

зимой валенки летом галоши

Разве это зима?

это лето

нет осень уже

холодно же

в галошах

а нет

просто я их изрезала

решила их починить

мама была на белках

(это горы со снежной вершиной)

коровы там ели под снегом

а я стала галоши чинить

и изрезала

она мне этой галошей как даст

но странно

если мама ушла на белки с кем она меня оставляла

Соседи?

не помню

я ходила с миской

мне наливали туда молока

и хлеба давали

была тетя Луша

была тетя Клава

но тетя Клава жила далеко

мы однажды с ребятами

к ней в гости решили пойти

у нас радио не было

и когда мы пришли на развилку

была уже ночь я услышала радио и сказала там тетя Клава живет

и вот значит были валенки и галоши

мама сказала вот теперь у тебя галош нет

У тебя здесь коса

это две косы так раньше носили

одна и другая

коронкой переплелись

а в них ленточка

в этом платье я в школу пошла

значит мне седьмой год

видишь какая я уже взрослая

А одно было платье?

нет два

это хорошее

видишь татьяночка

Что это значит?

кокеточка вышита такая

За тобой только поле

Вы совсем на окраине жили?

да что-то такое

дальше там ягоды речка Катунь

горная речка

а это где-то на ровном месте

вот кто-то меня сфотографировал а кто я не помню

Ты говоришь это около дома но дома здесь нет

дом был двухэтажный

остальные какие-то маленькие

а в том двухэтажном

наша комната

правление

сельсовет или что-то

на втором этаже кинобудка

а в этой комнатке у нас был такой ящик

и в нем жили куры

а на нем спала я

он как сундук или ларь

может помнишь у нас был такой

рядом с домом где уголь хранили

Витя спал на полу когда приезжал

а мама спала на кровати

Разве Витя с вами не жил?

он учился в районе

наверное это был интернат

еще была фотография

где я годовалая

а Вите десять-одиннадцать лет

в вязаном во всем видел ты эту фотографию

Нет

и мама там молодая ей тридцать лет

а это наверное ближе к осени

когда мы уже уезжали

видишь сухая трава

а тут были кусты

туда все ходили писать и какать

была семья казахов

они туда с чайничком ходили

а во время войны Куликовы

у них пятеро было детей

и на всех одни валенки

а штанов совсем нет износились

мама рассказывала они в туалет бегали так

один наденет валенки побежит без штанов посидит на снегу

другому валенки передает

а когда Сталин умер в 53 году

был жуткий мороз

в нашем правлении все собрались

а мы с ребятами на большой горке снежной стояли

и я всем вещала

там Сталин лежит

видишь все плачут

я никогда не забуду

он лежит в сельсовете

все плачут ревут

мама говорит у нее были вязаная юбка и кофта

и юбка все время рвалась

она подрезала потом довязывала

и ей не давали мануфактуры потому что у нее была юбка

а давали у кого совсем ничего не было многодетным

но это в войну

Ты говоришь это фото сделано перед отъездом?

маме надо было бежать

она ведь сидела

и потом ее вербовали на контрабанду

через границу монгольскую

а она забрала меня из детдома

там говорили оставь мы к ней привыкли

но мама меня забрала

Вас ведь не ждали?

маме говорили не приезжай

бабушка

Валя и Зоя

и Валин первый муж Вася

жили в одной комнате в квартире с соседями-немцами

но мы приехали

и жили на кухне кровать там поставили

мы с мамой на кровати спали а Витя на полу

еще и соседи

а потом мы уехали к тете Нюсе

она на Нижнем поселке в бараке жила

тетя Нюся лежала склероз костей

а туалет был на улице

потом ее увезли в дом инвалидов

она просила дочь Свету забери меня домой

по дороге она умирала

но успели ее довезти умерла дома

маму в детстве когда голод был сдали в интернат

и про нее забыли а тетя Нюся старшая сестра тогда ее нашла

увидела случайно

и если б не Нюся маму бы обратно домой не забрали.

2. Отец 

Мы жили на третьем этаже. А это выход на крышу второго этажа. Я сейчас понимаю что это была вставка между домами. Вот один дом а вот второй. А между ними как будто каменная лужайка. А вокруг скалы и на них цветы. Мы никогда не пытались подлезть и туда заглядывать.

Там были балки. Видишь висят качели. По балкам вились растения. Росли мочалки в виде длинных тыкв. Когда высыхают с них оболочку растрясешь и что останется это и есть мочалка. 

Мне здесь лет пять. Значит это год 1952 или 53. Вот здесь совсем маленький Олег. Ему наверное три. Да. Мне тогда четыре. Снимок только в эту сторону. С другой стороны я не вижу. Там была дверь. Открываешь дверь и выходишь туда просто. Даже порог я не помню.

Я помню только как ставил пластинки на радиоле. Радиола была на ножках высокая. Я залезал на стульчик или табуретку и ставил пластинку а на нее иголку. Я даже квартиру не помню. Говорят там была служанка-китаянка. Я ее тоже не помню. Бабушка с дедушкой жили отдельно совсем на другой улице. Это уже когда поехали в Советский Союз то все вместе. И стали жить вместе а в Китае жили отдельно.

Это вид во двор а в другую сторону была сопка. Мне кажется я ее хорошо помню с детства. Я когда недавно приехал в Далянь ее узнал. У нас адрес был Лу Синь-лу 62. Сейчас есть дом 58. А потом переходишь через площадь и там уже 70-е дома. То есть наш дом где-то здесь должен был быть. Там теперь стоит пятиэтажная поликлиника постройки наверное 60-х годов. Я во двор заглянул там старый дом стоял двухэтажный. Но туда не было никакого подхода. Все заборами было закрыто.

Медсестра принесла мне такую же кодаковскую как у нас фотографию. И сказала что она тоже жила на улице Лу Cинь-лу. Эта улица идет прямо от вокзала. Тогда в Дальнем жили тысяч семьсот а сейчас 6,6 миллиона. Тут дом построили огромный почти небоскреб. Он мог занять и место нашего дома. Получается наш дом был около площади. Может даже на самой площади.

По-моему это был отцовский фотоаппарат Кодак. Снимок сделан наверное со штатива.

(папа, ты не говоришь о родителях, а вы сфотографированы все вместе: они, ты и твой младший брат Олег, который умер в детстве от дифтерии и оставил мне только имя. наверное, мне следовало что-то спросить, но меня слишком занимало пространство за фотографией, тайна того, что лежит у самых границ твоей памяти и куда мне не заглянуть. а ведь я помню эту фотографию с детства и меня всегда волновало, а что там, за)

3. Я (но не только)

не помню сколько мне лет

но мне нравится фотография

нравлюсь на ней я

сижу на берегу

положив руку на колено

снимок сделан в профиль

у меня тонкие руки

футболка и брюки клеш

я знаю что это на озере

в пансионате

озеро Увильды

я впервые написал это слово

хотя много раз говорил

а теперь непривычное

Увильды

нас возил туда дед на своих жигулях я все еще помню их запах

другие названия:

город Дальний – там родился отец.

город Мукден – там родился дед.

Лу Синь-лу, 62 – адрес в Дальнем, где они жили.

Он указан в автобиографии деда, написанной перед переездом в СССР.

Деда уже нет, но вот что он написал на теперь пожелтевшей бумаге:

По вступлению в Маньчжурию частей Красной Армии – с 6 сентября 1946 г. по 24 октября 1946 г. работал техническим переводчиком в Телефоно-Телеграфном Управлении г. Чанчунь (Чаньчуньская Зона Связи К.А.). В конце октября вернулся в г. Дальний к месту жительства родителей, прибывших в г. Дальний еще в 1935 г.

а я-маленький сижу на берегу и не знаю

что дед умеет говорить по-китайски

и по-японски немного

не знаю о его изменах

и о будущих своих

когда я пишу это меня тошнит как в тех жигулях

тогда приходилось останавливаться выходить

мама держала меня чтобы я отдышался

клетчатая рубашка на ней

мама я не рассказал тебе что я видел

когда работал санитаром

старуха сидела посреди больничного коридора

в шелухе желтоватого белья

которое счистила с себя словно была луковицей

а все просто ходили мимо

и когда мы отдали бабушку в больницу

я-то знал о той старухе

и как все будут мимо ходить

но я-давным-давно

я-на-берегу

еще не знал ничего

Увильды родниковое озеро

прозрачное очень холодное

большие шахматы над обрывом

сосны по которым я лазал

мое детство это деревья

и я-обезьянка

вот что я помню

в нашем дворе был детский сад

мы пробирались туда перелезали через забор

и играли в индейцев

одно дерево росло рядом с сараем

по нему мы забирались на крышу

разбирали шифер

воровали там всякое

мы-индейцы какую-то ерунду

рейки чтобы из них делать стрелы

а пацаны постарше крали велосипеды

из-за этого дерево вскоре спилили

а сарай стоит до сих пор

хотя последний раз я был в том дворе

когда ездил на похороны деда

но что там могло измениться

ведь это место не где-то

скорее когда-то

я-путешественник

неподвижно сидящий на берегу

в замочной скважине времени

в 3D-измерении

в фантастическом фильме

про 2014 год