Другие Джеки и Хилари. «Хилари и Джеки», режиссер Ананд Такер

"Хилари и Джеки" (Hilary and Jackie)

По книге Жилари и Пирса Дюпре "Гений в семье"
Автор сценария Фрэнк Котрел Бойс
Режиссер Ананд Такер
Оператор Дэвид Джонсон
Художник Элис Нормингтон
Композитор Баррингтон Фелунг
В ролях: Эмили Уотсон, Рэкел Гриффитс, Джеймс Фрейн, Дэвид Моррисси, Чарлз Дэнс и другие
Oxford Film Company
Великобритания
1998

Это не те Хилари и Джеки, о которых вы подумали. Не Хилари Клинтон и не Жаклин Кеннеди-Онассис. Это сестры -- Хилари и Жаклин Дюпре, музыкантши, первая -- флейтистка, вторая -- виолончелистка. Фильм поставлен по книге, написанной Хилари вместе с братом Пирсом, посвященной их сестре. Книга называлась "Гений в семье". Как все книги такого рода, она вызвала разноречивые толки. Потому что Жаклин -- не просто известная личность, она действительно гений, а судьба ее действительно потрясает. Брат и сестра решили выступить в печати, подстегнутые слухами о том, что свою версию жизни и смерти легендарной Жаклин Дюпре готовится изложить ее бывший муж. А продюсеры и режиссер, поклонники искусства Жаклин (использовавшие ее записи в своих предыдущих работах), решили экранизировать "Гения в семье", чтобы оперировать информацией из первых рук.

Но фильму не повезло. О нем, в отличие от книги, не говорят. Показанный в конкурсе Венецианского кинофестиваля, он прошел совсем незамеченным. По причине вполне простой: его сразу определили как "Блеск 2", а та картина о безумном пианисте, с таким шумом прошедшая по мировым экранам совсем недавно, выбрала лимит реакций на тему. Две ленты подряд о больных гениях музыки -- явный перебор. И, естественно, "Оскар" Джеффри Рашу за лучшую мужскую роль безоговорочно предполагает, что любая равноценная награда для актрисы, сыгравшей симметричную партию, выглядела бы просто пародией. И потому Эмили Уотсон не получила за свою Жаклин Дюпре ничего. Хотя ее соотечественник, влиятельный британский критик Дерек Малколм заявлял, что съест свои плавки, если жюри в Венеции не вручит ей "Кубок Вольпи". Не вручило и глазом не моргнуло. Жаль. Потому что сам фильм в целом, чего греха таить, совсем не шедевр и никакое не новое слово в искусстве. Самый что ни на есть обыкновенный биопик, а в этом жанре вообще редко случается нечто экстраординарное. "Хилари и Джеки" -- просто качественное кино английского режиссера Ананда Такера, специализирующегося в этом жанре (его дебют -- "Сент-Экз", фильм об Антуане де Сент-Экзюпери). Но работа Эмили Уотсон совсем не ординарна.

Возможно, тут возымело место некое сходство характеров или темпераментов. Странность, экзальтированность Эмили Уотсон, проявившиеся в фильме, открывшем миру ее талант -- "Рассекая волны", -- пришлись к месту в обрисовке характера, который никак не назовешь нормальным. Если понимать норму как соответствие личности определенному набору ожиданий со стороны общества. (И только, по поводу гениальности и помешательства все сказал Чезаре Ломброзо.) Актриса даже заметила, что в один момент почувствовала себя в шкуре своей героини. В тот день, когда она получила от Ананда Такера сценарий и сразу прочла его, заливаясь слезами, она узнала о своей номинации на "Золотой глобус" за "Рассекая волны". То есть, Эмили Уотсон почувствовала, что ощущает человек, когда вложил в работу все свое сердце и вдруг весь мир заметил и оценил это. Но, собственно, этим общность опыта и ограничилась. Во все остальное, что выпало на долю Жаклин Дюпре, актрисе пришлось вживаться, полагаясь главным образом на свидетельства родственников и руководствуясь интуицией. Насколько похожа экранная Жаклин Дюпре на реальную, интересно только тем, кто ее лично знал. Для прочих важно то, как Эмили Уотсон интерпретировала необъяснимые странности характера и поведения, ставившие в тупик близких и друзей. Не считая того, что ей пришлось два месяца брать уроки музыки -- по три часа три раза в неделю и, не умея читать с листа, "брать" тексты на слух, записывая в тетрадь с помощью самодельного шифра. (Эмили училась играть на виолончели в течение года, когда ей было четырнадцать лет.)

Фильм выстроен бесхитростно. Сперва события увидены глазами Хилари, потом глазами Жаклин. Его интригу можно сформулировать в виде вопроса, который любит задавать жертвам своей программы Сергей Шолохов: какую жизнь вы хотите прожить -- длинную и правильную (но скучную) или короткую и порочную (но яркую)? Две сестры и прожили две таких жизни, безумно завидуя одна другой и отчаянно желая поменяться местами. В синем, зеленом, красном платье в центре оркестра, одетого в черно-белое, служащего ей, играющего только ради того, чтобы она проявила себя во всем блеске, Жаклин -- настоящая царица самых знаменитых мировых залов. Ей выпала жизнь, ярче которой и придумать ничего нельзя. Но... "На этой работе перестаешь быть женщиной", -- говорила в одной английской пьесе королева Елизавета. Беда Жаклин состояла в том, что она на своей дьявольской работе не перестала быть женщиной и претендовала на все женские регалии. Но не перестала только в душе. В реальности она превратилась в автомат, наделенный уникальными возможностями, который использовали именно в рамках этих возможностей. Даже на коктейле в ее честь, устроенном после изматывающего концерта, именно Жаклин очень быстро оказывается лишней -- после ритуальных поздравлений гости переходят к общению "по интересам", предоставляя малознакомую звезду самой себе.

Она вынуждена сама о себе позаботиться. Почему не складывается жизнь с Даниэлем Баренбоймом, не просто мужем, но тоже исключительным талантом, который ведь должен ее понимать? Ну к черту их, эти таланты! Кифер, муж Хилари, тоже профессиональный музыкант, бросил эту музыку и разводит вместе с женой цыплят на ферме. Он так прост и надежен. И ведь эти простые люди должны почитать за счастье послужить таланту. Жаклин отсылает домой из-за границы белье для стирки. А почему не одолжить мужа у сестры? "Но если вам не нравится, я могу и уехать..."

Но "на этой работе" перестаешь быть не только женщиной, но и человеком. Драгоценная виолончель "Давидофф", самое блистательное творение Страдивари, становится для Жаклин проклятием. Тяжким бременем, что визуализуется до осязаемости материально. Попробуйте потаскать с собой эту штуку. По аэропортам и вокзалам. По гостиницам. По лестницам концертных залов. Жаклин сознательно или бессознательно пытается избавиться от виолончели, с остервенением пиная ее от себя, выставляя, как нашкодившую собаку, за балконную дверь на мороз в Москве, под палящее солнце в Испании, "забывает" инструмент в лондонском кэбе, но этот проклятый груз каждый раз неотвратимо возвращается к ней.

Но так же неотвратим и конец пути. Настает момент, когда музыка звучит у нее в голове, но пальцы отказываются подчиняться. В двадцать семь лет великую Жаклин Дюпре поразила страшная болезнь -- рассеянный склероз. Она долго не сдавалась и терпела мучительные лечебные процедуры. Пыталась "держаться на плаву", совершая порой глупости. Например, решив выступить с детским оркестром, где ей, сидевшей в своем концертном платье на своем обычном месте, следовало один раз ударить в барабан. Она опоздала, потом все же неуклюже стукнула палочкой по бычьему пузырю. Королева превратилась в шутиху.

Эмили Уотсон, показавшая жизнь Джеки от шестнадцати до сорока двух лет (Жаклин Дюпре умерла в 1987 году), овладела не только техникой игры на виолончели, добившись, по словам знатоков, удивительного сходства во внешней манере исполнения (в фонограмме использовались записи самой Жаклин Дюпре и Кэролайн Дейл). Ей пришлось запечатлеть скорбную хронику деградации, распада личности, физического и умственного.

А параллельно ей вела свою партию Рэкел Гриффитс в роли Хилари, которая в детстве тоже была вундеркиндом, но пережила страшный кризис, когда талант вдруг ее покинул. Может быть, к счастью? Если бы... У каждого свой крест. И вроде бы такая благополучная Хилари, окруженная мужниной любовью, детьми и прочими радостями простой жизни, говорит обожаемой сестре: "Если ты думаешь, что обыкновенным людям легче, чем необыкновенным, ты ошибаешься".

И это как-то примиряет с несправедливостями судьбы.