Немая чистота. «Юха», режиссер Аки Каурисмяки

"Юха"
(Juha)

По роману Юхани Ахо
Автор сценария и режиссер Аки Каурисмяки
Оператор Тимо Салминен
Композитор Ансси Тиканмаки
В ролях: Сакари Кусманен, Кати Отинен, Андре Вилмс, Эско Никкари, Элина Сало
Sputnik oy-Pandora
Финляндия
1999

"Юха", тринадцатый фильм Аки Каурисмяки, оказался черно-белым, немым и на мировой премьере в Берлине его показ сопровождался живым оркестром из тринадцати музыкантов. Саундтрек картины -- партитура композитора Ансси Тиканмаки (озвучившего множество немых шедевров, включая "По закону" Кулешова, "Человек с киноаппаратом" Вертова, "Последний человек" Мурнау) в исполнении пятидесяти пяти музыкантов -- симфонического оркестра. "Юха" -- логическое развитие минималистской эстетики Каурисмяки: от фильма к фильму диалоги в них все больше редуцировались и становились почти невесомыми. Актеры в предыдущей картине режиссера "Уходящие облака" играли взглядами и жестами, паузами, почти без слов. Так что Каурисмяки целенаправленно шел к "Юхе".

Конечно, это не ортодоксально немой фильм. Не такой, какие делали на заре века. "Юха", по словам Каурисмяки, могла возникнуть году в 28-м, когда кино уже готово было заговорить. Прелестны два-три момента драматургического внедрения звука: вдруг в немой тишине хлопнула дверь или заработал мотор автомобиля. А по характеру развития сюжета "Юха" приближается даже к манере кинодраматургии 50-х годов.

Это не удивительно, в основе фильма -- культовый в Финляндии роман начала века, который вызвал к жизни две оперы и три экранизации: в 1920-м (эта киноверсия осуществлена знаменитым шведским режиссером Морицем Стиллером), в 1937-м и 1956-м году. Автор романа Юхани Ахо выразил в "Юхе" глубокие эмоции финнов по поводу собственной истории и облачил их в форму метафорической мелодрамы. В романе крестьянин Юха и его жена Мария живут естественной жизнью и "счастливы, как дети". А роковой соблазнитель по имени Шемейка, который соблазняет и уводит "простую душу" Марию, приезжает из Карелии. Вероятно, это намек на то, как Финляндия была присоединена к России. Хотя, в сущности, точное время действия в романе не обозначено -- скорее всего, это XVII век, когда границы были прозрачными.

Сначала Каурисмяки думал сделать так, чтобы соблазнитель приезжал из Петербурга. Но потом решил не трогать эту деликатную тему: "Об этом надо говорить очень точно или не говорить вообще". В результате соблазнитель-сутенер заявляется в деревню из Хельсинки, а играет его француз Андре Вилмс, уже работавший с Каурисмяки на фильме "Жизнь богемы". Хорошо знакомы режиссеру и другие актеры: Кати Отинен (Мария) и Сакари Кусманен (Юха), сыгравший типично финский народный характер -- тяжелый, медленный на раскачку и страшный в гневе и мести.

Режиссер не давал актерам слишком много информации по поводу съемок и лишь для видимости записывал звук. Через три дня все они, даже французский артист, вынужденный заучивать непонятные финские слова, поняли, что слова не важны. "Забудь язык, только притворяйся, что говоришь", -- напутствовал режиссер Андре Вилмса.

Пять лет назад Каурисмяки уже начал было экранизировать в Португалии "Юху" как звуковой фильм, но потом бросил эту затею. И вот вновь обратился к ней на новом этапе. Кинематограф режиссера за эти годы стал еще более меланхоличным и полным ностальгии. На этот раз ему захотелось вернуться в дни немого кино. И он заново изучил историю кинематографа, которую когда-то, как он утверждает, пропустил из-за своей лени. Посмотрев более ста немых фильмов, Каурисмяки открыл целый мир и вместил его в себя. Больше всего его вдохновили "Восход" Мурнау, "Сломанные побеги" ("Сиротки бури") Гриффита, "Нанук с Севера" Флаэрти. Еще братья Маркс, Ренуар и ранний Бунюэль. Все это безусловно ощущается в фильме, но в нем можно найти и много других цитат -- например, из Александра Довженко. Каурисмяки -- певец "страны, которой больше нет". Имеется в виду Финляндия или даже вся Европа дотелевизионной эры. Мир режиссера пронизан инстинктом саморазрушения, клаустрофобией длинных белых ночей и ощущением задворок Европы. Маргиналы в маргинальной стране -- центральная тема фильмов Каурисмяки. Известная мрачность финнов неожиданно расцвечивается у него целым спектром пронзительных состояний. Оказывается, она на многое способна. И на веселое безумство, и на нежность, и на хладнокровное убийство. И на полный решимости вызов судьбе.

Фильмы Каурисмяки, "мрачные и прекрасные, как сентябрьский вечер", то и дело озаряются вспышкой чуда, северного сияния. Не делая из своих героев монстров, а из монстров героев, режиссер открывает в финском характере скрытый темперамент, спонтанность, юмор.

Именно Каурисмяки реанимировал культурный интерес к своей стране. Интерес, которого, говорят, не было со времен олимпийского триумфа какого-то финского атлета в 20-е годы. Каурисмяки заставил мир выучить свое трудное имя. Он стал для Финляндии полпредом в культуре. Живописателем ее флоры и фауны, ее физиологии и антропологии, ее рефлексов и нравов.

Сам режиссер -- ипохондрик и меланхолик -- вытесняет депрессию работой, которой он, по его уверениям, всячески стремится избежать. Именно поэтому частенько обращается к литературе, чтобы не корпеть над сценариями и сэкономить время для бара. В баре он якобы впервые прочел "Гамлета" и сочинил по нему импровизированный сценарий. А лучший из всех баров, по убеждению Аки, находится в Хельсинки, называется "Москва" и принадлежит ему самому на пару с его братом Микой. Аки верит, что рай -- это настоящий профессиональный ресторан, где можно встретить Бунюэля, Эриха фон Штрогейма и Ясудзиро Одзу.

По мнению Каурисмяки, кино, став звуковым, утратило чистоту и невинность, что и составляло его главную прелесть. Но говоря о будущем своем фильме, он признается, что фильм будет цветным и полным болтовни. Ведь если продолжать идти дальше по выбранному пути, придется вместе со звуком убрать и картинку. Тогда на экране останутся только тени.