Ретро не прощается с тобой

Фестивальная практика дарит нам странные сближения, и Седьмой международный кинофестиваль в Сочи не стал исключением. В данном случае повод к такому сближению дали ретроспективы «Южная Корея: неизвестная киноимперия» и «Мюзикл под красным знаменем» — два крупнейших события этого фестиваля, имеющих, как это ни странно, прямое отношение к положению дел в современном отечественном кинематографе.

Шесть корейских фильмов (пять входящих в состав ретроспективы и конкурсная «Призрак», подводная лодка») представили весь жанровый диапазон корейского кино. Нашлось место и для неспешной буддистской медитации (классическая лента Бэ Ен-Кюна «Почему Бодхидарма прошел на восток?» была признана многими критиками лучшим из фильмов, показанных в этом году в Сочи), для загадочного триллера «Черная дыра», эротико-психологического фильма «У девушек свободный вечер» и молодежно-криминальной картины «Глубокие раны». При всех различиях названные фильмы объединяет стилистическое своеобразие: жестокость и откровенность эротических сцен сочетаются с поэтичностью; бешеный ритм — с неспешностью и медитативностью. Характерен в этом смысле завершивший ретроспективу полицейский боевик «Спрятаться негде», в котором банальная история, напоминающая очередную серию «Ментов», рассказана с пугающей стилистической изысканностью: одна из сцен снята в стиле театра теней, другая — в манере Вонга Карвая, кулачный поединок стилизован под Джона Ву, а саундтрек многие меломаны с удовольствием включили бы в свои коллекции.

Внимательный зритель увидит в корейских фильмах много общего с гонконгскими и японскими жанровыми лентами, картинами того же Карвая или Такеши Китано. Трудно понять, сказывается ли в этом сходстве географическая и культурная близость или речь идет о прямом влиянии. Как бы то ни было, неизвестная киноимперия стала чуть более известной, лишний раз доказав, что вне Европы и Америки существует свой кинематограф, зачастую куда более инте-ресный, чем тот, который выдвигается на академические премии.

Между тем еще пятнадцать лет назад жителям России не приходилось доказывать эту мысль: мы находились в центре своей собственной — и не менее неизвестной — киноимперии, куда входили не только национальные кинематографии пятнадцати республик, но и кинематограф соцстран. Показанная в Сочи ретроспектива «Мюзикл под красным знаменем» приоткрывает только часть этой ушедшей на дно Атлантиды, но и те, кто еще в детстве насмотрелся казахских или молдавских музыкальных фильмов, теперь видят их новыми глазами. На фоне многих довольно беспомощных работ, включенных в конкурс Открытого Российского фестиваля, приятно удивляют операторское мастерство и жанровая целостность старых фильмов. После сотен увиденных за эти годы голливудских лент виднее оригинальность советских картин. Мизансцены польского «Самозванца с гитарой» повторяют «Вестсайдскую историю», а казахский «Ангел в тюбетейке» напоминает фильмы Вуди Аллена. Внезапно чувствуешь единство культурного пространства Востока и Запада: так, сюжетные ходы комедии «Самозванец с гитарой» (1968) словно предсказывают появление в следующем тысячелетии панка. История простого инженера, вынужденного без слуха и голоса изображать певца Джимми Томаля и ставшего — за счет своей экспрессии и свободного поведения на сцене — звездой, не просто стала хорошей иллюстрацией к тезису Малколма Макларена о том, что любой человек, способный удержать гитару в руках, может стать музыкантом: вдобавок ко всему в фильме фигурирует социалистический бюрократ, произносящий «сатирическую» речь о том, что в нашем социалистическом обществе любой может стать музыкантом. В качестве последнего штриха добавим, что барабанщик рок-группы в этом фильме изумительно похож на Энди Уорхола.

Но, разумеется, не только подобными совпадениями радовал старый музыкальный фильм — речь идет об уникальности взгляда и идеологическом своеобразии. Вероятно, только в Советском Союзе могли снять мюзикл про музыкантов, настоящее призвание которых — вовсе не музыка, а работа на заводе («Ар-хи-ме-ды!») или историю зазнавшейся звезды («Где ты, любовь?»). Помимо ностальгических открытий (вот, оказывается, откуда «Песня не прощается с тобой!», «Ты куда, Одиссей, от жены, от детей?» или «Барабан был плох»), старые ленты поражают своей особой энергетикой и даже — не побоюсь этого слова — своеобразной эзотерикой. Так, в нескольких фильмах подряд видишь, что музыкальные номера отнесены к воображаемому миру героев, который иногда начинает абсурдистски диффундировать в реальность: в румынском мюзикле «Песни моря» два комических детектива в одном из фантастических эпизодов оказываются одетыми в костюмы XVIII века и так и продолжают ходить весь фильм, переместившись из фантазии в реальность.

Две такие непохожие ретроспективы сходятся в одном: в умении сохранить культурное и национальное своеобразие, играя на поле традиционных голливудских жанров. Именно этого так не хватает большинству современных российских фильмов — и потому две ретроспективы, показанные на Международном фестивале в Сочи, можно считать лучшим учебником для отечественных кинематографистов.