Ингмар Бергман: «Камикадзе»

 

Ингмар Бергман, Джулия Дувениус на репетиции спектакля
Ингмар Бергман, Джулия Дувениус на репетиции спектакля "Мария Стюарт"

«В прошлом году я с удивлением обнаружил, что вновь жду ребенка. Совсем как библейская Сара — в весьма зрелом возрасте. Сначала мне стало плохо, но потом я с неожиданной радостью заметил, что давно забытые мною желания вновь возрождаются, — так Ингмар Бергман описывает свое состояние в связи с новым замыслом — фильмом „Сарабанда“, съемки которого начались в сентябре. — Желание вернулось, и тогда я решил посвятить своему будущему ребенку три месяца: сосредоточиться на написании сценария».

Бергман уединился в своем домике на острове Форё. В прошедшем театральном сезоне его спектакль по пьесе Ибсена «Призраки», обновленный и переработанный, пользовался большим успехом в Стокгольме — в Королевском драматическом театре. Летом в Нью-Йорке шла шиллеровская «Мария Стюарт», также поставленная Бергманом. Но сам режиссер оставался дома, готовясь к предстоящей работе над фильмом.

«Сарабанда» имеет отдаленное отношение к популярному в Швеции телесериалу «Сцены из супружеской жизни», который Бергман снял в 1974 году. Однако хотя в «Сарабанде» и появляются вновь те же главные герои — Йохан и Марианна, — режиссер не хочет, чтобы новый фильм рассматривался как прямое продолжение «Сцен»: «Просто я настолько хорошо знаю персонажей, что легко представляю себе их дальнейшую судьбу».

События «Сарабанды» происходят три десятилетия спустя после «Сцен из супружеской жизни». Марианна пускается на поиски Йохана, который перебрался за город, в дом своих предков — бабушки и дедушки. Хенрик, сын Йохана от предыдущего брака, и Карен, дочь Хенрика, живут неподалеку. Оба виолончелисты.

Первоначально фильм назывался «Анна» — по имени пятого, незримого, персонажа этого камерного произведения. Это жена Хенрика, которая умерла за два года до описываемых событий. «Анна, хотя и не появляется на экране, в определенном смысле держит всю историю. Она — символ утраченных чувств, человек, который облегчал жизнь всем остальным, такие люди на самом деле встречаются. Анна умерла, и в семье воцарился хаос. Приехавшая к Йохану Марианна оказывается в центре конфликта», — рассказывает Бергман.

Сценарий создавался — в основном — для конкретных исполнителей. Конечно же, это Эрланд Юсефсон и Лив Ульман, которые вновь сыграют те же роли, что и в «Сценах из супружеской жизни». Хенриком станет Бьёрк Ахлстедт, один из бергмановских актеров. Он играл дядю Карла и в «Фанни и Александре» (1982), и в «В присутствии клоуна» (1997). На роль Карен Бергман пригласил Джулию Дувениус. Это первая серьезная работа молодой актрисы в кино.

"Сцены из супружеской жизни"

 

Стиг Бьёркман.

Почему вы выбрали Джулию Дувениус, и как вы ее нашли?

 

 

Ингмар Бергман.

Я увидел ее в «Марии Стюарт». Четыре девушки играли фрейлин. Они только что окончили актерскую школу — милые, приятные, очень талантливые. На репетициях они облачались в корсеты и платья до полу, в которых им предстояло вскоре выйти на сцену. Это были платья с красивыми глубокими декольте. Девушкам нравилось играть в этой пьесе, и они часто сидели на репетициях тех сцен, в которых не участвовали. Сидели и наблюдали. Я называл их своим цветником и внимательно изучал. Все они производили хорошее впечатление, но Джулия была особенной. Она излучала какой-то особый свет, хотя делала абсолютно то же самое, что и три ее подруги. Я подумал, что со временем из маленькой Джулии может что-то получиться. Ее карьера уже сейчас налаживается: она играет в «Двенадцатой ночи», у нее большая роль в спектакле «Торжество» — Томас Винтерберг делает театральную версию своего фильма. Так что я имел ее в виду, когда писал первый вариант сценария. У меня был к Джулии только один вопрос: собирается ли она в ближайшее время заводить еще детей (один ребенок у нее уже есть)? Она сказала, что подождет.

 

Стиг Бьёркман. Как и «Сцены из супружеской жизни», и многие другие ваши фильмы, «Сарабанда» — камерное произведение, в котором звучит ограниченное число голосов.

 

Ингмар Бергман. Название вызывает ассоциации с замечательной виолончельной сюитой Баха. Сарабанда — это танец, который танцует пара. Согласно описанию, он очень эротичен, за что даже был запрещен в Испании в XVI веке. В конце концов он стал одним из четырех непременных танцев, входящих в инструментальные сюиты эпохи барокко в качестве сначала последней, а позже третьей части. Фильм следует структуре сарабанды: здесь всегда присутствуют двое — во всех десяти сценах и в эпилоге.

Стиг Бьёркман. Вы говорили, что «Фанни и Александр» станет вашим последним фильмом. Однако после него сделали семь картин для телевидения.

Ингмар Бергман. «Сарабанда» тоже задумывалась как телефильм. Но когда сценарий был закончен, я не смог сразу решить, что с ним делать, и поговорил с Эрландом Юсефсоном. «Сарабанда» могла бы с равным успехом стать и театральной постановкой, и фильмом, и радиоспектаклем. Но мы решили, что телевидение подойдет больше всего. Сейчас идут разговоры о том, чтобы потом сделать еще и киновариант. Поживем — увидим. Преимущество телефильма в том, что его показывают один раз, а потом он как бы исчезает. Он проходит по всему миру, и о нем забывают. Вокруг кинофильмов всегда такая шумиха, их возят на фестивали, выдвигают

"Сцены из супружеской жизни"
на всевозможные премии и призы. Все это, наверное, привлекает молодых режиссеров, но для меня это имеет весьма второстепенное значение.

Стиг Бьёркман. У вас всегда было очень ответственное отношение к кинообразу.

Ингмар Бергман. Да, хотя когда камере отводится слишком важная роль и она оказывается самостоятельным действующим лицом, мне становится не по себе. Такое гипертрофированное значение изображение приобрело в кинематографе на закате эпохи немого кино, когда опасность торжества звука над образом заставила режиссеров искать особую перегруженность изобразительного ряда. Такие мастера, как Мурнау, фон Штернберг, Кинг Видор, пытались в последние трепетные мгновения «немоты» создать для кинематографа его собственный язык. Возьмите, к примеру, «Последнего человека» или «Восход солнца», в которых Мурнау экспериментировал с камерой, пытаясь создать как можно более поэтичные и образные средства выражения. Это замечательные фильмы, в которых главное — операторские находки. Недавно я пересмотрел «Певца джаза», который считается первым звуковым фильмом, хотя в нем произносится лишь несколько реплик, а между сценами все так же даются титры. Фильм состоит из нескольких статичных картинок, в нем ясно видно, как ужасно и неряшливо работали операторы сразу после прихода звука в кино.

Я знаю, Стиг, вам нравятся фильмы «Догмы», но мне как-то трудно примириться с такой технологией кинопроизводства. Для меня созданные подобным образом ленты не более чем трюк, да к тому же не слишком удачный. Хотя Томаса Винтерберга я считаю очень талантливым режиссером, а «Торжество» — одним из лучших фильмов, которые я когда-либо видел. Что же касается Ларса фон Триера, то его я считаю гением, и мне жаль, что он не всегда верит себе: вечно куда-то торопится и отступает, когда ему надо было бы успокоиться и покопаться в себе. Говорят, принципы «Догмы» требуют пяти человек для работы с камерой: один должен держать камеру, а четверо других — того, кто ее держит. А теперь вот мне предлагают использовать цифровую видеокамеру для съемок «Сарабанды». У меня на этот счет очень большие сомнения. Конечно, «цифра» имеет определенные преимущества. Разрешение настолько высоко, что позволяет без больших проблем перенести материал на 35-мм пленку. Съемка цифровой камерой требует минимум освещения. Когда наши сегодняшние телекамеры используются с полностью открытой диафрагмой, чувствительность у них даже больше, чем у человеческого глаза. Мне немного грустно от всех этих технических нововведений — старомодное освещение было замечательным, в этом круге света на экране было что-то эротическое, в нем была магия. Харриет Андерсон говорит, что новые камеры не доставляют удовольствия, потому что не слышно, как они работают, а ведь все участники съемочного процесса всегда получали дополнительный заряд энергии, когда слышали, как начинала жужжать камера.

Стиг Бьёркман. Какого вы мнения о последних шведских фильмах?

Ингмар Бергман. Я смотрю шведское кино, порой это нелегкая работа, но я за нее берусь. В последние два года появилось совершенно новое поколение режиссеров, очень хорошо подкованных в техническом отношении. Все они знают свое дело, но выделяется среди них Реза Парса, который поставил фильм «Перед бурей». Это режиссер, который полностью отдается рассказываемой истории. «Перед бурей» резко отличается от нашей современной кинопродукции — в первую очередь тем, что он чужд мистике, преобладающей сегодня на шведских экранах. Есть у нас и Лукас Мудиссон, гениальный рассказчик. «Покажи мне любовь» — шедевр, я смотрел этот фильм несколько раз и считаю, что он безупречен. «Вместе» тоже неплохая картина, но все же хуже дебютной ленты. Но Мудиссон — это тот, на кого мы можем возлагать надежды. Ему просто нужно продолжать работать.

Стиг Бьёркман. Как и вам…

Ингмар Бергман. Боже мой! Полный бред, что я во все это впутался. Мне исполнилось восемьдесят четыре. Я просто камикадзе. У Эрланда1 уже три года болезнь Паркинсона, два тромба в мозге. У Лив2 больное сердце. У Бьёрка Ахлстедта порвано ахиллово сухожилие. Только Джулия и я абсолютно здоровы — самая молодая и самый старый из всей нашей группы. Много людей обращалось ко мне с просьбой разрешить снимать нас во время работы. Все думают, что я в любой момент могу умереть и будет просто замечательно, если у них в руках останутся документальные кадры. Один американский режиссер проявил фантастическую настойчивость, и в конце концов я сказал, что дам разрешение, только за очень большие деньги. Я думал, что таким образом я от него отделаюсь, но парень неожиданно согласился. Так что мне все равно пришлось ему отказать. Я уезжаю из Королевского драматического театра, оставляю комнату, в которой жил с 1963 года. Я распрощаюсь со всеми, когда закончу «Сарабанду», и навсегда поселюсь на Форё. Буду писать и смотреть фильмы. Думаю, я заслужил это право.

Sight and Sound, 2002, September Перевод с английского М. Теракопян

1 Речь об Эрланде Юсефсоне. — Прим. ред. 2 Имеется в виду Лив Ульман. — Прим. ред.