О триллере по роману Полы Хокинс, идущем в российском прокате, – Нина Цыркун.

Нарратив писательницы Полы Хокинс почти хрестоматийно английский – текучее, словно дрожащее в неверном отражении британских вод изображение персонажей, которые никак не обретут определенность в нашем восприятии; выходящие за рамки привычных представлений характеры, не поддающиеся трактовкам в духе стереотипных феминистских клише. Слегка перелопатив содержание, перенеся действие из окрестностей Лондона в нью-йоркскую сабурбию, сценаристка Эрин Крессида Уилсон сохранила общую тональность источника.

В не раз экранизированном детективном романе Агаты Кристи «И треснув, зеркало звенит» (известном также как «Зеркало треснуло»), девушка-фоторепортер случайно зафиксировала момент, когда лицо кинозвезды (в экранизации ее играла Элизабет Тейлор), устремившей взгляд куда-то в сторону, ничего не выражало. Но, как говорит рассказчик, такое же лицо он видел у человека за секунду до его смерти. Героиня фильма Рейчел не собирается умирать, но у нее тяжкий запой, и Эмили Блант без малейшего нажима, без всякого «выражения» играет ее состояние, которое актеры похуже могли бы изобразить во всех красках. Между тем лицо Рейчел создает ощущение невидимого присутствия смерти.

«Девушка в поезде», трейлер

Вот уже третий год тяжело переживая развод с мужем Томом (Джастин Теру), потерявшая работу Рейчел каждое утро едет из предместья в центр Нью-Йорка, чтобы девушка, с которой она снимает квартиру, не заподозрила ее в неплатежеспособности. Рейчел всегда садится у окна вагона, из которого виден один симпатичный белый дом неподалеку от того темного коттеджа, где сама она жила с Томом. А там хрупкая красавица жена (Хейли Беннет) и мужественного вида супруг (Люк Эванс), объятьями на веранде будто демонстрируют рекламно образцовый быт. Рейчел видит здесь оазис того семейного счастья, о котором мечтала сама и которое, как ей кажется, у нее украли. Но объятья на виду – это всего лишь безликая визитка: проникнуть за дверь кукольного дома, за плотные оконные занавески Рейчел не может и дорисовывает историю семейного счастья на свой лад.

«Девушка в поезде»

Подглядывающая за чужой жизнью женщина кажется типичным вуайером, случайно оказывавшимся в эпицентре трагических событий. Однако в ее глазах нет того напряженного вглядывания, свойственного вуайеру с его неприличным любопытством. Рейчел смотрит на обитательницу белого дома Меган, невольно отождествляя себя с ней. Поэтому такую бурную реакцию вызывает у нее нарушение вроде бы чужой гармонии.

Меган – не единственная, с кем подспудно идентифицируется Рейчел. Второй персонаж – заместившая ее самое новая жена Тома, Анна (Ребекка Фергюсон), недавно родившая ребенка. Анна – тоже объект ее наблюдения, только с обратным знаком. Как же Рейчел не сопоставлять себя с ней, если вселившаяся в их общий с Томом дом блондинка пользуется мебелью, которую выбирала Рейчел, и стоит у плиты, где стояла Рейчел. Все три женщины связаны конкретными отношениями, конкретными личными проблемами и своим несчастьем. Каждая хочет недостижимого, желает вырваться из грубой реальности в несуществующий иллюзорно прекрасный мир. Рейчел едет за счастьем в поезде, Меган стремится уйти от прошлого с помощью пробежек в лесу, Анна пристально смотрит из-за занавески в окно. Правду о всех троих знает, как полагается в психологическом триллере, лишь психоаналитик – доктор Абдик (Эдгар Рамирес), и владение этим тайным знанием не проходит для него даром.

Так или иначе формально позиция Рейчел как персонажа в фильме неизбежно наталкивает на сопоставление с триллером Хичкока «Окно во лвор». Но, в отличие от временно прикованного к инвалидной коляске Джеффа, которого играл Джеймс Стюарт, Рейчел (в данном случае на свое несчастье) все время на ходу, и в итоге становится не столько наблюдателем, сколько жертвой.

«Девушка в поезде»

Следуя причудливому сценарию, нарратив фильма петляет, запутывая детективную историю в духе старомодного нуара с его страдающими женщинами за гранью нервного срыва, с его глубокими черными тенями и беспримесной чернотой (фильм снят на пленку). И все это, чтобы к финалу в новом свете представить уже виденное зрителем, перетасовать реальные угрозы, подтвердить смутные догадки и опровергнуть очевидное.