Человек без обуви. Сценарий

Лилит Акопян – сценарист. В 1999 году окончила Российский медицинский университет имени Пирогова, в 2001-м Московскую медицинскую академию имени Сеченова. Выпускница Московской школы нового кино (2015, сценарная мастерская Олега Дормана). Соавтор фильмов «Софи» (2014, режиссер Ж.Карабалаева), «Школьный стрелок» (2015, режиссеры Е.Шатрова, В.Шатров). Автор сценариев «Один день», «Нужный кадр» (совместно с Т.Агавеляном), «Сон-Я» (2015, режиссер А.Радченко, Россия – Литва, в производстве).

Фарух Махмади, ему сорок пять лет, в костюме едет за рулем подержанной иномарки параллельно железнодорожным путям.

Негромко работает радио. Раздается сигнал поезда. Махмади смотрит в зеркало заднего вида, затем оборачивается и замечает поравнявшийся с его машиной поезд. Некоторое время машина и поезд едут рядом.

Махмади снова оборачивается в сторону поезда, поддает газу. Поезд ускоряет ход, с пронзительным ревом обогнав автомобиль.

Машина огибает извилистую дорогу и останавливается перед шлагбаумом. Последний вагон проносится мимо. Махмади провожает его взглядом.

Моргающий «красный» светофора меняется на «зеленый». Медленно поднимается шлагбаум.

Махмади еще долго смотрит вдаль через лобовое стекло.

Тюрьма. Помещение для допросов. Человек в форме сотрудника тюрьмы сидит на стуле посреди комнаты на фоне некогда белой стены. Слышен звук работающего вентилятора.

Первый человек. Мне показалось, что он совсем не дышит. Я жутко растерялся… Вбежал мой напарник, и мы стащили его вниз.

На том же стуле сидит второй человек.

ВТОРОЙ ЧЕЛОВЕК. Я заступил на дежурство в четыре. Через час позвонил начальник блока. Он сказал, что перевода не будет.

На том же стуле сидит старик.

СТАРИК. В шесть я еще был в хозблоке. На сортировку товара ушло часа два… Все случилось очень быстро… как будто глухой хлопок…

Первый человек. Огонь охватил почти два этажа, когда подъехали пожарные. Если бы горело снизу, мы бы не вытащили старика…

НАПАРНИК. Дым стоял везде. Я услышал какой-то звук… Он, видимо, дергался… ключи держал в руках…

ВТОРОЙ ЧЕЛОВЕК. По графику его должны были перевести в блок «С». Но он загремел в карцер… Мы готовились к приходу господина Махмади.

Махмади в костюме и с дипломатом в руке ритмичным шагом идет по длинному узкому тюремному коридору. Сворачивает за угол и поднимается по винтовой лестнице. Проходит через низкую каменную арку и останавливается напротив металлической решетчатой двери.

Стражник встает из-за стола, перебирает в руках связку ключей. Находит нужный и открывает металлическую дверь.

Махмади безмолвно проходит вперед. Идет мимо тюремных камер. Раздается звук закрывающейся металлической двери сзади.

Махмади замедляет шаг возле одной из камер. Дверь открыта настежь.

Двое сотрудников в белых комбинезонах и респираторах опрыскивают камеру по всему периметру из дезинфекционного шланга.

Махмади проходит дальше по коридору и снова сворачивает за угол. Люди в белом не прекращают работу.

Та же комната. Те же некогда белые стены.

На том же стуле сидит второй человек.

ВТОРОЙ ЧЕЛОВЕК. Блок «С» всегда работает в усиленном режиме. Если бы не мораторий, мы видели бы его гораздо чаще.

МАХМАДИ. За два дня до исполнения приговора я прихожу к заключенному. На этот раз мне позвонили раньше…

НАПАРНИК. В штраф-изоляторе никого не было. Я лично проверял. После прошлогоднего пожара помещение изолятора перевели в соседний корпус. А там остался хозблок.

МАХМАДИ. Я читал его дело. Шансов на отмену казни почти не было… Неожиданно, но… За столько лет это второй случай в моей практике.

СТАРИК. Я здесь двадцать два года. Еще пять лет в колонии работал. Раньше бы не согласился на перевод, тем более в пищеблок. Но теперь… Мне до пенсии месяц осталось…

МАХМАДИ. В прошлый раз родственники заключенного с трудом добились выкупа. Это была молодая ЖЕНЩИНА. Ее муж неоднократно подавал ходатайство в Верховный суд.

НАПАРНИК. У меня семья, дети… Я доволен своей работой. Перевод в другой регион меня никак не устроит.

МАХМАДИ. Я был снят с исполнения приговора за шесть часов до казни. Ей дали четыре года. Возможно, она уже на свободе…

За столом в кресле сидит крупный плотный мужчина – начальник тюрьмы. Он разворачивает настольный вентилятор на себя, подняв голову вверх. Рядом стоят двое полицейских. Они о чем-то перешептываются, звук вентилятора не позволяет расслышать их разговор. Один из них собирает в папку исписанные листы бумаги, другой просматривает на видеокамере последнюю запись Махмади.

МАХМАДИ. Я был снят с исполнения приговора за шесть часов до казни. Ей…

Полицейский выключает видеокамеру.

Начальник тюрьмы встает из-за стола и проходит к окну.

Раздается звук хлопнувшей двери.

Начальник тюрьмы закуривает.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Твоя должность упразднена. Попробуй подать прошение в другой регион.

Махмади все еще сидит на стуле посреди комнаты.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ (за кадром). Я напишу хорошую характеристику.

Махмади встает с места.

МАХМАДИ. Сколько лет ему дали?

Начальник тушит недокуренную сигарету. За окнами раздается звук полицейской сирены.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Пожизненно.

Махмади направляется к выходу.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ (за кадром). Фарух?!

Тот оборачивается.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Заживешь, наконец, нормальной жизнью.

Махмади выдавливает улыбку, тянется к дверной ручке.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ (за кадром). Фарух?!

Махмади снова оборачивается.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Я даже немного завидую тебе…

Раздается звук хлопнувшей двери.

Начальник тюрьмы смотрит в окно.

Люди в белых комбинезонах с опрыскивателями в руках усаживаются в машину. Она трогается с места, медленно едет по территории тюрьмы и затем скрывается за воротами.

Сотрудник в форме копошится в каких-то бумагах за столом.

За стеклянной ширмой в крохотной приемной ожидают своей очереди женщины и мужчины: кто-то пристроился на деревянной скамейке вдоль стены, кто-то стоит, облокотившись на металлические решетки.

Возле окошка ожидает женщина в белом шелковом платке. На ее некогда красивом лице виднеется шрам во всю щеку.

Махмади с дипломатом в руке проходит мимо сотрудника и останавливается напротив металлической решетчатой двери. Замечает женщину со шрамом.

ЖЕНЩИНА (в окошко). Я уже третий раз прихожу…

Сотрудник протягивает ей листок в окошко.

СОТРУДНИК. Свидание отменили. Заключенный отказался.

Рука сотрудника стягивает с крючка над столом связку ключей. Махмади не отрывает взгляда от женщины. Сотрудник с ключами идет в сторону Махмади. Женщина следует за сотрудником вдоль стеклянной ширмы.

ЖЕНЩИНА. Я хочу видеть начальника тюрьмы.

Сотрудник открывает ключом металлическую дверь.

СОТРУДНИК. Его сейчас нет.

Женщина ловит на себе взгляд Махмади.

Тот уверенно проходит к выходу.

Слышен звук закрывающейся двери сзади.

На остановке немноголюдно. У обочины тарахтит автобус.

Махмади пристраивает дипломат в багажник, закуривает. Замечает, как из ворот тюрьмы выбегает женщина со шрамом.

Автобус медленно трогается с места.

Женщина бежит быстрее. Автобус притормаживает, впустив ее внутрь, и уверенно выезжает на дорогу.

Крышка багажника оседает под тяжестью рук Махмади.

Дом Махмади. На кухне негромко работает телевизор. Слышен звук струящейся воды в кране. За столом сидит девочка лет пяти. В одной руке у нее кусок хлеба, пальцем другой руки она неуверенно касается пенки на молоке в стакане. Видимо, горячо – она отводит палец, снова пытается убрать пенку.

Рядом в пол-оборота за столом сидит мальчик лет восьми – САЛИМ. За спиной у него висит рюкзак, стакан напротив уже пустой. Салим ритмично стучит ногой по стулу.

У раковины спиной к детям стоит Махмади. Девочка вновь подводит палец к стакану. Салим продолжает стучать ногой по стулу.

МАХМАДИ. Прекрати!

Девочка отдергивает руку. Салим замирает. Оба оборачиваются на отца. Он подходит к столу, уверенно стягивает пальцем пенку с молока и облизывает его. Девочка отводит взгляд.

САЛИМ. Опять опоздаем.

Раздается звук хлопнувшей двери.

Махмади вытирает ладонью капли молока на подбородке.

В проеме кухонной двери появляется няня, женщина лет тридцати.

МАХМАДИ. Мы договаривались на семь!

Салим встает с места и выходит из кухни.

НЯНЯ. Это больше не повторится.

Махмади выходит вслед за сыном.

Девочка отодвигает стакан с молоком.

Махмади за рулем. Следит за дорогой, пытается объехать пробку.

Негромко работает радио.

На переднем пассажирском сиденье сидит Салим, смотрит в окно и нервно барабанит пальцами по рюкзаку на коленях. Махмади смотрит на сына, хочет что-то сказать, но передумывает. Снова переводит взгляд на дорогу. Едут молча. Но отец нарушает затишье.

МАХМАДИ. Комната площадью двадцать пять квадратных метров. Каков периметр всего помещения, если таких комнат три?

САЛИМ. Сам придумал?

МАХМАДИ. У тебя в учебнике было.

Салим отворачивается к окну, дав понять, что ответа не последует. Махмади поддает газу и объезжает машину справа.

МАХМАДИ. Ну тогда… сколько метров веревки понадобится, чтобы обвязать дерево толщиной в полметра трижды?

Салим оборачивается на отца.

САЛИМ. Глупая задача…

Машина сворачивает на перекрестке.

МАХМАДИ. Почему глупая?

Салим переводит взгляд в окно.

САЛИМ. Мы точно опоздаем.

Машина проезжает еще пару метров и останавливается напротив ворот школы. Салим открывает дверь.

МАХМАДИ. Салим?!

Мальчик выпрыгивает из машины, хлопнув дверью. Махмади смотрит через пассажирское окно, пока сын не скроется за воротами школы.

Махмади сидит в кафе за столиком у окна с телефоном в руке, делает какие-то пометки фломастером в газете. С улицы доносятся крики, ругань. Он оборачивается в сторону звуков.

Махмади (в трубку). Я звонил вам вчера…

За окном мальчик лет двенадцати бежит изо всех сил, рассекая оживленную толпу на улице. Следом бегут двое мужчин (один из них тучный). Махмади не отрывает взгляда.

Махмади (в трубку). Могу я с ним поговорить?

Мальчик перепрыгивает через бордюр и, оступившись, падает на землю. Посетители вываливаются из кафе.

Махмади (в трубку). Нет, не стоит…

Махмади выбегает на улицу.

Мужчина набрасывается на мальчика сверху, скручивает ему руки сзади и резко поднимает с колен. Тучный мужик подходит к мальчику вплотную и плюет ему в лицо. Возмущенная толпа не умолкает. Махмади возвращается в кафе.

Махмади подходит к своему столику и замечает опрокинутую чашку и разлитый кофе на газете. Он оглядывается по сторонам, затем переводит взгляд в окно. Мужчины уводят мальчика под крики толпы.

В зале супермаркета немноголюдно, работает один кассовый аппарат.

Махмади стоит неподвижно, наклонившись набок. К чему-то прислушивается, смотрит в одну точку.

Мужская рука скидывает в тележку на ходу пару упаковок печений, хлеб, пачку риса…

Махмади поднимается на носки, пытается достать пакет с молоком… Мимо него сзади незаметно мелькает чья-то тень. Махмади оборачивается. Провожает «пустоту» взглядом. Остается стоять с тележ­кой в конце ряда, высматривает кого-то – ряд пустой.

Колесико тележки Махмади застревает в сколотой плитке пола. Он прикладывает усилие и толкает вперед. Тележка уверенно проезжает дальше. Махмади поднимает голову, услышав знакомый голос женщины со шрамом. Она стоит на кассе. За ней еще двое покупателей с полными тележками. Кассирша пропускает товар через аппарат. Слышно характерное пиканье.

ЖЕНЩИНА. Это всё.

Махмади приближается к кассе.

Женщина расплачивается и направляется к выходу с пакетом в руке.

Махмади оставляет свою тележку с продуктами и выбегает за ней.

Махмади идет за женщиной со шрамом, соблюдая дистанцию. Она проходит пару кварталов, заворачивает за угол. Махмади останавливается на углу. Женщина проходит во двор небольших обветшалых частных домов. Заходит в первый. Махмади еще некоторое время мнется на месте, осматривается.

На первом этаже дома открываются окна, выпустив на волю прозрачную тюль.

Няня с девочкой идут по оживленной улице. Девочка одной рукой держится за длинное платье няни, в другой руке у нее кусок хлеба. Они проходят мимо магазинов, торговых лавок и останавливаются напротив табачной. Няня достает из тряпичной сумки несколько связок табачных листьев и протягивает продавцу. Возле урны заискивающе семенит собака.

Девочка жмется к няне. Собака принюхивается и утыкается своей лохматой лбиной в ноги девочки. Девочка бросает кусок хлеба псу. Продавец пересчитывает связки с табачными листьями и дает няне пару денежных купюр. Она убирает деньги в сумку, берет девочку за руку и проходит дальше по улице. Следом покорно волочится собака.

Они останавливаются на светофоре. Загорается зеленый пешеходный. Няня с девочкой подаются вперед, слившись с потоком людей. Пикает моргающий зеленый. Сзади раздается резкий звук тормозящей машины. Девочка оборачивается. Машина с пробуксовкой срывается с места. Собака немного медлит, а затем уверенно пробегает по пешеходному переходу.

Пронзительно звенит школьный звонок. Махмади стоит у окна. Из классов в коридор выбегают школьники. Они стремительно проносятся мимо. Махмади пристально всматривается в детей. Наконец коридор пустеет.

Из класса выходит учитель с папкой в руках. Следом идет Салим.

УЧИТЕЛЬ. Я бы не стал вызывать вас в школу, господин…

МАХМАДИ. Мне не сложно…

УЧИТЕЛЬ. Поймите меня правильно… Дети большую часть времени проводят дома, но в школе они раскрываются…

МАХМАДИ. Не понимаю…

По коридору проходят старшеклассники, другие учителя.

Учитель проводит рукой по волосам мальчика.

Учитель (Салиму). Погуляй во дворе.

Ребенок смотрит на отца, тот одобрительно кивает. Мальчик покорно уходит.

Учитель достает из папки лист бумаги с рисунком и протягивает Махмади. Тот всматривается в лист, на котором черным фломастером нарисован чертик.

УЧИТЕЛЬ. Дети должны были нарисовать несуществующее животное. Рисунок Салима смутил психолога.

Махмади снова всматривается в рисунок.

МАХМАДИ. Не понимаю…

Учитель забирает рисунок и кладет его в папку.

УЧИТЕЛЬ. Дети часто пытаются достучаться до нас… Но мы будто бы их не слышим…

Махмади меняется в лице.

МАХМАДИ. Говорите яснее.

УЧИТЕЛЬ. Если вы не против, психолог проведет несколько занятий с Салимом.

МАХМАДИ. Глупость какая.

УЧИТЕЛЬ. Не отказывайтесь сразу.

МАХМАДИ. Не знаю, я должен подумать…

Раздается школьный звонок. Махмади направляется к выходу. Учитель подходит к окну.

На площадке мальчишки гоняют мяч. Махмади быстрым шагом проходит мимо них. Он жестом подзывает сына. Тот хватает свой рюкзак и следует за отцом.

На остановке припаркована машина МАХМАДИ. Мальчик садится сзади. Махмади оборачивается в сторону школы. Учитель отходит от окна.

Машина Махмади припаркована у ворот колонии. Негромко работает радио. Льет проливной дождь. Заклеенные скотчем щетки слизывают воду на лобовом стекле. Махмади выпускает сигаретный дым в окно.

Ворота колонии открываются со скрипом, выпустив на волю джип. Махмади избавляется от сигареты. Выходит из машины.

Рука Махмади барабанит по стеклу джипа с требованием притормозить. Машина останавливается. Лысая голова зависает в окошке заднего пассажирского места, тянется вперед своей короткой шеей, дабы разглядеть стучащего.

МАХМАДИ. Это я звонил…

ЛЫСЫЙ. Махмади?..

Махмади выдавливает улыбку.

ЛЫСЫЙ. …ничего пока предложить не могу… Набери через месяц…

Махмади неуверенно кивает. Лысый откидывается назад. Джип срывается с места. Махмади приподнимает ворот пиджака.

Кухня в доме Махмади. Мужские руки протягивают сложенные пополам купюры. Женские руки пересчитывают их.

Няня недоуменно смотрит на Махмади.

Дети сидят за столом. Они увлечены уроками.

НЯНЯ. Мы договаривались о прибавке.

МАХМАДИ. Мы договаривались без опозданий.

НЯНЯ. Вы обещали!

МАХМАДИ. Не сейчас.

Махмади садится за стол, теребит в руках мобильный телефон. Набирает номер.

НЯНЯ. А когда?

МАХМАДИ. Я не знаю…

Встает с места, подходит к окну с мобильным у уха. Няня бросает злобный взгляд на стоящего к ней спиной Махмади, резко разворачивается и выходит из кухни.

Слышен звук хлопнувшей двери. Махмади убирает мобильный в карман. Салим смотрит на отца.

На переднем пассажирском сиденье сидит Салим, уставившись в окно. Барабанит пальцами по рюкзаку. Негромко работает радио.

МАХМАДИ. Твоя очередь.

САЛИМ. Я не хочу…

МАХМАДИ. Что значит «не хочу»?

Машина подъезжает к перекрестку. Загорается красный свет светофора. Салим продолжает смотреть в окно.

САЛИМ. Не хочу и всё.

Махмади замечает женщину в белом платке и солнцезащитных очках на противоположной стороне дороги. Не упускает ее из виду.

Машина стоит на светофоре с моргающей зеленой стрелкой вправо.

МАХМАДИ. Выходи из машины.

Сын не реагирует.

МАХМАДИ. Выходи, я сказал!

Тот недоуменно смотрит на отца, выходит из машины, захватив рюкзак. Сильно хлопает дверцей. Добегает до тротуара. Машина с пробуксовкой трогается с места. Едет прямо. В зеркале заднего вида Махмади ловит взглядом стоящего на тротуаре сына.

Сзади сигналят. Махмади переводит взгляд на сигналящую машину. Перестраивается в крайний правый ряд. Сбрасывает скорость. Машина проезжает слева, просигналив вновь.

Через лобовое стекло он выискивает кого-то взглядом в толпе пешеходов. Наконец замечает женщину в белом платке.

Машина медленно едет за ней вдоль тротуара. На мгновение Махмади вновь теряет женщину из виду, снова замечает. Довольный, едет следом. Она подходит к зданию суда, где толпится народ. Машина притормаживает у здания. Женщина теряется среди людей и затем проходит в здание суда. Махмади выходит из машины, проходит сквозь толпу и забегает внутрь.

Махмади идет по длинному узкому коридору с множеством дверей. Какие-то двери открыты настежь. Он заглядывает в одну из комнат, всматривается в людей. Идет дальше по коридору. Заглядывает в следующую комнату, осматривается, остается стоять в проеме двери.

За столом судья просматривает бумаги.

Напротив него на стуле устроился тучный мужик – тот, который плюнул в лицо мальчику у кафе.

У стены на мягком диване сидят две похожие друг на друга женщины – восьмидесятилетняя старуха и ее сорокапятилетняя дочь.

ТУЧНЫЙ МУЖИК. В этой семье моя мать никому не нужна. Ее муж даже своих детей прокормить не может.

ДОЧЬ. А твоя жена прямо обожает ее, да?!

Старушка отрешенно смотрит по сторонам, погруженная в собственные мысли, будто бы речь идет вовсе не о ней.

ТУЧНЫЙ МУЖИК. Им нужен дом, вот и вспомнили о ней.

ДОЧЬ. А где вы были, когда она месяцами с постели не вставала?

ТУЧНЫЙ МУЖИК. Замолчи уже!

СУДЬЯ. С кем из своих детей вы хотели бы жить, госпожа?

Старушка не реагирует.

ДОЧЬ. Кого вы спрашиваете?!

Махмади стоит в дверном проеме очередной комнаты.

За столом судья просматривает бумаги.

Напротив него стоит женщина лет двадцати пяти.

ЖЕНЩИНА. Неужели ничего нельзя исправить?

СУДЬЯ. Таковым было решение вашего мужа.

ЖЕНЩИНА. И что мне теперь делать?

СУДЬЯ. Жить.

Махмади в коридоре, прислонившись к стене, безнадежно провожает взглядом людей, проходящих мимо него. Из дальней комнаты выходит женщина в белом шелковом платке, солнцезащитных очках и идет навстречу МАХМАДИ. Отпрянув от стены, он преграждает ей путь. От неожиданности женщина останавливается, снимает очки.

Ее лицо идеально… Махмади смущенно отходит в сторону. Женщина ускоряет шаг. Он еще долго смотрит ей вслед.

Табачная плантация. Тарахтит трактор с прицепом. К нему подходит бригадир, бросает на прицеп связанные в узел из мешковины высушенные табачные листья. Садится за руль и трогается с места.

Под навесом напротив табачных рядов сидят женщины в платках и нанизывают на тонкие проволочные прутья зеленые листья табака. Няня с девочкой подходят к навесу. Няня что-то спрашивает у работниц, одна из них указывает рукой в сторону. Няня оставляет девочку под навесом и идет в сторону трактора.

Няня (кричит). Аббас! Аббас!

Девочка оглядывается по сторонам. Женщины погружены в работу.

Девочка идет вдоль рядов с парой табачных листьев в руках. Она периодически останавливается в просвете рядов и смотрит вдаль. Согнутые в спинах люди, словно муравьи, ползут меж кустов табака, срывая листья и убирая их в тряпичные сумки.

Девочка проходит дальше.

В просвете табачного ряда женский силуэт. Женщина выпрямляется, поправляет платок на голове и падает навзничь.

Девочка долго стоит на месте. Потом медленно идет в сторону упавшей. Останавливается рядом и смотрит на нее. Женщина лежит на земле с закрытыми глазами, на ее лице шрам во всю щеку.

Девочка. Ты спишь?

Женщина не реагирует.

Девочка. Ты что, уснула?

Не получив ответа, девочка ложится рядом с женщиной на землю и прикрывает глаза ладонями от ярких лучей солнца. Раздвигает ладони, жмурится. Снова закрывает глаза ладонями, опять раздвигает их и жмурится. Вновь прикрывает глаза. Убрав ладони в очередной раз – не жмурится.

Над ней стоит бригадир, прикрыв ее от солнечных лучей.

БРИГАДИР. Чего разлеглись здесь?

Девочка молчит. Бригадир слегка касается ногой женщины. Та не реагирует. Он опускается на колени и бьет ее по щеке.

БРИГАДИР. Эй, слышишь меня?

Бригадир тормошит женщину за плечи, но та по-прежнему не реагирует. Девочка резко встает с места и бежит по просвету.

Бригадир (за кадром). Принеси воды!

Девочка останавливается на крик и снова бежит по просвету. Добегает до навеса. Женщины погружены в работу.

Руки бригадира укладывают женщину со шрамом на мешковину. Работницы галдят, обступают ее вокруг, кто-то несет кружку с водой, обливает лицо. Бригадир отходит в сторону, закуривает.

К навесу быстрым шагом идет няня с тряпичной сумкой на плече, набитой табачными листьями. Бригадир тушит сигарету ногой, отводит няню в сторону.

БРИГАДИР. Ты зачем сюда ребенка притащила?

НЯНЯ. Что мне было делать? Товар нужен с утра…

Работницы верещат от радости. Бригадир возвращается к ним. Женщина со шрамом приоткрывает глаза. Неловко поправляет платок, прикрывая щеку. Бригадир стоит над ней.

БРИГАДИР. Откуда ты?

Женщина молчит.

БРИГАДИР. Что, первый день?

Она не отвечает.

БРИГАДИР. Тебя может кто-нибудь забрать?

Женщина отводит взгляд.

БРИГАДИР. Работать сможешь?

Женщина молчит.

БРИГАДИР. Послушай, или ты работаешь, или проваливай отсюда.

Бригадир разворачивается и уходит в сторону тарахтящего трактора. Работницы возвращаются к табачным листьям. Женщина со шрамом остается сидеть под навесом.

Няня берет за руку девочку и идет вслед за бригадиром.

Махмади идет по территории стекольной фабрики.

Кто-то везет на платформенной тележке гору плотных листов стекла.

В зале рабочие наклеивают этикетки на картонные коробки, проплывающие на мягкой ленте. Слышны звуки работы стеклорезов. Махмади проходит дальше.

Звуки усиливаются. Махмади останавливается около одного из рабочих, режущих стекло. Тот приподнимает на лоб пластиковые очки, подается в сторону Махмади. Гул в помещении не позволяет расслышать их разговор. Рабочий пожимает плечами и жестом указывает в конец зала.

Махмади замечает в углу помещения небольшой кабинет. Его широкие окна в пол позволяют наблюдать за работой в зале.

Рабочий с пустой тележкой проезжает мимо.

Махмади сидит на стуле и смотрит в зеркало, висящее на двери шкафа. Дверь в кабинет приоткрыта. Слышны мужские голоса.

Директор фабрики и мужчина сидят за столом и едят.

Махмади не отрывает взгляда от себя в зеркале.

МУЖЧИНА. Она звонила раз десять. А когда приехал – не открыла мне дверь…

Директор ухмыляется.

МУЖЧИНА. Чего ты лыбишься? Смешно тебе, да?

Директор вытирает ладонью рот, отодвигает тарелку.

МУЖЧИНА. Я вошел… Просто вышиб дверь ногой.

ДИРЕКТОР. Она не оставит его.

Махмади оборачивается в сторону приоткрытой двери.

МУЖЧИНА. Да мне плевать!.. Правда плевать… (Подавшись вперед, почти вплотную к директору.) Знаешь, какая у нее задница? Не-е, ты не знаешь, какая у нее задница! (Откидывается обратно на спинку стула.) Он поставил вторую дверь… Думает, ограбить пытались…

В его кармане звонит мобильный.

Махмади резко встает с места и проходит в кабинет.

По ухабистой дороге под палящими лучами солнца идет женщина со шрамом. Останавливается, голосует. Редкие машины проезжают мимо. Она идет все дальше и дальше, останавливается, снова идет и идет… Ее силуэт почти теряется из виду.

На дорогу выезжает автобус. Сравнявшись с женщиной, останавливается, впускает ее внутрь.

 

Директор стекольной фабрики стоит у огромного окна в своем кабинете и наблюдает за работой в зале.

Рабочий везет на платформенной тележке очередную гору плотных листов стекла. Мужчина идет следом с телефоном у уха.

ДИРЕКТОР. Сколько лет там работал?

МАХМАДИ (за кадром). Много.

Директор оборачивается.

ДИРЕКТОР. Почему сюда?

МАХМАДИ. Меня устроит любая работа.

На столе звонит мобильный. Махмади смотрит на телефон. Директор не реагирует. Телефон еще какое-то время поет песню и наконец замолкает.

ДИРЕКТОР. …даже если бы у меня было место, я бы тебя не взял…

Снова звонит мобильный. Махмади смотрит на директора. Тот опять не берет трубку. Звонок не умолкает. Махмади чего-то ждет, мнется на месте, хочет что-то сказать, но передумывает. Телефон все еще звонит. Махмади выходит из кабинета. Директор подходит к столу. Мобильный замолкает. Он берет трубку – на экране высвечивается информация: одиннадцать непринятых вызовов от одного абонента.

Махмади за рулем, следит за дорогой. Негромко работает радио.

На переднем пассажирском сиденье сидит ПОПУТЧИК. Едут молча. Машина сворачивает с главной дороги. Попутчик изучающе смотрит на Махмади. Останавливаются на светофоре.

ПОПУТЧИК. Каждый день работаешь?

Загорается зеленый, машина срывается с места.

Махмади усиливает звук радио, дав понять пассажиру, что ответа не последует.

ПОПУТЧИК. Останови у входа. Вещи заберу.

Машина перестраивается вправо и останавливается за автобусами напротив входа в автовокзал. Попутчик выходит из машины. Махмади смотрит ему вслед, тот сливается с потоком людей и заходит в здание.

Сзади останавливается автобус. Его водитель, выпустив пассажиров с вещами, сигналит. Махмади включает «аварийку». Водитель автобуса сигналит вновь. Махмади выходит из машины. Жестом показывает водителю автобуса: мол, пять минут.

Водитель автобуса закуривает. Махмади тянется в карман пиджака, достает пачку сигарет – она пустая. Он оглядывается по сторонам, идет по оживленной площади в сторону ларька. В очереди два покупателя. Махмади дожидается своей, периодически оглядываясь на двери автовокзала и в сторону припаркованной машины.

Махмади курит возле машины. Впереди стоящий автобус выезжает на дорогу. Водитель сзади мигает дальним светом.

Махмади выбрасывает сигарету и садится в машину. Проезжает вперед с включенной «аварийкой».

Негромко работает радио. Махмади всматривается через лобовое стекло в постепенно рассасывающуюся толпу на площади. Снова закуривает. Замечает в зеркале заднего вида, как автобус сзади выезжает на дорогу, слившись с потоком машин. Махмади еще раз бросает взгляд на двери автовокзала и трогается с места.

 

Струя воды из крана обливает детские ручки, пытающиеся поймать на дне раковины кусок мыла. Негромко работает телевизор. Девочка тщательно намыливает руки, протягивает ладони под струю воды. Воронка жадно засасывает пенную воду. Руки снова вылавливают мыло.

Стол накрыт на троих. Салим бездумно переключает телеканалы.

Махмади выкладывает яичницу из сковородки на тарелки.

В проеме кухонной двери стоит няня.

НЯНЯ. Вы не можете так поступить.

МАХМАДИ. Это уже не в первый раз.

НЯНЯ. Ничего ведь не случилось.

Махмади бросает сковороду на стол. Салим откладывает пульт. Шум струящейся воды замолкает.

МАХМАДИ. Ее руки пахнут табаком!

НЯНЯ. Это больше не повторится, я обещаю.

Девочка садится за стол.

МАХМАДИ. Оставь, пожалуйста, ключи от дома.

НЯНЯ. Что я скажу брату?

МАХМАДИ. Я не знаю.

НЯНЯ. Заплатите мне за сегодняшний день.

МАХМАДИ. Оставь ключи.

Няня зло смотрит на Махмади. Он садится за стол. Няня расстегивает молнию сумки и нервно перебирает ее содержимое. Наконец достает ключи.

НЯНЯ. Я отработала. Вы должны мне заплатить.

Махмади ест. Дети сидят в ожидании. Няня еще пару секунд мнется на месте и, бросив ключи на тумбу возле двери, выходит из кухни. Махмади делает звук телевизора громче. Едят молча.

Раздается звонок в дверь. Махмади не реагирует. Снова звонят. Дети оборачиваются. Махмади встает с места.

Махмади придерживает рукой приоткрытую дверь. На пороге стоит красивая женщина лет тридцати пяти – жена Махмади.

МАХМАДИ. Зачем пришла?

ЖЕНА. Я к детям.

Она пытается пройти, но Махмади не убирает руку от двери. Жена отступает назад.

МАХМАДИ. Сегодня среда.

ЖЕНА. Я не могла вчера.

МАХМАДИ. Значит, придешь в субботу.

ЖЕНА. Мы договаривались. Ты обещал, что я могу видеть детей, когда захочу.

Голос выдает ее неуверенность, но она пытается держать себя в руках.

ЖЕНА. Пожалуйста, дай мне пройти…

Махмади спокойно смотрит на жену, затем переводит взгляд на припаркованную у дороги машину. Возле нее курит мужчина средних лет. Он снова смотрит на жену. Она нерешительно подается вперед.

Махмади закрывает дверь перед ее носом, еще некоторое время стоит на месте. Слышны легкие шаги за дверью.

Махмади подходит к окну.

Мужчина открывает переднюю пассажирскую дверь и помогает женщине сесть в машину. Она оборачивается в сторону дома. Махмади отходит от окна.

 

Биржа труда. Возле деревянной стойки у каждого приемного окошка стоят посетители, последний в ряду – Махмади.

Слышны звуки работы ксероксов и другой печатной техники. Девочка сидит на корточках возле ног отца.

Сотрудница просматривает документы, то и дело бросая взгляд на Махмади.

Сотрудница. Копию свидетельства о рождении.

Махмади роется в бумагах. Девочка встает с места и подходит к приоткрытому окну.

 

Во дворе на качелях раскачивается мальчик (тот, кому плюнул в лицо тучный мужик у кафе), стоя ногами на деревянном сиденье.

СОТРУДНИЦА (за кадром). На характеристике отсутствует печать учреждения.

Махмади (за кадром). Там есть подпись начальника тюрьмы.

Девочка отрывает окно настежь и оборачивается в сторону отца, хочет что-то сказать, но передумывает.

СОТРУДНИЦА. Этого недостаточно.

Девочка снова смотрит в окно.

Мальчик сильно раскачивается, уже сидя на качелях, оборачивается в ее сторону и расплывается в улыбке. Девочка отворачивается.

СОТРУДНИЦА. Сверьте ваши контактные данные, чтобы мы могли с вами связаться. В случае смены адреса проживания – заблаговременно проинформируйте нас.

МАХМАДИ. Долго ждать?

Сотрудница пожимает плечами.

Рука Махмади касается плеча девочки. Она снова смотрит в окно.

Раскачиваются пустые качели.

Махмади с девочкой сидят под зонтиком за столом в открытом кафе. Он вычеркивает черным фломастером некоторые обведенные заметки. Набирает комбинацию цифр на мобильном. Девочка ест шаурму. Напротив нее стакан с молоком и пустое блюдце. За соседним столиком мужчины потягивают чай. Меж столов проходит официант. Мобильный телефон издает последние гудки и замолкает. Экран гаснет.

МАХМАДИ (официанту). От вас можно позвонить?

ОФИЦИАНТ. При входе налево.

Махмади встает с места, опершись руками о край стола.

Штанга зонтика покачивается не то от движения Махмади, не то от ветра. Он проходит в кафе с газетой в руке. Девочка провожает его взглядом. Выливает молоко в большой цветочный горшок рядом со столиком, ставит стакан возле блюдца. Оглядывается по сторонам. Раздается звук соприкосновения стакана с блюдцем. Девочка смотрит на дрожащий стол.

Блюдце медленно отъезжает, стакан следует за ним. Вновь раздается звук дребезжания посуды. Девочка оборачивается в сторону дверей кафе. Пусто. Она ставит пустой стакан дальше от блюдца. Оно отъезжает вновь. Девочка пальцем подталкивает стакан в сторону блюдца. Дребезжание повторяется. Девочка улыбается.

Из кафе выходит Махмади.

Мужчины за соседним столиком расплачиваются с официантом.

Некоторые припаркованные на дороге машины просыпаются в привычном вое сигнализации.

Махмади скидывает на стол пару монет, берет девочку на руки и быстрым шагом идет в сторону припаркованных машин.

На фоне белой плитки в бассейне в ряд выстроены мальчики одного возраста. Салим с опозданием пристраивается к ним. По обе стороны от трамплина восседает судейская коллегия из нескольких человек.

Раздается свисток. Первая пара мальчиков проходит к трамплину. Принимают исходную позицию.

Махмади с девочкой наблюдают за прыжками в воду с трибуны вместе с другими зрителями.

Тренерский свисток не заставляет себя ждать. Мальчики прыгают в воду.

Сын периодически смотрит на отца, тот ловит его взгляд, одобрительно кивает. Трибуна аплодирует.

Звонит мобильный. Махмади всматривается в экран. Переводит взгляд на сына. Тот еще в ряду. Решается.

МАХМАДИ. Да…

Мальчики выныривают из воды на другом конце бассейна. Следующая пара направляется к трамплину.

МАХМАДИ. Нет, пока ничего…

Он встает с места, прикрыв свободной рукой ухо, быстрым шагом идет к выходу. Оборачивается на воду. Свисток издает громкий звук. Следующая пара мальчиков прыгает в воду. Махмади проходит через стеклянные двери в предбанник.

МАХМАДИ. Мои соболезнования…

Слышны скупые рукоплескания.

Через стеклянные двери в бассейн с опозданием вбегает мужчина.

Салим и мальчик прыгают с трамплина.

Махмади отходит от дверей в сторону.

МАХМАДИ. Не знаю, я должен подумать…

Возвращается, толкает плечом дверь и входит в зал.

Салим выныривает из воды под аплодисменты. Махмади виновато смотрит на сына.

Махмади за рулем. Всматривается в дорогу. Негромко работает радио.

На заднем пассажирском сиденье лежит девочка – голова ее на коленях брата. Она спит. Салим смотрит в окно. По всему видно, что он еще обижен.

Машина сворачивает в переулок. Салим смотрит на отца, хочет что-то сказать, но передумывает. Снова переводит взгляд в окно.

Во дворе частных обветшалых домов столпилось человек пятнадцать мужчин. Они расталкивают друг друга, будто пытаются что-то разглядеть. Кто-то подпрыгивает на месте, опираясь на впереди стоящего.

Машина притормаживает, не доезжая до них пару метров.

Лопата трижды возвышается над головами мужчин, разнося эхом три громких звука удара о землю.

Слышны голоса: «Еще, еще сильней…», «Давай, давай…», «Бей… я держу ее…»

В кадре медленно появляется затылок Махмади.

Он будто бы немного рассекает толпу. Мужские вопли не умолкают.

Раздается истеричный долгий мужской смех.

Камера на смеющемся парне.

На фоне смеха снова голоса: «Два точно будет…» – «Не-е-е, столько нету…». – «Я тебе говорю, два…»

Махмади не отводит взгляда от смеющегося парня. Тот смотрит на землю и продолжает ржать. На земле ровно уложена мертвая змея, рядом лежит, вытянувшись во весь рост мужчина. Он натянут словно струна, пытаясь не «растерять» ни сантиметра своей длины.

Голоса на фоне смеха: «Метр семьдесят». – «Говорю, два метра есть…» – «Не, меньше… Я видел двухметровых… Эта короче…»

Махмади смотрит на землю, переводит взгляд на парня. Мужчина рядом одергивает смеющегося парня. Тот, наконец, замолкает.

Махмади оборачивается в сторону домов. В окнах загорается свет, все больше освещая двор. В окне первого дома – женский силуэт.

Махмади замечает стоящую в окне женщину со шрамом из тюрьмы. Она отходит от окна.

В крохотной детской комнате спят дети. Махмади прикрывает дверь комнаты. Идет по коридору в сторону кухни. В руке у него дипломат.

Берет свободной рукой табурет на кухне, ставит его под антресолью возле двери. Встает на него. Открывает дверцы и пытается положить туда дипломат. Никак не получается. Толкает дипломат сильнее. Шумит. Оборачивается в сторону детской комнаты. Тишина. Снова толкает дипломат – тщетно. Он ставит дипломат на пол. Тот падает на бок. Махмади вновь оборачивается. Прислушивается к тишине. Вытаскивает из антресоли ненужные вещи. На освободившееся место кладет дипломат. Довольный, закрывает дверцы антресоли.

Махмади выносит ненужные вещи к мусорному баку возле дома. Садится на бордюр под тусклым освещением городского фонаря, закуривает. Тень складывает его руки на земле.

Возле ворот семенит собака (та, что шла за девочкой с няней). Она робко скулит.

Тюрьма. Махмади в спецодежде везет на тележке ведро с жидким месивом, рядом на подносе выложены нарезанные куски хлеба. Он останавливается напротив одной из камер. В открытом окошке пустая миска. Махмади наливает в миску из ведра месиво, рядом кладет кусок хлеба. Проезжает дальше с тележкой по тюремному коридору.

В очередном окошке (это та же камера, где была дезинфекция) – почти полная миска.

Махмади немного мнется на месте, но наливает месиво в миску. Тянется за куском хлеба и заглядывает в окошко.

На кровати, свесив ноги, сидит заключенный. Его большие руки спокойно лежат на коленях, точно каменные. Голова опущена, словно в низком поклоне.

Махмади оставляет кусок хлеба рядом с миской и везет тележку дальше по коридору.

Вода из шланга обливает цинковое ведро. Руки Махмади переворачивают его и кладут на стеллаж. Рядом разложены тазы. Многолитражная кастрюля следует за ведром. За окном курит помощник. К дверной раме приставлена длинная толстая палка, удерживающая дверь открытой. Помощник бросает недокуренную сигарету, закидывает на спину тяжелый мешок и заносит его в пищеблок. Кладет под окном. Таких мешков уже пять.

Вода из шланга обливает тазы, вокруг разлетаются брызи. Из-за угла выбегает крыса, скользит по мокрой плитке. Помощник замечает ее. Хватает палку и безжалостно дубасит ею по полу. Крыса ловко скрывается за мешками. Махмади с ужасом смотрит на разъяренного помощника.

МАХМАДИ. Хватит уже! Остановись!

Махмади неуклюже разворачивается и локтем задевает стеллаж. Тазы с грохотом валятся на пол. Махмади хватает помощника за плечи. Тот отталкивает его, бросает палку на пол и начинает один за другим перетаскивать мешки.

МАХМАДИ. Прекрати, она сбежала.

По мере того как помощник убирает мешки, обнаруживается небольшая дыра в стене. Рядом на полу валяется сколотая со стены плитка.

ПОМОЩНИК. Вот дрянь! Я неделю за ней гоняюсь.

МАХМАДИ. Хватит!

Помощник подставляет к шкафу табурет и встает на него. Тянет руку, что-то нащупывая на шкафу. Достает небольшой пузырек с жидкостью. С ехидной ухмылкой спрыгивает с табурета. Махмади поднимает с пола палку, открывает дверь, возвращает палку на место.

Помощник берет со стола кусок хлеба, со злостью сжимает в ладони, раскрошив его на мелкие кусочки. Складывает у отверстия в стене, откручивает крышку пузырька с надписью: «дифенацин», заливает жидкостью крошки хлеба и проталкивает в дыру. Закручивает крышку. Закладывает дырку в стене сколотой плиткой, подперев ее стальными гирями от весов на столе.

Махмади оседает в дверях.

МАХМАДИ. И что теперь?

Помощник убирает пузырек обратно на шкаф. Довольный, он садится на табурет.

ПОМОЩНИК. Через три часа она сдохнет.

В оживленном зале супермаркета работают несколько кассовых аппаратов. Махмади везет тележку. Девочка и Салим с азартом наполняют ее продуктами. Махмади безучастно толкает тележку вперед.

Он замечает на кассе женщину со шрамом. За ней еще несколько покупателей с полными тележками. Кассирша пробивает товар с тележки женщины. Слышно привычное пиканье аппарата.

ЖЕНЩИНА. Это всё.

Махмади с детьми встают в очередь. Женщина расплачивается и направляется к выходу с пакетом в руке.

В дверях раздается громкий сигнал. Охранник останавливает женщину. Некоторые покупатели оборачиваются в сторону выхода. Охранник проводит вдоль тела женщины аппарат – снова раздается сигнал. Он жестом просит ее пройти к столику возле выхода. Махмади не упускает женщину из виду.

Женщина кладет пакет с продуктами на столик.

На кассе очередное привычное пиканье.

Охранник копошится в пакете, сверяет товар поштучно с чеком. Он снова проводит аппарат вдоль тела женщины – раздается сигнал.

ОХРАННИК. Откройте, пожалуйста, вашу сумочку, госпожа.

Женщина недоуменно снимает с плеча сумку, кладет на столик. Из сумки торчит бутылка с прозрачной жидкостью. Охранник достает бутылку.

ОХРАННИК. Вы здесь брали воду?

ЖЕНЩИНА. Да… у вас очень жарко…

ОХРАННИК (не дожидаясь ответа). Вы не заплатили за товар.

ЖЕНЩИНА. Простите… я…

Охранник стягивает с пояса рацию.

ОХРАННИК. Шерин, подойди на охрану…

ЖЕНЩИНА. Я заплачу…

ОХРАННИК. Оставайтесь на месте, госпожа.

Охранник направляется к выходу. Женщина оглядывается по сторонам. Покупатели смотрят на нее. Она поправляет платок на голове, отворачивается. Привычное пиканье на кассе продолжается.

В сторону женщины быстрым шагом идет Шерин в форме.

ЖЕНЩИНА. Это недоразумение.

ШЕРИН. Ваши документы, госпожа.

ЖЕНЩИНА. Послушайте, это всего лишь бутылка воды…

ШЕРИН. Предъявите ваши документы, пожалуйста.

ЖЕНЩИНА. Не думаете же вы, что я собиралась это украсть.

ШЕРИН. Вы не оплатили товар.

ЖЕНЩИНА. Я заплачу… Я уже сказала ему…

Она жестом указывает на охранника.

ШЕРИН. Предъявите документы, госпожа.

ЖЕНЩИНА. Послушайте…

Она снова оборачивается в сторону кассы. Товар Махмади проходит по ленте. Аппарат ритмично пикает. Дети складывают продукты в пакеты. Махмади смотрит на женщину со шрамом. Их взгляды встречаются. Она отворачивается.

КАССИРША. Восемьсот семьдесят пять.

Махмади, будто очнувшись, достает из кармана пиджака деньги, отсчитывает нужное количество, передает кассирше. Он снова смотрит в сторону столика. Женщина с сумкой и пакетом в руках покорно следует за Шерин.

В машине негромко работает радио. Махмади всматривается в дорогу. На переднем пассажирском сиденье сидит девочка.

Махмади смотрит на нее, хочет что-то сказать, но снова переводит взгляд на дорогу. Набирает номер на мобильном.

МАХМАДИ. Это я.

Едут молча.

Машина подъезжает к многоэтажному дому. У подъезда стоит ЖЕНА. Девочка машет ей рукой. Махмади наклоняется к девочке и открывает дверцу. Дочь выпрыгивает из машины и бежит к матери.

Махмади провожает их взглядом, пока те не скроются в подъезде дома. Машина трогается с места.

Машина съезжает на загородную трассу. Махмади вглядывается через лобовое стекло. Вдоль дороги стоят мужчины разного возраста. Где-то по двое, где-то по трое. Кто-то сидит на корточках. Машина сбавляет скорость, останавливается, проехав пару метров. Сдает назад. К машине подбегают несколько молодых парней. Махмади опускает стекло у пассажирского сиденья. Лица парней зависают в окошке. Махмади вопросительно смотрит на первого парня.

ПЕРВЫЙ ПАРЕНЬ. Двести.

Махмади переводит взгляд на следующего.

ВТОРОЙ ПАРЕНЬ. Сто пятьдесят.

Махмади отрицательно качает головой.

ТРЕТИЙ ПАРЕНЬ. Сто.

Махмади отворачивается, закрывает окошко.

Парни резко отпрыгивают назад. Машина срывается с места.

Тюрьма. Махмади везет на тележке ведро с жидким месивом, рядом на подносе выложены нарезанные куски хлеба. Он останавливается напротив одной из камер. В открытом окошке пустая миска. Махмади наливает в миску месиво из ведра, рядом кладет кусок хлеба. Проезжает дальше по тюремному коридору. В очередном окошке миска снова полная. Махмади немного мнется, но наливает месиво в миску. Тянется за куском хлеба и заглядывает в окошко.

Заключенный мешковато висит в петле, сложенной из свитера и привязанной к вентилятору на потолке. Его большие руки свисают тяжелым грузом. Махмади нажимает кнопку вызова. Раздается сигнал тревоги.

Рука начальника тюрьмы держит мертвой хваткой шею заключенного, вдавливая его в стену. За спиной начальника стоят два вооруженных надзирателя.

Начальник тюрьмы. Если ты думаешь, что в моем доме можешь делать что тебе вздумается, то ты глубоко ошибаешься!

Рука давит еще сильнее, заставив заключенного вжаться в стену.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Ты будешь жрать все, что тебе дают, и жить до тех пор, пока не свалишь отсюда! Ты понял меня?!

Заключенный молча смотрит на него.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Я не слышу!

Он слегка расслабляет «удавку». Заключенный плюет ему в лицо. Начальник наносит удар под дых. Тот валится с ног на пол. Начальник тюрьмы отходит.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Привяжите его! И проследите, чтобы он все сожрал.

Надзиратели поднимают заключенного. Начальник подходит к двери. Махмади стоит с ведром в руках. Начальник берет с окошка полную миску и бросает в ведро. Капли месива стекают по лицу Махмади.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Принеси ему нормальной еды.

Махмади вытирается фартуком. Начальник тюрьмы выходит из камеры.

Махмади едет в машине. Негромко работает радио. По встречной полосе с воем сирены проносится машина «скорой помощи», следом – пожарная.

Машина Махмади уверенно пересекает две сплошные линии и едет за ними. Подъезжает ко двору обветшалых частных домов.

Проезд уже перекрыт спецмашинами. Махмади паркуется у обочины.

Во дворе возле груды камней и металла столпилось человек пятнадцать мужчин. Доносятся крики, вопли… Мужчины расталкивают друг друга, будто пытаются что-то разглядеть. Кто-то подпрыгивает на месте, опираясь на впереди стоящего. Кто-то сидит рядом на корточках.

Мужские руки передают лопату из рук в руки.

Лопата трижды сбрасывает на землю песок и камни.

В кадре медленно появляется затылок Махмади.

Он будто бы немного рассекает толпу. Мужские вопли не умолкают. Раздается всхлипывающий мужской плач. Плачущий парень смотрит на землю, прикрыв ладонью рот.

Несколько человек копают глубокую яму. Песок сыплется обратно. Руки вновь и вновь очищают яму от песка. В глубине появляется детское плечо. Кто-то отбрасывает лопату в сторону.

Мужские руки с еще большим усердием разгребают камни и песок вокруг, пытаясь освободить ребенка из-под завала. Крики и всхлипывания не прекращаются.

Махмади переводит взгляд на плачущего парня, затем оборачивается в сторону домов. На стене первого дома (женщины со шрамом) – глубокая трещина, крыша его обвалилась. Окно распахнуто настежь, выпустив на волю прозрачную тюль. Внутри темно и безлюдно. В домах рядом горит свет, освещая двор.

Раздается детский плач и радостные вопли мужчин.

Они передают ребенка из рук в руки. Последний бежит с ребенком к машине «скорой помощи». Махмади провожает их взглядом.

Махмади сидит на табурете напротив телевизора с пультом в руках. Его внимание приковано к маленькому экрану. Дети сидят за столом. В одной руке у девочки кусок хлеба, пальцем другой руки она неуверенно касается пенки на молоке в стакане. Горячо – она отводит палец, снова пытается убрать пенку. Рядом в пол-оборота сидит Салим, стакан напротив уже пустой. Он ритмично стучит ногой по стулу.

ДИКТОРША. На юге страны произошло землетрясение магнитудой 4,3 балла. Очаг землетрясения залегал всего в пятнадцати метрах от поверхности… Стихия разрушила более ста десяти домов и строений.

Раздается звонок в дверь. Махмади не реагирует. Салим встает с места, выходит из кухни. Девочка отодвигает стакан с молоком. В проеме кухонной двери появляется жена МАХМАДИ. Девочка спрыгивает со стула и бросается к матери.

ЖЕНА. Когда их привезти?

Махмади не отрывается от экрана.

ДИКТОРША. По предварительной оценке в результате землетрясения пострадали сто двадцать три человека. Пострадавшие доставлены в ближайшие больницы с травмами различной степени тяжести… Погибших нет.

ЖЕНА. Фарух, во сколько привезти их?

МАХМАДИ. Пусть сегодня останутся у тебя.

Делает звук телевизора громче.

ДИКТОРША. Люди сами собираются в группы и участвуют в спасении пострадавших. Всем нуждающимся оказывается психологическая помощь.

Раздается звук хлопнувшей двери. Махмади выключает телевизор. Он сидит неподвижно, уставившись в черный экран.

Сквозь густой пар проявляются очертания, а затем и полностью лицо Махмади.

По периметру бани на каменном полке сидят несколько полноватых мужчин, их силуэты становятся «телесными» в растворяющейся дымке пара. Слышно тяжелое дыхание одного из них.

Махмади сидит напротив, его взгляд скользит сквозь мужчин. Входит молодой худощавый мужчина и ложится на каменный полок. Махмади переводит взгляд на него. Один из полноватых мужчин поддает жару, и мужские тела вновь скрываются в дымке пара.

Махмади в костюме едет за рулем своей старенькой иномарки параллельно железнодорожным путям. Негромко работает радио. Махмади периодически бросает взгляд в зеркало заднего вида, затем оборачивается в сторону железнодорожных путей – пусто.

Машина останавливается перед шлагбаумом. Махмади выключает радио.

Горит зеленый сигнал светофора. Шлагбаум поднят. Машина стоит на месте с работающим двигателем.

Махмади тянется к бардачку и достает небольшой пузырек с надписью «дифенацин». Убирает его в карман пиджака.

Птицы резко взлетают с земли, и небо всасывает их без остатка. Махмади еще долго смотрит вдаль через лобовое стекло.

Тюрьма. Вода из шланга льется прямо на пол. Рядом разбросаны тазы.

За окном курит помощник. Раздается сигнал тревоги. Помощник подается вперед, примкнув лицом к окну.

Помощник бросает недокуренную сигарету, забегает внутрь пищеблока.

Вода из шланга так и льется на пол.

Помощник стоит у металлической решетчатой двери. Надзиратели проносят на носилках мимо него тело, накрытое белой простыней.

Салим и девочка вместе с матерью, крепко держась за поручень вагончика «американских горок», съезжают вниз под безумное визжание окружающих. Кругом шум-гам, крики радости и азарта. Салим и девочка переглядываются, визжат в унисон со всеми.

На мгновение глаза матери выдают испуг, они слезятся, видимо, от большой скорости и сильного ветра.

Неожиданно шум умолкает, аттракцион работает в полной тишине. Лица вокруг «выдают» смех, радость, удовольствие, но звуков при этом нет. На лице матери все еще сохраняется страх.

Вагончик останавливается. Звуки возвращаются (смех, визг, восторги). Люди выходят из кабинок. Салим и девочка спрыгивают на дорожку. Мать остается неподвижна, крепко схватившись за поручень. Девочка ладошкой касается руки матери.

Тюрьма. Руки стражника, стоящего у стены, перебирают связку с ключами. Слышен звук работающего вентилятора.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ (за кадром). Почему год нигде не работал?

СТРАЖНИК. Места ждал.

За столом в кресле сидит начальник тюрьмы. Он разворачивает настольный вентилятор на себя, подняв голову вверх.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Машина есть?

СТРАЖНИК. Нет, господин. Пешком надежней.

Начальник тюрьмы выключает вентилятор.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. Полную инструкцию получишь в блоке.

Он встает с места, подходит к окну, закуривает.

НАЧАЛЬНИК ТЮРЬМЫ. И чтобы ни одна мышь в моем доме не прошмыгнула через твои двери без моего ведома!

СТРАЖНИК. Да, господин.

Начальник тюрьмы тушит недокуренную сигарету, смотрит в окно. Раздается звук хлопнувшей двери.

Люди в белых комбинезонах с опрыскивателями в руках садятся в машину. Она медленно едет по территории тюрьмы и скрывается за воротами.

На фоне белой плитки в ряд выстроены мальчики одного возраста. Салим среди них. По обе стороны от трамплина восседает судейская коллегия из нескольких человек.

Раздается тренерский свисток. Первый мальчик проходит к трамплину. Принимает исходную позицию.

Мать с девочкой наблюдают за прыжками в воду с трибуны вместе с другими зрителями.

Тренерский свисток не заставляет себя ждать.

Мальчик прыгает в воду, оставив после себя высокие брызги.

Раздаются скупые рукоплескания.

Салим периодически смотрит на мать, та ловит его взгляд, одобрительно кивает.

Вновь раздается громкий звук свистка.

Салим уверенной походкой проходит к трамплину. Принимает исходную позицию. Входит в воду под прямым углом, практически не оставив после себя брызг.

Девочка на трибуне улыбается матери.

Салим выныривает из воды под бурные аплодисменты.

Тюрьма. Помощник везет на тележке ведро с жидким месивом, рядом на подносе выложены нарезанные куски хлеба. Он останавливается напротив одной из камер. В открытом окошке пустая миска. Помощник наливает в миску месиво из ведра, рядом кладет кусок хлеба. Проезжает дальше с тележкой по тюремному коридору. В очередном окошке – это та же камера, где была всегда полная миска и дезинфекция, – снова почти полная миска.

Помощник немного мнется, но наливает месиво в миску. Тянется за куском хлеба и заглядывает в окошко.

На кровати сидит Махмади.

Его руки спокойно лежат на коленях, точно каменные. Голые ноги свисают, слегка касаясь пола кончиками пальцев. Голова опущена словно в низком поклоне.

Помощник оставляет кусок хлеба рядом с миской и везет тележку дальше по коридору.

Король, дама, валет

Блоги

Король, дама, валет

Нина Цыркун

Очередную экранизацию Шекспира, действие самой спорной пьесы которого перенесено в наши дни, посмотрела Нина Цыркун.

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Новости

«Послание к человеку» объявило программы

10.09.2017

С 15 по 22 сентября 2017 года в Санкт-Петербурге прйдет XXVII международный кинофестиваль "Послание к человеку". Традиционно на мкф "Послание к человеку" три конкурса: международный, национальный и экспериментальный In Silico.