Жизнь других

Вот и лето пришло, о чем свидетельствует первый летний хит — «Люди Икс: Первый класс», действительно первоклассный. Компания Marvel открыла великий мичуринский секрет живучести франшиз: можно бесконечно ветвить сюжет, поручая очередной spin-off новому режиссеру и в результате получая гибриды с заданными компанией, но неожиданными для публики свойствами. И сам предшественник Мичурина, Грегор Иоганн Мендель, отец учения о мутациях, велел, чтобы история о мутантах следовала законам гибридологии. К мощному древу саги Мэтью Вон привил черенок родной ему по крови бондианы, что оказалось тем более естественным, что основное действие «Первого класса» разворачивается в 1962 году — в год выхода на экраны первого бондовского фильма «Доктор Но». Привой хорошо прижился, ибо Бонд того же поля ягода, что и супергерои комиксов. Но определенной обработке подвергся — русские генералы и адмиралы, хоть и безусловные противники, уже не похожи на монструозных фриков Орлова, Коскова и Урумова. Сага о мутантах в трех предыдущих фильмах не раз затрагивала тему начал, деликатно вводя в курс дела новые поколения зрителей — страшно сказать, но разделяют их не годы, десятилетие. Мы ведь уже и так знали, что Магнито подростком оказался в концлагере — и новый фильм начинается с повторения старого — того, что показано в фильме Брайана Сингера 2000 года. Но возвращение теперь обозначено как точка роста идейных разногласий между Магнито и Профессором Икс, то есть между Эриком Леншерром (Майкл Фассбендер) и Чарльзом Ксавьером (Джеймс МакЭвой) — злодеем, воспитанным зверствами нациста Себастиана Шоу (Кевин Бейкон) с одной стороны, и гуманиста-утописта — с другой. В фильме Гэвина Худа «Люди Икс: Начало. Росомаха» (2009) Логан становится зверем благодаря инъекции адамантия, Мэтью Вон и еще пять его соавторов-сценаристов заставляют каждого из мутантов встать перед проблемой личного и осознанного выбора, что и составляет главный саспенс его фильма

зодчество

. Вообще же теперь акцент ставится не на спецэффектах — безупречных, как всегда, но на человеческих отношениях в контексте характерной для 60-х борьбы за гражданские права меньшинств. Проблема реализации возможностей (сверхвозможностей) мутантов сталкивается с проблемой ценностей. Каждый из героев должен принять решение: каким образом достойна реализации их суперспособность. И в ходе принятия этого решения излечиваются их неврозы, рожденные осознанием своей необычности, так что отныне они гордо могут заявить: «Я мутант!» и получить свидетельство об окончании первого класса.