Большое настоящее. Портрет Хавьера Бардема

Первую значительную роль Хавьер Бардем сыграл в необычной романтической комедии-фарсе 1992 года «Ветчина, ветчина», за которой последовали работы в фильмах «Пока не наступит ночь», «Танцор этажом выше», «Призраки Гойи», превратившие Бардема в любимца режиссеров артхаусного кино. А затем высоко оцененный критиками талант и личное обаяние актера открыли ему путь в мир Голливуда — в 2004 году он сыграл небольшую, но яркую роль в триллере Майкла Манна «Соучастник».

Хавьер Бардем
Хавьер Бардем

В 2007-м, к восхищению по-клонников и критиков, в карьере Бардема произошел настоящий прорыв — он снялся в двух из самых ожидаемых фильмов года.

В «Старикам здесь не место» Джоэла и Этана Коэнов он сыграл хладнокровного убийцу-нигилиста с мертвенным взглядом и нелепой прической1. В картине Майка Ньюэлла «Любовь во время холеры» Бардем исследовал совершенно иную сторону человеческой натуры — перед его героем, страдающим от безнадежной любви, рас-крываются объятия всех женщин, кроме его истинной возлюбленной.

Оба фильма заведомо могли бы обеспечить Бардему статус мировой кинозвезды. И можно с уверенностью говорить о стремительном взлете, о новом профессиональном уровне, о котором испанский актер не мог и мечтать в те годы, когда выбивался из сил, пытаясь заполучить небольшие роли в телесериалах.

«Это счастливое стечение обстоятельств, — говорит он. — Кажется, зрители оценили обе работы. Для любого актера возможность сыграть в таких непохожих фильмах — истинное счастье».

«Непохожие» — мягко сказано, если учесть, насколько между ними мало общего. Тем более поразительно, что Бардему удалось настолько убедительное перевоплощение. Как художник (актер время от времени возвращается к своему давнему увлечению) он наверняка оценил бы напрашивающееся сравнение с живописцем, который по утрам пишет импрессионистские пасторали, а после обеда принимается за городские пейзажи в духе постмодерна.

«Любовь во время холеры», экранизация романа Габриеля Гарсии Маркеса, рассказывает историю юноши Флорентино Арисы (Бардем), одержимого любовью к прекрасной Фермине Урбино (Джованна Меццоджорно). Действие фильма разворачивается на родине Маркеса, в Колумбии, и охватывает несколько десятилетий, в течение которых развиваются, преодолевая всевозможные препятствия, запутанные отношения двух влюбленных.

В «Старикам здесь не место» герой Бардема — воплощенное зло и жажда насилия. Его персонаж Антон Чигур — призрачный убийца, преследующий неудачливого вора Льюэлина Мосса (Джош Бролин) по выжженным просторам юго-западной Америки. По следам обоих, в свою очередь, идет полицейский Эд Том Белл (Томми Ли Джонс), пытаясь выяснить мотивы убийцы прежде, чем тот настигнет свою ускользающую жертву.

В одном из интервью Хавьер Бардем заявил, что просто не мог отказаться от сотрудничества с братьями Коэн, которое стало одним из главных достижений в его карьере. «По-моему, Коэны — одни из самых выдающихся кинематографистов», — признался актер, добавив, что они помогли ему найти и воссоздать особенности характера человека, которого отнюдь нельзя назвать «зловещим» или просто «плохим парнем».

«В этом персонаже сложно распознать человека. Это механизм, запрограммированный на насилие», — говорит Бардем. — Пришлось нелегко, ведь у меня не было почти никакой опоры, ни одного нормального человеческого качества, за которое можно «зацепиться». Но, выходя на съемочную площадку, я должен был делать то, что от меня требовалось, — сопереживать своему герою. Это невероятно тяжело. Актеру, как правило, хочется, чтобы зрителям понравился его персонаж, чтобы они приняли его, а в моем случае это невозможно. Так что я был вынужден стать этим психопатом и не пытаться найти какие-либо оправдания«.

Джош Бролин отметил, что в мире кино сегодня мало актеров, подобных Бардему: «Хавьер обладает каким-то сверхъестественным даром перевоплощения, умеет настраиваться на своих героев, полностью передавая их характер, эмоции, их сущность. В его игре нет ни капли тщеславия... Сейчас почти нет актеров столь вдумчивых и обладающих таким живым воображением».

Для перевоплощения же во Флорентино, страдающего романтика из «Любви во время холеры», Бардему потребовалось лишь воскресить в памяти свои впечатления от первого и многочисленных последующих прочтений романа Маркеса: «Я впервые прочел книгу еще подростком, и, хотя я был очень молод, она произвела на меня очень сильное впечатление. Позже я перечитывал ее еще три раза. Когда мне рассказали, что этот роман собираются экранизировать, я был приятно удивлен, но немного боялся, что фильм может оказаться неудачным. Точно перенести содержание и смысл со страниц книги на экран практически нереально. Но теперь мне кажется, что сценаристы постарались — они уловили и запечатлели атмосферу произведения, его „вкус“. И уж, конечно, бесподобно воссоздали сюжет».

«Старикам здесь не место»
«Старикам здесь не место»

Во время подготовки к съемкам Хавьеру пришлось еще не раз вернуться к роману. В то же время «как только мы приступили к съемкам, я отложил книгу... Перестал сверяться с ней, потому что, создавая свой образ, уже нельзя полностью руководствоваться только лишь авторскими описаниями. Когда звучит: „Мотор!“ — это команда для меня, актера, и тут нужно подключать собственное воображение, вносить свои идеи. Безусловно, важно знать и понимать, каким представил героя писатель, но исполнитель должен прежде всего сам увидеть, интуитивно прочувствовать персонаж и вжиться в него».

Лучшие роли Бардема рождались именно благодаря сочетанию рассудочности и интуиции. «Он один из лучших актеров на всей планете, — говорит Джулиан Шнабель, режиссер драмы „Пока не наступит ночь“, за роль в которой Бардем был впервые номинирован на премию „Оскар“. — Я редко встречал актеров, которые бы с таким усердием работали над собой и совершенствовались профессионально».

Задолго до того, как артист стал любимцем мастеров американского независимого кино, воплотив на экране образ кубинского писателя-маргинала Рейналдо Аренаса, Бардем начал работать над своим особым стилем, хотя и снимался в довольно сомнительных проектах. В эротическом фильме 1990 года «Возрасты Лулу» ему досталась небольшая роль, но актер уверен, что именно эта картина Бигаса Луны стала точкой отсчета в его карьере: «Это была моя первая, хоть и совсем небольшая, но настоящая роль. Я должен был сам продумать характер своего героя, выстроить его поведение — словом, создать живого человека. Тогда я понял, что именно этим хочу заниматься всю жизнь, что через разные персонажи могу найти себя настоящего. Актерство — это призма, в гранях которой преломляется моя сущность».

Снявшись в последующие годы в нескольких фильмах, Бардем стал на-стоящей звездой в Испании, был дважды удостоен награды Европейской киноакадемии, четырежды — высшей в Испании кинопремии «Гойя» (в которой всего семь номинаций), был номинирован на премию «Золотой глобус».

Несмотря на признание профессионалов и восхищение зрителей, у Бардема по-прежнему есть один, но самый безжалостный критик — он сам. В своих интервью и на пресс-конференциях он говорит: «Мне трудно увидеть себя со стороны, трудно судить о своей игре. Но нет ни одного фильма, которым я был бы полностью доволен... Есть картины, о которых я могу с уверенностью сказать уже как зритель: „Это хорошее кино“. Просто иногда я чувствую, что мог сыграть гораздо лучше. Думаю, что и время имеет значение. Сегодня, вспоминая свои роли пяти-, шести-, семилетней давности, я вижу их со стороны и понимаю, что тогда — с тем опытом и в том возрасте — я мог сыграть только так, как сыграл, и никак иначе. В этом случае можно лишь констатировать: „получилось неплохо“ или „сыграл я неважно“. Но судить так же уверенно о последних работах — невозможно».

Бардем также считает, что можно многому научиться, анализируя свои ранние роли: «Мои друзья актеры говорят, что не смотрят фильмы со своим участием. А я смотрю. Когда есть время, включаю DVD с какой-нибудь из своих давних картин и смотрю, что получилось, как получилось и получилось ли вообще. Мне кажется, это полезно. Особенно если есть возможность в любой момент увидеть на экране результат своего труда. Вероятно, это и не поможет понять, как надо играть, зато какие-то недостатки сразу бросятся в глаза. Так можно избежать их в дальнейшем».

Уверенностью в себе актер отчасти обязан воспитанию. Фамилия Бардем в Испании довольно известна. Мать Хавьера много лет работала на телевидении и в кино. Дядя, Хуан Антонио Бардем, как режиссер снял более двадцати картин и имел успех на международных кинофестивалях в 50-60-е годы. Дед Рафаэль Бардем, актер, играл более чем в ста фильмах, а брат Карлос — почти в тридцати (среди них — «Призраки Гойи» и «Пердита Дуранго», где снимался и Хавьер). Сестра Хавьера Бардема Моника также принадлежит к актерскому миру.

Многочисленные родственники и друзья актеры передавали Хавьеру свой опыт, у них он черпал и вдохновение. В особенности помогла мать. «Когда я стал актером, я часто спрашивал у нее советы. Мы понимали друг друга, и она всегда уважала мое мнение — никогда не запрещала мне играть в том или ином фильме. Но как только у меня возникали малейшие сомнения, я шел к ней. Я всегда буду прислушиваться к мнению близких, ведь они знают меня лучше, чем кто бы то ни было, знают, кто я на самом деле, а потому понимают и мои проблемы».

На вопрос о том, чем Бардем гордится больше всего, от него, такого успешного исполнителя, можно было бы ожидать упоминания об «оскароносной» роли или о совместной работе с такими маститыми режиссерами, как Альмодовар и братья Коэн. Однако его ответ гораздо более прозаичный, но от этого не менее достойный: «Пожалуй, тот факт, что у меня вообще есть работа, — это и есть моя гордость. Я рос в большой семье, близкие мне люди прошли через многое, в их трудной профессии, естественно, были и взлеты, и падения. Я не понаслышке узнал, что значит быть актером, какова эта жизнь изнутри. Уже то, что я могу сам выбирать проекты, работать с людьми, которыми искренне восхищаюсь и которых уважаю, — огромное достижение. Я знаю многих талантливых, но безработных артистов. Люди считают, что актерами становятся из тщеславия или любви к огням рампы. Они думают, что это профессия, в которой не бывает безработных, а это не так. Девяносто процентов занятых в этой сфере не могут получить работу, и лишь десять имеют шанс прокормить себя и свои семьи».

Бардем с гордостью говорит о своем проекте Invisibles («Невидимые») — совместной работе пяти режиссеров из разных стран. На последнем международном кинофестивале латиноамериканского кино в Лос-Анджелесе эта работа была отмечена специальным призом. Название фильма говорит само за себя — это хроники жизни людей, по разным причинам выброшенных из привычного мира, никому не нужных, столкнувшихся с проблемами, которые редко попадают на страницы популярной прессы. Бардем заявил, что хотел бы уделять больше внимания документальному кино такого рода, но пока не может представить себя в роли режиссера. «Слишком уж трудоемкий это процесс», — говорит он с печальной усмешкой.

Movie Maker, Issue № 72, Fall 2007

Перевод с английского Елены Паисовой

Облученные Германом

Блоги

Облученные Германом

Елена Стишова

Умберто Эко, выдающийся писатель и философ, скажет cлово об Алексее Германе и его фильме «Трудно быть богом» на 8-ом международном кинофестивале в Риме, в рамках которого пройдет мировая премьера последней работы мастера. Речь Эко будет выдержала в старинном жанре laudatio, что переводится как «хваление». С подробностями – Елена Стишова.

Фильм Сэмюэля Беккета «Фильм» как коллизия литературы и кино

№3/4

Фильм Сэмюэля Беккета «Фильм» как коллизия литературы и кино

Лев Наумов

В 3/4 номере журнала «ИСКУССТВО КИНО» опубликована статья Льва Наумова о Сэмуэле Беккете. Публикуем этот текст и на сайте – без сокращений и в авторской редакции.

Новости

«Артдокфест-2013» откроет «Священная трасса»

29.11.2013

30 ноября в Москве состоится открытие шестого ежегодного кинофестиваля «Артдокфест». Фильмом открытия станет победитель Венецианского кинофестиваля – «Священная трасса» Джанфранко Рози, этот показ станет российской премьерой картины. В этом году конкурсная программа включает двадцать одну картину. Среди фильмов-участников основного конкурса – DEMONStration Виктора Косаковского, «Оптическая ось» Марины Разбежкиной, «Непал форева» Алены Полуниной (лауреат программы Cinema XXI Венецианского МКФ этого года).