Конструирование «сериальных реальностей». Социологическое исследование

  • №7, июль
  • Кира Богословская, Светлана Солнцева

Просмотр зрителями сериалов соответствует метафоре ухода в особый мир. Многое в его создании и восприятии при внешнем взгляде вызывает удивление, а при более пристальном изучении напоминает своей непредсказуемостью Солярис. Как именно зрители понимают ту «картину мира», которую представляют им современные российские сериалы? Какой она должна быть, чтобы им нравиться? Какой они сами ее конструируют?

Некоторые ответы на эти вопросы получены в результате специального исследования, проведенного методом фокус-групп1. Участниками таких групп были в основном телезрительницы, регулярно смотрящие сериалы.

Чтобы сериальные «жизненные миры» отвечали вечерним потребностям в просмотре, зрительницы хотят видеть в них следующее.

— Красоту интерьеров, нарядов, природы, отношений персонажей; их современность, богатство, привлекательность. «Важно, чтобы чувствовалась роскошь, а то иногда показывают богатый дом, а он выглядит как-то скромненько, скорее, ближе к скупому, бедному антуражу, нет лоска»2.

«Колдовская любовь»
«Колдовская любовь»

— Доброту, доминирование в сериале позитивной интонации, преобладание у персонажей положительных эмоций. «Добрый сериал, даже злодеи не вызывают чувства напряжения и страха».

— Любовь и наличие лирических настроений. Важно, чтобы в сюжетах данного жанра достаточно сильно и развернуто была представлена тема любви в ее самых разных проявлениях: родительской, супружеской, романтической, сложной, сильной и т. д.

— Явный психологизм взаимоотношений персонажей и их эмоциональную обнаженность.

— Реалистичность сюжетов, небольшое количество в них надуманных ситуаций, интриг и типажей персонажей. Отражение тем естественного жизненного цикла — жизнь в родительской семье, устройство своей личной жизни, свадьба, семейные отношения, рождение детей, взаимоотношение с родственниками, старость.

— Ценности и установки, близкие и разделяемые зрителями. Необходимо, чтобы сам сюжет, типажи персонажей, их поступки характеризовались зрительницами как понятные, узнаваемые и близкие.

— Сказочность историй. Под этим зрители подразумевают воплощение мечты — тех жизненных, романтических, чувственных желаний, которые слабо реализуемы в обычной жизни. «Хочется видеть принца на белом коне, себя в образе прекрасной принцессы», «реализовавшиеся жизни, красивые поездки, преданную любовь, счастливую семью, удачную карьеру». Ну, конечно, «не в такой квинтэссенции, иначе будет сплошной сахар. А так дозировано, чтобы мы разрыв сердца не получили. Разбавляя реалиями нашей жизни». А «сказочность как выстраданная награда, как манок: будет — не будет, будет — не будет».

Для зрительниц важно, чтобы в сериалах обязательно были:

— Событийность. «Не очень долго тянуть одно событие, чтобы в жизни героев что-то происходило, а не обсасывалось одно и то же».

«Бедная Настя»
«Бедная Настя»

— Естественная игра актеров. «Играют, как живут; без заламывания рук и несвойственных жизни страстей». Наличие в сериале «близких и узнаваемых» персонажей. «Нам важно чтобы мы чувствовали их, понимали, почему они так поступают». Важны «естественность, понятность реакций персонажей на те или иные события. Естественность диалогов. Чтобы незнакомые актеры за время просмотра приблизились к нам, чтобы не возникало ощущения чуждости, чтобы в будущем мы смогли с ними породниться».

— Привлекательность персонажей сериала. «Красивые, приятные, ухоженные герои. Интересные женские образы. Привлекательные мужские персонажи. Чтобы в сериале был образ сильного, мужественного мужчины, который бы решал вопросы, за которым как за каменной стеной, — в общем, мечта всех женщин».

— Сильная и прозрачная интрига, «когда разворот сюжета не предугадывается и одновременно с этим на момент просмотра все понятно — это то, что надо». «Чтобы не нужно было прикладывать усилия для понимания сюжета. Чтобы мы свободно следили и ориентировались в событиях, происходящих в сериале». При этом для зрителей важно, чтобы интрига обладала силой, «чтобы сериал захватывал, интриговал, был непредсказуемым. Чтобы постоянно какие-то новые события — сюжетные линии — возникали, чтобы трудно было предсказать, что будет в следующей серии».

— Спокойная, мягкая интонация сериала, неагрессивная динамика сюжета. Зрительницам импонирует неторопливый темп сериала, так разительно отличающийся от их повседневной «суеты, торопливости, суматошности». «Расслабляющая атмосфера сериала помогает остановиться, отдохнуть, вынырнуть из ежедневной гонки».

— Общее качество сериала — «добротность, продуманность, объемность, красочность картинки».

Современный уровень развития зрительских предпочтений в отношении «женских» сериалов приводит к востребованности следующих составляющих:

— «Сильная, схожая с детективной интрига» и одновременно с этим ясно выраженная любовная. Стоит отметить, что криминально-детективное начало (как основа сюжета) не востребовано целевой аудиторией «женских» «мыльных опер» и противоречит ее мотивам просмотра сериалов данного жанра. Присутствие криминально-детективной интриги в «женских» сериалах принимается целевой аудиторией, если интрига составляет не более 20 процентов времени серии, носит легкий характер, является частью основной интриги.

«Родные люди»
«Родные люди»

— Сюжет, в котором развернуто представлены темы семьи, ее разных поколений, общества с сохранением выраженности любовной темы. Для зрителей важно наличие в содержании сериала сообщений разных уровней — о человеческих отношениях, проблемах социального плана, о самом «типе жизни» в современной России. «Важно, чтобы судьбы персонажей были достаточно емко развернуты, отражены их чувства, то, что придает сериалу объем, — это для души, есть любовь, лирика, брачные отношения, социальная широта».

Зрительский интерес к «женским» сериалам снижается, если им присущи:

— Актуализация темы беззакония и беззащитности человека, а также жестокость во взаимоотношениях персонажей. То и другое противоречит базовым потребностям зрительниц в просмотре сериалов данного жанра. «Красота, доброта, возможность переключиться от суровой действительности в позитивный мир сказки, отвлечься». «Зло должно наказываться, достойные — вознаграждаться». «Жизненные несправедливость и обиды, сваливающиеся не-прерывно жизненные невзгоды (обычно на этом строится интрига) должны быть преодолены, и каждому должно воздасться по заслугам». «Самые безнадежные в итоге должны раскаяться».

— Наличие большого количества эмоционально тяжелых кадров. Для зрительниц 18-45 лет значимость данного критерия ниже, чем для более старших возрастов. Молодые люди более спокойно воспринимают напряженные сцены гибели, насилия в сериалах данного жанра.

— «Слишком завинченный сюжет». Этот критерий так же менее значим для зрительниц 18-45 лет, чем для более старших: «Всё запутают так, что перестаешь понимать, что происходит, теряется интерес».

— «Большое количество серости».

— Смещение акцента в сюжете сериала с любовной интриги на детективную, криминальную, что усиливает ненависть персонажей друг к другу. «Такие сериалы смотришь из-за закрученной интриги, на голом интересе к тому, что будет дальше, в них мало чего есть для души».

— Смещение акцента с любовной интриги на темы собственности, денег, бизнеса. Слабое развитие темы любви и других тем естественного жизненного цикла. Особенно чувствительны к этому зрители 55-65 лет; которым «интересней смотреть о семье, любви, красивых взаимоотношениях, о том, чего в нашей жизни так и не было реализовано, а так хотелось бы», «для нас неактуальны темы бизнеса».

«Грехи отцов»
«Грехи отцов»

— «Холодность», «недостаточная эмоциональность» общего пространства и героев сериала. «Недостаток накала страстей, пусть даже несколько наигранных». «Такой стиль европеизированный, что ли, игры, холодноватый, малоэмоциональный». Слабая эмоциональность героев, их «сдержанность» в проявлении своих чувств и переживаний, особенно в вопросах любви, в решении межличностных конфликтов снижают привлекательность сериала для его целевой аудитории.

— Небольшая представленность в сериале сильных мужских образов. Зрительниц раздражает, когда «наиболее яркий, интересный мужской персонаж сериала наделен исключительно отрицательными качествами».

— «Рваность, скачки сцен, обилие (больше двух) не связанных между собой сюжетных линий и персонажей, слишком запутанный, замудренный сюжет» — то, что мешает легкости понимания сюжета.

В отношении «женских» сериалов зрительницы говорили о неудачном озвучивании как о значимом недостатке.

— Для просмотра «мыльных опер» характерен «слушающе-смотрящий» тип просмотра. Какую-то часть серии зрительницы прослушивают, занимаясь своими делами, и поглядывают на экран лишь в наиболее привлекательные для них моменты. В связи с этим харaктерность, выразительность и четкость голосов персонажей для целевой аудитории играет весомую роль — «хороший дубляж говорит о качестве сериала, позволяет с удовольствием его смотреть».

— Большой объем времени уделяется диалогам. В связи с этим выразительность и разнообразие голосов персонажей так же играют важную роль, как и безупречность звучания. «Невозможно не раздражаться, если изо дня в день ты вынужден или прислушиваться, или неприятный резкий голос, или все монотонно».

«То, что Петр говорит о Павле, говорит скорее о Петре, чем о Павле».

То же можно сказать об идеалах и мечтанях самих зрительниц.

Отношение зрительниц к «сериальному миру» исследовалось не только посредством демонстрации самих серий, как обычно, но и посредством предъявления им текстовых описаний «сериала и его обитателей». Такой способ позволил лучше понять, какие именно смысловые конструкции востребованы зрительницами. В частности, им предъявили текст: «В историческом центре некоего крупного города России построили жилой комплекс из нескольких домов, рекламируемых как „дома для среднего класса“. Новый микрорайон соседствует со старыми домами, в которых живут и по ходу сериала сталкиваются с новоселами люди из других социальных и культурных слоев».

Этот фрагмент сюжетной основы сериала зрительницы воспринимали следующим образом.

— «Для сегодняшнего дня тема жилья очень актуальна в России. Это животрепещущая тема». Зрители предполагали, что сериал начнется с этапа заселения людей в новый дом и коснется всех актуальных в этой связи проблем.

— «Столкновение между собой новоселов и жителей старых домов, а также разных социальных слоев интересно и богато различными ситуациями». «Главное, чтобы авторы все сделали жизненно и ненадуманно».

Зрительницы предлагали убрать из этого фрагмента некоторые моменты как нереалистичные.

— «Жилье в историческом центре крупных городов у нас стоит миллионы, такая сумма недоступна простым смертным. Лучше сделать просто микрорайон, можно около центра, но можно и Бутово выбрать, там ведь последнее время было очень «весело».

— «Не очень понятно, кто такие представители среднего класса. У нас есть богатые, обеспеченные и бедные. Так вот — эти обеспеченные имеют разную степень доходов, но они все же не могут позволить себе купить жилье. Они либо переехали из старого жилья из-за его сноса, либо одну квартиру продали, а другую купили. Лучше убрать отсылку к среднему классу».

«Служба доверия»
«Служба доверия»

В такой реакции проявлен один из парадоксов самосознания сегодняшней России: категория «средний класс» остается для россиян ненаполненной конкретным содержанием, не несет для них особой смысловой нагрузки.

На уровне «сериального мира» это означает, что задача создания образа «среднего россиянина, зарабатывающего честным трудом и живущего в достатке» сопряжена с рядом трудностей. Остаться в рамках «реализма» при его создании представляется зрителям проблематичным. В этом случае может оказаться необходимым снабжать своих «героев» некоторым количеством «условных» или фантастических черт.

Зрительницам был также предложен текст: «Сериал отражает не только обыденную жизнь города, полного драматизма, юмора, счастья и трагедий, но и значимые события в стране». Отражение в сериале «значимых событий в стране» многим было не очень понятно. «Это как будет выглядеть? Политика в сериале? Или трагедии, теракты? Что подразумевается под значимыми событиями в стране?» Вот если фраза подразумевает «острые точки» современной жизни, «а не новостные события, то это удачно — актуально, интересно». По мнению зрителей, «все будет зависеть от того, насколько будет интересно вплетено в сюжет сериала и хорошо подано — нам сложно представить, о чем речь, так как мы еще не видели». В целом зрители сомневались в том, что «новостные события» могут быть удачно вплетены в сюжет и стать интересной для них информацией. «О том, что происходит, и о последствиях, обо всем прочем наши новости обширно и популярно рассказывают».

Зрителям показали еще один фрагмент: «Характеры и обстоятельства жизни героев максимально достоверны и узнаваемы. В то же время замес страстей и коллизий в сериале круче, чем в реальной жизни».

Их основная реакция: «Отлично. Так и должно быть. Реальность должна превратиться в сериальные страсти».

Другой фрагмент текста: «Персонажи сериала — несколько семей, поселившихся в новом доме. Среди них есть люди хорошие и плохие, но большинство достигло определенного достатка своим трудом и продолжает напряженно работать».

Зрители позитивно воспринимали первую часть этой фразы. «То, что люди хорошие и плохие, — это прекрасно, так оно и есть, и даже так, что один человек может быть и плохим, и хорошим в зависимости от жизненных обстоятельств. Но в целом кто-то больше хороший, кто-то больше плохой».

В отношении второй части этой фразы зрители реагировали неоднозначно: «Это кто у нас в России своим трудом достаток обеспечил?» Не все понимали ее суть: «Если речь идет о хорошей зарплате, то такие в России есть: программисты, юристы и другие». «Если речь идет о том, чтобы честно заработать на квартиру, то это уже неправда. Поэтому если под фразой „Достигли определенного достатка“ имеется в виду именно это, так ее лучше убрать».

Важное изменение самосознания в выработке стратегий социальной реализации у социально активного населения произошла в связи с ростом цен на московскую недвижимость, когда даже зарплата в две-три тысячи долларов перестала давать возможность купить собственное жилье. Возможность покупки жилья теперь начинается с гораздо более крупной суммы, уже слабо достижимой легитимными способами. Такая ситуация рождает у населения не самое оптимистичное самоощущение и иные, чем прежде, соображения по поводу «стратегии социальной самореализации». Если пропорционально в несколько раз уменьшить суммы зарплат и стоимости жилья, то ситуацию можно экстраполировать и на регионы России.

Понятно, что зрительницы, как правило, не принадлежат к категории населения, обладающей соответствующими доходами, однако это самоопределение столь важно и стратегически очевидно, что затрагивает не только тех, кто реально принимает решение о покупке жилья, но и все население.

Зрителям предъявили фрагмент синопсиса сериала: «По соседству с ними в давно обжитых домах обитают студенты, рабочие, пенсионеры, музыканты, безработные и другие. Такая топография позволяет свести новоселов не только между собой, но и с представителями разных социальных слоев, возрастов, профессий и культур. Это многообразие станет источником бесконечного числа сценарных поворотов».

«Да, реалистично. Да, актуально. Богатый материал для рассмотрения проблем общества сегодняшнего дня». «Повод для массы конфликтов и перипетий. Должно получиться интересно».

Во время проведения фокус-групп зрители интерпретировали и свое отношение к семьям, живущим в предполагаемом «сериальном микрорайоне».

Текст описания: «Адвокат Сергей Николаев в молодости слыл удачливым следователем, мог сделать карьеру, но ушел в отставку и открыл собственную контору. Соседи Николаева нередко прибегают к его бесплатным советам в сложных ситуациях... Жена Вика работает администратором в Доме моделей, хотя по образованию она психолог, специалист по реабилитации жертв катастроф. Муж настоял на том, чтобы она ушла из Центра мобильной медицины, потому что ей приходилось летать в зоны стихийный бедствий и военных столкновений... Андрей особенно близок к матери, под ее влиянием пошел учиться на медицинский факультет. Неожиданно для родителей Андрей уходит из университета и вместе с другом детства открывает маленькое интернет-кафе...»

В целом зрители позитивно отнеслись к семье Николаевых: «нормальная, обычная семья». Лишь у незначительной части возникало ощущение некоторой несогласованности в том, что мама «психолог и не смогла разобраться в душевных переживаниях сына, при этом он с матерью близок, как написано». Был также непонятен контраст профессий: «то она людей спасает, то администратором в Доме моделей служит, как-то неочевидна связь и непонятен путь, почему именно администратор и именно Дома моделей». Остальная часть зрителей находила объяснения этим моментам: «Летала по горячим точкам, отсутствовала дома, вот и результат. А администратор, потому что была психологом, разбирается в людях, может ими управлять. И Дом моделей оставьте — красиво».

Зрители отмечали, что в последнее время появилось много сериалов, в которых герои — адвокаты. Принципиальных возражений против того, чтобы Н. был адвокатом, у зрителей не было, но они опасались «избитости сюжетов, связанных с его работой».

Плюсы того, что Николаев — адвокат, по мнению зрителей, позволяют ему взаимодействовать с остальными жильцами дома и благодаря этому можно показывать разнообразные житейские ситуации: «И с дачами, и с разводами, и еще много с чем».

Зрители хотели бы, чтобы было как-то объяснено то, что Николаев по-соседски дает бесплатные советы. «Это невозможно. В общих чертах обрисуют, куда обратиться, а так, чтобы в сложных ситуациях бесплатно давать консультации, — неправда». Многие предлагали убрать сложность ситуаций и оставить намек на то, что он помогал, точнее, ориентировал соседей в том, как правильно поступить. «Пусть он останется добрым — это приятно, хоть в сериале, только приблизить к реальности, — давал общие советы, направлял».

Другой фрагмент: «Катя Кастанаева живет в старом доме вместе со старшим братом и младшей сестренкой. Она учится в медицинском училище и устраивается на работу по вечерам в интернет-кафе. С ее приходом в делах стало больше порядка. Андрей влюбляется в Катю. Виктор, старший брат Кати, работает водителем грузовика на стройке и является фактическим главой семьи, поскольку мать давно уже лежит в клинике для душевнобольных. Настя, младшая сестра, умудряется постоянно попадать в самые нелепые истории, от забавных до опасных».

Семья Кастанаева вызвала неоднозначные реакции респондентов. Такие реакции были связаны как с сильным наворотом болезненных для зрителей ситуаций, так и с ощущением «чернушности», а стало быть, надуманности.

«И дети одни без родителей, бабушек и дедушек, и мать в психушке, и на жизнь себе сами зарабатывают. Ужасно». Участники фокус-группы настаивали на том, чтобы в этой семье появился взрослый, заботящийся о детях, а мама не лежала в психиатрической больнице. «Если уж надо — чтобы болела чем-то менее ужасным, например, что-то с позвоночником и она в загородном реабилитационном центре». В отношении психиатрической больницы зрители предлагали отделение неврозов, «где мама восстанавливается от нервного срыва — она нормальная, но сорвалась от тяжести жизни и нуждается в восстановлении».

Персонажи детей — Кати, Виктора, Насти, — по мнению зрителей, «реалистичные, хорошие». Единственно неясный для них момент связан с работой Кати в интернет-кафе. «Интересно, как девочка, учащаяся на медсестру, может навести порядок в делах интернет-кафе?» Непонятно. Может быть, эта линия «очень далека от реальности, если ее не облекут во что-то правдоподобное».

Фрагмент текста о семье Тормотти: «Паоло Тормотти, итальянец по национальности, преподавал в консерватории, остался в России, пел в оперетте. Он ушел со сцены, пошел работать поваром, а потом открыл собственный итальянский ресторан. Маша, вторая жена Паоло, помогает ему в ресторане, ведет бухгалтерию и «решает вопросы» с многочисленными контролерами.

У супругов нет детей, с ними живет таджикский мальчик Дододжон, который остался без семьи. Паоло и Маша хотели бы усыновить его и по этому поводу постоянно советуются с Сергеем Н.».

Зрители воспринимали проживание итальянца в микрорайоне российского города как характерные для современности реалии. «Сейчас кто только в России не живет, тем более в крупных городах». «Колорит, хорошо. Расширение сюжета». В восприятии многих усыновление таджикского мальчика Дододжона семьей итальянца и русской — слишком сильная акция и поэтому кажущаяся нереалистичной. Зрители предлагали снизить закрученность, сделать мальчика русским, дать ему простое имя. «Зачем такое невыговариваемое имя? Это же наш сериал». «У нас беспризорниками можно спокойно бегать, а как только тебя кто-то к себе взял, тут же надо проверять, что это вы с ребенком делаете».

Зрителям также казался нереалистичным переход Паоло из музыкантов — «тем более в консерватории» — в повара: «Так не бывает. Консерватория — это особый мир, они в такие профессии не идут». «Он еще опереточным певцом был. Слишком не вяжутся его прошлое и настоящее». Зрители предлагали сделать Паоло владельцем ресторана и «в качестве хобби готовить редкие кушанья и иногда напевать что-то из оперетт».

Зрительницы старшего возраста предлагали следующую историю перехода Паоло из консерваторских педагогов в повара: «В 90-е годы, когда у нас в стране сами знаете, что творилось, Паоло был вынужден выживать, а так как его хобби было готовить, он подался в повара в хороший итальянский ресторан, а со временем открыл свой ресторанчик».

Теперь фрагмент о семье Павловых. «Так зовут художников-пенсионеров, которые получили дорогую квартиру в виде компенсации за старый дом, в котором жил отец Михаила Павлова. Он был знаменитым художником, рисовал Ленина. Поэтому его дом с мастерской выстоял вплоть до того, как началось строительство нового микрорайона. Внучка Павловых Ирина училась за границей, теперь вернулась на родину. Она ищет место в новой обстановке и находит его рядом с Сергеем Н., став его любовницей».

Эта семья вызвала море позитивных реакций в ответах респондентов. «Она будет душой сериала. Старая интеллигенция. Правильная, красивая речь, манеры, неспешность поведения, чаепития за накрытым столом, приятные отношения. Уютная квартира со старинной мебелью. Ах, соскучились по такому. Они, наверное, будут всех примирять, советовать, от них будет исходить тепло, спокойствие, очарование старых нравов».

Рассказ о семье Ереминых: «В самой большой квартире одного из новых домов живет Алексей Еремин, инвестор, который построил микрорайон. В его собственности также находятся помещения на первом этаже, в которых располагаются магазины, ресторан, туристическое бюро, интернет-кафе. Еремин планирует построить еще один новый корпус, для чего надо снести дома вокруг. Алина, приемная дочь Еремина, хозяйка туристического бюро, знакомится со студентами Художественной академии, которые снимают коммуналку в одном из старых домов по соседству. Ее дружба с богемой тревожит отчима, но он не решается применить власть».

Эта семья воспринималась зрителями как «нереалистичная». Зрители не верили в то, что инвестор, «имеющий такие большие деньги, будет жить среди простых смертных: это немыслимо даже с точки зрения безопасности. Он будет жить среди своих, за высоким забором с охраной или на Рублевке». Зрители были удивлены, «почему у него приемная дочь, это не в стиле наших богатых, мы же не в Америке». Также многие видели противоречие в том, что «человек, сколотивший такое состояние, не находит способов повлиять на свою дочь, и вообще непонятно, зачем на нее влиять, она же не ребенок, взрослая девушка, раз у нее свое агентство? Непонятно, где его жена?»

Кто-то предлагал изменить сюжет, касающийся этой семьи. «Сделать его директором строительной компании... богатый, но не настолько, чтобы отгородиться от народа». «Дать ему жену». «Дочь сделать родной, проблемные отношения между отцом и дочерью можно оставить. Он все время работал, ребенком не занимался, а когда спохватился, то дочери уже не нужен, да и обид на него у нее много. А он ее, как маленькую, пытается контролировать. Так в жизни и бывает». «Если дочь оставлять приемной, то от родственников». «Кроме того, убрать конфликт из-за художественной богемы, он же не праведник, сам не ангел, порядочные люди таких больших денег не имеют». Зрителей, особенно более молодого возраста, в инвесторе привлекал другой, недоступный для них образ жизни: «Пусть будет холостой, нереалистичный, зато богатый, хоть по ТВ посмотреть, как такие люди личную жизнь налаживают».

В качестве недостатков зрители выделяли следующее:

«Слишком много открытых своих фирм: Никитин — раз, его сын Антон — два, Евсюковы — три, у Давлетшина тоже что-то вроде авторемонтной мастерской, Тормотти — пять, Алина — шесть. У всех по своему делу, только сироты без дела».

«Один-то приемный ребенок для сериала много, у нас это не распространено, а здесь из шести семей две с приемными детьми. Конечно, важно показывать, что надо усыновлять детей, это дело хорошее, но одной семьи для этого достаточно».

«Много героев радикально поменяли свои профессии: и Никитин с женой, и Тормотти, и Антон, и внучка Полищуков. Но обычных, нормальных полных семей как-то мало. Может быть, когда сериал будет снят, не так заморочено все это будет выглядеть».

Сюжет о семье Изимбы: «В одной из квартир микрорайона живет семья Изимбы — аспиранта МГУ, гражданина Ганы. Жена Изимбы Ирина ждет ребенка. С ними живет мать Ирины Галина Павловна, родившаяся и выросшая в деревне. Чтобы прокормить семью, Изимба подрабатывает частным извозом. Он очень доброжелательно относится к соседям и старается всем помочь, в том числе и тем, что подвозит их на машине».

По мнению зрителей, «отношения Изимбы с тещей, похоже, будут самой эмоциональной частью сериала — она из деревни, он негр — сочетание, дающее массу самых разных моментов».

Момент размышлений тещи о том, какого цвета родится ребеночек, и то, как Изимба кормил тещу, вызвал самые яркие эмоциональные реакции респондентов, всегда носившие позитивный характер. «Он и подвез просто так, и помощь соседскую предложил, и маме ужин приготовил — искренний, отзывчивый, добрый, теплый, заботливый, непосредственный. В принципе, наверное, негры такими непосредственными и бывают, не испорчены цивилизацией».

В роли Изимбы зрительницы представляли «певца, певшего песню: „Я шоколадный заяц, я ласковый мерзавец...“ — он такой улыбчивый, милый, очаровательный. Если не сам певец, то похожий на него, располагающий, открытый».

«Сейчас в России кого только нет, и негр не в диковинку для крупного города, и „бомбят“ они уже сейчас преспокойно, сама ехала, и Москву лучше любого русского знают». Зрители позитивно воспринимали наличие Изимбы в сериале. Это, по их мнению, придаст ему изюминку, колорит, не снизит реалистичность сериала: «герой хорошо прописан и на своем месте».

Вместе с тем, по мнению зрителей, исходивших из своего опыта современных отношений между соседями, подобное поведение неспецифично. «Исходя из чего он такой добрый, если сам нуждается? Конечно, то, что он делает, хорошо; приятно, что такое осталось, но он неубедителен в том, что это действительно может быть, потому что не видно, что позволяет ему оставаться таким в наше время. Он же не лопух, если в аспирантуре учится, и вряд ли является архаичным интеллигентом, который по-другому не может, так воспитан. Он — негр. Почему он так делает?»

На основе полученных результатов фокус-групп можно сделать вывод: зрительницы не заинтересованы в воплощении в «сериальном мире» реальной социальной структуры нашего общества. Эта структура не вызывала особого интереса у потенциальной публики сериала.

Зритель и сериал как бы заключают негласную договоренность об условностях, конвенцию о том, что вот это мы будем считать «реальным», а вот то — нет.

Основные «сдвиги» телевизионной реальности относительно «обыденной» многообразны. Но прежде всего отмечается продвижение имущественного статуса героев «вверх». «Видимая среда обитания» героев сериала, как правило, богаче, чем это возможно по российским меркам для людей их круга. К этому относятся класс машин, на которых ездят герои, их одежда, дома, в которых они живут. Особенно существенна для аудитории общепринятая условность обстановки: квартиры героев сериала всегда должны быть дороже и чище, чем те «настоящие», в которых могли бы жить описанные в фильме персонажи. Попытки некоторых телепроектов отступить от этой общепринятой условности в сторону «жизненной правды» вызывает раздражение и неприятие зрителей: «нищеты мы навидались». Несмотря на то что все смотрящие понимают, что «так не бывает», большего приближения к реальности они не хотят.

Важно отметить непременный сдвиг состава персонажей в современных сериалах относительно социальной структуры российского общества: «вверх» (олигархи, банкиры, модели, успешные бизнесмены и люди искусства, криминальные авторитеты и т. д.); «вниз» (бомжи и прочие деклассированные элементы, проститутки, наркоманы); «вбок» (люди экзотических специальностей и наклонностей и находящиеся в «экзотических» местах: сыщики, сельские милиционеры, пограничники, летчики).

Сериалы, построенные на «культовых» фигурах, тиражируемых российскими СМИ (олигархи, банкиры, бомжи и проститутки, а также сыщики и бандиты), обладают сегодня для зрителей характеристикой «настоящей реальности».

«Значимость» просмотра этих историй дает зрителям ощущение символического прикосновения к современному общественному идеалу: власть — деньги — большие машины, «экзотические» меньшинства и «неприкасаемые». Наличие таких, ныне уже стереотипных, фигур придает сериальному пространству искомую зрителем «нереальность» (одна из новейших разновидностей «сказочности»). Она выражается, в частности, в своеобразной проективной идентичности: «пусть бандиты, проститутки и олигархи испытывают настоящие беды и нарушают законы и нормы, а мы на это посмотрим и сделаем свои выводы». Такая ситуация наделяет обычного зрителя символическим всемогуществом, ведь образ «простого человека» на телеэкране не пользуется популярностью ни у зрителей, ни у создателей сериалов.

Целью сериала, как правило, является вовлечение зрителя в просмотр, приковtable cellspacing=/p ывание его внимания к экрану. На уровне реализации «сериального мира» это означает, что:

— чувства персонажей — как негативные, так и позитивные — надо подать «крупным планом» (в некоторых сериалах камера с крупных планов лиц персонажей почти не уходит, что очень хорошо соответствует исследуемой реальности сериала);

— базовые сцены должны быть сделаны на уровне саспенса (невыносимого эмоционального напряжения);

— интрига сюжета должна быть максимально напряжена и, как правило, построена на принципе «а что произойдет дальше?» (наиболее легко соответствуют этому принципу такие сюжеты, как «Золушка», «Робин Гуд» и «Богатые тоже плачут», чаще всего используемые в сериальных мирах);

— необходим сдвиг характеров и образов героев к простоте (аудиторией востребованы четкие и максимально узнаваемые типы персонажей).

Такая картина сериального мира является хорошим средством уйти от повседневной идентичности, она приковывает внимание и наделяет зрителей символическим всемогуществом. Присутствие же в сериале «реальной» социальной структуры и «настоящих» мест действия будит обыкновенные, будничные жизненные ассоциации, не дает зрительницам уйти в идеальный «сериальный мир».

Однако нельзя сказать, что зрительницы совсем нечувствительны к «нереалистичности» «сериального мира»: просто надо отделять те «условности», которые они готовы принять именно как «условности», и те из них, которые кажутся им «нереалистичными». Зрительницы не готовы принять в качестве подлинных и те обстоятельства времени и места, которые слишком явно «заигрывают» с темами социальной справедливости, как, например, проживание инвестора в им же построенном микрорайоне или бесплатные консультации юриста соседям.

Будучи раз разбуженной, жизненная ассоциация — особенно если она проблемная — будет требовать мастерской сюжетной отработки, посвященной стратегии выхода из нее. Чем более реальна проблемная ситуация (жилищный вопрос, недостаток средств, болезнь), которая поднята в «сериальном мире», тем более реальный выход из нее должен предложить сериал — иначе целостность и символическая безопасность «сериального мира» будет нарушена, а у зрительниц усилятся базовая тревога и чувство незащищенности.

Примером является восприятие зрительницами наиболее «реалистичной» из представленных в сериале семей — семьи Митрохиных. «Семья Митрохиных состоит из матери Лидии Павловны, домохозяйки; отца Петра Михайловича, рабочего завода, и их сына Виктора, без определенных занятий».

Семья воспринималась зрителями реалистичной, но не совсем «благополучной во всех смыслах. Таких большинство в России: сын проблемный, но вроде бы хороший парень, но ничего не хочет делать, отец и мать, видимо, измотаны жизнью, проблемы с деньгами — жалко их». Все зрители хотели оставить их в сериале: «Это наша жизнь, пусть будут».

Именно эта сюжетная линия способна вызвать достаточно сильную включенность и сопереживание зрителей, а ее развитие требует максимальной убедительности. Если в отношении семьи Изимбы зрители готовы принять некоторую условность — сериальный допуск реальности: «Пусть сделают так — интересней будет», то в отношении семьи Митрохиных зрители не готовы простить отступление от реалистичности и подлинности. Воплощение образа семьи Митрохиных, не отражающее глубины и узнаваемой жизненности обстоятельств их жизни, приведет к снижению зрительского интереса. Доминирование этой семьи в сюжете, тем более ее нереалистичное воплощение, приведет к восприятию сериала как надуманного, неблизкого, пустого, неинтересного, далекого от жизни.

«Если в семье не хватает денег, то почему мать не работает? Если у нее впервые проблемы со здоровьем, значит, она раньше была здоровой и вполне могла пополнять семейный бюджет. Если она домохозяйка, то почему у нее такой запущенный сын? Чем она занимается сидя дома, если не воспитанием ребенка? С чего у нее вдруг инфаркт, если деньги на жизнь зарабатывает отец, она не надрывается, кормя семью, ребенок у нее упущенный, значит, она не перетруждается воспитанием, от чего у нее переутомление?» «Если нам задают эту ситуацию как данность, то либо ее надо объяснить, либо изменить обстоятельства их жизни под те, от которых бывает инфаркт».

Воплощение важной сюжетной линии, и не только касающейся семьи Митрохиных, требует от авторов сериала балансирования между двумя гранями: максимальной реалистичности, но без превышения болевого порога, так как ситуации жизни семьи Митрохиных достаточно драматичны, а это может погрузить зрителей в неприятные для них переживания собственной проблематичной жизни. Вместе с тем, несмотря на все коллизии и невзгоды, выпавшие на долю этой семьи, ее члены преодолевают все трудности либо за счет личных качеств и ценностей, либо за счет хороших взаимоотношений в семье. «Хоть сын и непутевый, но он выигранные деньги дал матери на лечение».

В целом места действия «сериального мира», сконструированные во время проведения фокус-групп, были одобрены зрительницами. В качестве значимого недостатка они выделяли только отсутствие действий на улице. «Все происходит в помещениях, когда тяжело смотреть, узко, давит». В качестве варианта уличного места действия зрители предлагали детскую и спортивные площадки. «В сериале дети есть, а детских мест действия нет, вот можно объединить — и улицу нам показать, и место для детей сделать».

Почти все зрительницы высказывали пожелание, чтобы в сериале присутствовали природные или красивые городские виды. В подобных сериалах для них важна красота, поэтому наличие в интерьерах разнообразия, красивых деталей, по их мнению, только украсит сериал. Кроме всего прочего, зрители на телеэкране присматривают для себя какие-то возможности позаимствовать дизайн интерьера, правильное расположение предметов, шторы, подушечки и многое другое.

1 Напомним читателям, что фокус-группы — это метод социологического исследования, при котором зрителей приглашают за «круглый стол» и ведут с ними дискуссию по определенному сценарию о том, что они думают и чувствуют по отношению к предмету фокус-группы (в нашем случае к сценарию — сюжету — персонажам). Зрители — у нас зрительницы — на фокус-группу приглашаются в соответствии с критерием репрезентативности: их пол, возраст, образование соответствуют полу, возрасту, образованию тех зрителей, которые по статистике смотрят такие сериалы.

2 Здесь и далее курсивом выделены цитаты из высказываний участниц фокус-групп.

Kinoart Weekly. Выпуск 67

Блоги

Kinoart Weekly. Выпуск 67

Наталья Серебрякова

Наталья Серебрякова о 10 событиях минувшей недели: Билл Мюррей снимется в продолжении «Охотников за привидениями»; Леонардо Ди Каприо сыграет Холмса; Брэд Питт снимется в сатире о войне в Афганистане; Риз Уизерспун ударилась в мистику; Грета Гервиг снимет фильм о родном городе; Вирасетакул и Цай Минлян; фильм по роману Джулиана Барнса; Кейт Мара сыграет ветерана Ирака; «Тренировочный день» станет сериалом; Пол Томас Андерсон снял клип.  

Фильм Сэмюэля Беккета «Фильм» как коллизия литературы и кино

№3/4

Фильм Сэмюэля Беккета «Фильм» как коллизия литературы и кино

Лев Наумов

В 3/4 номере журнала «ИСКУССТВО КИНО» опубликована статья Льва Наумова о Сэмуэле Беккете. Публикуем этот текст и на сайте – без сокращений и в авторской редакции.

Новости

Умер киновед и архивист Владимир Дмитриев

08.07.2013

8 июля, на 74-м году жизни скончался Владимир Юрьевич Дмитриев – киновед, архивист, первый заместитель гендиректора Госфильмофонда, создатель и художественный руководитель фестиваля архивного кино «Белые столбы».