Джордж Лукас ‒ Стивен Спилберг ‒ Роберт Земекис: «Мы не изобретаем велосипед». Могущество цифровых технологий

Стивен Спилберг. Технологии в кино всегда представляли потенциальную опасность — из-за них мог пострадать сюжет, история. Так было и в самом начале развития кинематографа, когда маски и виньетки рисовали вручную, без помощи каких-либо технических средств.

Сами правила повествования и построения сюжета с тех пор не изменились. Развитие технологий на это не повлияло. Но с их помощью сегодня стало проще фиксировать идеи и воплощать их на экране. Плюс — преимущества с экономической точки зрения. Десять лет назад никто бы не согласился финансировать, казалось бы, совершенно безумные проекты. Благодаря техническому прогрессу сегодня можно смело исследовать глубины своего воображения и выбирать различные пути для самовыражения.

Джордж Лукас. Разве кино более мощный инструмент, чем печатное слово? Думаем ли мы об этике, когда пользуемся текстовыми редакторами? Во всех видах искусства и коммуникации действуют по сути одни и те же этические правила. Технологии тут ни при чем.

Роберт Земекис. Когда люди изобрели печатный станок, кто-то воскликнул: «Это гениально! Мы можем напечатать Библию». А другой сказал: «Да, это гениально. Мы можем напечатать законы». Один использует информацию, чтобы создавать прекрасные произведения для всего человечества, другой — злоупотребляет ею. Мы понимаем, что люди не станут верить всему, что пишут в газетах, лишь потому, что там напечатаны слова. Так же и зрители не могут верить изображениям только потому, что они движутся. Но определенное просвещение в этой области необходимо.


Этика цифровых технологий

Роберт Земекис. Нельзя сказать, что мы так уж нуждаемся в технологиях.

И этические вопросы не имеют к ним отношения. В технологиях нет ничего по-настоящему нового и оригинального. Однако эти вопросы могут возникнуть на стадии монтажа. Говоря об этике, можно вспомнить о том, как создатели новостных телепрограмм ежедневно «вычищают» их, вырезают фрагменты важной информации, не желая, чтобы люди узнали о ней.

Джордж Лукас. Проблемы возникают и в работе со студентами. Не только с теми, кто учится в киношколах, но и с обычными студентами, особенно с будущими журналистами и филологами, которые часто слишком увлекаются словами, поддаются их обаянию. Когда я занимался на литературных курсах, у меня тоже были трудности. Преподаватель говорил мне: «Не влюбляйся в свои слова. Ты увлекаешься и просто пишешь кучу слов. А ведь с их помощью ты должен что-то сказать, выразить». И в киношколе все повторилось. Студенты хотели непременно найти потрясающие ракурсы, стремились сделать сногсшибательные кадры. Хотели все попробовать и добиться наилучших результатов. В киношколе учат передавать информацию с помощью движущихся изображений. Но то, что человек говорит, не менее важно, чем то, как он это делает. Поэтому в большинстве киношкол принимают студентов, у которых уже есть одно образование, не связанное с кинематографом, театром и другими сценическими искусствами.

Стивен Спилберг. Нужно понимать, что во многих университетах по-прежнему работают с аналоговым оборудованием. Хотя, например, Университет Южной Калифорнии в Лос-Анджелесе полностью перешел на цифровое. Студенты приходят сюда, полные надежд, они жаждут осуществить свои самые смелые мечты. Но важно пройти полноценное обучение, научиться ремеслу. Многие режиссеры не посещали занятия в киношколах и все же сумели добиться успеха. Но овладеть основами мастерства все равно необходимо. Сейчас весь мир переходит на «цифру», но очень важно, чтобы, выходя из киношкол и вступая в реальный мир, постоянно меняющийся, в том числе технологически, студенты в любых условиях могли реализовать свой талант и применить приобретенные знания и умения.


«Цифра» против пленки

Стивен Спилберг. Я всегда буду снимать на пленку, уж поверьте мне. Да, я каждый день использую цифровые технологии для создания определенных визуальных эффектов, мы с Лукасом работаем в компании Industrial Light and Magic, производящей цифровое кино. Но мне нравится работать с аналоговыми носителями: я хочу знать, что в камере крутится пленка, тогда я физически ощущаю процесс съемки.

Если я выступаю в роли продюсера и ко мне приходит режиссер, желающий снять кино на «цифру», я не стану препятствовать — ведь у нас есть все необходимые технические условия, которые обеспечат высокое качество фильма. Но сам я люблю пленку. Люблю ее запах. В этом смысле я старомоден — буду верен пленке до тех пор, пока Джордж не заставит меня избавиться от нее.

Джордж Лукас. Дело тут не в конкуренции. Вопрос не в том, как распределятся роли, что над чем одержит победу, что исчезнет, а что выживет. Есть люди, которые по-прежнему любят немые фильмы, кто-то предпочитает снимать черно-белое кино. Развитие технологий вовсе не означает, что «цифра» полностью вытеснит пленку и та исчезнет.

У нас просто появилось еще одно выразительное средство, расширившее границы кинематографического опыта. А что такое кинематограф? Ведь мы говорим именно о кино как о движущемся изображении, о способах коммуникации с его помощью — их множество. «Цифра» и пленка — два различных средства передачи информации. Прогресс идет, со временем появятся новые способы и методы. Поэтому не стоит зацикливаться на том, почему режиссеры предпочитают различные средства. Мы же здесь не будем спорить о том, почему Стивен, скажем, любит писать фрески, а я — картины маслом. Это не значит, что картины хуже или лучше фресок. Просто я предпочитаю одно средство, а он — другое.

 


Джордж Лукас

Работа с актерами в эпоху цифровых технологий

Роберт Земекис.
Нужно просто принять как факт появление новых технологий и научиться работать с ними. В своих последних трех картинах я применял киберсканирование. Мы сканировали каждого актера, иногда просто на тот случай, если нам это пригодится. А когда я снимал «Форреста Гампа», Том Хэнкс сказал: «Не знаю, понравится ли мне это. Что ты сможешь сделать с этой информацией?» Я ответил: «Сейчас это обойдется очень дорого, но в будущем я смогу превратить тебя в анимированный персонаж, если захочу». Тому, признаюсь, не очень понравилась эта идея.

Джордж Лукас. Те же проблемы возникают, когда на площадке появляется дублер. Сегодня киберперсонажи в большинстве случаев используются как раз в качестве дублеров актеров или применяются в тех случаях, когда требуется показать некое физически невыполнимое действие. Пресса раздула идею о том, что скоро киберактеры полностью заменят живых людей. Такое мнение — свидетельство лишь очень наивного представления об актерской игре. Ведь это искусство, и искусство очень человеческое. Не просто набор действий и реакций, который можно запрограммировать на компьютере, — по крайней мере, сейчас это невозможно. Человек слишком сложен в выражении своих эмоций. А все искусство актерской игры построено на эмоциях. Недостаточно просто воспроизвести определенное выражение лица. Важны сами чувства, отношение к ним, манера их выражения, взаимодействие с контекстом. В этом и проявляется талант актера. Компьютер на это не способен. В компании Industrial Light and Magic мы создали практически идеальные, невероятно реалистичные копии актеров — зритель ни за что не отличит их от живых. Но нам все равно нужны живые артисты, чтобы озвучивать персонажи, играть за них. К тому же нужно около двенадцати аниматоров, которые тоже должны уметь играть, чтобы полностью «оживить» киберактера. То есть чтобы полностью воссоздать игру одного актера, нужны примерно пятнадцать человек. Пока что со всем этим может справиться сам артист. Цифровые актеры создаются с помощью анимационных технологий. И нам не удастся полностью заменить живого человека, привнести в игру компьютерного персонажа важнейшие качества, присущие лишь человеку. Этого никогда не случится. Потому что людей связывают особые отношения, которые невозможно установить с машиной.

Роберт Земекис. Полностью согласен с Джорджем. Думаю, с изображением произойдет то же, что уже произошло с музыкой. С помощью цифровых технологий можно воссоздать звук любого музыкального инструмента, но мы все же не можем полностью заменить музыкантов. В любом виде искусства важно эмоциональное участие самого исполнителя, энергия и тепло, которые он вкладывает в свои действия. Это основа. Хотя, конечно, если музыкальную фразу нужно продлить на несколько секунд, это можно сделать с помощью цифровой обработки. Но для этого обязательно должна быть живая основа. То же постепенно происходит и с актерской игрой, пока что ее качество все же имеет решающее значение.

Стивен Спилберг

Стивен Спилберг. Все это — вопросы индивидуальных предпочтений. Технологии позволяют выбирать между реальными актерами и их цифровыми репрезентациями, хотя озвучивать их, как мне кажется, все равно будут живые люди, как это делается сейчас в анимации. Если бы мне предоставили выбор между реальным актером и цифровым клоном, я, безусловно, выбрал бы первого. И, честно говоря, не вижу причины оцифровывать людей, пока есть еще актеры, желающие играть в кино и способные делать это виртуозно. Но если, например, в фильме, где снимаются только реальные актеры, использован какой-то один цифровой элемент, — это нормальное соотношение.

Джордж Лукас. Режиссер общается с актерами очень тесно, вместе с ними переживает острые эмоциональные моменты, напряженные ситуации, он всегда должен быть рядом. Потому что время от времени актерам нужна поддержка. Иногда их нужно обнять, успокоить — только тогда можно будет нормально снять сцену. Артисты всегда ждут от режиссера соучастия, им хочется обсудить сцену, поделиться впечатлениями и ощущениями, высказать свое мнение о работе режиссера над тем или иным эпизодом. Такие актеры предпочли бы работать с мастерами прошлого поколения вроде Кинга Видора, Джорджа Кьюкора или Джона Форда. Им комфортнее, когда можно смотреть друг другу прямо в глаза во время съемок, нежели когда режиссер сидит где-то в другом помещении и следит за процессом, глядя в монитор.

Роберт Земекис. Съемки фильмов с оптическими эффектами, которые я начал использовать уже давно, научили меня многому. В частности, я понял одну важную вещь, о которой режиссер никогда не должен забывать. Нельзя допускать, чтобы актер чувствовал себя чем-то вроде реквизита. В какой-то момент на площадке появилось множество технических приспособлений, ребята из ILM установили повсюду мониторы, с помощью которых могли общаться и обсуждать рабочие моменты на расстоянии. Представьте себе: актер стоит на фоне синего экрана, а множество людей вокруг обсуждают его действия. «А можно сделать так, чтобы он повернулся туда-то и сказал то-то? А потом пошел в ту сторону. И, может быть, еще он должен будет…» Это напоминает постановку трюков с животными в цирке. Тогда я понял, что такая манера съемок недопустима, она подрывает силы актера, лишает его энергии и всего, что может помочь ему в работе над ролью. Игра становится высушенной, механической. Мне понадобилось много времени, чтобы понять, что актера нужно всегда полностью включать в съемочный процесс. Думаю, в будущем актеры станут относиться к этому процессу так же сложно и неоднозначно, как и режиссеры сейчас, и придется пересмотреть некоторые принципы работы на площадке.

Джордж Лукас. Технический прогресс значительно упростил работу со многими средствами, в частности, с синим экраном. Раньше над такими съемками работали огромные группы специалистов из Technicolor, и все было очень сложно и запутанно. Теперь же можно просто ходить и снимать, как обычно, ни о чем не беспокоясь. Новая система, которую уже использует Стивен Спилберг, позволяет симулировать любой фон и обстановку прямо во время съемок. Так что актер может нормально играть, видя все, что происходит на экране, а не просто смотреть на синее полотно. Для актера эта система намного удобнее, и работать стало гораздо легче, чем, скажем, десять лет назад.



Роберт Земекис

 

Съемочный процесс

Роберт Земекис.
Повторю свое мнение: у нас просто появилось больше инструментов, позволяющих лучше рассказывать истории. Но это не должно сильно влиять на ход съемочного процесса. Каждый раз, когда в киноиндустрию приходит новое изобретение, им тут же начинают злоупотреблять. Затем к нему постепенно привыкают, и оно входит в обиход, становится частью постоянного инструментария. Когда была разработана система стедикам, считалось, что в каждом фильме непременно должны быть кулачные бои, люди, бегающие вверх и вниз по лестницам, а камера должна поворачиваться на 360 градусов, охватывая все помещение. Сейчас подобные кадры уже не так бросаются в глаза, режиссеры научились использовать необходимые инструменты так, чтобы их присутствие было незаметно. Когда появился цифровой монтаж, во многих фильмах его использовали не к месту, а только потому, что он стал возможен. А теперь это просто еще один инструмент. Он важен, но, внедренный в общую систему работы, он становится незаметным.

Джордж Лукас. Сначала я должен снять фильм, затем создать анимационную его часть — то есть снять как бы два фильма сразу, что занимает очень много времени. Я вынужден четко планировать процесс: сначала снимаю примерно 80 процентов материала. Затем разбираюсь с актерами, с бюджетом, расписанием и всем остальным, чтобы потом, месяцев через девять, снова вернуться на две-три недели к съемкам. Затем, еще через полгода, я снимаю еще часть. Таким образом, съемки растягиваются на долгое время, делятся на несколько этапов, это не единый процесс, который мы проходим за раз, от начала до конца. Во многом он похож на создание анимационного фильма, когда ты видишь, как из частей постепенно складывается цельное произведение. По мере того как оно начинает обретать форму, мы можем решать, какие изменения или поправки хотим внести в сюжет или в изобразительную часть фильма.

Роберт Земекис.
Для меня производственный процесс мало изменился. Оптические эффекты я применял практически в каждом своем фильме. И сегодня снимаю точно так же, как раньше. Изменился процесс постпроизводства — появился обширный ряд прекрасных инструментов, позволяющих предварительно моделировать кадры. Если снимаешь актера на фоне синего экрана, можно очень быстро, с помощью элементарного набора цветов создать модель кадра и посмотреть, как он будет выглядеть. То есть все кадры с визуальными эффектами можно, хоть и в низком разрешении, просмотреть тут же, в процессе работы, прямо в монтажной аппаратной. Можно даже отсканировать пробные изображения для предварительного просмотра. Раньше это было невозможно, и порой даже перед самым выходом картины в прокат мы точно не знали, как будет выглядеть тот или иной кадр. Для меня именно эти изменения стали наиболее значительными.

Стивен Спилберг. Напомню, что мы обсуждаем здесь только высокотехнологичные изобретения. Не изобретаем велосипед. Не говорим о каких-то прорывах в области киноязыка или построения повествования. Истории люди будут рассказывать точно так же, как делали это всегда. Высокие технологии вряд ли кардинально изменят киносюжеты. Но они раскрепостят воображение людей, которое вдохновит их на создание новых сюжетов. Цифровые технологии не изменили основные принципы моего подхода к съемкам.

Джордж Лукас. Просто в сфере кино возникло еще одно новое явление, которое значительно облегчило нам жизнь, избавило от лишней суеты, долгих разъездов. Теперь за один день можно успевать делать все намеченное просто потому, что необходимые материалы лежат перед тобой на рабочем столе.

запчасти к дизелям 3д12

В целом же могу сказать, что переход к эре цифровых технологий — важнейший шаг для киноиндустрии. Думаю, это самое важное событие в мире кино из всех, что я наблюдал за свою карьеру. Я приравниваю его к появлению звука или цвета и пока что не вижу никаких других масштабных технических процессов, по значимости способных затмить цифровую революцию.


Записал Скотт Эссман

Student Filmmakers, 2009, September

Перевод с английского Елены Паисовой



 

Kinoart Weekly. Выпуск 80

Блоги

Kinoart Weekly. Выпуск 80

Наталья Серебрякова

Наталья Серебрякова о 10 событиях минувшей недели: кадры из нового фильма Альберта Серры; выставка Эйзенштейна и Брехта; Бужальски о «Рокки»; Брайан де Пальма будет снимать в Китае; Пон Чжун-Хо снимет фильм о дружбе девочки и монстра; документальный фильм о Хеди Ламарр; Франсуа Клюзе в шпионском триллере; сиквел «Девушки с татуировкой дракона» получил сценариста; названа исполнительница главной роли в байопике Эмми Уайнхаус; трейлер нового вестерна Тарантино.

Экзамен. «Моего брата зовут Роберт, и он идиот», режиссер Филип Грёнинг

№3/4

Экзамен. «Моего брата зовут Роберт, и он идиот», режиссер Филип Грёнинг

Антон Долин

В связи с показом 14 ноября в Москве картины Филипа Грёнинга «Моего брата зовут Роберт, и он идиот» публикуем статью Антона Долина из 3-4 номера журнала «Искусство кино».

Новости

Более 10 000 человек посмотрели «Сталкер» Андрея Тарковского в повторном российском прокате

02.11.2018

25 октября синематека «Искусство кино» при поддержке ФГУП киноконцерна «Мосфильм» запустили повторный прокат фильма «Сталкер» Андрея Тарковского. Отреставрированную версию, годом ранее вышедшую в прокат в США, посмотрели уже 10 000 зрителей более чем в десяти городах России.