Strict Standards: Declaration of JParameter::loadSetupFile() should be compatible with JRegistry::loadSetupFile() in /home/user2805/public_html/libraries/joomla/html/parameter.php on line 0

Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/templates/kinoart/lib/framework/helper.cache.php on line 28
Обыкновенная фантастика. «Привычная земля», режиссер Стефан Лафлёр - Искусство кино

Обыкновенная фантастика. «Привычная земля», режиссер Стефан Лафлёр

 

В мечтах о будущем, в ностальгии по прошлому; из крайности в крайность, между которыми тонкой пунктирной чертой пролегает нечто призрачное под названием «настоящее», — примерно так развивается кривая линии жизни. И если особенно неприятные воспоминания усилием воли можно вычеркнуть, то постоянные импульсы заглянуть в будущее подавить удается редко. Балансирование на тонкой грани настоящего приравнивается почти к гармонии с самим собой и полным согласием со своим местоположением во времени и пространстве — а это, как известно, случается не часто. Поиски гармонии как тема, к тому же скрытая за видимой простотой и бедностью повествования, не отнесешь к фаворитам фестивального движения. Однако именно за повествование удостоился приза на фестивале в Лос-Анджелесе фильм Стефана Лафлёра «Привычная земля».

 

Франкоязычный канадский режиссер попал в число участников кинофестивалей совсем недавно. Его полнометражный дебют «Континенталь — фильм без оружия» в 2008 году был принят в Роттердаме, Венеции, Торонто и Осло. Эта «первая ласточка», история о потерявшемся пассажире из автобуса, о дамочке, пребывающей в активном поиске идеального мужчины, об одержимом игроке и других как будто случайно связанных между собой героях — определила видовую группу новичка. Скупость изобразительно-выразительных средств, бесцветность холодных северных пейзажей, дежурные фразы, приправленные аккуратно вписанным в сюжет подтекстом и тонкой иронией, — все это отсылало, скорее, к совсем другому северу, чем к стране, находящейся на границе с Америкой. Швеция, Голландия, Норвегия и такой режиссер, как Рой Андерсон, — вот те ассоциации, которые вызывает стилистика канадского режиссера. Возможно потому он встретил понимание и теплый прием именно в Европе.

Что касается второго полнометражного фильма Лафлёра, то на этот раз сразу после Берлинского кинофестиваля 2011 года, где он был отмечен призом экуменического жюри программы «Форум», режиссера признала солнечная Калифорния, вручив главный приз «Привычной земле» на фестивале в Лос-Анджелесе. Привыкшие к круглогодичной жаре по достоинству оценили красоты суровых канадских пейзажей. А российские зрители, хорошо знакомые с бесконечными заснеженными пространствами, напротив, признали в нем нечто родное. (Картину показали в конкурсе фестиваля стран Азиатско-Тихоокеанского региона «Меридианы Тихого»).

Минимализм Лафлёра выражается не только в довольно скромных изобразительных средствах, сводящих цветную картинку к почти монохрому, непритязательна и сама история. Не в первый раз кому-то захотелось проникнуть за закрытые двери маленьких одноэтажных домиков, заглянуть в одинаковые окна блочных серых зданий. Отличие «задверного» мира Лафлёра заключается в том, что никаких особенных секретов за закрытыми ставнями и нет вовсе — там обитает довольно обычная семья. Правда, кое-кто в этом семействе слегка выбивается из общепринятой нормы, однако стоит сделать скидку на влияние далеко не типичного пейзажа: кругом белым-бело от снега, придающего и домикам, и пятиэтажкам налет какой-то странной таинственности, если не сказать — инопланетности.

Семья, о которой идет речь, только называется семьей: тут каждый сам по себе. Самый неуживчивый — Бенуа (Франсис Ла Хайе), чья жизнь протекает в монотонных занятиях: он ухаживает за больным отцом, бесцельно исследует металлоискателем близлежащие снежные просторы и безуспешно пытается завести древний папашин снегоход. Ходячее недоразумение, он не в силах с честью выдержать перепалку даже с семилетним сыном своей подружки Натали: мальчик, которому не очень-то нравится инертный приятель мамы, по-собачьи гавкает на него и того гляди укусит. Не менее (а может, и более) инфантильный Бенуа беспомощно корчит в ответ страшные рожи, но чаще предпочитает вымещать злость на ни в чем не повинном снеговике, одиноко стоящем у дома Натали.

Взрослый статус этого аутсайдера подтверждает разве что вынужденная необходимость служить сиделкой при больном отце, который сильно сдал после смерти жены. Однако и тут роль Бенуа оказывается сомнительной: сварливый старик управляется с самыми простыми задачками гораздо лучше медлительного флегматичного сына.

У сестры Бенуа, Марис (Фанни Маллетт), жить взрослой жизнью получается удачнее, благо у нее имеются работа на бумажном комбинате, небольшой, но проверенный круг друзей и вполне заурядный муж-добряк, который на тренажере возле телевизора всерьез готовится к Tour de France. Правда, с мужем у Марис проблемы, да и с братом она ладит плохо, с отцом же видится лишь по случаю семейных обедов, с нетерпением ожидая, когда застолье закончится.

Утрированную обыденность существования своих героев режиссер усугубляет сведением сюжета к схеме, делящей повествование на три главы — «Происшествие-1, 2 и 3». Все эти три происшествия нарушают монотонную рутину маленького неназванного городка в провинции Квебек, обеспечивая неожиданные случайности, которые заставляют измениться его обитателей и их жизни.

Случай первый: на фабрике, где трудится Марис, рабочий повредил руку. Самого несчастного произошедшей катастрофы и последующей за этим ампутации руки мы не увидим, равно как это останется и вне поля зрения Марис, наблюдающей за работой гигантских механизмов из дальнего кабинета. Важен сам факт ампутации, который начинает мучить именно эту, мало причастную к инциденту женщину. Своеобразная фантомная боль преследует Марис, заставляя замечать недостающие части целого, будь то пластмассовые предплечья манекенов в магазине или ее собственная рука, которая легко помещается в ведерке для льда, словно существуя сама по себе. Недостающие или, наоборот, излишние предметы, ранее выпадавшие из сферы ее внимания, теперь неожиданно оказываются очень важными, как будто она подсознательно пытается восстановить вокруг себя разрушенную гармоничность. Вот, к примеру, выставленный на продажу мини-экскаватор, торчащий из сугробов перед домом, — он колет Марис глаза, как назойливая «лишняя» деталь, и потому голову ее сверлит навязчивая мысль: как бы от него избавиться.

Второе происшествие — появление человека из будущего — предваряет собою следующее, которому еще только предстоит произойти. Марис в непогоду станет жертвой автокатастрофы, отправившись в поездку за прицепом. О том, что может произойти, первым узнает Бенуа: некий автодилер, уверяющий, будто он явился из будущего, пророчествует брату о трагедии, ожидающей его сестру. Бенуа воспринимает эти слова со странным спокойствием. И не то чтобы молчаливый брат Марис был так доверчив и хорошо владел собой, просто в будущее, тщательно мимикрирующее под обыденность настоящего, легко поверить. Тем более что человек из будущего разве что одет не по погоде и не в меру дружелюбен, но в остальном он столь же обычен, как и другие.

И, наконец, третье происшествие, перебрасывающее главных героев в прошлое. С началом этой главы фарсовая история превращается в своеобразное подобие роуд-муви: одержимая стремлением избавиться от пресловутого экскаватора, Марис берет напрокат машину, чтобы отправиться в старый родительский дом за прицепом. А Бенуа, движимый тяжелым предчувствием, которое навеяло ему зловещее предсказание, увязался за ней. По традиции жанра на их долю выпадает особенно холодная и снежная ночь; они продираются сквозь буран и темный лес к старому дому, а при этом то и дело ссорятся. В довершение всего в маленьком домике, конечной цели поездки, жуткая холодрыга — отопление давно не работает. Послонявшись по ледяному дому с покрытыми пылью полками и старыми обоями с фотографиями, они заходят к сыну прежних соседей, с которым в юности когда-то нянчилась Марис… И вот что выходит: проделанный путь не бессмыслен; траектория пути меняет траектории судеб героев. Они оказываются жизненно необходимыми друг другу. Не дожидаясь аварии, Бенуа сам пустит машину под откос, спровоцировав тем самым автокатастрофу, но не с таким трагичным финалом, как то было предсказано. Брат с сестрой останутся живы; стало быть, будущее, как выясняется, зависит от них самих. Да и автор фильма вовсе не лишил своих героев чувств и эмоций — он только поместил их под снежный вакуумный колпак безмолвия. Еще один жанровый кульбит превращает виртуальную трагедию в ироничную историю одной обычной семьи со своими «тараканами» и попытками обрести гармонию, которая оказывается вовсе не такой уж недостижимой.

Своеобразие манеры сценариста и режиссера Стефана Лафлёра, однако, определяется не только жонглированием оттенками трагического и ироничного, расцвечивающим банальную историю в нечто сюрреальное, и даже не столь же ловким умением не показывать главное, давая тому проявляться в случайных словах и рутинно повторенных действиях персонажей. Жанровые схемы, в рамках которых им приходится действовать, низводят героев фильма почти до функций, однако когда те выпадают из привычной обыденности, оказываются в зоне необычного, приоткрывается завеса до поры непроявленных, но живых чувств.

Чтобы обнаружить эти животворные эмоции, Лафлёр изобретательно манипулирует временными пластами. Поверх барьеров, разделяющих между собой отдельные главы, прошлое, настоящее и будущее здесь поначалу перетекают одно в другое, а затем вовсе сливаются в единый континуум. Первое происшествие случается в настоящем, второе охватывает собою будущее, третье заступает на территорию прошлого. Осязаемых препятствий к пересечению временных границ нет — загадочный пришелец легко их преодолевает. И хотя механизм смешения времен никак не объясняется, по умолчанию отсылая к жанру фантастики, благодаря акцентированию обыденности все происходящее кажется абсолютно естественным. Череда происшествий, случающихся в рутине обыденных дел, контрапунктом сопровождаемых электронной музыкой (а в финале и вовсе экзотичным «Вечерним звоном» в исполнении ансамбля Советской Армии), наводит на мысль: нет жизни удивительнее обычной, и нет космоса более дальнего, чем пространство соседнего двора.

_____________________________________________________________________________________

«Привычная земля»

En terrains connus

Автор сценария, режиссер  Стефан Лафлёр

Оператор  Сара Мишара

Художник  Филипп Лорд

В ролях:  Франсис Ла Хайе, Фанни Маллетт, Сильвен Марсель, Мишель Дэгле, Сюзанн Лемоуан

Micro_scope

 

Канада

2011

 

 


Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/modules/mod_news_pro_gk4/helper.php on line 548
Кадриль

Блоги

Кадриль

Нина Цыркун

Один из заметных полнометражных российских дебютов этого года – «Отдать концы» Таисии Игуменцевой о светопреставлении в одной отдельно взятой русской деревне. В особенностях национального апокалипсиса по версии Игуменцевой разобралась Нина Цыркун.


Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/modules/mod_news_pro_gk4/helper.php on line 548
Экзамен. «Моего брата зовут Роберт, и он идиот», режиссер Филип Грёнинг

№3/4

Экзамен. «Моего брата зовут Роберт, и он идиот», режиссер Филип Грёнинг

Антон Долин

В связи с показом 14 ноября в Москве картины Филипа Грёнинга «Моего брата зовут Роберт, и он идиот» публикуем статью Антона Долина из 3-4 номера журнала «Искусство кино».


Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/modules/mod_news_pro_gk4/helper.php on line 548

Новости

В Екатеринбурге состоится Первый Уральский открытый фестиваль российского кино

09.09.2016

С 21 по 27 сентября в Екатеринбурге пройдет Первый Уральский открытый фестиваль российского кино. Как обещают организаторы, в конкурсных и внеконкурсных секциях фестиваль покажет более 70 фильмов. В рамках фестиваля также планируется проведение встреч кинематографистов со зрителями, дискуссий и мастер-классов.