Юрий Арабов. Фауст. Сценарий

 

Я написал сценарий «Фауста» по просьбе Александра Николаевича Сокурова четыре года назад — летом 2007-го. Сама просьба не была для меня неожиданностью, еще в студенческие годы Сокуров хотел экранизировать «Доктора Фаустуса» Томаса Манна и, кажется, в первые годы работы на «Ленфильме» ставил об этом в известность заместителя министра  по кинематографии Павленка. Думаю, что это желание скорее насторожило, чем обрадовало тогдашнее руководство нашей отраслью. Но в 2007 году этого руководства уже давно не было, в нулевые годы можно было предлагать любой проект, и какие-то деньги государство в лице ФАКа находило практически под любую идею. Так что я с чистым сердцем взялся за предложенный материал, не предполагая, что над всеми нами уже был занесен топор очередной «реформы», которая сделает не только воплощение «Фауста», но и материализацию любой серьезной творческой идеи невозможной.
О сюжете вопрос не ставился. Этот сюжет был внутри меня долгие годы, и, поскольку я знаю и тему, и взгляды режиссера, мне не составило особого труда перенести его на бумагу. Я написал перевернутую историю на тему средневековых легенд не о том, как дьявол соблазняет человека, а о том, как человек соблазняет дьявола. К Средневековью этот сюжет отношения не имеет, но он имеет прямое отношение к сегодняшнему дню, так как зло в истории существенно меняет свою форму и мотивацию, оставаясь неизменным лишь в своей лживой и жестокой сердцевине. О Гёте говорить здесь трудно. Но легко говорить о Пастернаке — в сценарии в ряде кусков я делал пародию на великий пастернаковский перевод, тем самым решая вопрос о природе сценарного текста. К сожалению, этот пласт литературного сценария существенно искажен в фильме из-за двойного перевода (с русского на старонемецкий и с немецкого — на русский). Однако драматургическая концепция осталась неизменной и была обогащена за счет финала фильма.
Проблема финала встала уже на уровне сценария. Первоначально я планировал окончить фильм на пушкинской «Сцене из «Фауста» со знаменитым «Мне скучно, бес». Но режиссер с этим категорически не согласился. Он заставлял меня переписывать сцену снова и снова, пока не произошло то, что произошло. Эту сцену вы можете прочесть в литературном сценарии, в фильме же она еще более усилена и обогащена. Сокуров посредством ее достиг совершенно внятного философского и метафизического высказывания, редкого не только для отечественного, но для мирового кинематографа в целом.
Все мы и прежде всего группа, работавшая на съемочной площадке, сделали, что могли. Для меня со времен сценария утекло уже много воды, так как время и физиология литературной работы отличаются от времени и физиологии работы кинорежиссера. Для последнего — созданное в «Фаусте» теплится и дышит. Для меня — это уже история. Я и не думал, что замысел осуществится всего лишь через четыре года. Через долгих четыре года…
Еще один кусок жизни отрезан и истрачен. Будем надеяться, что истрачен не впустую.
Маленький средневековый город с высоты птичьего полета
Черепица крыш. Мощенная камнем мостовая. Из закопченных труб идет дым.
В небе горят две луны.
Но если быть точнее, то второй луной является яркая комета, и ее хвост бросает на мостовую зеленоватый отблеск.
Огни в домах погашены. Только в одном окне горит масляная лампа.
Это лаборатория Фауста.
Лаборатория Фауста
На столе лежит тело, покрытое простыней в кровавых и сукровичных разводах, оно только что было вскрыто.
У раскрытого настежь окна стоит направленная в небо длинная подзорная труба.
Сам Фауст моет руки над тазиком, а ученик его Вагнер льет ему воду из ковша.
В а г н е р. Вы много рассуждали об устройстве вот этого мешка с кровавой слизью, ни слова не сказавши о душе…
Ф а у с т. Ее я не нашел… Вопрос один: что в этой бывшей плоти, гниющей и смердящей, была душа? Иль в том, что не было ее и не могло быть?
В а г н е р. Коль даже вы не знаете, то что сказать о нас?.. Мы в тупике.
Ф а у с т. Жизнь и душа… Где они скрываются? Здесь? (Трогает рукой свой лоб.) Здесь столько мусора, что не расскажешь. Здесь?.. (Трогает рукой область сердца.) Здесь один лишь гнев и страсти.
В а г н е р. Мне иногда кажется, что в пятках.
Ф а у с т. Как это?
В а г н е р. Когда ноги сами собой бегут от страха… В них столько жизни, что не передашь.
Ф а у с т. Нет, всё не то… (Отодвинув простыню, смотрит на расчлененный труп. Потом разочарованно опускает простыню на тело. С подозрением нюхает свои руки. Ногти на его пальцах несколько отросли и не совсем чистые, в заусенцах, грязи.) Что ты мне льешь?
В а г н е р. Вода…
Ф а у с т. А ты понюхай!..
Вагнер нюхает воду в кувшине, раздувая ноздри…
В а г н е р. Не то. Ошибся.
Ф а у с т (прозой). Да это формалин! Ты готовишь меня в мертвецы!
В а г н е р. Странно! Как это в воду мог попасть раствор формалина?
Ф а у с т. А в ежевичный соус, которым ты угостил меня вчера?
В а г н е р. С карболкой?
Ф а у с т. С карболкой, с карболкой!..
Бьет его по щекам.
В а г н е р (защищаясь, снова переходя на белый стих). Что есть душа и где она, не знают книги, но знает Бог и вечный враг-соперник.
Ф а у с т (тяжело дыша от борьбы). Где ж взять обоих?..
В а г н е р. А вы-то? Сами?..
Ф а у с т (останавливаясь). Что ты мелешь?..
В а г н е р. Вы для нас, своих учеников… есть нечто большее.
Ф а у с т. Больше черта?
В а г н е р. Много больше.
Ф а у с т (пытливо). И Бога?
В а г н е р. Больше и его.
Ф а у с т (с досадой). Оставим этот бред. Кто еще подходит на роль провидца?..
В а г н е р. Неведомо. В народе говорят: кто золото имеет, тот и черт.
Начинает промокать полотенцем руки учителя.
Ф а у с т. У меня нет золота.
В а г н е р. Значит, вы не черт.
Ф а у с т (с интересом). А кто?..
В а г н е р. Наш ростовщик. Есть слух…
Что-то шепчет на ухо Фаусту.
Ф а у с т. Неужели?
В а г н е р. Доподлинно никто не знает… Но… предположительно. Касательно. Теоретическое допущение.
И практическая вероятность.
Ф а у с т (испытующе глядя на ученика). А ты бы… Что бы попросил у него?
В а г н е р. Когда бы душу заложил?
Ф а у с т. Ну да…
Вагнер медлит с ответом, молчит. Бугристое лицо его наливается румянцем.
В а г н е р. Я бы… Не знаю даже.
Ф а у с т. Я знаю. Любовь красивой девушки?.. Попал?
Ученик застенчиво смотрит в пол.
Ф а у с т (тихо). …И денег?
В а г н е р (переходя на прозу). Две вещи. Вы не поверите…
Ф а у с т (повелительно). Говори. Не томи душу.
В а г н е р. Вещь первая: чтобы мир провалился в тартарары.
Ф а у с т (потрясенно). Весь мир?
В а г н е р. Целиком. С домами, матронами, бакалаврами и магистрами… В общем, чтобы ничего не было. Гладко.
Ф а у с т. И дети?
В а г н е р. Конечно!..
Ф а у с т. Зверь. Что еще?
В а г н е р. И вещь вторая, какую бы я попросил… (Застенчиво.) Чтобы почаще видеть вас.
Ф а у с т. Но это же болезнь. Ты нездоров!
В а г н е р. Никак нет.
Ф а у с т. Как же ты хочешь видеть меня, когда мира не будет?
В а г н е р. Очень просто. Только вы и я. Посередине мертвых звезд. Я готовлю вам ежевичный соус, а вы рассуждаете о Гиппократе и Зеноне.
Ф а у с т (снова раздражаясь). Иди к черту! Оставь меня!.. (Отдает распоряжение.) Поторопитесь тело предать земле… Оно уже гниет.
В а г н е р. Чем платить могильщикам?
Ф а у с т (задумчиво). Пусть подождут. Я завтра заложу одну вещицу… и расплачусь за все.
Вагнер уходит.
Ф а у с т (своему отражению, обращаясь к зеркалу). Я богословьем овладел, над философией корпел, юриспруденцию долбил и медицину изучил… Однако я при всем при том…
Досадливо машет рукой и прерывает свой монолог.
Лечебница отца Фауста
Длинный коридор, вдоль стен которого убогие: один, с перевязанной щекой и заплывшим глазом, сидит, другой стоит, опершись о костыль, третья, баба, взявшись руками за голову, тихонько воет и вздрагивает. Между ними ходит важный морщинисто-красный индюк, по-видимому, приблудный, зашедший со двора, и по-генеральски требовательно осматривает больных.
Из комнаты раздается истошный крик, от которого все в коридоре вздрагивают.
Фауст тихонько проходит в комнату, где кричали.
На столе ничком лежит полуголый человек. Над ним склонился огромный, почти двухметровый старик с короткой седой бородой. Из-под закатанных рукавов рубашки видны сильные, как у борца, руки.
Кинув короткий взгляд на Фауста и никак не отреагировав на его появление, старик резким движением, взявшись за плечи, тянет лежащего больного на себя.
Человек опять истошно кричит.
В позвоночнике его что-то трескает.
О т е ц Ф а у с т а (властно). Теперь вставай.
Больной осоловело поводит глазами. Садится на столе, свесив ноги.
О т е ц Ф а у с т а. Идти можешь?
Б о л ь н о й (еле слышно). Не знаю.
Старик обнимает его за талию и опускает на пол.
О т е ц Ф а у с т а. Ноги держат?
Б о л ь н о й. Кажется, да.
О т е ц Ф а у с т а. Тогда иди отсюда!..
Больной уходит, даже не надев рубаху, скомкав и держа ее в руках.
О т е ц Ф а у с т а (поворотившись к сыну). Зачем пришел?
Ф а у с т. Так просто… На тебя посмотреть.
О т е ц Ф а у с т а. А что на меня смотреть? Я не икона.
Подходит к сыну и подставляет щеку для поцелуя. Сам, однако же, не отвечает.
Ф а у с т. А ты, оказывается, не берешь денег за лечение?
О т е ц Ф а у с т а. А с кого здесь брать? С этих?..
Показывает в проем приоткрытой двери.
Ф а у с т. Они не так бедны, как кажутся. У каждого что-то есть.
О т е ц Ф а у с т а. У этих — ничего. (Неожиданно берется своими руками за щеки сына, оттягивает их, потом хлопает по щеке рукой.) Круги под глазами. Общая бледность. Легкое воспаление левой роговицы. Плохо спишь?
Ф а у с т. Вообще не сплю.
О т е ц Ф а у с т а. Почему?
Ф а у с т. Не знаю. Я сплю днем. На ходу. Когда иду, разговариваю и читаю студентам лекции. Так поступают большинство людей.
О т е ц Ф а у с т а (в досаде машет рукой). Это все гордость. Гордость в тебе вопиет.
Ф а у с т (с тоскою). Какая гордость, отец? Я готов от всего отказаться — от дома, от пищи, от своего положения в обществе… Жить со зверьми в норе, питаться падалью, лишь бы то, что я делаю, имело бы какой-то смысл…
О т е ц Ф а у с т а (подумав). Не дам. И не проси.
Ф а у с т. Что ты имеешь в виду?
О т е ц Ф а у с т а. Ты ведь о деньгах.
Фауст растерянно молчит. Отец неожиданно дает ему в руки большой деревянный молоток.
О т е ц Ф а у с т а. Держи. (Кричит в проем двери.) Теперь ты!..
В комнату входит бедняга на костылях.
Отец Фауста укладывает его на стол. Задирает штанину. Ощупывает синеватую ногу. Потом неожиданно ломает костыль о свое колено.
О т е ц Ф а у с т а. Он тебе больше не понадобится.
Берет из рук сына молоток. Аккуратно бьет им по суставу больного. Тот истошно кричит.
О т е ц Ф а у с т а. Всё. Здоров уже. Проваливай, проваливай!.. (Поворачивается к сыну.) Я бы тебе даже не дал, если б были. Дело нужно делать, а не побираться.
Ф а у с т. Мои изыскания, в отличие от твоих, требуют средств. Жаль, что ты не понимаешь.
О т е ц Ф а у с т а. А что ты ищешь? Философский камень?
Ф а у с т. А почему бы и нет?
О т е ц Ф а у с т а. Бабкины сказки. Гомункулуса?
Ф а у с т (смутившись). Ну, так далеко я не заглядываю.
О т е ц Ф а у с т а. И правильно. Бред сивой кобылы. Тогда что же?
Ф а у с т. Да одни окуляры у астрономической трубы… Мой ученик, растяпа, разбил недавно…
О т е ц Ф а у с т а. Все планеты должны быть здесь.
Неожиданно показывает себе на голову указательным пальцем.
Ф а у с т. А душа?
О т е ц Ф а у с т а. Что «душа»?
Ф а у с т. То, что нас связывает с Богом. Бессмертная монада. Бывшая прежде Адама, и будущая, когда мира не будет. Где она?
О т е ц Ф а у с т а (подумав). Не знаю.
Ф а у с т. И я тоже. Я работаю сутками напролет, никого не люблю, семьи не имею, толком не ем и не сплю… (С внезапным надрывом.) Я не вижу в своей жизни смысла, отец!..
О т е ц Ф а у с т а (задумчиво). Не то, не то… (Смотрит сыну прямо в глаза.) Ведь можно и без души, разве не так? Материя. Тупая. Черная. Тяжелая. Детерминированная сама собой. Я бью молотком по коленной чашечке, и она вздрагивает.
Ф а у с т (сокрушенно). Мне этого мало.
О т е ц Ф а у с т а. А ты будешь опорожнять прямую кишку указательным пальцем? Будешь или нет?
Сын молчит.
О т е ц Ф а у с т а. А при воспалении урины будешь ее опорожнять? Отвечай!
Ф а у с т. Нет.
О т е ц Ф а у с т а. …Промывать пищевод специальной смесью… Отсасывать из чужого горла слизь?.. (Больному, кричит.) Ну всё! Уходи отсюда! Чтобы я тебя больше не видел!..
Больной, хромая, испуганно оглядываясь, спешит к двери.
О т е ц Ф а у с т а. И ты уходи. Денег у меня для тебя нет. И смысла тоже.
Ф а у с т. Мне жаль. Прощай…
Идет вслед за больным.
О т е ц Ф а у с т а (сам себе, запыхавшись, с одышкой). Небо, планеты… Я закрываю глаза и вижу их все… (Закрывает глаза и некоторое время стоит неподвижно, опустив большие руки. Тихо шепчет.) Меркурий, Уран, Венера…
Город днем
Под ноги Фауста выливается ведро с грязной водой и плавающими в ней капустными листьями.
Фауст осторожно, чтобы не запачкать башмаки, переступает поток и идет дальше. Служанка, которая вылила помои, скрывается за железными воротами и лязгает запором.
Над просекой среди каменных домов, которую образует улица, видна полоска голубого неба. В ней на невообразимой крутизне висит комета с длинным хвостом из блестящих белых брызг.
Фауст на минуту поднимает голову вверх и обменивается взглядом с кометой.
Идет дальше.
Видит, как в университетском дворе на одной ноге прыгает Вагнер, играя в классики.
Заметив направленный на него взгляд, Вагнер застывает зачарованно на одной ноге, глядя на учителя.
Фауст проходит мимо, опустив голову.
Лавка ростовщика
Письменный стол завален всякой рухлядью. В центре его стоят потертые весы.
Сам ростовщик торопливо ест из миски, запивая съеденное обыкновенной водой.
Ф а у с т. Я тут хотел…
Р о с т о в щ и к (радушно). Вы проходите… Не стесняйтесь!.. Слушаю вас!
Снимает с груди салфетку и, скомкав, прячет ее в ящик письменного стола.
Ф а у с т (имея в виду весы). Деньги взвешиваете?
Р о с т о в щ и к (шутя). Души.
Ф а у с т. И тяжелы?
Р о с т о в щ и к. Да нет. Одна монета перевесит.
Ф а у с т. Я так и думал.
Р о с т о в щ и к. Но — не вашу.
Фауст вынимает из кармана плаща кольцо, перемотанное носовым платком.
Ф а у с т. Вот эта вещь… Хотел бы заложить.
Разворачивает платок. Ростовщик со вздохом берет в руки лупу и рассматривает камень, украшающий центр кольца. В сомнении цыкает.
Ф а у с т. Что?..
Р о с т о в щ и к (оживленно). Да это не кольцо, а целый философский камень!.. Он объясняет суть вещей.
Ф а у с т. Но это ведь дороже?
Р о с т о в щ и к. Напротив. Ничего не стоит. Жизнь — не в цене, а смерть еще дешевле.
Откладывает в сторону лупу и испытующе смотрит на Фауста.
Ф а у с т. А что же ценится?
Р о с т о в щ и к. Бессмыслица, но чтоб блестела. Какой-нибудь пустяк, но яркий. Главное — огранка, а не камень.
Ф а у с т. Не понимаю.
Р о с т о в щ и к. Ученость ваша не-сколько вредит рассудку. Угощайтесь.
Протягивает ему миску с остатками еды.
Ф а у с т. Нет. Увольте.
Р о с т о в щ и к. Тогда автограф. (Берет с полки толстую книгу. Бросает на Фауста короткий взгляд. Открывает наугад и зачитывает вслух.) «…Гиппократ считал, что главная цель высокого искусства — освобождение тела от слизи, которая превалирует в человеке и вредит его здоровью. Жанр трагедии здесь особенно полезен, потому что у зрителя проливается много слез и вместе с ними уходит слизь. «Царя Эдипа» нужно смотреть поздней осенью и зимой, когда слизи в организме особенно много. А комедию, которая с помощью смеха освобождает тело от желчи, — весной и летом…» Вами написано?
Ф а у с т (уклончиво). Не помню.
Р о с т о в щ и к. Как это?
Ф а у с т. Нечем писать. Денег не хватает даже на чернила. Скоро буду писать кровью.
Р о с т о в щ и к. Зачем же кровью? Есть перо. (Обмакивает гусиное перо в чернильницу и протягивает Фаусту. Тот нехотя ставит витиеватую закорючку в качестве автографа на первой странице фолианта.) Не кажется ли вам… (Прижимает книгу к груди.) что с появлением книгопечатанья мы очень далеко продвинулись?
Ф а у с т. Не кажется.
Р о с т о в щ и к. Почему?
Ф а у с т. Раньше от руки переписывали только одну главную книгу — Библию. Потому что трудно и долго, где еще взять силы на менее важное? А теперь будут печатать всякий хлам. Потому что легко.
Р о с т о в щ и к (страстно). Ваши книги — не хлам!
Ф а у с т (теряя терпение). Денег дайте!..
Р о с т о в щ и к (решительно). Не дам!..
Захлопывает книгу и ставит ее на полку.
Ф а у с т (подавляя нахлынувшее раздражение). Что вы берете под заклад?
Р о с т о в щ и к. А что угодно.
Ф а у с т. Мусор?
Р о с т о в щ и к. Берем. Но прихотливо.
Ф а у с т. Древний манускрипт о смысле жизни?
Р о с т о в щ и к. Нет.
Ф а у с т. Вечный двигатель?
Р о с т о в щ и к. Увольте!..
Ф а у с т (уже кипит). Мощи святого Себастьяна?..
Р о с т о в щ и к (по-деловому). Мощи — можно. Но где их разыскать? И был ли этот Себастьян? Возможно. А если не был?.. То-то и оно. В земле есть черви, это достоверно, но нету Себастьяна. (Наклонившись, интимно, прозой.) Знаете, сколько имеется гвоздей, которыми был прибит Спаситель к Кресту?
Ф а у с т. Сколько?
Р о с т о в щ и к. В Риме — в нескольких соборах. На Святой Земле. В Париже. И еще — в нескольких городах Европы. Всего получается около сотни. Это только по приблизительным подсчетам.
Ф а у с т (терпеливо). И что это доказывает?
Р о с т о в щ и к. Это доказывает, что денег нету. (Для выразительности демонстрирует свой пустой карман, вывернув его наизнанку.) То есть нету денег, чтобы платить за подобные гвозди. (Вдруг снимает с себя сюртук. Начинает показывать перед Фаустом его подкладку.) Вот эту дырку видите? Она образовалась при первом свидании, когда я рвал розу с клумбы. А вот этот шов подмазан, да? Чернилами я его подмазал, чернилами!.. Каждый месяц подмазываю снова, потому что чернила стираются и оставляют на теле странные письмена. Хожу в тряпье. Оборотных средств нету!.. Финансовый баланс не сходится. Наличные — на нуле.
Фауст терпеливо дослушивает его монолог. Затем берет в руки его миску и запускает в стену. На стене остается след от похлебки, отдаленно напоминающий паука. Забыв кольцо на столе, уходит вон от ростовщика. Ростовщик задумчиво смотрит ему вслед.
Улица города
Фауст останавливается у университетской ограды. Смотрит на то, как студенты-школяры вместе с Вагнером прыгают на одной ноге через квадратики, нарисованные мелом на мостовой.
Внезапно он присоединяется к ним.
Школяры с почтением расступаются перед профессором. А он, демонстрируя сноровку кузнечика, перепрыгивает сразу через два квадратика.
Звучат аплодисменты.
В а г н е р (восхищенно). Браво!..
Ф а у с т (неожиданно, глядя в глаза ученику). Я умираю!..
Лаборатория Фауста
В окно светит закат. На столе горит тусклая масляная лампа. Перед Фаустом открыта книга на греческом. Это Евангелие от Иоанна. Фауст тупо смотрит на нее, пытаясь перевести первый стих.
Ф а у с т (бормочет под нос). «В начале было Слово…» С первых строк загадка… Так ли понял я намек?.. Ведь я так высоко не ставлю слово…
Раздается стук в дверь. В открытую щель без разрешения просовывается голова Вагнера.
Ф а у с т (с отчаянием). Опять ты?
В а г н е р. Я.
Ф а у с т (смиряясь). Ладно. Входи.
Вагнер присаживается за стол и рассупонивает сверток, который принес с собой. В нем маникюрные инструменты — ножницы разной величины, щипчики, краска для ногтей, специальные ножи для удаления мозолей. Все это напоминает орудия пыток.
Пока он раскладывает свой скарб, Фауст смотрит в книгу, будто не замечая приготовлений ученика.
Ф а у с т. Ты понимаешь, что здесь написано?
В а г н е р (бросив мимолетный взгляд на греческий). Нет.
Ф а у с т. Я тоже. «В начале было Слово…» Так ли? И верно ли значенье древних строк?
В а г н е р. Не верно.
Он наполняет медный тазик водой и опускает в него руки учителя.
Ф а у с т (подумав). «В начале мысль была», вот перевод!..
Испытующе смотрит на Вагнера.
Тот тем временем начинает подстригать ногти учителя.
В а г н е р. Да вряд ли. Какая мысль? Чья?
Ф а у с т (смутившись). В самом деле, чья?..
В а г н е р. Никаких мыслей. У меня — во всяком случае.
Ф а у с т (сокрушенно). У меня — тоже.
В а г н е р. Но есть идеи.
Пилкой шлифует обрезанный ноготь.
Ф а у с т. А чем мысли отличаются от идей?
В а г н е р (хитро). Отличия имеются.
Ф а у с т. А ты, в самом деле, дурак.
В а г н е р (с гордостью). Несомненно.
Ф а у с т (нетерпеливо). Может, у тебя есть идея по поводу перевода этого стиха? Говори. Я слушаю.
Студент громко дышит, и в этом сопении угадывается великая сила.
В а г н е р. Есть.
Ф а у с т. Так давай же! Не томи душу!..
В а г н е р. «В начале было «я».
Ф а у с т. Чье «я»?
В а г н е р. Мое.
Ф а у с т (отшатнувшись). Ты был в начале?!.
В а г н е р. Ну да. Почему бы нет?..
Начинает красить ноготь Фауста в сиреневый цвет.
Ф а у с т. Тогда мы все погибли.
В а г н е р. Я так не думаю. (С неожиданной страстью.) Если в начале было Слово, о котором мы ничего не знаем, то почему не мог быть Вагнер? Маленький умница Вагнер? Весь сгорающий от любви к своему учителю? Почему?!
Ф а у с т (слегка теряясь от его напора). Я не знаю.
В а г н е р. То-то и оно.
Ф а у с т (осознав, что Вагнер делает с его ногтем). По-моему, ты увлекся!
В а г н е р. Не извольте беспокоиться. Мне посоветовал один француз… Так теперь делают при дворе Людовика.
Ф а у с т. С этим ногтем я похож на мертвеца. (Неожиданно что-то вспомнив.) Ты принес то, о чем я просил?
В а г н е р (неохотно). Принес.
Ф а у с т. Давай сюда.
Ученик вытаскивает из кармана маленький пузырек с крышкой, завернутой в бумагу.
Ф а у с т. Спасибо. (Ставит пузырек на стол рядом с книгой. Задумчиво, глядя на пузырек.) Вы будете грустить?
В а г н е р. Несомненно. Все этого желают.
Ф а у с т (после паузы). Не понял.
В а г н е р (оправдываясь). Я не точно выразился… Рутинная жизнь… Скука. Бюргерство. Свинство. Хрю-хрю. Ну, вы сами часто об этом говорили…
Ф а у с т. Говорил. Дальше что?
В а г н е р. И вот средь этого хамства, среди рутины врывается освежающий вихрь. Майская гроза. Ваша преждевременная кончина.
Ф а у с т. Какой же ты подлец!..
В а г н е р. Не извольте беспокоиться. Я допью пузырек за вами.
Ф а у с т (начиная сердиться). Ни черта не получишь! Я все выпью сам!..
Скрипит дверь. На пороге стоит ростовщик, с интересом рассматривая лабораторию Фауста.
Ф а у с т. Еще одно чудовище!..
Р о с т о в щ и к. Вы у меня кольцо забыли… А я как честный человек принес.
Вытаскивает из кармана кольцо, которое принес ему накануне Фауст,
и кладет на стол.
Ф а у с т (Вагнеру). Оставь нас!..
Вагнер начинает торопливо промокать руки учителя полотенцем. Быстро собирает свои инструменты.
Р о с т о в щ и к (заглядывая в книгу). Евангелие от Иоанна?
Ф а у с т. А вы разве читаете по-гречески?
Р о с т о в щ и к. Нет. Но святое слово отличаю.
Ф а у с т. Каким образом?
Р о с т о в щ и к. Потому что вера есть.
Вагнер уходит.
Р о с т о в щ и к (принюхиваясь). Чем это воняет? (Видит стоящий на столе пузырек.) Цикута?
Фауст молчит.
Р о с т о в щ и к. И куплена у местного аптекаря?
Ф а у с т. Возможно.
Ростовщик срывает пробку и быстро выпивает содержимое пузырька.
Фауст в ужасе вскакивает, ожидая мгновенной кончины. Но ее не происходит.
Вместо агонии ростовщик начинает разминать суставы рук и ног. Подавляет отрыжку. Приседает несколько раз, и коленные чашечки у него скрипят.
Его жизнестойкость и противодействие смертельной отраве потрясают Фауста.
Ф а у с т (тихо). Ты, в самом деле, черт…
Р о с т о в щ и к. …Так меня зовут всякие бабы. Но я не черт.
Ф а у с т. А кто же?..
Р о с т о в щ и к. Почем мне знать… а вам с того корысть какая?
Ф а у с т. Есть интерес.
Р о с т о в щ и к. Какой?..
Ф а у с т. Извечный.
Р о с т о в щ и к. Даже и не думайте. (Машет руками.) Нет!..
Ф а у с т. «Нет» почему?..
Р о с т о в щ и к (после паузы, нехотя). Слишком большая очередь. И все хотят.
Оканчивает свои приседания. Смотрит пузырек на просвет, чтобы понять, осталось ли в нем что-нибудь или нет.
Ф а у с т. Кто же стоит в твоей очереди?..
Р о с т о в щ и к. Ну, это разговор особый.
Ф а у с т. А все же?..
Р о с т о в щ и к. Только между нами… (Кладет пустой пузырек в карман.) Вдова магистра философии.
Ф а у с т. Я так и думал.
Р о с т о в щ и к. Ваш ученый ректор.
Ф а у с т. Идиот!.. А кто за ним?
Р о с т о в щ и к. Дочь циркача
и сын комедианта. Местный гробовщик. Мясник, учитель пения, один масон, бродяга, эскулап, дворецкий… и некто Вагнер.
Ф а у с т. Мой ученик?..
Р о с т о в щ и к. Вот именно…
Ф а у с т. …Толпа. Не протолкнуться!..
Р о с т о в щ и к. И я об этом.
Ф а у с т. Я лучше их.
Р о с т о в щ и к. Почему же?
Ф а у с т (страстно). Потому что злей. Кто в грош не ставит собственную жизнь, тому претит все остальное…
В порыве хватает ростовщика за плечи.
Р о с т о в щ и к (отстраняясь). Расчеты с жизнью? Будет вам… Трезвейте.
Ф а у с т. Нет. Чем я заслужу твое расположенье?..
Р о с т о в щ и к (переходя на прозу). Чем, чем… Я не знаю, чем. (Смотрит в раскрытое Евангелие.) А точный перевод первого стиха такой: «В начале было Дело!»
Смотрит Фаусту в глаза.
Улица города
Их разговор продолжается на улице. Ростовщик, словно упругий мячик, бежит впереди. А Фауст вприпрыжку с трудом поспевает за ним.
Ф а у с т. Ты все еще жив… Непостижимо!
Р о с т о в щ и к (скривившись, хватаясь за живот). Вот… началось!
Ф а у с т (не слыша). Дух отрицания переживет этот мир.
Р о с т о в щ и к. Не в отрицании дело, а в нашем аптекаре. Его цикута очень хорошо прочищает живот, только и всего.
Ф а у с т. Везде обман!
Р о с т о в щ и к. Вот именно.
Я все же не пойму, что вы за человек… Профессор, а бегаете, как мальчик… Что вы умеете делать?
Ф а у с т. Болтать.
Р о с т о в щ и к. Похвально. Но если б были вы глухонемым, то я бы восхитился больше…
Ф а у с т. Казаться умным при пустой башке.
Р о с т о в щ и к (морщится от болей в животе). Нет. Не пойдет.
Ф а у с т. А как?
Р о с т о в щ и к. Казаться дураком с мозгами мудреца. Попробуйте.
Ф а у с т. Ты привередлив, словно баба.
Р о с т о в щ и к. А что мне делать? Суета и скука. Творенье не годится никуда.
Ф а у с т. Хотя бы в этом я с тобой согласен.
Р о с т о в щ и к. Но есть рецепт попроще. Как жить и выжить. Без чертей, без ведьм и бабок…
Ф а у с т (с раздражением). Какой еще рецепт?
Р о с т о в щ и к (борясь с резями в животе). Возделывать свой сад… Копать или мотыжить. Замкнуть работы в тесный круг… Найти в них удовлетворенье… всю жизнь кормясь плодами рук, скотине следуя в смиренье… Вставать с коровами чуть свет и не стыдясь навоза. И вас на восемьдесят лет омолодит метаморфоза…
Фауст, выслушав, вдруг начинает смеяться, столь нелепыми ему кажутся эти слова.
Они доходят до лавки ростовщика.
Р о с т о в щ и к. Обождите минут пять…
Торопливо скрывается в дверях.
Фауст остается один на улице.
Внезапно кто-то трогает его за рукав. Фауст оборачивается, позади него стоит Вагнер.
В а г н е р (шепотом). Для меня это не новость… Одобряю ваш выбор.
Ф а у с т. Что ты имеешь в виду?
В а г н е р. Ну как это принято между серьезными людьми? Сделка, контракт, договор…
Ф а у с т (с трудом подбирая слова). А он… в самом деле?
В а г н е р. В самом деле.
Ф а у с т. А ты?
В а г н е р. Сто пятидесятый по списку.
Ф а у с т. Каким же буду я?..
В а г н е р. Я могу уступить очередь.
Ф а у с т. Не нужно. (После паузы.) …И все-таки здесь какая-то несуразность. Прорыв в логической цепочке.
В а г н е р. Какой еще прорыв?
Ф а у с т. Вывод не отвечает предшествующему утверждению.
Вагнер смотрит на учителя, открыв рот.
Ф а у с т. Ты не веришь в Бога, разве не так?
Ученик молчит.
Ф а у с т. Но почему ты веришь в сатану? Где здесь логика?.. Классическая схоластика трещит по швам. Допущение первое: нет добра. (Загибает палец на правой руке.) Допущение второе, вытекающее из первого: значит, нет и зла. (Загибает второй палец.) Разве не так?
В а г н е р. Не так. Нет добра — допущение первое. (Загибает свой палец.) А зло есть! (Загибает второй палец и с торжеством смотрит на учителя.)
Из лавки выходит ростовщик, застегивая на ходу штаны.
Р о с т о в щ и к. Я готов продолжить наш философский диспут.
Ф а у с т (задумчиво). Значит, «В начале было Дело»?
Р о с т о в щ и к. Дело… только дело! Мы с вами — деловые люди, разве не так?!
С размаху бьет правой рукой по руке Фауста.
Вместе они идут вперед по улице.
Вагнер с завистью смотрит им вслед.
Купель внутри города
Они подходят к большой каменной купели, в которой прачки стирают белье.
Р о с т о в щ и к (останавливаясь). Вот эти женщины… Видите?
Ф а у с т. Ну и?..
Р о с т о в щ и к. Они заняты делом. С начала и до конца.
Ф а у с т. Допустим.
Р о с т о в щ и к. А видите их пальцы?
Ф а у с т. Не вижу.
Р о с т о в щ и к. Они вот такие…
Оттягивает указательный палец на правой руке, почти выворачивая его наизнанку.
Р о с т о в щ и к. И это всё — от холодной воды. Только у прачек и у швей — такие пальцы. И болят страшно. Особенно по ночам. Зубную боль знаете?
Ф а у с т. Знаю.
Р о с т о в щ и к. А здесь — еще неприятней. В самих пальцах. Как будто зубы болят.
Хохочет.
Ф а у с т. Что ты хочешь этим сказать?
Р о с т о в щ и к. Я хочу сказать об вздохе угнетенной твари. Они — не вздыхают. Вздыхаете вы. У вас — студенты, уважение, известность. А у этих — ничего. Только холодная, как лед, работа.
Одна из женщин поднимает голову, отрываясь от стирки. По-видимому, она услышала разговор. У нее молодое свежее лицо, она — почти ребенок. Это Маргарита.
Р о с т о в щ и к (с раздражением). Да это я не тебе. Стирай, стирай, пока еще молода!..
Увлекает Фауста под локоть, и они уходят с этого места.
Двор около лечебницы отца Фауста
Во дворе убогие и покалеченные. Один из них лежит прямо на земле. Около него склонились несколько людей, которые шепчут вполголоса молитву.
Фауст и ростовщик останавливаются у железной ограды.
Ф а у с т (продолжая прежнюю тему). …Вздох угнетенной твари?
Р о с т о в щ и к. Никаких вздохов. Он уже умер. А знаете, что он сказал перед смертью?
Ф а у с т. Что же?
Р о с т о в щ и к. «Господи, отчего ты медлишь?..» Я знал его, но не близко… Сначала он похоронил дочь, потом — жену. Но никогда не плакал…
И всегда молчал.
На крыльцо дома, опираясь на палку, выходит отец Фауста. Встречается взглядом с ростовщиком. Мрачнеет, видя, в какой компании оказался сын. Ростовщик же, в свою очередь, подобострастно кланяется.
Фауст быстро уходит, не глядя в глаза отцу. И ростовщик спешит вслед за ним.
Питейный погребок
Открываются двери. В погребок входят Фауст и ростовщик. У дальней стены пирует компания молодых дворян.
Фауст крайне задумчив, даже мрачен.
Р о с т о в щ и к (хозяину за стойкой). Есть что-нибудь у вас, кроме мочи осла?
Х о з я и н (обидевшись). Что вы такое несете? У нас настоящее бургундское.
Р о с т о в щ и к. Ну и что же? В Бургундии полно ослов. Тем более что ваша Бургундия находится в какой-нибудь Эстляндии… Знаю я вас! (Грозит хозяину пальцем.) Доктора видите? (Показывает на Фауста.) Он потерял смысл жизни. И ему нужно побольше вина.
Х о з я и н (с почтением глядя на Фауста). А я бы хотел заметить…
Ф а у с т. Что еще?
Х о з я и н. Вы ведь магистр астрологии?
Ф а у с т. Допустим.
Х о з я и н. Хвостатая звезда, которая парит над нами… что означает?
Ф а у с т. Ничего.
Х о з я и н. В самом деле?
Ф а у с т. Сгусток газов.
Х о з я и н. …А все-таки?
Ф а у с т (указывая на ростовщика). Вы у него спросите.
Х о з я и н. Только по-простому…
Р о с т о в щ и к (беря в руки стакан вина). …Аберрации человеческого «сверх-я» привносят излишнюю корреляцию в объекты, существующие во вне, для себя и помимо сознания перципиента…
Х о з я и н (сокрушенно). Понятно.
Р о с т о в щ и к (протягивая Фаусту стакан). Пейте.
Ф а у с т. Я передумал.
Р о с т о в щ и к (с удивлением). Что?
Ф а у с т. Мне от тебя ничего не надо. Я ухожу. Прощай.
Р о с т о в щ и к (растерянно). Погодите… Одну минуту. (Пробуя поданое вино и скривившись.) Ну я же говорил: моча осла!..
Полощет вином полость рта. Фауст тем временем идет к двери. Ростовщик выплевывает вино на пол прямо к ногам пирующих дворян и даже одному из них, Валентину, пачкает башмаки. Возможно, он это делает оттого, что хочет любыми путями задержать Фауста в погребке.
В а л е н т и н (вскакивая, хватаясь за шпагу). Ну, это слишком!..
Р о с т о в щ и к (с внезапной агрессивностью). Что «слишком»?! Эта дрянь — «слишком»? Или я сам «слишком» для вас?
Ф а у с т (возвращаясь и оттаскивая ростовщика от компании за плечи). Простите его… Он не хотел вас обидеть!..
В а л е н т и н. Тогда пусть извинится!
Р о с т о в щ и к. Пардон… Но тут извиняться нечего. Если вы пьете мочу осла и почитаете ее за вино?.. Какие ж тут извинения!..
Валентин снова вскакивает из-за стола. Он совсем юн, почти мальчик.
Ф а у с т (с испугом). Ну всё, всё… Полно!
Оттаскивает ростовщика от компании, но тот неожиданно проявляет строптивость.
Р о с т о в щ и к. Вино — это кровь земли. А мне дают перегнившие корни!..
Ф а у с т (шепотом). Уймись!.. Он же дитя… Видишь пушок над губой? Он специально подкрашивает его сажей, чтобы лучше было видно.
Р о с т о в щ и к (бросив короткий взгляд на Валентина, который встал в боевую стойку). Сажа — это верно… Я покажу им сейчас, что значит настоящая кровь!.. (Неожиданно достает из кармана штопор. Подходит к стене и вворачивает штопор прямо в деревянную балку. Тянет его на себя. Из образовавшегося отверстия начинает хлестать густая красная жидкость. Говорит с удовольствием.) Столетняя лоза… а оказалась рядом!
Он подставляет под струю стакан и дает попробовать Фаусту.
Всеобщее замешательство.
У Фауста чуть-чуть трясутся руки, когда он подносит стакан ко рту.
Р о с т о в щ и к. Что скажешь?
Фауст отпивает, не говоря ни слова.
Хозяин тем временем подставляет под струю пустую посуду. Красные брызги летят во все стороны.
Валентин, скрывая смущение, также протягивает свой стакан. Отпивает и кривится…
В а л е н т и н. Моча осла!.. (Поначалу слов его не слышно из-за всеобщего оживления. И ему приходится повторить с вызовом.) Моча осла!
Шум в погребке стихает. Наступает тишина, в которой слышно только бурление вина, бьющего из стены.
Ростовщик оценивающе смотрит на Валентина.
Т о в а р и щ В а л е н т и н а. Не бейся с ними. Они даже не дворяне…
Р о с т о в щ и к. Это мы-то не дворяне? Вот наш герб!..
Делает рукой неприличный жест.
Валентин хватается за шпагу. Ростовщик не на шутку пугается, кричит и скрывается за спину Фауста.
Тот оказывается один на один с юношей.
Неожиданно Фауст чувствует в своей руке холодный клинок. Кто-то вложил нож в его руку… Не умея драться, Фауст выставляет клинок вперед, и юноша накалывается на него.
Падает на пол, и вино хлещет на него из стены.
Р о с т о в щ и к. Пропали! Бежим!..
Увлекает Фауста вон из погребка.
Улицы города
На улице — вечер. На западе догорает полоска заката. Накрапывает мелкий дождь.
Фауст бежит вперед, рядом с ним — никого. Ростовщик куда-то пропал.
Фауст пробегает один квартал, второй, третий…
Останавливается, переводя дыхание.
Ф а у с т (в поисках ростовщика, озираясь). Эй!..
Тишина.
Впереди маленькая площадь, на которой стоит памятник безымянному герою.
Надпись на постаменте стерлась. Каменный гость в латах по-человечески одинок. Левой руки не хватает. Из правого плеча торчит клок сорной травы.
Р о с т о в щ и к (в горе). Что вы наделали?! Смертельный грех на вашей совести!..
Оказывается, он сидит на постаменте рядом со статуей в противоположной от Фауста стороне. Сидит, скрючившись, подставив колени под подбородок. Он похож на большую птицу, вымокшую под дождем и оттого особенно жалкую.
Ф а у с т (обходя монумент). Я не хотел… я… Полно!.. Словно черт вселился в руку!..
Р о с т о в щ и к. Вам своей души не жалко… Так подумайте о моей!..
Ф а у с т (раздражаясь). Ладно!.. Не скули!
Присаживается на камень рядом с ростовщиком.
Р о с т о в щ и к. Где правда на земле, где Бог на небе?..
Ф а у с т. Послушай, хватит причитать! Кто черт из нас — я или ты?
Р о с т о в щ и к. Вопрос открытый.
Ф а у с т. Гаер и клоун!.. Подскажи, чем мне загладить мой провал.
Р о с т о в щ и к (по-деловому, прозой). Воскресить его можете?
Ф а у с т. Нет.
Р о с т о в щ и к. А слезы промокнуть родне можете?
Ф а у с т. Тоже нет. (После паузы.) А большая ли родня?
Р о с т о в щ и к. Всего лишь двое — мать, сестра… Род захудалый, бедный. В закладе по моим же векселям.
Ф а у с т (искренне). Какое горе!..
Р о с т о в щ и к. Великое!.. А сестра? А Маргарита? Цветок весенний! Еще пятнадцати ей нет! Увянет, не расцветши.
Ф а у с т (переходя на прозу). Нужно помочь им деньгами.
Ростовщик вместо ответа как-то неопределенно свистит.
Ф а у с т. Помоги им. Будь человеком.
Р о с т о в щ и к. А что отдать? Заложенные вещи? А ежели клиент их выкупит?
Ф а у с т. Так что же делать?..
Р о с т о в щ и к (после паузы). Есть одна идея.
Встает с постамента и начинает отряхиваться от капель, как собака, встав на четвереньки и раскачиваясь телом из стороны в стороны…
Двор домика Гретхен
Вечер. Открывается калитка. Во дворик входит Маргарита, в ее руках большая плетеная корзина со свежевыстиранным бельем. Волосы смочены только что прошедшим дождем. Эту девушку мы ранее видели в купели, около которой стояли Фауст с ростовщиком.
Маргарита ставит корзину на землю, вынимает из нее первую простыню и вешает на веревку. Потом вторую, третью…
Скоро вся веревка оказывается в трепещущих белых флагах.
Скрипит калитка за спиной. Маргарита оборачивается.
Трое молодых людей вносят кого-то во двор. Кладут на землю под выстиранное белье.
Они молчат.
Маргарита заглядывает в лицо лежащего. Он бледнее земли… Девушка падает в обморок.
Прицерковное кладбище. Вечер
Фауст и ростовщик крадутся мимо черных памятников.
В руках у ростовщика заступ.
Р о с т о в щ и к (принюхиваясь, словно собака, шепотом). Тут много кладов! Простофили закапывают рядом с мертвецами. Думают, что так никто не тронет…
С шумом втягивает в себя прелый воздух.
Ф а у с т. Чем пахнет?
Р о с т о в щ и к. Какой-то дрянью.
Ф а у с т. А клады?!.
Р о с т о в щ и к. У кладов аромат особый… (Озирается и снова втягивает в себя воздух.) Бронза пахнет карамелью… Серебро — чуть горьковато.
Ф а у с т. А золото?
Р о с т о в щ и к (с восторгом). Пирожные!.. Заварной крем знаете? На сливках, знаете?!.
Ф а у с т. Не ори! Тут — духи!..
В самом деле, от земли поднимаются беловатые испарения, напоминающие человеческие фигуры.
Р о с т о в щ и к (с любопытством). Да вы никак сробели?
Ф а у с т (шепотом). Тут похоронена моя мать… Вот там.
Показывает рукой вдаль.
Р о с т о в щ и к. …Ну и?
Ф а у с т. Она!..
Ему кажется, что мать смотрит на него из тумана.
Р о с т о в щ и к. Полно!.. (Делает знак рукой, и фигура в темноте пропадает.) Не пойму я вас, атеистов. Верите в духов, а в Творца всего живого не верите… Апория Зенона получается.
Ф а у с т (с раздражением). Какая именно? У него их несколько.
Р о с т о в щ и к. Об Ахиллесе, который никогда не обгонит черепаху. При допущении, что существует точка пространства, которую они оба рано или поздно достигнут. Это — главное, а не то, с какой скоростью они к ней придут.
Ф а у с т. Не пойму, куда ты клонишь.
Р о с т о в щ и к. Духи могут настигнуть ваш скепсис и заставить поверить. (С сомнением смотрит себе под ноги.) Здесь!.. Копайте.
Передает Фаусту заступ.
Ф а у с т. А сам не можешь?
Р о с т о в щ и к. Не взыщите. Не приспособлен.
Поплевав на руки, Фауст начинает рыть холодную землю.
Р о с т о в щ и к (бормочет шепотом бессмыслицу, пока Фауст копает). Печень акулы!.. Горло жирафа… Мозг антилопы до первого взмаха… Корень вербены, жабры трески… вряд ли избавят меня от тоски… (Громко.) Что там?
Ф а у с т (дрогнувшим голосом). Есть!..
Р о с т о в щ и к. Только осторожней! Не рассыпьте монеты! В темноте очень трудно собирать…
Фауст становится на колени.
Ф а у с т. Тут какие-то кости!
Р о с т о в щ и к (с любопытством). А золота нет?
Ф а у с т (в ужасе). Это — мертвец!.. (Вскакивает и начинает в сердцах душить ростовщика.) Я тебя убью!..
Р о с т о в щ и к (отбиваясь и тяжело дыша). Многие хотели, но не многим дано… Хватит! Возьмите себя в руки!.. (Вырывается. Стряхивает с себя пыль. Переходит на другое место и трогает грунт ногой.) Здесь!..
Ф а у с т. Опять вранье.
Р о с т о в щ и к. Клянусь покойной тетей!
Ф а у с т. У черта тети нет.
Р о с т о в щ и к. Я клянусь вашей. Копайте!
Фауст нехотя начинает рыть землю.
Р о с т о в щ и к (после паузы). Что там?
Ф а у с т. Опять покойник.
Р о с т о в щ и к. Нет, не покойник!..
Встает на колени и разбрасывает грунт руками…
Прихожая дома Гретхен
Руки служанки укутывают зеркала черным. Наливают в рюмку красное вино и ставят на пустой стол. Кладут рядом кусочек сдобного печенья. Во всем доме — глубокая тишина траура.
Звонит колокольчик. Служанка спешит открыть.
На пороге стоит ростовщик. В руках его опрятный ларец, по-видимому, тяжелый, потому что гость держит его с видимым трудом.
Р о с т о в щ и к. Вам просили передать…
С л у ж а н к а. Что?
Р о с т о в щ и к. Так, ничего… Безделица. (Протягивает ларец служанке, но вдруг отдергивает руки.) Нет. Украдешь!..
С л у ж а н к а (смутившись). Да что вы… Никогда!
Р о с т о в щ и к. Никогда?! А сахар со стола украдкой… в глубоком детстве… Было дело?
С л у ж а н к а (деморализованно). Было.
Р о с т о в щ и к. То-то и оно! Кто раз украл, тому доверья нет. (Подумав.) Проводи меня к госпоже.
Спальня матери Гретхен
Мать лежит в черном платье в спальне, в которую почти не проникает солнечный свет. Одеяло и балдахин над кроватью черные. И хозяйка в черном почти сливается с ними, растворившись и исчезнув.
Служанка боязливо появляется на пороге.
С л у ж а н к а. Тут к вам… по делу.
М а т ь. Нет… Не хочу.
Р о с т о в щ и к (громко). Но дело вам покажется приятным!..
Мать с трудом отрывает голову от подушки и садится на кровати.
Служанка уходит.
Р о с т о в щ и к. Пустырник пили?
М а т ь (вздрагивая). Пила!..
Р о с т о в щ и к. Он не поможет. От горя лучше помогает это…
Протягивает ей ларчик.
М а т ь. Что это?
Р о с т о в щ и к. Успокоительное средство. Вас бросал любимый?
Мать в удивлении молчит.
Р о с т о в щ и к. По глазам вижу, что бросал… А вы надели новое кольцо и в уши — серьги. Печаль ушла, как не бывала…
Мать не отвечает.
Р о с т о в щ и к. А мертворожденное дитя?.. Действенный рецепт — потрогать золото. С ним поиграть, погладить, как котенка… А если ассигнации, то ими же набить карманы! И горя нет. Одна лишь радость… Золото! Щенячий визг!..
М а т ь (с трудом). У меня не осталось золота, и это вам известно.
Р о с т о в щ и к. Теперь будет. Тут меня просили вам отдать…
Ставит ларец на столик.
Мать поражена случившимся.
М а т ь. Кто?
Р о с т о в щ и к. Добрейший человек. Смиренный ангел, кроткое дитя… (После паузы.) А может, и подлец, которых мало…
М а т ь. Я в затруднении…
Р о с т о в щ и к. А вы не затрудняйтесь. Берите, коль дают. Хранитель вашего семейства просит…
М а т ь. Хранителя дает лишь Бог!..
Р о с т о в щ и к (с чувством, возражая). Но почему же?! Может и не Бог давать. Еще как может. Берите же!..
М а т ь. А вы?
Р о с т о в щ и к. Не обо мне сейчас речь.
Спешит уйти.
Мать встает с постели и открывает ларец…
Улица перед домом Гретхен
Недалеко от ворот дома за платаном стоит Фауст.
Ростовщик выходит на улицу и, не глядя на компаньона, идет вперед.
Ф а у с т (догоняя его). Взяла?
Ростовщик не отвечает, погруженный в глубокую задумчивость.
Внезапно на углу улицы он сталкивается нос к носу с Вагнером.
Вагнер отскакивает от ростовщика, как бильярдный шар. Фауст делает вид, что не заметил своего ученика.
Вагнер, подумав, увязывается вслед за Фаустом, но шествует за ним на почтительном расстоянии, прислушиваясь и стараясь разобрать, о чем идет разговор.
Ф а у с т. Что было в доме?! Отвечай!
Хватает ростовщика за рукав.
Р о с т о в щ и к. Взяла, но я бы не давал.
Ф а у с т. Почему?
Р о с т о в щ и к (нехотя). Мне это все не нравится. Разврат скользит под вашим благородством.
Ф а у с т. Не благородство, а вина. Вина, которая размалывает череп и пригвождает тело на кресте.
Р о с т о в щ и к. Вы Парацельса читали?
Ф а у с т. Ну и?..
Р о с т о в щ и к. Палач и жертва связаны одной нитью. Вам кажется, что в этот дом толкает вас вина, а на самом деле — свое же преступление. Вы тайно влюблены в пролитую кровь.
Ф а у с т (со страстью). Неверно. Демокрит говорил, что убийство можно загладить, когда ты зажжешь три жертвенника.
Р о с т о в щ и к (оборачиваясь). А точно ли Демокрит это сказал?
Фауст некоторое время молчит, вспоминая.
Ф а у с т. А может быть, и Гераклит.
Р о с т о в щ и к (разочарованно). Видите, это не одно и то же!..
Ф а у с т (неожиданно). Погоди, я сейчас…
Внезапно бежит стремглав, пытаясь поймать Вагнера, который подслушивает.
Тот в ужасе убегает со всех ног.
Ф а у с т (возвращаясь, запыхавшись). Три жертвенника… три! (Для верности показывает число пальцами.) А наш ларец можно приравнять к пяти жертвенникам.
Р о с т о в щ и к. Мне больше нравится, как в подобных случаях поступал Патрокл.
Ф а у с т. Как?
Р о с т о в щ и к. Просто рубил обидчику голову к чертовой матери!..
Ф а у с т (после паузы). Запомни. Это не мое преступление. Это твое преступление! Ты понял?
Р о с т о в щ и к (отвечая своим мыслям). Черное дело вы затеяли, воля ваша… Черное дело!..
Прицерковное кладбище
Тройка черных лошадей везет на колеснице дорогой гроб.
Впереди идет священник с кадилом. Позади — процессия из немногочисленных родственников и знакомых.
Хоронят Валентина.
Рядом с его матерью — юная девушка необыкновенной дисгармоничной красоты. Эту особенность придает ей легкое косоглазие, а яркий румянец ребенка делает ее неотразимой.
Фауст вместе с ростовщиком присутствует в толпе людей. Он потрясен обаянием Маргариты. Хочет встать с ней рядом, но ростовщик оттесняет его, проскользнув между ним и девочкой.
Фауст вдруг замечает, что левый ботинок на ноге ростовщика развязан. Он специально наступает на развязанный шнурок. Ростовщик оступается и отстает. Фауст оказывается рядом с Маргаритой. Они обмениваются мимолетными взглядами.
Лошади и катафалк останавливаются.
Впереди разрытая могила. Люди молчат, поют только птицы.
Поминки в саду дома Гретхен
Птицы не знают о горе и поют на поминках так же, как и на похоронах.
На площадке сада, увитой диким виноградом, стоит длинный стол. Приглашенные молча едят. Ростовщик сидит рядом с матерью, Фауст — напротив Маргариты. Он не глядит на нее, весь погруженный в созерцание собственной тарелки. Маргарита также смотрит в стол.
М а т ь (шепотом ростовщику, нервно теребя в руке платок). Признайтесь, это он?..
Она имеет в виду Фауста.
Р о с т о в щ и к. Не он.
М а т ь. А кто?
Р о с т о в щ и к. Случайный человек. Досужий посетитель… Вечный странник по долинам жизни.
М а т ь. А врать вы не умеете!
Р о с т о в щ и к. А кто ж тогда умеет?..
М а т ь. Познакомьте нас.
Р о с т о в щ и к. Никогда.
М а т ь. Почему?..
Р о с т о в щ и к (начиная изворачиваться). Мой господин к уединенью склонность питает… Знаете ль, науки… Труды ночные… Философский камень… Знак Соломона… Пентакли, анаграммы. Нервы, нервы!.. Себе он не принадлежит. (Наблюдает, как Фауст помогает Маргарите положить на тарелку зелень.) Уж поседел, как лунь, а все туда же!..
М а т ь. Куда?
Р о с т о в щ и к. В тартарары. (В сердцах.) Нет, это невозможно!.. (Садится рядом с Маргаритой, чтобы прервать их общение.) …Вам что-нибудь подать? Сельдерей, петрушку, лук иль корень мандрагоры?
М а р г а р и т а. Тут нету корня.
Р о с т о в щ и к. И слава Богу! Знаете, где он вырастает?
М а р г а р и т а. Не знаю.
Р о с т о в щ и к. И ваше счастье. (Прозой.) Под висельником иль на пепелище, где только что сожгли ведьму.
Девочка с испугом крестится.
Р о с т о в щ и к (с подозрением). А вы что испугались? Вы-то пока не ведьма.
Ф а у с т. Прекрати.
Р о с т о в щ и к. Что вы сказали?
Приставляет согнутую ладонь к уху, чтобы лучше слышать.
Ф а у с т. Я сказал, что поминки не место для вашей инвективы.
Р о с т о в щ и к (страстно). А это не инвектива! Это протест. Почему у нас сжигают только женщин, а мужчин не трогают, разве это справедливо? В прогрессивном обществе, где царствуют астрология, гидравлика и механика, где старушка Земля устойчиво стоит на четырех китах, сжигают на костре исключительно женщин, почему?
Ф а у с т. Ты будешь первым мужчиной, которого сожгут.
Р о с т о в щ и к. А я согласен. (С пафосом.) Я хочу дожить до того славного времени, когда все будут равноправны. И когда в печах будут гореть вне зависимости от пола, звания и заслуг в прошлом… Все, исключительно все!
Девочка с испугом переводит взгляд то на Фауста, то на ростовщика, не понимая, говорят они серьезно или шутят.
Н е з н а к о м е ц в ч е р н о м. А лары?
Р о с т о в щ и к (раздраженно). При чем тут лары?
Н е з н а к о м е ц в ч е р н о м (извиняющимся тоном). Просто я хотел уточнить. При всеобщем равенстве в правах будут ли гореть в печах лары, гномы, орки, гомункулусы, грифоны и сфинксы, которых развелось в последнее время великое множество?..
Р о с т о в щ и к (смутившись и сбившись с пафоса). Да… Это большой вопрос!
Н е з н а к о м е ц в ч е р н о м. Они повсюду. Просто ногой некуда ступить, обязательно попадешь в лара.
Р о с т о в щ и к. А маленькие шмыгающие человечки, о них вы забыли?
Н е з н а к о м е ц в ч е р н о м (страстно соглашаясь). Да, да!..
Р о с т о в щ и к. Всех — на костер!..
Внезапно кто-то трогает Фауста за рукав, тот вздрагивает. Поднимает голову. Перед ним стоит Вагнер, который каким-то образом проник на поминки.
Ф а у с т. Чего тебе?
В а г н е р (шепчет). Можно вас на минутку? (Берет учителя за рукав и увлекает его за собой в глубину сада.) Вы проигрываете поединок.
Ф а у с т (с отвращением). Какой поединок, ты что? Переработал?..
В а г н е р (гордо). В самом деле, работаю я много. Сейчас выращиваю гомункулуса в пробирке…
Ф а у с т. Вот и выращивай. А моих дел не касайся!
Поворачивается к ученику спиной и хочет снова возвратиться к столу…
В а г н е р (вслед). И все-таки это проигрыш!..
Фауст замедляет шаг.
В а г н е р (на ухо). Проигрыш с Маргаритой… Он победил вас в риторике!..
Фауст гневно смотрит на ученика, понимая, кого тот имеет в виду. Возвращается к столу.
В а г н е р (в спину). Сделайте решительный выпад!..
Фауст отмахивается.
Садится на свое место.
Р о с т о в щ и к. …Мы тут рассуждали о пяти отличиях сфинкса от орка, принимая во внимание, что хоботы у них одинаковые, а хвосты загнуты в разные стороны. Не сумеете помочь нам, доктор?
Ф а у с т (с трудом). Отличия?
Р о с т о в щ и к. Именно!
Ф а у с т. Хвосты показывают на разные созвездия. У орка хвост упирается в Козерог, у сфинкса — в Большую Медведицу.
Р о с т о в щ и к. Гениально. А дальше?..
Ф а у с т. А дальше…
Замолкает. Все с нетерпением, включая Маргариту, ждут продолжения. А Фауст вдруг встает со своего места и решительно идет к матери, сидящей во главе стола.
Ф а у с т (поклонившись, вполголоса). Я — доктор Фауст. Представьте меня своей дочери!..
…Только один молодой человек за столом не пьет, а с тревогой и недоверием наблюдает за действиями доктора и ростовщика. Это товарищ Валентина.
Там же через несколько дней
Траурный стол медленно исчезает вместе с гостями. Солнце светит ярче.
Из каменной головы Посейдона бьет прозрачный ключ. Мимо него идут Фауст с Маргаритой. В руках у девочки небольшой пучок полевых трав.
М а р г а р и т а (держа в руке незабудку). Это какой цветок?
Ф а у с т (наугад, не сводя с нее влюбленного взгляда). Вербена, лилия?..
М а р г а р и т а (с удивлением). А вы действительно магистр?
Ф а у с т. И бакалавр, и доктор. Сам не знаю точно всех степеней…
М а р г а р и т а. Но по цветам вы не знаток.
Ф а у с т. Уж точно.
М а р г а р и т а. А на что распространяются ваши знания?
Ф а у с т. На предметы ничтожные. На мироздание, на траектории планет, на чудо превращения металла в золото.
М а р г а р и т а (недоверчиво). Вы можете?
Ф а у с т. Почти. Кладете золото в пробирку и, добавив какой-нибудь раствор, вынимаете…
М а р г а р и т а. И что ж в руках?
Ф а у с т. Золото.
М а р г а р и т а. А из чего превратилось?
Ф а у с т. Из золота.
М а р г а р и т а. Так просто?
Ф а у с т. Проще некуда. Дураки алхимики мудрили. А я один догадался…
М а р г а р и т а. Чудо!
Ф а у с т. Нет, чудо это вы!..
Пытается поцеловать ей руки.
М а р г а р и т а (уворачиваясь, показывая ему одуванчик). Это какой цветок?
Ф а у с т. Платикодон?
М а р г а р и т а. Возможно. Присядем.
Они садятся на каменную скамейку, выдолбленную в стене. Некоторое время оба молчат.
М а р г а р и т а. Сегодня мне снился брат… Что ваша наука говорит о смерти?
Ф а у с т (после паузы). Она дает позитивный ответ.
М а р г а р и т а. Какой?
Ф а у с т. Смерть есть.
М а р г а р и т а. Но ведь такой же ответ дает и жизнь.
Ф а у с т (соглашаясь). Дает.
М а р г а р и т а. Зачем же тогда наука?
Ф а у с т. Чтобы занять себя чем-нибудь. Человек не может жить пустым. Вот вы, наверное, вышиваете?
М а р г а р и т а. Вышиваю.
Ф а у с т. И наука — то же самое вышивание.
М а р г а р и т а (тихо, после паузы). Мне вас очень жалко. Ваша жизнь бессмысленна!..
На глаза ее наворачиваются слезы.
…В это же самое время на другом конце сада гуляют ростовщик и мать Маргариты.
М а т ь (нервно, указывая себе под ноги). Это какой цветок?
Р о с т о в щ и к. Сорняк.
М а т ь. А этот?
Р о с т о в щ и к. Еще хуже. Все, что нельзя съесть, является злостным сорняком.
М а т ь (волнуясь). А где же Маргарита и Фауст?
Р о с т о в щ и к. Всё говорят, говорят…
М а т ь. О чем?
Р о с т о в щ и к (вздохнув). О жизни и смерти.
М а т ь. И что же? Смерть есть?
Р о с т о в щ и к. Еще случается. Но скоро ее не будет совсем.
М а т ь (сдерживая гнев). Это как же такое понимать?
Р о с т о в щ и к (уточняя). Я говорю о будущем. Скажем, живет какой-нибудь человек и мучается. Отчего? Оттого, что у него есть мысли.
М а т ь. У всех есть мысли…
Р о с т о в щ и к. Это и плохо. Нужно их выгнать. Мысли сокращают человеческий век. Я хочу дожить до того славного времени, когда на общественное и семейное поприще выйдет человек без мыслей, гладкий и чистый, словно речной камень, человек-долгожитель с прозрачной головой
и такими же прозрачными ясными глазами… Доктора Фауста знаете? Вот он на правильном пути.
М а т ь (в беспокойстве). Мне нужно их найти!
Бросается в глубину сада.
Р о с т о в щ и к (с досадой). Вы меня неправильно поняли, мадам!.. Это же метафизика… Всего лишь метафизика!
Бежит вслед за ней.
Они находят Маргариту и Фауста у источника. Оба сидят, почти соприкасаясь друг с другом, и задумчиво смотрят на воду.
М а т ь (нервно). Уже поздно. Вы засиделись… Пора домой, Маргарита!..
М а р г а р и т а. Спокойной ночи, ангел-хранитель!..
Ф а у с т. Храни вас Бог!..
Обе женщины торопливо уходят.
Ф а у с т (с досадой). Ты все испортил. Зачем ты привел сюда мать?
Р о с т о в щ и к. Я не приводил. Она сама пришла…
Фауст с досадой машет рукой. Идет в глубь зеленых зарослей, которые постепенно переходят в лес.
Аллея недалеко от дома Гретхен
Мать тянет за руку Маргариту, как тянут на аркане добычу. Волосы ее сбились, на лбу выступил пот. Девушка упирается, как может. Из-под башмаков ее летит пыль.
Наконец она садится прямо на гравий, и мать не может сдвинуть ее с места.
М а т ь (порывисто, с напором, наклонившись). Кто он тебе? Зачем?.. Ответь мне!
М а р г а р и т а (искренне). Я не знаю.
Мать пытается поднять дочь с земли, но та отдергивает руку.
М а р г а р и т а. А кто ростовщик?.. Зачем он тебе?
М а т ь (подумав). Непонятно. Путается под ногами, как собака.
М а р г а р и т а. Вот именно. Но все равно, подобным образом не прощаются даже с собаками. Пойдем назад.
Встает с земли и хватается за руку матери.
М а т ь. Не пойду.
Упирается, но Маргарита насильно тянет ее за собой.
М а р г а р и т а. Нельзя обижать людей… Никого нельзя обижать!..
Вдвоем они возвращаются на место, где происходило свидание, рас-
трепанные, разгоряченные и уставшие друг от друга.
Но ростовщика и его компаньона уже и след простыл.
Лес за садом Гретхен
Кусты с шипами царапают ноги, и Фауст с трудом отдирает шипы от своих чулок.
Ф а у с т. Что женщину приковывает к мужу?
Р о с т о в щ и к. А вы не знаете?
Ф а у с т. Нет, не знаю.
Р о с т о в щ и к. Три вещи. Деньги, разврат и общее хозяйство.
Ф а у с т. Звучит цинично.
Р о с т о в щ и к. Вам ли говорить об этом?
Ф а у с т. А кому?
Р о с т о в щ и к. Хотя бы мне. Я имею право обличать в цинизме других. Потому что сам чист.
Ф а у с т (смерив его с ног до головы злобным взглядом). Ой ли? А кто совратил праматерь нашу Еву?
Р о с т о в щ и к. Во-первых, это был не я, а мой далекий пращур.
Ф а у с т. Такой же змей, как ты.
Идет вперед.
Р о с т о в щ и к (игнорируя его слова). А во-вторых, он-то ее соблазнил, но сам не пал. Подумайте, в чем разница.
Поскальзывается и падает.
Ф а у с т. Хочешь сказать, что ты вообще не знаешь женщин?
Р о с т о в щ и к (поднимаясь с земли). Вот именно. Я девственник.
Отряхивается от пыли.
Ф а у с т (почти стонет). Какой же ты подлец!.. Одно слово — дух отрицанья!.. Так бы и плюнул тебе в рожу. Да не могу. Нужен.
Р о с т о в щ и к (имея в виду вопрос Фауста). Прогулок в саду маловато?
Ф а у с т. Маловато.
Р о с т о в щ и к (напоминая). Денег дали?
Ф а у с т. …тоже мало.
Р о с т о в щ и к. Тогда — растление. Оно очень привлекает.
Ф а у с т. Ни слова больше!..
Р о с т о в щ и к (после паузы). Есть еще одно средство… Самое верное.
Ф а у с т. Какое?
Р о с т о в щ и к. Узнайте ее тайные мысли. И разделите их.
Ф а у с т. По-моему, ты бредишь. Даже ты не можешь знать ее тайные мысли.
Р о с т о в щ и к. Примите исповедь. Станьте для нее духовным отцом.
Ф а у с т (окончательно вскипев). Я все-таки тебя убью! Мне — священником? Это сколько понадобится лет? Десять, двадцать?..
Р о с т о в щ и к (по-деловому). Несколько минут. Вы давно не причащались?..
Ф а у с т (остывая). Уж больше года…
Р о с т о в щ и к. Вот именно. А если бы ходили в церковь, то твердо знали, что происходит со здешним настоятелем.
Ф а у с т. Что же?
Р о с т о в щ и к. Спит во время исповеди. Посапывает, чешется…
В общем, не жилец. Во-первых, возраст. А во-вторых, несдержанность в еде…
Ф а у с т. Он тоже твой клиент?
Ростовщик как-то неопределенно свистит, то ли утвердительно, то ли насмешливо…
На город спускается ночь.
Лаборатория Фауста
Фауст лежит в кровати и не может заснуть. Переворачивается на один бок, потом на другой…
Встает и подходит к подзорной трубе, расположенной у окна. Заглядывает в нее.
В окуляре видна хвостатая комета. Цвет ее изменился, она стала кроваво-бордовой.
Тогда Фауст переводит трубу на Луну. Подправляет линзы, чтобы навести фокус.
Ему кажется, что на краю лунного кратера сидит незнакомый человек в скафандре космонавта и приветливо машет рукой…
Лаборатория Вагнера
Вагнер погружен в кипучий труд. Он ставит алхимический опыт: в пробирку с зеленой жидкостью капает клизмой какую-то мутную дрянь. Пробирка взрывается.
Лавка ростовщика
Не спит и ростовщик, хотя постель расстелена.
Он делает сложное гимнастическое упражнение: стоит на голове вверх ногами, и ступни его в дырявых чулках почти упираются в потолок.
Городской храм
Слышна латинская молитва. Раззолоченные статуи святых похожи на мумии. В вышине под куполом воркуют невидимые голуби, и их голоса сливаются с молитвенным распевом.
В воздухе висит марево ладана.
Бледная Маргарита, закрыв глаза, будто прыгает в омут, входит в тесную исповедальню, приспособленную для одного человека. Крестится раскрытой ладонью.
В это же самое время в исповедальню с другого конца хочет войти и настоятель, чтобы выслушать девушку, но его внезапно останавливает ростовщик.
Р о с т о в щ и к (шепотом, беря его за локоть). Где сделать пожертвование?
Н а с т о я т е л ь. Большое ли?..
Р о с т о в щ и к. Немалое.
Н а с т о я т е л ь. Я вас провожу…
Вдвоем они удаляются в хозяйственное помещение рядом с алтарем.
В исповедальню быстро входит Фауст.
Опускается на специальную скамеечку возле перегородки и начинает слушать исповедь Маргариты…
Сад дома Гретхен
Вечер. В воздухе летает мошкара.
Маргарита ожидает Фауста у знакомого источника.
Слышны шаги по аллее. Девушка вскакивает со скамейки, но, оказывается, к ней идет не Фауст.
По дорожке спешит Вагнер. Он в величайшем возбуждении, глаза почти вылезли из орбит и горят торжеством.
М а р г а р и т а (в ужасе). Вы?!
В а г н е р. Я, моя радость! (Начинает целовать ей руки.) Нам нужно выяснить наконец отношения!..
Маргарита дает ему звонкую пощечину, но вместо щеки попадает в нос.
В а г н е р. Зачем?! Вы с ума сошли!..
Он запрокидывает голову, но это не помогает — кровь хлещет на подбородок.
М а р г а р и т а (пугаясь). Простите… Я не хотела!..
Вытаскивает носовой платок и начинает вытирать ему кровь.
В а г н е р (истолковав ее порыв по-своему). Это так сладко! О, счастье моей жизни!..
Страстно целует ее в шею.
На это Маргарита дает ему другую пощечину и попадает в глаз.
В а г н е р (с отчаянием, избитый). Вы думаете, он — Фауст?! Он не Фауст. Фауст — это я!..
Девочка в ужасе пятится…
В а г н е р. Он украл все мои идеи. О мироздании, о макрокосме, о духах земли и неба!.. Он — узурпатор. А я — Вагнер… Маленький Вагнер… Нет, я — большой Вагнер! Я очень большой Вагнер! Я — Фауст!..
М а р г а р и т а (с испугом). Вы успокойтесь!.. Я верю, верю…
В а г н е р. Сейчас я вам докажу!.. (Лезет в карман и достает из него шерстяной чулок, в который что-то завернуто.) Я добился… Я совершил!.. Смешал эфирные масла аспарагуса и львиного зева с печенью гиены. И он вылупился… Гомункулус, сверхчеловек!
М а р г а р и т а (заинтересовавшись). У вас в пробирке гомункулус?
В а г н е р. Возможно. Все теперь возможно!..
Медленно вынимает из шерстяного чулка закопченную колбу.
В ней наблюдается какое-то движение.
Маргарита напрягает глаза…
Кричит и вскакивает с ногами на скамейку.
В колбе сидит мышь.
От крика девушки колба выпадает из рук Вагнера, разбивается, и мышь бежит в кусты.
М а р г а р и т а (со стоном). Мышь… Я ненавижу мышей!
В а г н е р (страшно). Что ты наделала?.. Плоды ночных трудов и вдохновений!.. Я задушу тебя!
Пытается душить Маргариту, но не может дотянуться до шеи, потому что девушка стоит на скамейке.
На дорожке появляется Фауст.
Вагнер в ужасе бежит прочь. Встав на четвереньки, он взбирается на вершину холма и, плача, пропадает из виду.
Ф а у с т (с тревогой). На вас лица нет…
М а р г а р и т а. Здесь был ваш Вагнер.
Ф а у с т. Вот как!.. Ну и?..
М а р г а р и т а (приходя постепенно в себя и одергивая платье на груди). Он молодец.
Ф а у с т. Сам знаю.
М а р г а р и т а. Он преуспел во всем. Он вырастил гомункулуса.
Ф а у с т. Да ладно. Полно меня разыгрывать!
М а р г а р и т а. Точно. Я сама видела.
Ф а у с т (сокрушенно, после паузы). Мне это никогда не удавалось… Я по сравнению с ним неудачник.
М а р г а р и т а. Несомненно.
Откуда-то сверху слышен далекий нечеловеческий вопль. С холма срывается несколько мелких камней, они падают к ногам Фауста.
М а р г а р и т а. Он только слишком нервный… Его бы согреть своим участием. А то он бед натворит.
Ф а у с т. Хорошо. Согрею. (Берет ее детские руки в свои. Дует на них, потому что руки девушки замерзли. Зная тайну исповеди Маргариты.) Я давно собирался вас спросить… Отчего вы почти не разговариваете с матерью?
М а р г а р и т а (теряясь). Я разговариваю!
Ф а у с т. Нет. С собакой, кошкой вы говорите больше. А мать… В чем дело? Почему?
Маргарита вдруг хватается за щеки, стараясь прикрыть их ладонями, потому что они выдают ее смущение.
Ф а у с т (отвечая на собственный вопрос). А я скажу вам… Я тоже не любил ее.
Девушка бросает на него потерянный взгляд.
Ф а у с т. И даже более того… Все было отвратительно. Румяна, которые делали ее похожей на куклу. Мел на лбу… И запах изо рта.
М а р г а р и т а. Не говорите… Я сейчас умру!
Фауст испытывает азарт от собственных слов. Он чувствует, что все они попадают в цель.
Ф а у с т. Но главное, соперничество, да! Она была богата, я же — беден. Учился впроголодь, на день — краюха хлеба. У нее ж — приемы и прогулки… И вдруг она болеет. И как-то раз за чаем, подавившись пирожным, умирает. За одну минуту. Мигом.
Маргарита суеверно крестится.
Ф а у с т. Но не это главное… Главное — в другом. В тоске великой, что меня настигла. И в совести разящей… Зачем дерзил? За что? За запах изо рта?.. И если бы спросили меня сейчас, желал ли я ее смерти? Я отвечу: да, желал. И нечем оправдаться. И мучиться мне до последних дней…
М а р г а р и т а (внезапно страстно сжав его руку). Вы духовидец!.. Книга жизни для вас открыта…
Ф а у с т (польщенный). Не жизни… Только человека. И я прошу вас: повинитесь пред матерью. За грехи, которых не было… И помните: она уйдет из мира раньше вас. Пусть это и помирит!..
Он с наслаждением наблюдает, как плечи Маргариты трясутся от волнения.
М а р г а р и т а (после паузы, еле слышно). Есть такой обычай. Меж близкими. Молиться сорок дней по умершему, держа в руках принадлежавшую ему вещь.
Ф а у с т (подавляя неприятное чувство). Не слышал.
М а р г а р и т а. Нет, в самом деле!.. Это могут делать все, кроме убийцы. Будете? Поможете мне?
Фауст молчит, и его молчание девушка истолковывает как согласие.
Вынимает что-то из кармана платья и сует в руку Фауста.
На его ладони лежит медальон с изображением Валентина.
Маргарита встает и быстро удаляется по аллее.
Дождавшись, когда она исчезнет из виду, Фауст размахивается и бросает медальон подальше от себя, куда-то в кусты, на каменистый холм…
Кухня в доме Гретхен
Ярко горит печь, и поленья в ее зеве трещат и плюются искрами.
Служанка и мать месят тесто для поминального пирога. Обе женщины раздеты до нижнего белья. Они потные, розовые, здоровые. Руки у них сильные, как у мужчины. Пальцы измазаны белой мукой.
На пороге кухни появляется Маргарита. Мать, бросив на нее мимолетный взгляд, снова утыкается глазами в тесто.
Тогда девушка становится перед ней на колени и страстно целует ее башмаки.
У овощной лавки
Овощи выставлены прямо на улице. Мать Гретхен набирает в корзину пучки базилика, капусту, морковь, розмарин… Внезапно кто-то трогает ее за рукав. Она оборачивается. Рядом с ней стоит товарищ Валентина, тот самый молодой человек, который пировал с ним в питейном погребке и приходил на поминки.
Т о в а р и щ В а л е н т и н а. Я вам хотел сказать… Только не пугайтесь!
М а т ь. Что такое?
Т о в а р и щ В а л е н т и н а. Отойдем в сторонку… (Делает несколько шагов в сторону и останавливается у каменной стены.) Конечно, я могу ошибаться… В погребке горел лишь масляный фонарь… но сильно схож фигурой…
М а т ь. Да говорите же!..
Т о в а р и щ В а л е н т и н а. Тот человек, что был у вас на похоронах… Убийца вашего сына!
М а т ь. Что?!.
Т о в а р и щ В а л е н т и н а. Доктор Фауст — убийца!..
Уходит.
Корзина выпадает из рук матери.
Лаборатория Фауста
В окна бьет дождь.
На столе горит масляная лампа.
Фауст всматривается в кусок пергамента, на котором изображен знак Соломона — два равнобедренных треугольника, наложенных друг на друга звездой, с латинскими буквами и цифрами по углам.
В остервенении комкает пергамент и бросает его в угол.
Открывает человеческий череп, стоящий на столе, начинает вытряхивать из него монеты. Они вываливаются на стол вместе с крошками табака, обрывками бумаги и прочей мишурой. Монет мало, всего три…
Внезапно кто-то стучится в дверь лаборатории. Фауст оборачивается… На пороге стоит Маргарита.
Ф а у с т. Вы?
Она промокла насквозь, вокруг нее на полу образовывается темное влажное пятно.
Ф а у с т. К огню, к огню!..
Подсаживает ее к камину и дает укрыться шерстяным одеялом. Точнее, запеленывает ее, словно ребенка.
Маргарита бледна, ее бьет дрожь.
М а р г а р и т а. Я должна спросить вас… О вещи странной…
Фауст внимательно смотрит на нее, понимая: что-то произошло.
Ф а у с т. Я готов к любому.
М а р г а р и т а. Простите… Я не хочу вас потерять…
Ф а у с т. О чем угодно… Не стесняйтесь!
М а р г а р и т а (с трудом подбирая слова). Это что такое?
Ф а у с т. Меха для раздувания огня.
М а р г а р и т а. А это?
Ф а у с т. Реторты для перегонки ртути.
М а р г а р и т а. Понятно.
Ф а у с т. Это все, что вы хотели спросить?
М а р г а р и т а (утвердительно). Да. Всё. Спасибо. Я уже согрелась. (Отдает ему одеяло.) Мне мать сказала… (Теряясь.) Нет, не то!..
Ф а у с т. Что же?
М а р г а р и т а. До свидания.
Идет к двери.
Ф а у с т. Я мог бы дать вам горячего вина… (После короткой паузы, со-крушенно.) Впрочем, вина все равно нет.
М а р г а р и т а (еле слышно). Это вы убили моего брата?
Ф а у с т (сдержанно). Да. Это я убил.
Некоторое время оба молчат. Слышно, как в углу комнаты тихо поет сверчок.
Фауст отводит глаза в сторону, чтобы не видеть, как девочка уйдет.
Она медлит. То, с какой легкостью Фауст признался в убийстве, вогнало ее в столбняк.
Фауст краешком глаза, украдкой видит, точнее, чувствует, что она еще стоит, еще стоит…
М а р г а р и т а (неожиданно поет). «…Не садись на эту ветку, коль не знаешь, что на ней. Злой ловец поставил клетку для погибели твоей!..»
Смеется.
Дверь за ней закрывается.
Слышно, как по каменной мостовой стучат ее башмаки.
Фауст тупо смотрит перед собой.
В голове его — хаос.
Он поднимает из угла скомканный пергамент со звездой Соломона, расправляет его рукой…
И снова углубляется в созерцание древнего знака.
Берег реки
Дождь прошел.
Ростовщик присел с удочкой на берегу небольшой полноводной реки, покрытом низкорослыми кустами и тростником. Он весь внимание и не сводит взгляд с деревянного поплавка.
За спиной его слышится шуршание. Появляется Фауст.
Ф а у с т (в волнении). Мы все пропали!..
Р о с т о в щ и к (раздраженно). Сам знаю. Нет рыбы. Одни утопленники!..
Выдергивает поплавок из воды и начинает свертывать удилище, чтобы уйти.
Ф а у с т. А ты ведь, наверное, не рыбу удишь!..
Р о с т о в щ и к (обидевшись). Это вы ловите человеков, а не я. За себя и говорите.
Ф а у с т (кратко). Мы обнаружены.
Р о с т о в щ и к (с интересом). Кто обнаружен?
Ф а у с т. Мне девочка сказала, чт о я убил.
Р о с т о в щ и к. Так это вы обнаружены, а не я. Она что… к вам приходила?
Фауст молчит.
Р о с т о в щ и к. И вы, надеюсь, воспользовались случаем?
Ф а у с т. Не в моих правилах пользоваться подобным случаем.
Р о с т о в щ и к. Зря. Другого может и не быть. Вы даром упустили время, все отрицая.
Ф а у с т. А кто тебе сказал, что
я отрицал?! (Вдруг берет ростовщика за грудки.) Это ты отрицаешь, а я всегда говорю правду!..
Р о с т о в щ и к (потрясенно). Вот как?.. Да ладно вам… Полно. Задушите!.. (Отрывает от себя его руки.) Наверное, мать дозналась.
Ф а у с т. Возможно.
Р о с т о в щ и к. Нам нужно уезжать.
Ф а у с т. Без нее?
Р о с т о в щ и к. А как же… (Шепотом.) Вы где-нибудь слыхали, чтоб убийца тащил бы на себе труп убитого? Ехать с девочкой — то же самое.
Фауст молчит. В ужасе от собственного положения садится на берег и обхватывает голову руками.
Р о с т о в щ и к. Так, так… Только спокойно. Вас еще не арестовали.
А это значит, что тайна пока сохранена внутри семьи. Не беспокойтесь. Матери мы заткнем рот.
Ф а у с т. Вот в какую трясину ты загнал меня!
Ростовщик садится рядом и обнимает Фауста за плечи.
Р о с т о в щ и к. Разве это трясина? Когда будете сидеть на цепи в местной крепости и выть, как собака, вот это будет трясина.
От избытка чувств целует его в щеку.
Ф а у с т (стонет). Хотя бы ночь одна наедине… Мне большего не нужно!
Р о с т о в щ и к. Эк, куда хватили!.. Ночь… Она же спит в одной светелке с матерью!
Ф а у с т (порывисто сжимает ему запястье). Придумай что-нибудь!
Р о с т о в щ и к. Пригласите ее к себе.
Ф а у с т. После моего признания? Она плюнет мне в лицо.
Р о с т о в щ и к. Тогда какая ночь?!
Ф а у с т (горестно). И ты еще зовешься бесом? Где твой ум? Где буйство воображения?..
Р о с т о в щ и к (обижаясь). Как будто вы знаете, что такое бес!..
Ф а у с т. Знаю. Бес — это значит без совести, без чести, без Божьего суда… Вот что такое бес!
Р о с т о в щ и к (подавленный его аргументами). Девочка не донесет на вас, это точно… А старушка… есть одно лекарство. Чтоб молчала.
Ф а у с т (предположив). Секира?
Р о с т о в щ и к. Сонная трава. Заснет мгновенно.
Встает на ноги.
Ф а у с т (снизу). А Маргарита?..
Ростовщик молчит.
Сад дома Гретхен
В саду выкопан глубокий пруд. На дне его — зеленые водоросли, похожие на лапы подводного хищного существа.
Гретхен стоит на самом краю, лицо ее опухло от слез. Край платья намок в воде. Похоже, что она собирается свести счеты с жизнью.
Внезапно она чувствует чье-то присутствие за спиной.
Она не видит, что это ростовщик тянет за собой упирающегося Фауста. Подталкивает его к девушке…
Она ощущает прикосновение к себе. Видит мужскую руку, сжимающую ее плечо… Но это не Фауст. Это ростовщик.
Р о с т о в щ и к. Ни о чем не волнуйтесь… Всё — пустое… Только жизнь… одна жизнь прекрасна!..
Насильно заставляет Фауста обнять Маргариту, в свою очередь, обнимая ее за плечи и подталкивая к Фаусту.
Девочка сопротивляется. Три тела на секунду переплетаются и, шевелясь, начинают напоминать какое-то странное чудовище с дюжиной конечностей, неуклюжее, косолапое и тяжелое…
Улица города
Ростовщик идет по каменной мостовой, стуча по ней башмаками, и смеется. Ему забавно все: приоткрытые окна, из которых высовываются матроны и смотрят на него, полоска синего неба между домами, а в особенности — свое отражение в стеклянных витринах. Он похож на шар из тряпья на коротких ножках.
Внезапно за спиной он слышит чьи-то шаги. Оборачивается.
Прямо на него идет, как смерч, отец Фауста. Глаза старика налиты гневом, в его руках — тяжелая палка.
Ростовщик прибавляет шаг. Потом пробует бежать, но нога его задевает о камень и подвертывается. Ростовщик падает.
Отец Фауста начинает избивать его палкой.
Бьет по голове, туловищу и ногам.
Бросает палку на мостовую, вытирает руки платком. Подумав, кидает платок на землю и идет прочь.
Спальня в доме Гретхен
За окном бледные сумерки. Фауст открывает глаза, оторвав голову от подушки. В его плечо уткнулась Маргарита, она крепко спит.
Чуть поодаль на кровати лежит мать, она мертва. Правая рука ее безжизненно свесилась с перины и почти касается пола.
Фауст смотрит в окно. Он видит лицо ростовщика, который заглядывает в спальню со стороны улицы. Две глубокие морщины тянутся от носа ко рту и делают компаньона похожим на обезьяну. Под правым глазом его синеет здоровенный синяк.
А за ним торчат какие-то звероподобные рыла. Или это только кажется Фаусту? Медвежьи, свиные, волчьи… Кто они, эти существа? Орки, гомункулусы, инкубы?.. Неведомо. Но все они сладострастно уткнулись в стекло и стараются рассмотреть, что же происходит в спальне.
Фауст осторожно, чтобы не разбудить девочку, кладет ее голову на подушку и тихонько встает с постели.
Подбирает с пола пузырек, содержимое которого выпила мать. Крепко сжав, кладет себе в карман.
Горная местность
На лошадях они пробираются по горной тропе сквозь скалы.
Ночь. Фауста трясет.
Ф а у с т (пытаясь унять озноб). По-моему, погоня… Ты слышишь?..
Ростовщик не отвечает. Создается впечатление, что он заснул в седле.
Местность пустынна. Только воет в вышине ветер, и где-то вдалеке ему отзываются волки.
Внезапно Фауст видит впереди какую-то фигуру. Резко осаживает коня, и из-под копыт летят вниз осколки застывшей лавы.
Фигура в темноте, безусловно, женская. Она чем-то занята: то ли собирает нечто с земли, то ли, наоборот, разбрасывает.
Ф а у с т (с ужасом). Мы здесь не одни…
Р о с т о в щ и к (очнувшись от забытья, зевая). Успокойтесь. Это Медея. (Складывает ладони трубой и кричит…) Медея!.. Медея!..
Женщина скрывается в расселине скалы, как тень.
Ф а у с т (выбивая зубами дробь). Что она здесь делает?
Р о с т о в щ и к. Разбрасывает мясо своего малолетнего брата Апсирта…
Ф а у с т. Зачем?
Р о с т о в щ и к. Вот и я говорю: зачем? Ну убила, ну разрезала на куски… Но мясо-то зачем разбрасывать?.. (Подумав.) Скорее всего — собак кормит. Женщины очень жалостливы.
Ф а у с т. Ты шутишь?
Р о с т о в щ и к. Нисколько. У меня нет чувства юмора.
Ф а у с т (в ужасе). Ты куда меня загнал?.. Где мы?..
Р о с т о в щ и к. Это не я… Это вы сами себя загнали!..
Фауст, чувствуя подступившую тошноту, гонит коня дальше.
Еще один скалистый перевал… Потом другой.
Впереди стадо овец. Они похожи на тени. Некоторые из них опрометью бросаются прочь от лошадей. Другие более спокойны и продолжают щипать скудную растительность.
В середине стада, скрючившись в эмбриональной позе, лежит окровавленный полуголый человек. Он уткнулся подбородком себе в колени и заткнул уши руками.
Р о с т о в щ и к (отвечая на безмолвный вопрос Фауста). Каин.
В лунном свете заметно, что челюсти лежащего на земле подвижны и шевелятся…
Ф а у с т (шепотом). Что он делает с собой?
Р о с т о в щ и к (вздохнув). С ним приключилась странная история. После убийства брата он ест самого себя.
Ф а у с т. В каком смысле?
Р о с т о в щ и к. В прямом. Левое колено он уже отгрыз. Теперь дело за правой ногой…
Фауст пришпоривает коня.
Из-под копыт вырывается в небо какая-то большая птица. У нависшей каменной глыбы виден голый человеческий торс, похожий на мраморный. Однако склеванная наполовину печень его — живая, окровавленная и пульсирующая.
Ростовщик отчего-то смеется и хлопает в ладоши.
Фауст не спрашивает его, кто прикован здесь. Потому что сам знает его имя.
Гонит коня дальше в глубь истории и скалистого мертвого пейзажа. Зачем? Ради чего? Он сам этого не знает.
Слева от себя видит лощину, в которой горит яркий костер. На жаровне прикреплены какие-то обгоревшие маленькие тельца, напоминающие тушки зайцев.
Р о с т о в щ и к (шепотом). Господин Кронос… Оскопил серпом своего отца, женился на сестре и скушал собственных детей… Зачем?
Ф а у с т (повторяя от ужаса). …Зачем?
Они въезжают в обширную долину, залитую лунным светом. Копыта лошадей начинают путаться в неподвижных телах, лежащих на земле во множестве.
Фауст хочет спросить, кто они, эти тела, но вместо вопроса из груди вырывается только хрип.
Р о с т о в щ и к. Это греки… А может быть, троянцы. В темноте не разберешь. И все из-за чего? Из-за ветреной дамы, которая слова доброго не стоит. Она — причина всего.
Ф а у с т (хрипло, после паузы). Покажи мне ее!..
Р о с т о в щ и к (испытующе). Ты в самом деле хочешь увидеть Елену?
Ф а у с т. Пожалуй.
Р о с т о в щ и к. Смотри не ослепни от ее красоты… Подними голову… Выше, выше!..
Фауст задирает голову вверх. В вышине светят яркие звезды.
Р о с т о в щ и к. Вот то созвездие, видишь?.. (Указывает рукой на далекую конфигурацию звезд.) Это и есть Елена. Она превращена в звезды. Дар богов, физическое бессмертие…
Фауст молчит.
Р о с т о в щ и к. …а за что ей дарован такой блеск? За трупы?.. (Указывает на клубки тел под ногами. Скачет вперед. Поле битвы остается за спиной. Виден большой грот. Он приближается к ним, как черный зев мифологического чудовища.) А теперь — ваш старый знакомый…
Спрыгивает с лошади и на цыпочках подходит к пещере. Фауст, не слезая с коня, внимательно наблюдает за ним.
Ростовщик прикладывает палец к губам, приказывая молчать.
Фауст замечает какую-то фигуру, сидящую на камне.
Тень поднимает на него бледное, бескровное лицо. И Фауст узнает Валентина.
Тот некоторое время смотрит на него, не узнавая. Потом встает с камня и подходит вплотную к Фаусту. Трогает рукой стремя.
В а л е н т и н (искренне). Спасибо!..
Нагнувшись, целует серыми губами руку Фауста.
Конь вздрагивает и, испугавшись, подает назад…
Берег моря
Волны бьют о пустынный берег. Утро.
Холодное море прозрачно и равнодушно, как огромный кусок стекла.
Фауст слезает с коня, а точнее, падает в холодный песок.
Он обессилен. Некоторое время лежит без движения, потом начинает барахтаться, словно гигантский жук, пытаясь зарыться в песок, чтобы навсегда исчезнуть из этого мира.
Ростовщик с высоты наблюдает за его вялой истерикой, терпеливо дожидаясь, когда она стихнет и сойдет на нет.
Наконец Фауст застывает в песке, наполовину зарывшись в него.
Ростовщик слезает с коня и, набрав в рот соленой воды, плюет на Фауста, чтобы привести его в чувство.
Ф а у с т (после паузы). За что он поблагодарил меня?
Р о с т о в щ и к. За смерть. Потому что в жизни ему приходилось еще хуже.
Ф а у с т. Не понимаю.
Р о с т о в щ и к. Зависимость от матери, от капризов сестры, от друзей и знакомых… Он был гордый человек, и все его уязвляло. (Подает Фаусту руку.) Поднимайтесь. Поглядите, на кого вы похожи!..
Фауст, уцепившись, садится и обхватывает колени руками.
Ф а у с т. Что будет с девушкой?
Р о с т о в щ и к (уклончиво). Может быть, ничего. А может, посадят в темницу, если старушка мать не проснется.
Ф а у с т. Но мы спасем Маргариту?
Р о с т о в щ и к. Конечно, нет. (Вынимает из кармана маленькие песочные часы и смотрит на то, как песчинки пересыпаются из одного резервуара в другой.) Ой-ё-ёй!.. Уже столько времени!.. Нам надо спешить.
Фауст неожиданно успокаивается, взяв себя в руки. Встает на ноги и отряхивается от песка.
Р о с т о в щ и к. Идемте.
Ф а у с т. Куда?
Р о с т о в щ и к. Со мною.
Ф а у с т. Рано.
Р о с т о в щ и к (огорчаясь). Как это «рано»?.. Чего же ждать? Я вам уже всё дал. Всё сделал. Всё показал. Будущего я не знаю. А настоящее и прошлое — у ваших ног.
Ф а у с т (подумав). Нет. Я не доволен.
Р о с т о в щ и к (удивившись, будто ослышался). Что вы сказали?
Ф а у с т (себе под нос). Мне всего этого мало!..
Идет в глубину острова. Ростовщик, суетливо и сокрушенно разводя руками, спешит вслед за ним, оступаясь, шаркая …
Площадка гейзеров
Из глубины земли вырывается раскаленный фонтан горячих брызг. Фауст завороженно смотрит на него. Глаза его широко раскрыты, в них — неподдельное изумление. Давешняя печаль ушла куда-то, сгинула, испарилась.
Сзади подходит ростовщик, что-то бормоча себе под нос.
Ф а у с т (с детским изумлением). Фантастика!.. Как это устроено?
Р о с т о в щ и к (ворчливо). Откуда ж мне знать? Об этом знает только Бог.
Ф а у с т. Бог не знает. Но я… могу догадаться.
Ростовщик издает ртом возмущенный звук, так как шокирован подобным богохульством.
Вода шумит и изливается на камень.
Фауст трогает ее рукою и тут же отдергивает руку.
Ф а у с т. Все дело в разности температур. Тепло рвется в небо, а холод опускается к истокам земли. Я смогу это повторить и построить.
Осматривает выступ источника, протягивает руку в отверстие меж камней, будто хочет потрогать невидимый мотор.
Р о с т о в щ и к. Э-э!.. Нельзя… Вам нельзя туда!.. Вот ведь какой настырный!
Пытается оттащить Фауста от источника силой, но тот упирается, не дается и вдруг со злобой кусает руку ростовщику.
Тот в удивлении и ужасе отскакивает. Поднимает запястье к глазам, из него сочится кровь.
Р о с т о в щ и к. Так не принято между друзьями… Вы что?! Вы что это себе позволяете?!.
Фауст, будто не слыша, вытирает свои окровавленные губы рукавом. Рот его искривлен улыбкой.
Ростовщик от жалости к самому себе начинает всхлипывать. Перевязывает руку носовым платком.
Ф а у с т (с неожиданной жестокостью). Похнычь, похнычь!.. Сколько из-за таких, как ты, пролито в мире слез… Нужно когда-то пострадать и источнику зла.
Р о с т о в щ и к (искренне). У меня плохо сворачивается кровь. И потом, вы ничего не знаете о страдании.
Ф а у с т (с издевкой). А что особенного в твоем страдании?
Р о с т о в щ и к. Вечное одиночество… Холод космического пространства. И никаких надежд на спасение…
Его глаза на секунду становятся как бы стеклянными, как будто перед его внутренним взором открылась бездна.
Р о с т о в щ и к. Помните Гефсиманский сад? Плач о чаше… помните?
Ф а у с т (с отвращением). Ну и?..
Р о с т о в щ и к. Это не только Он… Это я плакал вместе с Ним.
Ф а у с т. У меня теперь нет сердца. И нету места для чужой боли…
Р о с т о в щ и к. Но я…
Ф а у с т (прерывая). Замолчи!.. Сейчас же!.. (Топает ногами от ненависти. Потом, чтобы перевести разговор на другую тему.) А это? Что это?
Показывает рукой на какой-то слабый отблеск высоко в небе.
Р о с т о в щ и к (хлюпая носом). Это радуга.
Ф а у с т. Отчего она?
Р о с т о в щ и к. Не знаю.
Ф а у с т. Дисперсия света. Я бы смог это повторить и воссоздать.
Р о с т о в щ и к. Зачем?
Фауст некоторое время думает. Потом начинает смеяться.
Ф а у с т. И это — твое прошлое и настоящее? То, что ты показал мне? Какая-то сумасшедшая, разрезавшая на части своих детей? И какое-то созвездие над головой, которое ты на-
звал прекрасной Еленой? Ты совершенно бесполезен. Ты, в самом деле, ничто.
Поворачивается и идет в противоположную сторону.
Р о с т о в щ и к. Эй… Так нельзя… Вы куда?
Ф а у с т. Я хочу быть один.
Р о с т о в щ и к. Мы так не договаривались.
Ф а у с т. А мы вообще никак не договаривались. Прощай!
Р о с т о в щ и к. Подождите!..
Пытается схватить компаньона за руку.
Ф а у с т (со злобой). Я превзойду тебя во всем. И мне больше не нужна твоя худосочная старомодная помощь.
Двигается по направлению к морю.
Ростовщик догоняет и виснет на его руке. Фауст некоторое время тянет его за собой. Ноги у ростовщика подгибаются, тело его волочится по земле, по острым камням. Он начинает выть, как собака.
Хватает Фауста за ноги, облизывает его камзол, потом башмаки.
Тогда Фауст начинает бить его ногами — в живот, по спине, по голове.
Ростовщик страшно воет.
Фауст ударяет его камнем.
Тело под ногой обвисает и перестает шевелиться.
Фауст уходит.

 

Kinoart Weekly. Выпуск 126

Блоги

Kinoart Weekly. Выпуск 126

Наталья Серебрякова

Наталья Серебрякова о 10 событиях минувшей недели: Майкл Сицински о Питере Хаттоне; Джон Уотерс – об "Изнанке долины кукол"; Уэс Андерсон берет интервью у дизайнера, открывшего кинотеатр; Кеннет Брана набрал звездный каст; Рейчел Вайс сыграет мятежную дочь; новый фильм по роману Макьюэена; Ли Дэниелс снимет мюзикл о себе; телевизионный спин-офф "Реальных упырей"; Терри Гиллиам вновь приостановил фильм о Дон Кихоте; трейлер "Джеки". 

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Новости

В Белых Столбах завершился юбилейный одноименный кинофестиваль

06.03.2016

4 марта в Киноцентре при Госфильмофонде состоялась торжественная церемония закрытия XX кинофестиваля архивного кино "Белые Столбы".