Залив ангелов. Сериал «Морские дьяволы»

 

С каждым годом все очевидней, что наши сериалы постепенно становятся тем, чем так долго хотело быть наше кино, — индустрией. Если десять лет назад одно слово «сериал» вело к рефлекторному содроганию, теперь все несколько иначе. Теперь, если не выключаешь первую серию через пять минут навсегда, уже назавтра происходит привыкание, и можно спокойно смотреть. У самой разной аудитории — по полу, возрасту, имущественному и образовательному цензу — в этой индустрии вероятно присутствие предпочтений.

Раньше «дешево и сердито» снимали два вида основной продукции — «полицейских и воров» и «плачьте с нами, плачьте, как мы». В последние год-другой возникло жанровое разнообразие. Не только «Глухарь» бьет по рейтингам любые встречи тандема с населением. «Интерны» получили международный рейтинг, ТВ-3 специализируется на мистике и ужастиках, MTV выпускает экспериментальный «Сквот». Конечно, нечто оригинальное и в то же время качественное все еще с диким трудом пробивается сквозь плотные слои глупости, ханжества, халтуры и финансовых махинаций. Тем не менее наша сериальная индустрия, в отличие от кино, больше не пребывает в подвешенном состоянии, а довольно твердо стоит на ногах. И стоит разобраться, как и откуда выросли эти ноги.

Вроде бы традиционный проект — «Морские дьяволы», армейский экшн — в эфире уже шестой год. Осенью состоялась премьера 32-й серии 5-го сезона, но есть уже и спин-оффы («Морские дьяволы. Судьбы»), а еще любопытно, что премьера в прайм-тайм может соседствовать в эфирной сетке с дневными показами избранных серий «Морских дьяволов—2, 3, 4». Они не мешают друг другу, поскольку каждая серия все эти годы — законченная история, и речь идет только об интересе к истории, без учета, «что было раньше».

Это в первом сезоне по наивности планировался большой патриотический пафос, откуда по сей день сохранился эпиграф: «Фильм посвящается морским спецназовцам ВМФ России. Всем боевым пловцам — живым и мертвым. Тем, чья нелегкая служба проходит под грифом «Совершенно секретно». Предполагалось, вероятно, «поднимать Россию с колен», не отклоняясь от ежедневных казарменных политинформаций. Но весьма предусмотрительно создатели сделали примечание: «Все имена и боевые псевдонимы вымышлены. Отряд особого назначения «Тайфун» не существовал никогда». Потому что где двенадцать серий с хорошим рейтингом — там и следующие шестнадцать и еще тридцать две — пока за сотню не перевалит, а это уже серьезно.

На свете нет такого количества пафосных сюжетов, особенно когда обязательны три предмета: д'Артаньян с мушкетерами, море и приключения. Похищенные сокровища и секретное оружие, разминирование кораблей, банков, электростанций и пр., спасение всевозможных заложников (жен, детей, американских сенаторов, русских разведчиков, журналистов и целых офисов), конкуренция со всевозможными шпионами (говорящими на смеси англо-немецко-»афганского» языков плюс иврит и фарси), террористы всех цветов радуги — в лучшем случае «с пафосом» этого хватит на один круг. А когда пошел третий, пятый… Напрасно специалисты и все те, кому «фильм посвящается», со временем обиделись на растущее число ляпов, неточностей и откровенно завиральных ситуаций. Напрасно бойцы в отставке искали на экране блох по принципу «такие губы сейчас не носят». Напрасно сварливые пенсионеры пророчат, что в следующем сезоне Батя, Багира, Бизон и Гном (или Кот, или Риф, или Физик) будут спасать планету от инопланетян. Время сделало с фильмом то, чего он сам от себя не ожидал, как пушкинская Татьяна, вдруг выскочившая замуж.

Авторы серьезно использовали все, что можно, — от капитана Гаттераса до морских рассказов Станюковича, от «Бухты смерти» до «Тайны двух океанов» и даже «Холодного лета пятьдесят третьего…», от «Спасателей Малибу» до «Морпехов» и «Посейдона». Здесь надо учитывать, что в сериале пафосной может быть лишь интонация (в зависимости от вкуса его производителей), но по части сюжета речь в принципе не идет про высоколобых и яйцеглавых. Всегда. Всё. Одно. И то же. Правильно сделанный сериал хорош вовсе не оригинальностью. В «Морских дьяволах» изначально правильно было то, что никакие «джаггернауты» не тянутся два часа. Вот хоть шестьсот страниц «Моби Дика» экранизируй — а на всё про всё 45 минут, и точка. Это тут же потребовало очень жесткого монтажа, бодрого ритма и категорического отказа от размазывания соплей. Но возник и еще один парадокс — когда материала для пафоса больше нет, а шоу должно продолжаться, оно вдруг берет и перелицовывается. Идет негласная пародия на пафос, дрейфующая в сторону глубочайшей самоиронии, когда можно все, примерно как в «Бондиане».

В пятом сезоне уже каждая серия содержит зерно абсурда. В атлантическую плавучую тюрьму, где по определению нет ни одной бабы, «тайфуны» ради спасения нашего резидента влезают, конечно, вместе с Багирой (Дарья Юргенс), а потом ее целые полсерии (!) пытаются изнасиловать арабо-израильские смертники. «Мировая закулиса» скупает ядерные отходы, чтобы сделать из них «грязную бомбу», которая всей экономике нанесет огромный психологический (!) ущерб. Обиженный коллегами химик становится меценатом, вывозит группу желтых журналистов на речную прогулку, вручает им премии за «самую честную журналистику» и «самый правдивый репортаж», а потом берет всех в заложники, требуя с владельцев их журналов по миллиону (!) долларов за голову, и владельцы на джипах подъезжают и переводят миллионы долларов за «своих» (!) мальчиков и девочек. Это не просто нельзя воспринимать всерьез — идет откровенное издевательство над действительностью. Фактически «Морские дьяволы» за пять лет проделали такой зигзаг интонации, который «Три мушкетера» проделывали лет восемьдесят — от Дугласа Фэрбенкса до Миллы Йовович в роли непотопляемой Миледи.

Заведомый абсурд и как бы из года в год «наглеющие» ляпы — от погон и орденов до форсунок и филенок в корабельных каютах — с годами стали маркером, что фильм — вовсе не «пафосно-патриотический», речь идет о чем-то другом, хоть и в приключенческом жанре. Надо сказать, что море — огромный бонус для любого жанра, даже если скромная питерская студия не располагает голливудскими финансами. А здесь еще и видно, что денег не жалели. Не вопрос, снимать Тунис в Геленджике, Ривьеру — в Туапсе, Аляску — где-нибудь возле Мурманска. Роджер Кормен нормально снимает королеву Боадицею на просторах Ленинградской области. Но видно, что аэропорты здесь сняты в аэропортах, корабли и подлодки — на кораблях и подлодках, и если должны взорваться три полицейских автомобиля, это не будут одни и те же убитые «Жигули». Заграница выглядит заграницей, уже не как в теледетективах тридцатилетней давности. Даже артисты, играющие иностранцев, кажутся иностранцами.

Так о чем же речь? Батя, Багира, Бизон (ушедший на повышение и замененный Котом), Риф (пришедший на смену Гному, постоянно пытающийся жениться и потому в некоторых сериях заменяемый Физиком), их начальник Адмирал (типичный Де Тревиль, но с физиономией артиста Хвыли из «Кубанских казаков») и полковник ГБ с характерной фамилией Пригов (это вроде отца Жозефа) — фигуры, которым все можно и которые могут все. Парадная флотская форма — только для красоты. Никакая «военщина» не нагнетается. После бесконечных ментов нам стали показывать именно профессионалов. Они реально умеют минировать и разминировать, радировать и разбирать радиолокаторы, нырять и выныривать, считать в уме и нажимать на кнопки. Не говоря уж о том, что все умеют драться, причем не прикидываясь: если Батя не владеет каратэ, у него все в порядке с самбо. Море придало «мушкетерам» незаемную профессию.

Далее, эти «тайфуны» позволяют себе все больше того, что непозволительно. В одной из типично «комических» серий Батя отчитывается перед начальством о проведенном деле где-то в Финском заливе. Отчет весь построен на песенке «Все хорошо, прекрасная маркиза». Такого не могло быть, потому что не могло быть никогда, но анекдот удается, раз заранее известно: у этих людей есть «лицензия на убийство». Причем не только в «анекдотах» — в «драматических» сериях тоже никто подолгу не курит, перед тем как свернуть шею «плохому парню» или выстрелить в движущуюся мишень, не выяснив, что это было. Трупов много, никто никого не щадит. Умерла — так умерла. Никаких «комиссаров» и «полковых священников» среди профи не предусмотрено. По отношению к морали — никакой не «особый русский путь», а нормальный общемировой. Фактически все они постоянно живут вне закона.

Далее, хоть иногда и возникают упреки, что слишком много шпионов «с английским акцентом», если смотреть сериал без предубеждения, все будет наоборот. «Фантастическая четверка», ангелы или дьяволы со своим богоподобным «Чарли» живут по классике «один за всех — все за одного». Но остальная окружающая среда… Иностранных конкурентов они как раз из принципа спасают, а то, что творится на родных просторах, — никому мало не покажется. «Плохими» оказываются все, от кандидатов в президенты до мэров городов, почти каждый чиновник, начальник, прокурор, милиционер, гаишник, продавщица, врачиха, даже генерал от наших родных морпехов — существо коррумпированное, подлое, злобное и заслуживающее уничтожения. У «тайфунов» никаких иллюзий насчет окружающей действительности. Они не морпехи и даже не спецназ. Это группа идеологического базирования.

Так в чем же идеология, кто они? Ни один так и не женился. Сделав акцент на профессии, «Морские дьяволы» уже не могут слюнявить «личную жизнь». Периодически, правда, то Багира захочет замуж (но серия начинается с того, что любовник оказался женатый, и это конец), то Кот найдет себе невесту (чтобы избавиться от нее уже к следующей серии), то кто-то с кем-то просто переночует. Но более чем в ста сериях подчеркнуто, что у профи, которые всех спасают и умеют это делать, нет ни дома, ни семьи и закона над ними нет, кроме законов дружбы и взаимоуважения. В сущности, по авторской логике это люди ниоткуда, именно «ангелы» (наподобие Тома Круза в фильме «Миссия: невыполнима» или того же агента 007). Но служат они вовсе не «стране», «государству», «народу». Ряд выразительных моментов свидетельствует: они плюют на все приказы, когда надо спасти других таких же людей.

Конечно, порой все выглядят идиотами, но это усталость индустрии. Да, бывалоча, роет один «дьявол» чей-то письменный стол за полторы минуты и вдруг задумчиво констатирует вслух: «А вот и флэшка с компроматом». Или другой «дьявол» выплывает из переполненного порта, и тоже вдруг реплика в сторону: «А на тот ли паром я сел?» Сериал отнюдь не совершенен — особенно в мелочах, когда авторы вдруг решают «разгонять историю постепенно», для непонятливых, когда «проходные» актеры фальшивят по своей «поточной» привычке, а режиссеры «проглатывают» существенные моменты (откуда Багира узнала, где назначена стрелка?). Тем не менее публика неспроста обижается, когда кто-то из «дьяволов» (ангелов) исчезает. Публика не столь привыкла (и Барбару Брыльскую можно сменить на Елизавету Боярскую). Она теперь поверила: спасут.

Ведь за прошедшие годы режиссеры «Морских дьяволов» (а их не один и не два) научились без миллионов снимать монтажно и внятно (вот это — разговор о вертолете, а вот это — вертолет, летит на цель). Авторы научились давать в действии максимум информации, минимум — в диалогах, причем часто остроумных («Как шашлык по-итальянски?» — «Да так же, как по-турецки». — «Шаурма?»; «Ты клялся мне здоровьем адмирала!» — «Нууу… А чего ему будет-то?»; «Он улетел, но обещал вернуться, мииилый»). Актеры, заметно стареющие вместе со своими персонажами и уставшие, вероятно, гораздо больше них, тем не менее не разучились фехтовать и качаться (как было у них в анкетах), а добавили персонажам своей собственной жизни, своих «седых волос». Как раз тут и кроется ответ на вопрос об успехе данного конкретного сериала и развитии индустрии как таковой.

Подобные проекты в мире делают постоянно и отнюдь не первый год.

И там все такое глянцевое, красавицы и красавцы, либо совсем под хронику, глядите на «правду жизни», либо, наоборот, такое эстетски извращенное, черный юмор времен ХХI века. У нас пока дело до подобных роскошеств не дошло, но, может, оно и более здоровое. У нас надо спасать насквозь коррумпированную, полностью разрушенную страну. То, что «Морские дьяволы» зачастую действуют по всему миру, от Гренландии до Китая, лишь подкрепляет их способность это сделать. Сериал ищет наши — советские, русские — человеческие лица, которые внушат не «звездность» и миллионные гонорары, а элементарное доверие к подвигу, к «остервенению народа», к «решительным мерам»: «Этот мог бы»… Не один «господь бог», а команда с реальными лицами. Сериал фактически работает, как отдел кадров по спасению страны.

Нельзя не отметить, что Олег Чернов (Батя) — по фактуре, по голосу, по всему напоминает Высоцкого. Тут и фокусов не надо, просто похож. Дарья Юргенс (Маргарита Кошкина, Багира) — из той же породы, что Елена Камбурова (надеюсь, не надо объяснять). Михаил Тарабукин (Риф) — просто сама порода, там и Тим Рот в запасе, и Гэри Олдмен пробивается. Антон Гуляев (Кот) — все столяровы, баталовы и киндиновы всех времен.

Такой не двухходовый и даже не трех-, а пяти- и семистрочный путь от виртуальной (симулякрной) реальности к тому, что сейчас с нами происходит на самом деле, некоторые сериалы решительно преграждают. Кидают поперек бревно «Ефросиньи» или «Доярки из Хацапетовки», и всё. Принцип прост: держать зрителя за врожденного дауна в лесной школе, разжевать и в рот положить и проследить, чтоб глотал. Но нельзя не отметить, что есть и другие. Они еще очень несовершенны. В зависимости от канала, принявшего проект к производству, даже самая свежая, веселая идея может превратиться в фальшь и пошлость (Первый канал) или конвейерную дешевую халтуру («Россия-1»). Но если пощелкать кнопками, уже слышно, что «шумим, братец, шумим». Шумим без понтов, но не зря. Уже есть сериалы, где с публикой разговаривают, как с людьми — пусть и сохранившими в себе детство, пусть и непритязательными по части нарисованных спецэффектов, пусть и занятыми до безумия, чтобы вникать: «А это кто? А кто вдруг, почему вместо этого?» Но каналы, неподведомственные тандему, с трудом, в муках, постепенно, но все же начинают — в сериальной индустрии — разговаривать с нами на равных.

 

MIEFF-2017. Кристиан фон Боррис: Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен

Блоги

MIEFF-2017. Кристиан фон Боррис: Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен

Катерина Белоглазова

Среди громких премьер II Московского международного фестиваля экспериментального кино – российская премьера берлинского режиссера и медиа-художника Кристиана фон Борриса «Пустыня реального». О фильме, запечатлевшем безумие глобального капитализма, рассказывает Катерина Белоглазова.

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

№3/4

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

Борис Локшин

"Художник — чувствилище своей страны, своего класса, ухо, око и сердце его: он — голос своей эпохи". Максим Горький

Новости

В Москве покажут «Новое кино Австрии»

20.04.2015

В Москве в Центре документалного кино с 22 по 28 апреля пройдет фестиваль Новое кино Австрии.