Ночь в «Олимпии». Сценарий

Черный джип медленно пробирается в потоке автомобилей. Проезжает Троицкий мост, Марсово поле, Инженерный замок, через Фонтанку, через Невский проспект и дальше через весь центр к Балтийскому вокзалу.

В салоне машины напряженное молчание. За рулем сидит Татьяна, симпатичная, чуть полноватая женщина тридцати пяти лет. Рядом с ней Олег, подтянутый тридцатилетний мужчина.

Татьяна периодически посматривает в зеркало заднего вида – поправляет прическу, макияж. Олег отрешенно смотрит на дорогу и по сторонам.

lichnoe delo sОба молчат. Может быть, им уже нечего сказать друг другу, а может, наоборот, не хотят сказать чего-нибудь лишнего.

Татьяна достает сигарету, берет зажигалку, закуривает, открывает окно. Он смотрит на нее. Она включает радио. Едут дальше.

На перекрестке джип останавливается.

Олег (не поворачивая головы). Не понимаю, как ты можешь столько курить...

Татьяна затягивается, бросает взгляд на Олега, отворачивается, выдыхает дым в открытое окно. Едут дальше.

Татьяна (через какое-то время). Ты что-то сказал?

Олег внимательно смотрит на Татьяну, ничего не отвечает, увеличивает звук радио.

На автовокзале они прощаются. Сухо и деловито. Делают вид, что ничего не произошло. Татьяна поправляет куртку на Олеге.

Татьяна. Долго там не задерживайся, работы много. Получишь документы – и обратно...

Олег (изображает улыбку). Как скажете, товарищ директор.

Татьяна не реагирует на иронию, протягивает ему сверток с бутербродами.

Татьяна. Возьми бутерброды. Что-нибудь теплое есть с собой?

Олег (опять изображает улыбку). Да, товарищ директор.

Татьяна. Хватит!

Олег. Прости.

У Татьяны звонит телефон. Она берет трубку.

Татьяна. Да! Да! Вы хоть что-нибудь можете без меня сделать?! Как это не приехал?.. Ему не позвонили?.. А кто должен был позвонить?..

Быстро целует Олега. Расходятся. Она идет к машине. Продолжает разносить кого-то по телефону.

Олег уходит, садится в автобус. Джип Татьяны, взвизгнув, уезжает с автовокзала.

Олег сидит в автобусе. Смотрит в окно. В кармане пищит телефон – разряжается аккумулятор. Олег достает мобильник, вертит в руках. Набирает номер. Слушает.

Голос Ксении (за кадром). Алло? Алло, говорите! Алло… алло! Алло, перезвоните, вас не слышно.

Гудки.

Автобус трогается. Олег, подумав, еще раз звонит.

Олег(изменив голос). Алло, да… здравствуйте, я по объявлению… Что значит «уже продали»?.. Как продали?.. Нет, нет...

Гудки. Пауза.

Олег снова набирает номер Ксении.

Олег (своим голосом). Привет... Да я… ну, конечно, я… нет, только выехал. Нет, на один день... Как зачем? К тебе!.. Что значит «занята»?.. Устала? Ты думаешь, я не устаю?.. Какой к черту следующий раз?!. А? В гостинице. А что?.. Прогулки, стихи, ухаживания?.. К сожалению, у меня катастрофически мало времени… Я... буду на вокзале в одиннадцать... Что?.. Миллионер. Да... Нет, не женат… А-а... хорошо.

Клип под музыку. Дорога Санкт-Петер­бург – Таллин. Таможня, паспорта, собаки, чемоданы, снова дорога, автобус, пасса­жиры.

Сразу после пересечения русско-эстонской границы Олег получает эсэмэску от Татьяны: «Все в порядке?»

Он отвечает: «В порядке».

На экране его Nokia высвечивается: «Доставлено: Таня Директор».

Приходит ответ: «Не злись. Возвращайся скорее. Люблю, целую».

Улыбнувшись, он пишет: «Ок. Скоро буду. Целую».

И опять: «Доставлено: Таня Директор».

Коротким пиликаньем мобильный напоминает о том, что садится батарейка.

Клип под музыку. Мелькает дорога. Вечереет. Автобус. Олег закрывает глаза. Вспоминает. Вспоминает свою короткую семейную жизнь с Ксенией.

Олег лежит дома на диване, а Ксения ему что-то высказывает. Олег отворачивается к стене. От ощущения собственного бессилия Ксения берет тарелку и швыряет в стену над ним. Тарелка втыкается, не разбившись, в гипсокартонную стену. Пауза.

Олег с Ксенией переглядываются. Олег опять отворачивается лицом к стене. Тогда Ксения в ярости берет и швыряет вторую тарелку в стенку. Тарелка втыкается чуть выше первой, опять же не разбившись. От неожиданности у обоих начинается истерический смех. Отсмеявшись, Олег пристально смотрит на Ксению, встает, подходит, целует ее. Она отвечает на поцелуй. Ссора исчерпана. Музыка…

Олег с Ксенией в театре, сидят в ложе – смотрят балет. Справа пара из Японии, впереди англичане, сзади – итальянцы. У Ксении начинается икота. На сцене Жизель сходит с ума, а в ложе Ксения пытается справиться с икотой. Все оборачиваются на них. Олег берет Ксению за руку, и они, едва сдерживая хохот, выбегают из театра…

А вот их свадьба. Представитель загса спрашивает Олега, берет ли он Ксению в жены. Олег молчит. Будущей теще становится нехорошо. Кто-то кашляет. Ксения смотрит на Олега – а у него из носа течет кровь. Она вытирает кровь, отвечает за него: «Да». Он повторяет…

Таллинская телебашня. Навстречу автобусу проносятся машины. Знак – Tallinn. В салоне звучит легкая музыка. Пассажиры приближаются к конечной цели пути.

Прибывший из Петербурга автобус мягко останавливается на автовокзале. Открываются двери. Пассажиры торопятся выйти, забрать багаж и разойтись кто куда.

У опустевшего автобуса стоит Ксения, симпатичная женщина тридцати лет, но выглядит она моложе.

Задремавший Олег просыпается, выскакивает из автобуса и скатывается кубарем с лестницы – ногу свело судорогой.

Олег. Ох, черт! Да твою мать!

Ксения (нахмурившись). Я уж думала, ты не выйдешь.

Олег. Ладно, будем считать, что встреча состоялась! У трапа высокого гостя встречали группа товарищей и официальные лица… Да чтоб тебе!..

Ксения (очень серьезно). Не знаю, зачем я пришла… Послушать, как ты ругаешься?

Ксения отворачивается, собираясь уходить.

Олег. Стоп! Погоди! Не двигайся. Стой где стоишь! Тихо! Стой!

Олег подходит, хромая, к Ксении. Пытается поцеловать. Она отстраняется.

Ксения. Ты пьян, что ли?

Олег. Если бы. А что, есть что выпить?

Ксения. Подожди, ты пил?!

Олег. Мне что, кровь на анализ сдать?

Ксения. Смотри мне! А то можешь собирать вещи и – доброго пути!

Олег целует Ксению. Та вырывается.

Ксения. Да перестань! Люди смотрят!

Олег. Пусть смотрят.

Олег не отпускает Ксению. Она указывает на его ногу.

Ксения. Больно?

Олег. Да ерунда. Руки вот грязные – это неприятно. И, главное, понял, что ногу свело, уже когда встал на ступеньку…

Ксения. Сорокин, ты чем сейчас занимаешься?

Олег. В смысле?

Ксения. На жалость давишь?

Она достает из сумочки и протягивает ему влажные салфетки.

Олег. А почему бы нет?

Он достает из пакета Duty Free разбитую бутылку коньяка. Ксения хмурится.

Олег. Что ты на меня так смотришь? Что же я поеду с пустыми руками?

Ксения забирает у него пакет с разбитым коньяком и выбрасывает в мусорный ящик. Олег трет ногу.

Ксения. Ладно, пойдем, герой-любовник.

Олег. Я бы сказал «горе-любовник».

Они идут в сторону здания автовокзала.

Ксения. Зачем приехал? Только не говори, что соскучился!

Олег. Как скажете, сударыня. Приехал по делам. Надо оформить кое-какие документы для получения вида на жительство в России. У меня же эстонское гражданство.

Ксения. Мог бы соврать что-нибудь более романтическое.

Олег. Ну. Вот. Как есть. Куда идем? Ты на машине?

Ксения. Машину я продала. Ты сам говорил – давно пора менять. А мы прогуляемся. Расскажешь пока о себе: что, да как, да почему!

Олег. И все же куда идем-то?

Ксения. Прямо.

Показывает в сторону Старого города.

Олег. Ладно. Прямо так прямо. Мне бы руки сполоснуть… Ты не голодная, кстати?

Ксения. Нет, спасибо. Да я и не ем после семи, если ты помнишь.

Олег. А-а… фигура… да, понятно.

Олег с Ксенией направляются в сторону пиццерии.

Заходят в пиццерию. Олег достает из кармана кошелек. Смотрит на Ксению.

Олег. М-да, и-ди-от! У меня же только рубли.

Ксения. Ну что, Сорокин, заплатить за тебя?

Олег. Я тебе сейчас, то есть сразу, как поменяем деньги, верну. Возьми, пожалуйста, мне пиццу, кофе, ну и себе… что ты будешь?..

Ксения (подтрунивает). Тебе кофе или коньяк?

Олег. Мне кофе, себе – что хочешь.

Олег уходит в туалет. Переводит телефон в режим «без звука», моет руки, возвращается. Ксения сидит за столиком у окна.

Ксения. Что смотришь?

Он продолжает стоять, улыбается.

Олег. Давно тебя не видел.

Ксения. И что?

Олег. Хорошо выглядишь…

Ксения. Хм, это ты хорошо выглядишь, а я – отлично. Что еще?

Олег. Пусть будет так. Ну что еще… Глаза у тебя красивые…

Ксения. Угу. Сомнительный комплимент. Садись – два!

Олег садится напротив Ксении. Улыбается, молчит.

Ксения. Что молчишь?

Олег. Э-э, ну-у, как бы-ы… нравишься ты мне…

Ксения. Влюбился?

Олег. Ну да, а ты?

Ксения. А я? Я очень устала. В последнее время столько работы…

Олег (говорит в нос, грассирует, пародируя Виталия Вульфа). Когда я видел ее в последний раз, она сидела одна в маленьком кафе на набережной Круазетт. Ей было очень одиноко. Она пила коньяк и выглядела очень уставшей. У нее только что закончились изматывающие съемки в новой картине под названием «Усталость ей к лицу». Или, может быть, это уже была следующая ее картина – «Сильная, уставшая, злая»…

Ксения. Дурак-кретин-идиот – в одно слово с маленькой буквы. Это ты.

Олег. Не без этого.

Ксения. Не такая уж я и сильная, как кажется. А порой и вообще хочется, чтобы кто-то за тебя все решал-делал. Но! Почему-то так никогда не получается…

В это время мимо окон пиццерии проходит беседующая о чем-то несколько старомодно одетая пара – мужчина и женщина лет пятидесяти. Ксения с Олегом, не сговариваясь, ныряют под стол.

Олег. Вот бы мама порадовалась, увидев нас снова вместе!

Ксения. Ух, чуть сердце не выпрыгнуло! А они со Славой все еще вместе? Молодцы. А ведь начали встречаться тогда же, когда и мы…

Официантки удивленно наблюдают за молодыми людьми, разговаривающими под столом.

Олег. Молодцы… Таллин – город маленький, глядишь, еще и с твоими родителями повстречаемся!

Ксения. А что, сказал бы теще – привычка жениться…

Олег. Бывшей теще. Сказал бы. С того света. Пойдем, пока еще кого-нибудь не встретили.

Пауза.

Ксения. Может, ты один пойдешь?

Олег. В смысле? Почему один?

Ксения. Мы что, теперь всю жизнь будем под столом от людей прятаться?

Молчание. Официантка приносит кофе.

Олег. Лучше бы я взял коньяк.

Ксения. Что?!

Олег. Э-э... Ну… В общем...

Ксения. Знаешь, пожалуй, ты оставайся, а я пойду!.. Зачем мне это все надо?.. Что я тебя не знаю? Или себя?..

Олег. А-а, понятно. Ну давай-давай – иди!

Ксения. И пойду!

Олег. Иди, иди. Вещи только не забудь.

Ксения начинает собираться.

Олег. Ну что, уходишь ты или нет?

Ксения. Не твое дело.

Олег подает ей плащ.

Ксения. Не трогай меня!

Олег. Ксюша! Ну Ксюха! Ну ладно, брось. Давай поговорим.

Ксения. Пусти меня!

Олег. Да сиди ты! Я сам уйду.

Ксения. Вот и иди! Что, струсил перед родителями?!! Стыдно такую жену в дом привести?!! Да?.. Тебе за кого больше стыдно – за меня или за себя?!

Олег. О, узнаю Ксению Леонидовну! А ты, значит, такая смелая! Хорошо, пойдем! Родители, по всей вероятности, идут домой и будут там минут через пять. Пойдем, и ты сама им все расскажешь – про то, что мы опять встречаемся, про то, как мы собираемся жить «вместе», работая в разных городах, то есть даже странах, ну и вообще тебе, наверное, много чего есть рассказать... Да?..

С ненавистью смотрят друг на друга. Внезапно она улыбается.

Ксения. Пойдем!

Олег. Пойдем-то пойдем... Но!..

Ксения (прерывает его). Ну, пойдем?

Олег. Да, пойдем-пойдем.

Ксения. Так пойдем...

Олег. Пойдем...

Забирает пиццу, открывает дверь, они выходят.

Ксения с Олегом подходят к подъезду дома, где живут родители Олега. Останавливаются перед домофоном.

Олег. Пожалуйста. Квартира 57, если ты, конечно, помнишь.

Ксения. Почему я? Твои родители – ты и звони.

Олег. А я-то с какого перепугу? Ты же хотела с ними пообщаться – ты и звони!

Ксения. Так, секундочку! Кто у нас мужчина?

Олег. А какое это имеет значение?

Ксения. В нашем случае решающее. Что, Сорокин, боишься?

Олег. Если – ты – так – думаешь! Что же... Ты абсолютно права!

Ксения. Вопрос только в том, чего ты боишься. Боишься того, что тебя не поймут, или наоборот?

Пауза.

Олег. Позвони, узнаем.

Пауза.

Ксения. О-ох... Нет, я так не могу... Может быть, завтра?

Олег. А может быть, послезавтра?.. Ладно, пойдем, чудо в перьях...

Олег и Ксения идут к гостинице.

Олег. Значит, решила машину поменять?

Ксения. Ты же сам говорил, что давно пора.

Олег. И что собираешься брать? «БМВ»? Или, может, «Мерседес»?

Олег в шутку показывает на припаркованный черный «Мерседес».

Ксения. Ага, такой же. Только серый.

Олег. Так–так, посмотрим, что у нас тут есть. (Подходит к машине. Оглядывает ее.) Шесть литров двигатель, девятнадцатые дис­ки, компрессор... (С деловым видом заглядывает под днище.) И жрет он, наверное, литров двадцать на сто километров. Да… Тогда тебе точно нужен муж-миллионер.

Сзади подходит владелец «Мерседеса». Смотрит на машину, затем на Олега. Распахивает пиджак так, чтобы было видно наплечную кобуру с пистолетом.

Владелец «Мерседеса» (на эстонском). В чем дело?

Олег. Вот поспорили. Я говорю, что такая машина может быть только у бандита. Вы случайно не бандит, нет?

Владелец«Мерседеса»(на эстонском). Что-что? В чем дело?

Ксения (на русском). Сорокин! Во что ты опять впутался?! (На эстонском.) Извините. Молодой человек – он только что приехал из России. Ну, вы понимаете!.. Просто у вас красивая машина! А я как раз ищу себе новую.

Владелец «Мерседеса» застегивает пиджак.

Владелец«Мерседеса»(на эстонском). А-а, так бы сразу и сказали… Прекрасный «Мерседес». Черный, классика жанра. Вам, девушка, отдам недорого. Как вас зовут?

Ксения. Оксана.

Владелец«Мерседеса» (на эстонском). Оксана, я знаю людей. Я их вижу. Вот вы – правильная. А «Мерседес» – то, что надо такой правильной девушке, как вы. Он принесет вам удачу. Если что – звоните.

Он протягивает ей свою визитку.

Олег. Удача уже чувствуется…

Владелец «Мерседеса» (на русском, с чуть заметным акцентом). Эй, парень, кажется, ты ее ревнуешь?

Олег. Ну допустим, и что?

Ксения. Это плохо?

Владелец «Мерседеса». Не плохо. Хочешь совет? Женись на ней. Она хорошая. Это я тебе говорю. Антс.

Олег. Я как-нибудь сам разберусь, Антс, да?

Владелец «Мерседеса». А не надо ни в чем разбираться – просто женись и все. Это я тебе говорю. Давай.

Антс садится в машину. «Мерседес» медленно и чинно уезжает.

Олег с Ксенией идут по улице.

Олег. Та-ак. И это при живом-то, можно сказать, муже! Заигрывать с каким-то Антсом. А я-то!.. Строил серьезные планы… А ты!..

Ксения. Пойдем, Отелло. Ты мне еще пока не муж. И уже, в общем, тоже не муж.

Олег. Дура ты. Как была дурой, так и осталась.

Олег получает пощечину.

Ксения. Я дура?!

Она наступает на него. Он отступает.

Олег. Слушай, а что ты так завелась-то? У тебя что, проблемы какие-то?

Ксения. Проблемы?!

Олег(смеется). Тише! Тише, Ксюха!.. Люди же смотрят!

Она замахивается еще раз.

Ксения. У меня проблемы?

Она старается его ударить, он уворачивается.

Олег (продолжает хохотать). Люди смот­рят!..

Ксения. Люди?.. Пусть смотрят!..

Олег. Всё, стоп. Всё, таймаут. Беру свои слова обратно. Да?

Ксения. Да! (Все-таки попадает ему по лицу.) Ой, извини! Я не хотела!

Олег. Довольна? Можем идти дальше?

Ксения. Да!

Они оказываются у обменного пункта.

Олег и Ксения входят в помещение. Олег жмет на кнопку звонка – вызов сотрудника обменника. Смотрит на Ксению.

Олег. Психическая.

Ксения. Я нормальная. Это у тебя просто талант нервировать меня.

Олег смеется. Начинает тихонько напевать.

Олег. Rainy days, never say good bye – to desire, when we are together, рэй-нидэйзпрам-па-пам-пам-пам... Да что он там заснул, что ли?

Ксения. Да, а я уже почти и забыла… I like Schopin, I used to say, АйлайкШопен. (Раздраженно.) Можно, наверное, и еще где-то поменять?

Олег. Боюсь, что везде уже закрыто. Да где он там?!

Пошатываясь, появляется помятый Маркус – сотрудник обменного пункта.

Маркус(на эстонском). Конечно. Как ночь – так всем нужен Маркус. Маркус, помоги, Маркус, пожалуйста!

Олег протягивает ему рубли и паспорт.

Олег. Рэйни дэйз...

Ксения (обрывает его). Рэйни дэйз!!! Вот! Хороший пример! Даже на нашей свадьбе ты умудрился довести меня до белого каления!

Олег. Интересное дело! Это чем же? Это я, может быть, флиртовал там и со всеми танцевал, а?

Ксения. Ни с кем я не флиртовала, а танцевала только с Даниэлем.

Олег. Тем более!

Ксения. Он же голубой.

Олег. Да хоть фиолетовый. Почему я на собственной свадьбе должен нервничать из-за какого-то…

Подбирает слово.

Ксения. Ну-у!

Олег. Голубого!

Ксения. Даниэль, кстати, был очень мил и галантен, в отличие от твоих друзей, надравшихся под конец вечера так, что их еле развезли по домам.

Олег. С кем не бывает.

Ксения. А тебя!.. Я лично готова была придушить, когда после вопроса «Готов ли ты взять ее, то есть меня, в жены?» в воздухе повисла пауза.

Олег. Надо было вообще промолчать.

Ксения. Что?

Маркус возвращает все обратно, машет рукой.

Ксения (на эстонском). Ну в чем дело?! Ты что, там вообще уже?

Маркус (на эстонском). Паспорт не надо. Маркусу не нужен ваш паспорт.

Ксения забирает паспорт. Отдает его Олегу.

Ксения (на эстонском). О боже мой! А можно быстрее?!

Олег. Да он, по-моему, в стельку. Работничек…

Маркус долго копается в бумагах, пытается что-то распечатать.

Ксения. Послушайте! Мы что, здесь до утра будем торчать?! (Олегу.) А по чьей ­вине мы так и не поехали в свадебное путешествие?

Маркус собирает деньги с разных концов стола, пытается их пересчитать.

Олег. А на что бы мы жили?

Ксения. Сорокин, нет, вот ты мне скажи: почему все люди как люди, один ты – как хрен на блюде! (Маркусу, который начал прислушиваться к их разговору.) Быстрее можно, в конце-то концов?!

Маркус (на русском). Тихо, женщина! Маркус знает, что делает!

Олег(ища поддержку у Маркуса). Вот-вот. И я говорю – тихо! Что поделаешь, человек не волен в своих поступках!

Маркус наконец выдает им деньги.

Ксения. Ух, как дала бы по этой голове! Чтобы освободить ее! От глупости!

Олег, в шутку заслоняясь руками от Ксении, забирает кроны.

Олег. Раньше надо было, раньше. Теперь-то что уж...

Звонит телефон Маркуса.

Маркус (на эстонском). Она у тебя?.. Нет? Сука!.. Да нет, не ты... хотя, в принципе, и ты тоже!..

Маркус кладет трубку, отхлебывает виски из бутылки.

Олег и Ксения заходят в отель «Олимпия».

Ксения. Ну и как съездил в отпуск? На Тенерифе, да?

Олег молчит.

Они подходят к ресепшн, где их встречает сотрудница отеля Кайли, девушка двадцати двух лет.

Олег. Здравствуйте, вы говорите по-русски?

Ксения. А ты как будто не говоришь по-эстонски!

Олег. А это сейчас не имеет значения. Сейчас я гость.

Ксения (на русском). Сорокин, не переводи тему! Я спросила про Тенерифе. (На эстонском к Кайли, которая стоит, надев дежурную улыбку.) Здравствуйте, я бронировала номер на двоих на десятом этаже.

Кайли (на эстонском). Здравствуйте, один момент. Я посмотрю.

Олег. Да… да, нормально съездил.

Ксения. Ну и как там? Красиво? Лучше, чем в Крыму?

Кайли (на эстонском). У нас сегодня акция, можно со скидкой взять номер на два­дцать третьем с панорамой на Старый город.

Олег (без энтузиазма). Да… в общем… нет. В Крыму, конечно, да, то есть нет… В смысле… Чего она хочет?

Ксения. Предлагает чуть дороже, но выше, и там вид лучше.

Олег достает деньги.

Ксения. Один ездил?

Олег. Да. Нет. В смысле. Конечно. То есть…

Ксения. Что «то есть»?

Олег пересчитывает деньги.

Олег. Та-ак, порядок.

Ксения. Итак… с кем ездил? (На эстонском Кайли.) Да, мы возьмем.

Олег. Э-э... С коллегой ездил.

Заполняют анкеты.

Ксения. Понятно… Так странно все это.

Олег. Что странно?

Ксения. Мы. С тобой. В Таллине – в гостинице.

Олег. Да уж, если б кто рассказал лет пять назад – не поверил бы...

Кайли (на русском с акцентом). Что-нибудь в номер желаете? Шампанское?

Ксения. А я все думала: позвонишь – не позвонишь... Даже не знаю, почему… и зачем… (Кайли.) Шампанское.

Олег. А может, все так и должно было быть? (Кайли.) Коньяк.

Ксения. Как говорят эстонцы, будем посмотреть. (Кайли.) Шампанское и коньяк.

Напряженно разглядывая друг друга и стены лифта, Олег и Ксения молча поднимаются на последний этаж. Когда раздается звонок лифта, извещающий о прибытии на этаж, они продолжают стоять. Ксения замечает, что у Олега из носа идет кровь. Она протягивает Олегу салфетку. Он вытирает кровь под носом. Мелодично звонит мобильный Ксении, и она выходит из лифта, говоря на эстонском.

Ксения (по телефону, на эстонском). Да, я слушаю. Нет, нет, в пятницу нормально. Да, хорошо, договорились. Жду вас на уроке в пятницу, в десять утра. Да, всего доброго.

Олег идет за ней. Держит салфетку у носа.

Они заходят в номер, включают свет, оглядываются.

Олег. А что?! Годится! Славная квартирка на первое время, а?

Ксения. Да, здесь довольно мило. Не так, наверное, как на Тенерифе, но тоже неплохо...

Ксения подходит к окну, Олег за ней.

Олег. Слушай, ну хватит про Тенерифе. Ведь мы сейчас здесь с тобой…

Молчат. Он обнимает ее, прижимает к себе. Кровь из носа уже не идет.

Ксения. Кажется, я соскучилась.

Олег. Такая же ерунда.

Стоят, глядя на огни ночного Таллина. Олег начинает целовать ее шею. Поворачивает к себе. Раздается стук в дверь. Ксения выворачивается.

Ксения. Стучат?

Олег. Не знаю – не слышал.

Ксения. Да, войдите.

Входит официант.

Официант. Ваш заказ – шампанское, коньяк.

Ксения. Спасибо.

Официант. Что-нибудь еще?

Ксения. Нет, наверное.

Олег (смотрит на часы). Секундочку, скажите, а в гостинице есть Интернет?

Официант. К сожалению, сейчас только внизу – на ресепшн.

Олег. Понятно.

Официант. Всего доброго, если что – звоните.

Олег. Да, спасибо. Всего доброго. (Ксении.). Я быстро – одна нога там, другая здесь. Мне по работе надо, ок?

Ксения. Хорошо.

Он выходит из номера. Ксения остается, подходит к окну.

Олег выходит в холл из лифта, звонит Татьяне.

Олег (нервно кашляет). Да, гхм, привет. Все в порядке, кхм, нормально, добрался... Нет, вроде не простыл... Ага... гхм... да, поперхнулся, просто... гхм-кхм, целую, тороплюсь, потому что трубка садится, а подзарядку не взял... Да, завтра наберу. Пока. Кхм.

Ксения осматривает номер, садится на диван. Разговаривает сама с собой. Как бы репетирует разговор со своей мамой.

Ксения. «Привет, мама». – «Привет, Ксюша». – «Представляешь, вчера совершенно случайно встретила Олега…» – «Как встретила?» – «Мама, ну как люди встречаются? Вот так вот просто, говорю, случайно встретила» – «А где встретила? Он что, вернулся из Петербурга?» – «Встретила? А представляешь – в библиотеке. Да, в библиотеке, совершенно случайно». – «Случайно?» – «Что? Да, я как раз зашла – случайно, ну, в ту же библиотеку».

Нет. Или вот так еще лучше. (Как бы репетирует разговор, но уже не с мамой.)

«Привет, дорогой!» – «Привет, дорогая. Ты поздно вернулась». – «Да, и что? Почему ты так на меня смотришь?» – «Ты ничего не хочешь мне сказать? Где ты была?» – «Что за вопросы? И вообще, что за напряженность?»

Берет со стола стакан и с размаху разбивает его о стену.

Олег выходит на улицу подышать. Пытается прокашляться, потом вдруг громко кричит. Кричит еще. Мимо проходит запоздавший прохожий.

Олег. Кхм, гхм, гм… А-а-а-а! (Кричит во весь голос.) А-а-а-А-А!

Прохожий. Что вы сказали?..

Олег. Нет-нет, ничего, кхм, все в порядке, кхм.

Олег, оглянувшись по сторонам, уходит.

Ксения включает музыку, начинает собирать осколки – продолжает разговаривать сама с собой.

Олег идет по гостиничному коридору. Протяжно пищит и выключается его мобильный – села батарейка.

Олег. Ну вот и отлично!

Олег заходит в номер. Заходит шумно. Ксения подметает пол.

Олег. Так, что у нас тут происходит?!

Ксения встает ему навстречу.

Ксения. Ты хочешь знать, что у нас тут происходит? Да, собственно говоря, ровным счетом как бы ничего и не происходит. Наверное, я просто мою пол. Наверное, просто потому, что разбился стакан. Наверное, ­потому, что я его швырнула в стену. Наверное, потому, что я нервничаю!.. Еще вопросы?

Олег. Да, если можно, один.

Ксения. Давай.

Олег. Могу ли я чем-то помочь?

Ксения. Не поверишь, и я задаю себе тот же вопрос. Шампанское открой.

Он открывает шампанское, разливает по бокалам, что-то говорит, говорит.

Олег. Нет, и все же, не знаю, как тебе, а мне здесь определенно нравится. Прошу!

Ксения (изображает улыбку). За тебя! С приездом, дорогой!

Олег. Мне кажется, ирония здесь неуместна. И вообще, у меня такое ощущение, что меня здесь не любят, что я тут никому не нужен. Поэтому я ухожу! В душ.

Олег берет полотенце, уходит в душ.

Ксения находит пульт от телевизора. Щелкая пультом, попадает на блок порноканалов. Какое-то время смотрит, комментируя происходящее. Слышит, что Олег выходит, – переключает ТВ на музыкальный канал.

Выйдя из ванной, Олег берет у Ксении бокал, отпивает. Ставит бокал на столик. Осторожно целует Ксению. Она отвечает.

Ксения. Ты злоупотребляешь моим отношением к тебе…

Олег. Да-а?..

Ксения. Сорокин, ты негодяй...

Олег. Да-а!..

Ксения. Подлец...

Олег. Разве не поэтому ты вышла за меня замуж?

Ксения. Сволочь...

Олег. Ты так думаешь?

Ксения. Заткнись…

Легкая заминка с застежкой на ремне ее брюк. И вот они уже в постели. За окном ночной город, где-то вдалеке вспыхивают и рассыпаются огни салюта…

…Салют заканчивается.

Олег тянется к Ксении.

Ксения. Так-так!.. Руки!.. Я бы попросила!.. Как это по-русски?.. Уже разучилась говорить по-русски… На работе все время по-эстонски! Не сметь истолковывать мое поведение неверно! Тут вам не там! Я не какая-нибудь вам там – легкодоступная…

Олег. Да-да-да. По-русски это значит: не пойми меня правильно.

Ксения. Я бы попросила без комментариев.

Олег прижимает ее к себе. Пауза.

Ксения (злится). Самое удивительное, что, кажется, я все еще люблю тебя.

Олег. Такая же ерунда.

Пауза.

Ксения. Что будем делать?

Олег. Будем посмотреть.

Ксения. Смотри не прогляди чего-нибудь.

Олег. Неужели я еще не все проглядел?

Ксения. Странно, вот ты приехал час назад, а кажется, что никогда и не уезжал... Не знаю почему, но я не могла себе представить, что я больше никогда тебя не увижу. Мне всегда казалось, что ты где-то ­рядом.

Олег. Угу, рядом – вышел покурить. Тебя только забыл с собой позвать.

Ксения. А ты смог бы так – раз и навсегда – и на всю жизнь?

Олег. Я-то смог бы. А ты – нет.

Ксения. Может быть! И что делать? Ты думаешь, мне легко так жить?..

Олег (передразнивает). Что делать?.. Кто виноват?..

Звонит телефон Ксении. Олег разливает остатки шампанского.

Ксения(прикрывая рукой трубку). Да... задержалась на работе... Ну извини, что не предупредила! Все, пока. Нет, буду завтра... Пока.

Олег чокается с Ксенией, пока та говорит по телефону. Одним глотком выпивает свое шампанское и отправляется в душ.

Олег отфыркивается под душем. Заходит Ксения, включает воду в ванной.

Олег. Кто звонил?

Ксения. Мама.

Олег. Мама?

Ксения. Мама.

Олег (делает вид, что поверил). А-а. Переживает, как там дочка?!

Ксения. Угу.

Олег (напевает под душем). Потерялась девушка – ей уж тридцать лет, мама с папой плачут – где же наша Ксения? Почти что белый стих!

Ксения. Так, Сорокин, у тебя что, хорошее настроение? Так я ведь могу тебе его испортить!

Олег обдает Ксению холодной водой.

Панорама по пустому номеру, по разбросанным вещам, одежде, напиткам с выходом на окно. Из ванной доносятся визг Ксении и хохот Олега.

Выйдя из ванной, Олег скручивает голову бутылке коньяка. Ксения сушит волосы.

Ксения. Ты не принесешь мне коньяк?

Олег. Ты будешь коньяк?

Ксения. Ты будешь – значит, и я буду.

Олег. Решила сегодня напиться? Та-ак. С чего бы это вдруг?

Ксения. А чтобы завтра ничего не помнить. Вдруг мне стыдно будет. Хороший коньяк?

На широкий подоконник Олег ставит коньяк, стаканы. Они усаживаются друг напротив друга.

Олег. Да вроде неплохой. За что пьем?

Ксения (со злостью). За свободу и независимость!

Олег. Угу. Так, да. Хорошо! Я бы сказал – за открытость и общедоступность!

Ксения. За равенство во всех отношениях!

Олег (делает непристойный жест рукой). За инновативность и нанотехнологии!

Ксения. А вот это было грубо.

Олег щелкает пальцами, указывая на Ксению.

Олег. Прошу заметить, не я это начал!

Ксения. Так, первая стадия опьянения: ты начал щелкать пальцами!..

Олег залпом выпивает бокал коньяка.

Олег. И что?

Ксения. Ничего. Ничего не изменилось.

Олег. А люди вообще имеют такое свойство – не меняться. Меняются обстоятельства, в которых они, то бишь люди, либо проявляют свою сущность, либо не проявляют.

Ксения. Да? А вот один мой старый знакомый, он даже как-то одно время был немного женат на мне, утверждал обратное. Что все можно изменить, что исключительное свойство человека – меняться, приспосабливаться. Или это были просто слова? Как быть?

Она шумно выдыхает воздух и выпивает свой коньяк.

Олег дает ей кусок пиццы.

Олег. Как быть, не знаю. Главное в нашем деле – закусывать.

Ксения. Вечером не ем. По-моему, я все-таки напьюсь.

Они забираются с ногами на импровизированный стол – широкий подоконник. Город внизу как будто чужой, совершенно незнакомый.

Олег. Не сейчас, а уже.

Ксения. Нет! Вот ты мне скажи: где ты еще найдешь такую, как я?

Олег. Такую пьяную?

Ксения. Я, между прочим, трезвей тебя, и ты можешь в этом убедиться! (Икает.) И вообще – я хочу танцевать. Пойдем куда-нибудь потанцуем?

Олег. Нет.

Ксения (икает). Почему? Может быть, у тебя комплексы?

Олег. Может быть, я уже слишком старый для этого?

Ксения. О? И сколько же тебе лет?

Олег. Где-то там тысяч пять–шесть, что ли.

Ксения. А такое впечатление, что как было восемнадцать, так и осталось, хотя уже почти половину жизни прожил.

Олег. За половину жизни – отдельное спасибо. Хотя, ты знаешь, в наш век сместились временные рамки. Например, в тридцать лет – это еще молодой человек! Люди получают второе высшее образование, не торопятся рожать детей! Берут кредиты, ипотеку, путешествуют по миру! В тридцать лет жизнь только начинается!

Ксения. А что будет в сорок?

Олег. Будем посмотреть. (Выпивает еще бокал. И бьет кулаком по подоконнику.) А-а, хорошо пошел!

Ксения (икает). Та-ак, вторая стадия опьянения, начал стучать по столу. Может, ты еще и меня ударишь?

Олег (улыбается). Тебе бы не повредило.

Ксения. Ах так, значит!.. Тогда я еще подумаю, выходить за тебя замуж второй раз или нет!

Олег. А что, я уже сделал предложение?!

Ксения. Тем более!!! (Икает.) Душно...

Олег. Пойдем подышим?!

Клип. Ночной город, одинокие такси, люди, огоньки.

Ксения отвлекает внимание коридорного. Олег обыскивает стойку ресепшн в поисках магнитных карт, ключей. Подходит охранник.

Охранник. Что ищем?

Олег. Да ты понимаешь, старик, тут такое дело, забыл карточку от номера в номере, понимаешь?

Охранник (тянется к рации). Понимаю. Я вообще много чего понимаю. Очень понятливый, понимаешь?

Олег (перехватывает его руку). А чего ты так волнуешься, старик? Погоди…

Охранник. Руки убери.

Олег. Ну ты чего, старик, не волнуйся, смотри, что у меня есть – любишь кроны?

Охранник. Руки убери. Хуже будет.

Появляется Ксения.

Ксения. Олег, сейчас же отпусти его!

Олег. Сейчас, солнышко, один момент! Мы договорим, и я отпущу.

Ксения пытается их разнять. Охранник хватает ее за руку. Ксения в ответ кусает охранника за руку. Тот от неожиданности ее отталкивает. Ксения падает. Олег переводит взгляд с нее на охранника, размахивается и бьет того в физиономию. Охранник падает без чувств.

Олег. Ох, старик, ну и что же теперь с тобой делать?

Изображение уходит в расфокус через субъектив теряющего сознание охранника.

Субъектив охранника. Выход из расфокуса.

Олег бьет по щекам охранника, выплескивает ему в лицо стакан воды. Охранник сидит со связанными за спиной руками у кровати.

Олег. Старик, ты как там? Коньяк хочешь?

Охранник. Нет.

Олег. А придется…

Охранник. Где я?

Олег осторожно вливает в охранника стакан коньяка.

Олег. Ты у нас в гостях. Так-так, вот молодец, еще немного, еще чуть-чуть, ну давай-давай за маму, за папу… Все очень просто: ты напился, начал бузить, ударился головой об стол – тебя выгонят с работы за аморальное поведение. Или, конечно, если ты проявишь благоразумие, можно по-другому. (Достает деньги.) Любишь деньги?

Охранник молчит.

Олег. Старик, ну не дуйся. Ну что мне сделать, чтобы ты не обижался? Ну хочешь – мы все вместе перед тобой на колени встанем и попросим прощения?

Охранник поворачивается к зеркалу, замечает синяк под своим левым глазом. От обиды слезы сами наворачиваются на его глаза.

Олег. Старик, ну перестань! Эй, ну хочешь – дай мне тоже в морду? Чтоб тебе не было обидно, а?

Охранник молчит.

Олег. Ну а хочешь песню тебе спою, а?

Охранник. Пой!

Олег поет ему какую-то песню про судьбу и про случай, что-то подходящее к данному моменту. Охранник уже повеселел, они выпивают еще коньяка. Олег сует охраннику купюры, тот отказывается.

Охранник. Слушай, я смотрю, ты нормальный парень, с деньгами у тебя все в порядке… Что тебе на ресепшн-то надо было?

Олег. Да ты понимаешь, старик, тут такое дело: я хотел ей предложение сделать на крыше этой чертовой гостиницы. Ну чтобы необычно было, чтобы она согласилась, понимаешь?

Охранник. Да я вообще понятливый. Так бы сразу и сказал.

Олег. Так я и хотел сказать, а ты сразу за рацию…

Охранник. Ну пойдем. Так и быть, выпущу вас на крышу. Что ж я не понимаю, что ли, что тебе надо.

Ксения от радости целует охранника.

Олег. Так-так, спокойнее. Он – лицо при исполнении, ему не полагается.

Охранник выпускает Олега и Ксению на крышу, подставляет швабру под дверь, чтобы не захлопнулась, уходит. Олег пытается всучить ему деньги – тот отмахивается.

На крыше отеля Олег что-то кричит и пытается залезть на край крыши.

Олег. Ну что, выйдешь за меня замуж?

Ксения. Олег, спустись, пожалуйста, с бор­тика!

Олег. Переживаешь? Может быть, ты меня еще и любишь?

Ксения. Может быть.

Олег. Тогда скажи!

Ксения. По-моему, это ты мне собирался что-то сказать. Или я ошибаюсь? Ты простудишься. Пойдем обратно в номер.

Олег. Скажи еще раз!..

Ксения (уходит). Обойдешься.

Олег (спрыгивает с бортика, догоняет ее). Вот так всегда. Не замерзла?

Ксения. Нет.

Олег. Все в порядке?

Ксения. Угу.

Олег и Ксения бегут к лифту.

У входа в отель таксист достает вещи нового постояльца из багажника такси. Олег и Ксения выходят из гостиницы. Таксист замечает Олега.

Таксист. Ох, ты ж сукин же ты сын! Подонок ты этакий – другими словами! Редкостный мерзавец, негодяй, подлец и проходимец! Хоть бы набрал, что ли, раз уж все равно в Таллине!

Олег. Ох, и небольшой же город Таллин! Здорово, Вано! Как сам?

Ксения. Здравствуй, Ваня!

Таксист. И вам не хворать. Вы чего это так вырядились?

Олег отводит таксиста Ивана в сторону.

Олег. Старик, ты понимаешь, какая история. Мы же как бы развелись. Но это не главное, а главное, что я хочу сделать ей предложение, но так сделать, чтобы она точно согласилась. Как-то необычно сделать, понимаешь?

Таксист. Да что ж тут непонятного. Тоже мне бином Ньютона. Любовь – это ж… И ежу понятно.

Олег. Старик, ты понимаешь, я завтра уезжаю, то есть… ну понимаешь… времени у меня в обрез.

Таксист. Ну так и чего ты на меня-то смот­ришь? Иди и делай ей предложение!

Олег. Да нет, старик, ты не понимаешь! А если она откажет?! Надо как-то так, чтоб не отказала… Ну… не знаю, на берегу моря, что ли?! Понимаешь? Романтика. Все ­такое…

Таксист. Да что ты мне голову-то морочишь?! Надо вас на море отвезти – садитесь, через пять минут будете на море!

Олег. Да нет, старик, я же тебе говорю, в этом должна быть какая-то романтика… Понимаешь? Ну в смысле – мы как бы вдвоем должны быть, понимаешь?

Таксист. Вдвоем, говоришь? А я куда же денусь? В багажник, что ли?

Олег. Да нет, старик, как бы это так половчее сказать-то… М-м… Слушай, а может, ты пока чайку в гостинице попьешь? А мы быстро сгоняем, а? Одна нога здесь– другая там, а? Ты понимаешь, старик, такой момент– в первый раз в жизни женюсь во второй раз. А?

Таксист Иван качает головой, улыба­ется.

Таксист. В первый раз, говоришь, во второй раз… Ну смотри, если что-то случится, я скажу, что машину мою вы угнали, понимаешь, старик?!

Олег с Ксенией садятся в машину и уезжают с парковки.

Шоссе вдоль моря. Такси летит по встречной полосе дороги. Навстречу проносятся одинокие машины, отчаянно сигналя. Ксения визжит.

Ксения. Олег, прекрати сейчас же или я выйду!

Олег. Хотел бы я на это посмотреть!

Тем не менее машина притормаживает и возвращается со встречной на свою полосу движения.

На берегу моря такси останавливается. Олег выбегает из машины, тащит за собой к морю Ксению.

Олег. Эх, Ксюха!.. Будет ли нам когда еще так хорошо?!

Ксения. А как будет?

Олег. Не знаю!

Ксения. Хорошо?

Олег. Наверное!

Он скидывает с себя на ходу халат – ныряет. Она не решается.

Олег. У-ух, холодрыга!

Ксения. Что?

Олег. Я люблю тебя!

Ксения. Не слышу!

Олег. Выходи за меня! Слышишь, ты!

Ксения. Что?

Олег. Будь моей женой!

Ксения. Плохо слышно!

Олег. Ах ты!.. Стерва!

Он бежит из моря к ней. Она бежит от него обратно в машину.

Олег, стуча зубами от холода, подбегает к такси. Ксения закрывается от него в машине. Олег стучит в окно. Ксения немного его приоткрывает.

Ксения. Так что ты там говорил?

Олег. Я говорил, что ты совсем не изменилась…

Ксения(опускает стекло еще ниже). Да?..

Олег. Как была занозой, так и осталась!

Пауза.

Ксения. А-га. Хо-ро-шо.

Начинает закрывать окно.

Олег пританцовывает на месте от холода.

Олег (просовывает пальцы, не давая закрыть окно). Стой, подожди, стой.

Ксения. В чем дело?

Олег. Интересно, сколько времени?

Ксения. Времени без чего-то там три или четыре… Неудачный вопрос.

Олег. А ты что, будешь всегда любить ­меня?

Пауза.

Ксения. А ты обещаешь, что больше никогда никуда от меня не уедешь?

Олег. Я – «не уедешь»?! Тогда ты клянись, что, даже если я уеду, ты будешь меня вечно ждать!

Ксения. А ты обещай, что будешь образцово-показательным мужем!

Олег. А ты верной женой!

Ксения. И будешь присылать мне минимум десять эсэмэсок в день, а не пропадать месяцами неизвестно где!

Олег. А ты, а ты!..

Ксения. И еще хочу кофе в постель каждый день и цветы!..

Олег. Ага, и новую машину…

Ксения (открывает дверь). Дурила, машину, так и быть, я сама себе куплю…

Олег садится в машину. Сидят, молчат. Ксения не моргая глядит на огни города. В глазах стоят слезы. Олег заводит такси. Уезжают.

Шоссе вдоль моря. Улицы Таллина. Ночь. Олег и Ксения. Молчат. Едут по ночному городу. Она кладет голову ему на плечо.

Ксения. Не представляю, как это завт­ра… ты возьмешь и уедешь… и я опять останусь одна…

Олег. А ты не отпускай меня…

Ксения. Хм, а как же твоя работа?

Олег. Уволюсь! Останусь в Таллине. Ты будешь работать, а я буду по дому хозяйничать, мусор выносить, посуду мыть…

Ксения. А что? Мысль! Опять же с ребенком, ну когда он появится, надо будет кому-то сидеть. Я же не могу, я все время занята…

Машина подъезжает к гостинице. Олег допивает коньяк. Ксения морщится, глядя на него. Они выходят из такси.

Олег. Коньяк, по-моему, уже не действует.

Ксения. Не понимаю, как ты можешь столько пить.

Они заходят в гостиницу. Оставляют ключи от машины на ресепшн для Ивана.

Олег. Нет, наверное, это все же слишком экстравагантный вариант…

Ксения. В смысле– остаться? Ну и что? Экстравагантный! Какая разница?

Олег. Разница? Большая… Например, я могу проснуться завтра здесь и остаться в Таллине с тобой… Или могу уехать в Питер…

Они стоят в лифте, обнявшись.

Ксения. Ты и в самом деле хочешь остаться?

Олег. Скажем так, я думаю над этим.

Ксения. Что с тобой происходит? (Отстраняется.) Сначала вот так неожиданно приехал, теперь собираешься остаться. Не понимаю тебя…

Олег. Странно, обычно я прост, ясен и доступен для понимания… Я – думаю.

Прижимает ее к себе.

Они заходят в номер.

Ксения. Никогда не понимала, зачем ты все время что-то придумываешь? Строишь какие-то планы, модели жизни, затем перестраиваешь… Может, стоит прислушаться к тому, что у тебя внутри?..

Олег. Подожди. А что, может, действительно сжечь все мосты?.. И остаться здесь?

Ксения. Здесь – это где? Я живу у родителей, квартиру я сдала. Будем жить в гостинице?.. Или, может быть, у твоих родителей?..

Пауза.

Олег. Ладно, ладно, я пошутил. Скажем так, мне интересно было твое мнение, вот я и спровоцировал тебя…

Забираются под одеяло.

Ксения. Ух, Сорокин, доведешь ты меня сегодня… Может, придушить тебя, чтобы сам не мучился и других не беспокоил?..

Олег (устраиваясь поудобнее для сна). Ага, это и будет твоя историческая роль в моей жизни… Нет, не выход… А где-то он есть… Просто я его не вижу… Будем жить на даче…

Ксения. Спи уже… дачник…

Клип. Утро. Город живет своей жизнью. Садятся-взлетают самолеты. Прибывают корабли. Автобусы везут пассажиров. Туристы гуляют по Старому городу.

Утро. В номере слегка приоткрыты занавески. Олег медленно, нехотя просыпается.

Олег. Ну что ты там шебуршишься? Зачем так рано вставать?..

Ксения смеется.

Ксения. Не знаю, это уже по привычке. Никогда не могу выспаться в выходные. Все время встаю, как на работу.

Он закрывает глаза.

Олег. Так. Тихо чтобы тут. Всё. Я сплю.

Она выливает на него графин воды.

Олег. А-ах ты ж! Доброе ж ты утро!..

Одним рывком он дотягивается до нее, резко хватает, дергает на себя, и они начинают шутливую борьбу в постели...

На завтрак в ресторан гостиницы Ксения спускается в халате и начинает набирать еду на две тарелки. Напевает: «Rainy days never say goodbye– to desire, when we are together...»

Олег прибегает чуть позже, он в свежей рубашке, с остатками пены за ухом и легким порезом после торопливого бритья.

Олег. Доброе утро, бонжур, гутен морген, еще раз!.. Чего смеешься?

Ксения. Тебя увидела. Забыла спросить: что ты будешь – чай или кофе?

Олег. Э-э… не имеет значения! Что же во мне такого смешного?

Ксения. Тихо, не шевелись!..

Она снимает пену за ухом Олега и аккуратно промокает салфеткой еще не запекшуюся кровь.

Ксения. Как же ты там в своем Петербурге живешь один? По-моему, ты совершенно не приспособлен к самостоятельной жизни.

Он перехватывает у нее салфетку и прижимает к порезу. Пьет апельсиновый сок.

Олег. В семейной жизни, конечно, есть свои прелести, но… Зато никто не выливает на тебя воду по утрам! А который, собственно говоря, час?

Ксения. Не знаю, забыла часы в номере. Сорокин, а ты счастлив?

Олег. М-м. Я-то?! Конечно, счастлив, ты здесь, я здесь. Что еще надо?

Ксения. Не верю. Нет, серьезно!.. Вот в чем смысл твоей жизни? У тебя есть цель?

Пауза. Олег жует, подбирая слова.

Олег. Эх, мое косноязычие, как обычно, мешает мне! Ну давай вместе посмотрим, что там происходит с моей жизнью. Работа есть, работаю я по специальности, еще немного, еще один рывок – и я наконец стану тем, на кого учился эти пять долгих лет… В Таллин я теперь буду часто приезжать, значит, и с тобой мы будем видеться… Что еще? Смысл? Довольно абстрактное понятие… Сейчас коряво скажу, скажу, как чувствую, – наверное, смысл в том, что, значит, все было не зря… пусть это не самый легкий и близкий путь, но я его сам выбрал и… тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить…

Ксения. М-да? А я вот как-то не могу сказать, что я счастлива.

Олег. Почему?

Ксения. Издеваешься?

Олег. Нет.

Ксения. Для меня счастье в гармонии. Работа, семья, здоровье, друзья – чтобы везде все было хорошо! Но почему-то никогда так не получается… То одно, то другое, то третье. Вот теперь ты! Только стало все в жизни успокаиваться!

Олег пьет кофе, хватает на ходу еще что-то, заглатывает целиком.

Ксения. Ты не слушаешь меня…

Олег. Я скоро вернусь! И в обязательном порядке дослушаю лекцию!.. Ты же знаешь, я прилежный ученик!

Он целует Ксению, перегнувшись через стол, умудряется при этом залить ее белоснежный халат остатками кофе и сока и убегает.

Ксения. Только попробуй не вернуться!

Она промокает салфетками пролитый сок и кофе. Смотрит в окно, о чем-то задумавшись.

Выйдя из гостиницы, Олег ловит первое попавшееся такси. Садится в машину. Таксист включает счетчик и радио.

Ксения возвращается в номер. Тихо играет музыка. Она включает музыку громче. Звучит та же мелодия, что и в такси.

Таксист везет неспешно. Да Олег и не торопится. Он едет по городу и видит себя, еще совсем молодого, с Ксенией. Вот на этом перекрестке он стоит, ждет ее, вот она прибегает, вот они идут за покупками, вот они ругаются…

Ксения собирает разбросанные по всему номеру вещи Олега. Натыкается на его сумку.

Такси останавливается у фирменного магазина «Калев». Водитель выключает радио.

Олег. Я скоро вернусь.

Он оставляет сто крон и выходит из ­такси.

Ксения расстегивает сумку Олега, с интересом достает оттуда какие-то его вещи и среди них сверток с бутербродами.

Олег складывает покупки. Бросает чек в пакеты с шоколадом и выходит из магазина «Калев».

Ксения разворачивает сверток. С интересом рассматривает сэндвичи. У каждого аккуратно срезаны корочки с хлеба. Она задумчиво пробует один из них.

Олег в департаменте полиции. У окошка администратора полиции.

Администратор(на эстонском). Я записала ваши данные. Справку о том, что вы не имеете судимостей и не преследовались, по закону можно получить через две недели. И только лично.

Олег(на русском). Спасибо. Вы мне очень, очень помогли. Даже не представляете насколько!

Олег начинает искать мобильный, чтобы позвонить, и не находит его в своих карманах.

Ксения находит выключенный мобильный телефон Олега. Пробует включить, но аккумулятор полностью разряжен.

Олег садится в такси. Засовывает руку под сиденье, оглядывается.

Таксист (на эстонском). Что-то потерял?

Олег (на русском). Да, телефон не могу найти.

Ксения берет на ресепшн подзарядку для мобильного телефона. Благодарит сотрудницу гостиницы.

У «Олимпии» останавливается такси. Олег выходит из машины, забирая свои пакеты.

В номере гостиницы Ксения подключает мобильный телефон Олега на подзарядку.

Олег оставляет на ресепшн свои пакеты с шоколадом.

Поднимается на лифте наверх.

Входит в номер. Видит развернутые бутерброды. Ксения выходит из ванной.

Ксения. Не слышала, как вошел. Ну, рассказывай...

Олег. Да без толку съездил. Придется еще раз наведаться.

Ксения. Я не про справку, а вот про это. Занятные бутерброды. Сам делал?

Олег. Ну да, то есть почти. А что, невкусные?

Ксения. И сам срезал корочки с хлеба?

Олег. Корочки?! А, нет, это я торопился и попросил девчонок на работе по-быстрому мне что-нибудь сообразить в дорогу... (Достает зажигалку. Она сломана, и из нее пламя вырывается, как из газовой трубы. Ищет сигареты по карманам.) Черт, как хочется курить!

Ксения. Ты же не куришь?..

Олег. Да. Нет. А, черт с ним, да. То есть бросаю. Периодически.

Ксения(шипит). Нервничаеш-ш-шь, ш-штоли? А? Сорокин? Из-за бутербродов нервничаеш-ш-шь? А? Ш-ш-ш!

Олег. Наверное, я должен тебе кое-что сказать.

Ксения. Ч-ш-ш-то?

Олег. Нравиш-ш-шься ты мне.

Ксения. И вс-с-с-ё?.. Ух-х, Сорокин! С-с-смотри у меня!

Олег. Ты что, злишься на меня из-за этих бутербродов? Брось, ты же знаешь меня.

Ксения. Нет, я не знаю тебя, ты изменился.

Олег. Эх, Ксюха ты моя, глаза твои голубиные, что же мне с тобой делать...

Ксения. Ладно, пойдем, у нас по программе водные процедуры.

Они уходят в бассейн на последнем этаже. Бутерброды остаются в номере.

Олег и Ксения в сауне.

Ксения. Жарко.

Олег. Принести тебе чего-нибудь попить?

Ксения. Да, чего-нибудь холодного.

Олег приносит воду.

Олег. Эх, хорошо... А как говорили (зевает)... древние... где хорошо, там...

Ксения. Там нас нет.

Олег. Нет, там и родина... Почему ты на меня так смотришь?

Ксения. Как, Олег?

Олег. Вот именно так. О чем думаешь?

Ксения. Хм. Олег, скажи, а как ты ко мне относишься?

Олег. Ты что, издеваешься?

Ксения. Ты любишь меня?

Олег. Люблю, и ты это знаешь!

Ксения. Нет, не знаю. Иногда мне кажется, что если бы ты меня и вправду любил, то придумал бы что-нибудь, чтобы мы были вместе.

Олег. Ксюха, да я всё сделаю ради тебя, всё. Ты только скажи – что?

Пауза.

Ксения. Иногда я думаю о ребенке...

Олег. Ты хочешь, чтобы у нас был ребенок?

Ксения. Да. Я хочу. Чтобы у нас был ребенок.

Олег. Сейчас? То есть... В смысле?

Ксения. Я хочу нормальную семью, хочу родить ребенка.

Олег. Наверное, я чего-то не понимаю, а как ты себе это представляешь?

Ксения. А что тебя смущает?

Олег. Что смущает? А где мы будем жить, как, на что?

Ксения. В Петербурге, у тебя. Ты будешь работать, я уйду в декретный отпуск – при моей нынешней зарплате это будет хорошо оплачиваемый декретный отпуск.

Олег. По-моему, это как-то легкомысленно с твоей стороны. А ты что, согласна вот так взять и все бросить? Бросить свою работу и переехать в Петербург? Да?

Ксения. Может быть.

Олег. Может быть?

Ксения. Почему бы нет? Во-первых, я ничего не бросаю, а ухожу в декретный отпуск. Во-вторых, беременность, роды – все это не скорый процесс, и за это время я смогу найти себе в Питере работу... или ты – здесь.

Олег молчит.

Олег. Наверное, со мной что-то не так... Я так с ходу не могу. Мне как-то надо все это обдумать.

Ксения. Только не надо так волноваться!

Олег. Я не волнуюсь. Ты должна просто понять...

Ксения. Я понимаю. Может быть, мы оставим этот разговор?

Олег. Ксюха, Ксюха, подожди...

Ксения. Можно тебя кое о чем попросить?

Олег. Да, конечно.

Ксения. Так вот, заткнись, пожалуйста.

Она выходит из парилки. Олег какое-то время сидит, добавляя воды на камни. Затем тоже выходит. Идет в бассейн.

Олег. Как вода? Прохладная?

Ксения. Нет.

Олег ныряет в бассейн. Подплывает к Ксении.

Олег. Ксюха, ну не злись. Просто мне надо подумать. И вообще… Я, по-моему, уже скучаю по тебе.

Ксения молчит.

Олег. Ладно, понятно... (Пауза.) Ну что? Пойдем?

Ксения. Да.

Олег. Как ты?

Ксения. Прекрасно. Раз-ве-ли-ко-лепно!

Они возвращаются в номер. Ксения включает телевизор, ложится на кровать, накрывается одеялом. Олег смотрит на нее, потом идет к выходу.

Олег. Я сейчас, Ксюха, я быстро.

Молодая, приятной наружности цветочница Саша вежливо встречает Олега.

Саша. Вы что-то хотели?

Олег. Да, будьте добры, вон те розы!

Саша. Сколько?

Олег. Ну, штук пять...

Саша. Пять?

Олег. Да, пять – нормально...

Саша. Подождите…

Олег. Что?..

Саша. Я вас знаю!

Олег. Вряд ли.

Саша. Андрей?

Олег. Нет. Не Андрей. Девушка, вы извините меня, я очень тороплюсь. Нельзя ли как-нибудь побыстрее?

Саша. Нет, не Андрей... Подождите... ты Олег, то есть вы...

Олег. Да... Мы где-то встречались?..

Саша. Я – Саша!

Олег. Саша? Прекрасно. И что?

Саша. Саша Плотникова! Ты не помнишь меня? Правда не помнишь?

Олег. Да, нет... не припоминаю...

Саша. Помнишь Палласти? Улицу Палласти, дом два?! Я там жила в первом подъезде на третьем этаже, а ты на четвертом. А потом вы переехали.

Олег. На пятом... Да, да, точно. Было дело. Ух сколько лет прошло!..

Саша. А потом мы еще учились в одной школе. Только я на три класса младше! Ты, наверное, не замечал меня. А вы, старшеклассники, были все на виду!..

Олег. Да...

Саша. А пару лет назад я случайно увидела твою фотографию, когда была в гостях в Петербурге.

Олег. Правда? Очень интересно... Сашенька, я действительно должен бежать. Может, как-нибудь в другой раз поговорим? А?

Саша. Да, да. Конечно. А знаешь, где я увидела твою фотку?

Олег. Сашенька, солнышко, давай потом, а? У меня автобус...

Саша. Да, да, сейчас – я только перевяжу цветы… Тебе упаковать?

Олег. Да нет, зачем?

Саша. А я сразу узнала тебя на фото...

Олег. Саша. Спасибо, извини! Бегу! Всё! Больше не могу!

Саша. Да. Заходи! Я здесь каждый день, кроме выходных...

Олег возвращается в номер. Ксения встречает его, глядя прямо в глаза. Она разговаривает с кем-то по телефону. Олег протягивает ей букет, целует. Ксения берет цветы и отходит к окну, чтобы завершить телефонный разговор. Выключает телефон, стоит, молча смотрит в окно. Олег начинает собирать свои вещи.

Олег. Представляешь! Сейчас встретил в цветочном магазине девчонку, с которой когда-то давно в детстве жил в одном доме! Как она меня узнала, ума не приложу!..

Ксения молчит.

Олег. Что, опять работа?.. (Короткая пауза.) Нам хлеба не надо – работу давай! Нам света не надо – нам партия светит! (Пауза. Укладывает вещи, идет в ванную за зубной щеткой. Кричит из ванной.) А ­представляешь?! Был недавно в командировке под Псковом, так там целыми днями дождь проливной, ветрище. А мы под открытым небом! Работали... Знаешь, у Шнура: «Тебе повезло! Ты не такой, как все! Ты работаешь в офисе!» И так всю неделю… (Выходит из ванной.) Ксюхаа!..

Молчание. Она положила цветы на подоконник.

Олег. Ты чего молчишь? Что-то случилось?

Пауза. Он приостанавливает сборы, подходит к ней. Она, нахмурившись, смотрит перед собой.

Олег. Ты что, не хочешь со мной разговаривать? Тебе не нравятся цветы?

Ксения по-прежнему молчит, не поворачивается.

Олег. Ну да! Я тоже не хочу уезжать. Но я же теперь часто буду приезжать в Таллин. Так что скоро увидимся. И мы что-нибудь придумаем. Так?

Ксения. М-да... Только я стала привыкать к этой... комнате... (Проходит мимо него не глядя.) Пойдем…

Они спускаются вниз на ресепшн, он забирает пакеты с шоколадом.

Ксения. Ух ты, сколько шоколада! Кому это?

Олег. Да друзьям, знакомым. Будь они неладны…

Ксения. А-а, а я было подумала, что у нее трое детей...

Олег. У кого?

Ксения. Олег. Не разочаровывай меня. Имей смелость хотя бы признаться!

Олег. Ксюха? Ты чего?

Ксения. Ненавижу тебя.

Олег. Ксюха! Да что случилось-то?!

Ксения. Интересно. Ты все время мне врал.

Олег берет ее за руку, но она отдергивает руку.

Олег. Да ты что? Я же люблю тебя.

Ксения. Ложь!

Она достает его мобильный телефон. Оба молчат.

Олег (обращается к сотруднице отеля). А можно стакан воды?

Ксения возвращает сотруднице подзарядку для мобильного.

Ксения. Наверное, это со мной что-то не так. Я не хотела читать. Просто интересно стало, хранишь ли ты мои эсэмэски... Оказалось, хранишь, но не мои.

Сотрудница отеля наливает стакан воды и подает Олегу. Он протягивает руку, чтобы взять стакан, но отвлекается – стакан падает. Олег начинает собирать осколки и ранит руку. Появляется кровь. Ксения достает салфетки из сумки, протягивает Олегу.

Ксения. Интересно, какой у нее голос?

Олег. В смысле? Что значит «какой»?

Ксения. Ну… низкий, высокий, может, с хрипотцой там или такой грудной, знаешь?

Олег. Прекрати! И давай не будем...

Ксения. Прелестный, наверное, голосок, очаровательный, да?!

Олег. Хочешь послушать – можешь поговорить с ней.

Ксения. Ты и в самом деле хочешь, чтобы я ей позвонила?

Олег. Кто, я?

Ксения. Почему ты этого хочешь?

Олег. А почему бы и нет?

Ксения. Ты ее не любишь?

Олег. Я ее не… не…

Ксения. Она зря тратит на тебя свое время. Сколько ей лет?

Олег. Это не так. Я благодарен ей…

Ксения. Желаю тебе с ней счастья! Как она тебе, кстати говоря, в постели?

Олег. Зря ты так. (Пауза.) М-да. Извини…

Ксения. Странные вы все-таки существа – мужчины…

Олег. И тем не менее...

Ксения. Все равно скоты.

Олег. Давай поговорим лучше о чем-нибудь другом.

Ксения. Давай. О другом. Знаешь, я ведь тоже хотела сказать тебе. Давно хотела сказать тебе... что у меня... другая жизнь.

Олег. Ну и как тебе эта другая жизнь?

Ксения. Он меня любит.

Олег. Ах вот оно что? Так какого черта ты мне тут устраиваешь сцены?

Ксения. Он хороший человек.

Олег. Ты это мне говоришь или себе?

Пауза.

Ксения. Да, я, наверное, сама виновата.

Олег. Да ты не стесняйся! Чего уж тут такого?! Расскажи, расскажи в подробностях, что у вас там с ним, как!

Ксения. Перестань. Как ты можешь?!

Олег. Все. Хватит. Убирайся к чертовой матери отсюда. Ясно?

Ксения. Что ж, ругайся, если тебе нравится. Ни на что другое я и не рассчитывала... Знаешь, я столько раз жалела, что мы тогда разошлись, что не сберегли наш брак.

Олег. Не сберегли? Говори про себя! Это ты позвонила через две недели после того, как я уехал в командировку, и сказала, что у тебя появился другой! Или я что-то путаю?!

Они смотрят друг на друга. Ксения не отвечает.

Олег. Зачем ты это сделала?

Ксения. Это была ошибка... Знаешь... Вот когда долго, пусть трудно, как ты говоришь, работаешь… И пусть многое не получается, но ты не бросаешь начатое, то есть какое-то удовлетворение от того, что ты как бы в пути, и не покидает надежда... А здесь мы бросили такое серьезное дело... И у меня осталось какое-то чувство незавершенности, незаконченности, наверное, поэтому я и согласилась встретиться... Ты думаешь, мне легко было с тобой в тот год, который мы прожили вместе? Я выходила замуж за молодого подающего надежды специалиста... А жить стала с чернорабочим... Да плюс эти твои друзья, пьянки...

Олег. Извини, ладно... Я погорячился... Я сам запутался...

Ксения. У тебя автобус…

Олег. Да... Пора... Не провожай меня...

Ксения. Хорошо... Присядем на дорогу...

Олег. Да, давай... (Пауза.) Ну, пойдем.

Ксения. Ты говорил, что теперь часто будешь приезжать…

Олег. Да, мне надо оформить кое-какие документы...

Ксения медленно гладит Олега по щеке. Он растерян, но не сопротивляется.

Ксения. Она тебя любит?

Олег. Не знаю...

Ксения. Зря.

Олег. Что ты хочешь этим сказать?

Ксения. Ничего. Ну, звони...

Ксения уходит. Звонит телефон Олега.

Олег. Да, привет. Как? Когда? А где она сейчас? Я в городе. В смысле – в Таллине. Я сейчас подъеду.

Олег вытирает рукой лоб, поворачивается. Перед ним стоит встревоженная Ксения.

Ксения. Что случилось?

Олег. Ты… почему вернулась?

Ксения. Мама позвонила, сказала, что тебя родители ищут – не могут дозвониться. Что с тобой?

Олег. Не со мной. Мать утром забрали по «скорой». Слава звонил раньше на телефон, но он был выключен...

Ксения. А что с ней?

Олег. Не знаю, утром стало плохо – они должны были сегодня в Прагу лететь. Забрали прямо из аэропорта.

Ксения. Ты в больницу?

Олег. Да.

Ксения. Я с тобой.

Олег. Да… то есть нет. А, черт, чего уж тут – поехали.

Олег открывает дверь подъехавшего такси.

Олег. Больница. Рави, 5.

Таксист. Тут идти пять минут.

Олег. Да! Я знаю! И побыстрее, пожалуйста! Я заплачу!

Таксист. Не кричите на меня!

Олег. Да пошел ты!

Ксения. Олег, подожди, я сама.

Подзывает рукой другое такси, что-то говорит водителю. Садятся – едут.

Олег. Черт!

Он не может позвонить – опять отключился телефон.

Ксения. Спокойно, дай я сама поговорю со Славой.

Достает свой мобильный.

Олег. Да. И узнай, куда идти.

Такси подъезжает к больнице. Олег и Ксения выбегают из машины.

В больничном коридоре Олег кидается к медсестре.

Олег. Здравствуйте! К вам утром должна была поступить пациентка по «скорой» – Сорокина Светлана Николаевна.

Медсестра. Сейчас посмотрим. Есть. Сорокина. Ей сделали операцию, но она уже пришла в себя. Так что можете пройти – пятая палата.

Ксения. Я здесь подожду.

Олег смотрит на Ксению. Хочет что-то сказать, но только кивает ей и уходит в палату.

Олег. Привет, мама, как ты?

Мать Олега. Сейчас уже легче...

Олег. Что случилось-то?

Мать Олега. Воспаление, по женской части... Ну, в общем, сказали, что еще немного потянула бы– и к вечеру было бы уже поздно.

Олег. Тебе, наверное, говорить трудно?

МатьОлега. Да, наркоз еще не отошел после операции. Голова тяжелая.

Олег. Болит?

Мать Олега. Потихоньку начинает. Да, вот и съездили в Прагу... Ночь не могла заснуть, но все думала– пройдет боль, а в аэро­порт приехали, чувствую: всё, больше не могу...

Входят Ксения и Слава.

Ксения. Здравствуйте, Светлана Николаевна, как вы?

Мать Олега. Уже легче. Как ты?

Ксения. Да все по-прежнему. Работа, курсы, институт.

Мать Олега. Ну и хорошо. (Смотрит на Олега, на Ксению.) Вот и хорошо. Я, пожалуй, посплю – глаза закрываются.

Олег. Мам, мне остаться?

Мать Олега. Нет, тебе же на работу, наверное, надо, да, Олег?

Олег. Я в конце месяца приеду еще.

Мать Олега. Ну вот тогда и поговорим. Я рада…

Олег. Держись, мам.

Ксения. Светлана Николаевна, звоните, если что-нибудь надо будет.

Мать Олега. Хорошо. Слава, подвези ребят, если им куда-то надо.

Они едут в машине. За рулем Слава.

Слава. На автовокзал?

Олег. Угу.

Слава. Может быть, к нам заедете, а потом на вокзал?

Олег (Ксении). Ты как?

Ксения. Как-то неудобно.

Олег. Ну ладно – в другой раз.

Слава. В другой так в другой, а то посидели бы, хоть чаю выпили...

Олег. Нет, Слава, спасибо.

На автовокзале выходят из машины.

Олег. Я позвоню из Питера.

Слава. Хорошо, давай.

Уходит, садится в машину, уезжает.

Олег (Ксении). Прости, что так получилось...

Ксения. М-да. Чего уж теперь… Вчера вечером такие молодцы – бодрячком шли, а сегодня – в больнице... По-моему, Слава еще больше, чем твоя мама, испугался.

Олег. Угу. Это от беспомощности, от того, что ничего не можешь сделать. И остается только ждать.

Ксения. Ладно, я не знаю, что еще сказать… Пиши.

Олег. Как-то все запуталось... Подождешь со мной следующий автобус?

Ксения. Не знаю... Мне, по правде говоря, уже ехать надо – тоже работа. Да и... сказать мне нечего.

Олег. Понятно. Ну пока.

Ксения. По-ка.

Они еще какое-то время стоят вместе, потом расходятся.

Автобус Eurolines идет на Петербург. Звонит Ксения. Они довыясняют свои отношения.

Олег. Что тут непонятного?.. Да, так сложилась жизнь… Да, нехорошо получилось, не по-человечески... Издеваешься... Тогда зачем ты так?.. Не понимаю... Не знаю, Ксюха! Думаешь, мне легко?.. Наверное, жить, надеяться на лучшее... Хотя, знаешь, иногда у меня возникает такое чувство, что жизнь, в общем-то... что жизнь в сущности… Подожди! Ксюха! Постой!.. А, работа... Ладно, пока...

Клип. Обратная дорога. Музыка.

Автобус прибывает в Санкт-Петербург на станцию «Балтийский вокзал». Пассажиры выходят.

Напротив выхода, в некотором отдалении от него, припаркован черный джип с тремя девятками на номерах. В салоне горит свет, видно, как Татьяна говорит с кем-то по мобильному телефону. К телефону из прикуривателя тянется шнур подзарядки.

Олег выходит с пакетами из автобуса. На последней ступеньке поскальзывается и с матом встречает родную землю. Калевский шоколад разлетается в разные стороны. Олег собирает по асфальту шоколадную продукцию. Татьяна, не прерывая беседу по телефону, показывает ему знаками: ну надо же было так грохнуться!

Олег. Ладно, будем считать, что встреча состоялась.

Он закидывает пакеты на заднее сиденье автомобиля. Татьяна, не прекращая с кем-то ругаться по телефону, целует его.

Татьяна. Ты чего так поздно приехал?

Олег (нервно усмехается). Так получилось.

Татьяна недоуменно смотрит на него. Прикрывает трубку ладонью.

Татьяна. Ну не сердись. Ладно? Сейчас я закончу... И все будет хорошо.

Олег. Думаешь?

Татьяна. Уверена.

Джип трогается с места. Олег включает приемник, звучит песня: «Rainy days, never say goodbye– to desire, when we are together...» Татьяна выключает радио – оно мешает ей говорить по телефону. Едут. Каждый занят своим делом. Татьяна решает с кем-то проблемы по телефону. Олег мысленно как бы репетирует разговор с Татьяной.

Олег (голос за кадром). Таня, ты понимаешь, тут такая ситуация, как бы это тебе сказать, такая штука получилась... Видимо, нам надо поговорить. Мы как-то мало общаемся, а ведь откровенный диалог – это необходимое условие, это, так сказать, залог успеха… То есть, мне кажется, это нормально, взять вот и честно все высказать…

Татьяна продолжает говорить по телефону. Олег начинает жестикулировать, как будто он с кем-то разговаривает.

Олег(голос за кадром). Ты понимаешь, я тебя очень уважаю, и мне очень важны наши отношения… То есть были важны. Да и сейчас, разумеется, важны, но! То есть… как бы тебе объяснить… это, наверное, во мне есть какая-то проблема. Не знаю, как это случилось, может, потому, что мы все время вместе: и на работе, и дома, и в гостях, буквально все время и везде вместе, – я устал. И я же вижу, что и ты по-другому смотришь на меня, не так, как раньше, то есть это не претензия, но, в общем, нам все равно когда-нибудь пришлось бы поговорить на эту тему…

Олег не замечает, как его внутренний монолог перерастает в обычный текст, как становятся слышными и различимыми слова, которые он говорит, как он уже обращается к Татьяне. И она его слышит.

Олег. Таня, ты пойми…

Татьяна останавливает машину. Молчит какое-то время. Олег, осекшись, понимает, что он только что невольно произнес вслух.

Татьяна. Встал, вышел вон, собрал вещи! И завтра чтоб ровно в 9 утра у меня на столе было заявление об уходе по собственному желанию!

Олег начинает молча собираться.

Татьяна. Так я и подумала сначала. А потом решила не мешать личное и профессиональное. Поэтому встал, вышел вон и чтоб в 9 утра был на работе, ясно?

Олег выходит из машины. Татьяна уезжает. Олег крутит в руках мобильный телефон, жестикулирует.

Олег (голос за кадром). Ксюха, ты знаешь, я все обдумал и понял. В смысле, что так нельзя. Нет, не то. (Пауза.) Я понял, что не могу без тебя. Нет – не подходит. (Пауза.) Мне кажется, что я понял, что…

И снова плохо.

А дальше мы видим, как экран делится на две части:

volodin-dialogue

Мы видим, как на камеру идет уже знакомая пара – Олег и Ксения. Продолжают выяснять отношения. Проходят мимо камеры, открывая за собой панораму вечернего Таллина.

Звучит музыка… «I like Schopin, I used to say!..»

Титр: To be continued...


Глеб Володин (род. в 1978 году в Новосибирске) – режиссер. Окончил Таллинский технический университет (2000), СПбГУКиТ (2005, мастерская В.Бортко и И.Хамраева). В 2007 году – репортер новостной программы Эстонского телевидения на русском языке «Актуальная камера», в 2008-м – редактор новостного интернет-портала. Как второй режиссер работал на телевизионных проектах «Суженый-ряженый», «Дилер», «Литейный-4», «Шпильки», «Подводные камни», «Подсадной», «Наркотрафик» и других. С 2011 года – режиссер-постановщик Санкт-Петербургского государственного драматического театра «Комедианты».

Сценарий «Ночь в«Олимпии» вошел в шорт-лист второго конкурса киносценариев «ИК» «Личное дело» вразделе «коммерческий кинематограф».

Сергей Микаэлян. Общество «Память»

Блоги

Сергей Микаэлян. Общество «Память»

Асса Новикова

1 ноября советскому и российскому режиссеру Сергею Микаэляну исполнился 91 год. Асса Новикова вспоминает картины мастера.

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Новости

В Москве пройдет цикл показов «Советское кино и музыкальный авангард»

11.07.2014

С 15 июля по 12 августа в летнем кинотеатре Музеона в течение пяти вторников пройдут показы советских фильмов в озвучке современных музыкантов-экспериментаторов.