Улики иной жизни. Санкт-Петербург-2014: «Found footage. Зеркало в движении»

Программа Алексея Артамонова «Found footage. Зеркало в движении», изысканная и продуманная, стала событием фестиваля «Послание к человеку»-2014.

message2man-fest-logoИдти в киноархив или на свалку, искать и всматриваться, кромсать ножницами, сравнивать, вглядываться, сопоставлять, монтировать. Found footage задействует два понимания медиума кино: как средства вуайеристского наслаждения и – научного исследования. Однако если «обычный» игровой или документальный фильм предлагает зрителю погрузиться в иллюзию непосредственного наблюдения жизни, то в found footage этот акт наблюдения проблематизирован. Он сталкивается с откровенным сопротивлением материала, с невозможностью довериться непосредственному впечатлению, которое провоцирует заимствованные кинофрагменты. Эта невозможность становится одной из важнейших коллизий такого рода фильмов.

Столкновение заинтересованного взгляда с сопротивлением медиума сродни ощущению, связанному с обнаружением следов чужого бытия – фотографий в заброшенном доме, домашних видео на случайно найденной кассете, испорченных кинопроб. В эти следы, как в улики, хочется вглядываться вновь и вновь, пытаясь найти в них одновременно загадку и разгадку. Призрак чужого тела и чужого взгляда, скрытое измерение, которое раскрыло бы некий дополнительный смысл. Свойственное found footage постоянное повторение (со смещением акцентов) одного и того же фрагмента материала можно сравнить с вуайеристским выискиванием улик иной жизни.

У Густава Дойча в Film ist мотив подглядывания представлен эксплицитно: режиссер неоднократно монтирует два фильма таким образом, будто герой или героиня одного из них смотрит в пространство другого. В «Искуплении» Мигела Гомеша вуайеристский импульс found footage обращен в желание узнать интимные переживания нынешних глав государств Европы.

message2man-4«Фильм – это», режиссер Густав Дойч

Постоянным обещанием раскрыть некую тайну дразнят и «Ос­тан­ки» Пьера Леона: загадочные записки и телефонные звонки, вскрываемые двери и сейфы нагнетают так и не разрешающийся саспенс.

Жан-Габриель Перио в своем фильме «Даже если она виновна…» обнажает скрытое измерение официальной истории. Он повторяет сцены радостного триумфа французов после освобождения от немецкой оккупации во время второй мировой войны. А потом еще раз – вместе со сценами издевательств над женщинами, вступавшими с немцами в связь, частью которых эти счастливые эпизоды на самом деле и являются.

Петер Черкасски обращается к самой основе киновуайеризма: индексальной природе кино как следа лучей на светочувствительной пленке, который можно переживать снова и снова. Эта материальная основа кино чувственна у Черкасски до эротизма – фильм Coming Attractions держится на постоянном вглядывании в пластику преимущественно женских тел. Наконец, Харун Фароки тоже исследует фрагменты кино как улики. Но не столько непосредственного присутствия чувственной реальности, сколько как улики, отсылающие к скрытой механике общественной структуры, к социальному бессознательному.

message2man-3«Наступающие аттракционы» (Coming Attractions), режиссер Петер Черкасски

Фароки работает в той точке, где внимание к чувственному становится ключом к системному, научному толкованию кино. Однако возникает вопрос: что это за «научность», что это за «толкование»? Фароки имеет дело с классификацией материала на социальном поле, а его орудием создания киноструктуры служит монтаж. Дойч в Film ist также занимается классификацией кинофрагментов, но по рубрикам скорее семантического, а не социального поля.

Пьер Леон в «Останках» словно составляет словарь жестов из фильмов Фрица Ланга. Все эти варианты производства фильма из заимствованных фрагментов предполагают вычленение повторяющихся или, напротив, странных элементов, их дальнейшую организацию в логике определенной картографии, сформированной субъективным интересом автора. Сходным образом действует психоаналитик. Он, как полагал Жак Лакан, «читает» то, что пишется, в том, что говорится, и таким образом уходит из непосредственного доверия содержанию речи в поле ее восприятия как следа и как означающего. Этот переход и структурирует прочитанный таким образом материал на карте, заданной интересом психоаналитика к вопросу о желании.

Сходным образом действует режиссер found footage: чтобы составить свой аналитический этюд, он должен отнестись к фрагментам кино одновременно как к следам почти травматического происхождения и как к клише, запущенным в общественный символический оборот.

message2man-2«Искупление», режиссер Мигел Гомеш

Материализм и недоверие «непосредственному» – два кита критического дискурса, в том числе марксизма или психоанализа, совмещаются в found footage с завороженностью фрагментами чужого материала, с неудовлетворимым вуайеристским импульсом. В этом смысле в found footage всегда есть удвоение, расщепление модальности взгляда. Например, у Пьера Леона анализ языка Фрица Ланга неотделим от восторга перед его аффективностью, которая, однако, выступает в фильме в остраненном, дистанцированном виде.

Прием повтора одних и тех же или сходных кадров в found footage можно также прочесть и как констатацию их повторяемости в языке кино, и как аналитическое осмысление и наслаждение ими. Наконец, двояко можно понимать и конструкцию нарратива: стыки разных фильмов могут быть осмыслены как акт их обезличивания в общем пространстве киноязыка, но одновременно и как вольные путешествия фантазии по маршрутам, проложенным кинообразами. В любом случае двойственное отношение к киноматериалу в found footage связано с дистанцией по отношению к нему. Аналитическая модальность относится к этой дистанции как к необходимому зазору для размышления, а вуайеристски аффективная – как к источнику томительной невозможности полностью идентифицироваться с образной структурой фильма.

Еще более осложняет модальность взгляда в found footage понимание того, к каким именно смысловым полям отсылают разные фрагменты. Говоря об «обезличенном пространстве киноязыка», я имею в виду, что киноязык не автономен, но историчен, социален, политичен. Он буквально производит субъект. Задействовать эти пересекающиеся контексты и есть задача режиссера found footage.

Также работает и психоаналитик. Петер Черкасски в фильме Coming attractions изучает интерференцию раннего кино, рекламы и американского киноавангарда: один и тот же образ может быть прочитан в каждом из этих смысловых рядов. Импульс завороженного подглядывания подкреплен у Черкасски и одушевлен именно такой неоднозначностью: зритель каждый раз вынужден пытаться понять, с чем же он имеет дело, вглядываться в изображение – и ни в чем не достигать уверенности.

Дискурсивная неуверенность в видимом и есть настоящая энергия вуайеризма, который остается неудовлетворенным. Этот феномен касается не только фильма Черкасски, но и других участников программы «found footage...». Именно так его безлично-научная, лингвистическая сторона производит его чувственность. В конечном счете, подстегивая и взаимно обусловливая друг друга, они становятся неразделимы.

Концерт. «Смерть Сталина», режиссер Армандо Ианнуччи

Блоги

Концерт. «Смерть Сталина», режиссер Армандо Ианнуччи

Нина Цыркун

В России должна была выйти на экраны, но не выйдет комедия Армандо Ианнуччи "Смерть Сталина": министерство культуры "временно" отозвало у картины прокатное удостоверение, к чему его сегодня же, 23 января призвали писатель Юрий Поляков, режиссеры Никита Михалков, Владимир Бортко и другие, подписавшие специальное обращение. По мнению этих деятелей культуры, сформулированному ими с удивительной юридической точностью, этот "фильм содержит информацию, которая может быть расценена как экстремистская, направленная на унижение достоинства российского (советского) человека, пропаганду неполноценности человека по признаку его социальной и национальной принадлежности". Нина Цыркун считает иначе.

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Новости

Председателем жюри XIII «Зеркала» станет Фанни Ардан

29.04.2014

VIII международный кинофестиваль им. Андрея Тарковского «Зеркало», проводимый при поддержке Министерства культуры Российской Федерации и Союза кинематографистов России, состоится 10-15 июня 2014 в Иванове, Плёсе, Юрьевце и других городах Ивановской области. Об этом было заявлено на пресс-конференции, состоявшейся 29 апреля в гостинице «Метрополь» (Москва).