Очередную экранизацию Шекспира, действие самой спорной пьесы которого перенесено в наши дни, посмотрела Нина Цыркун.

«Цимбелин» – одна из самых редко появляющихся на подмостках и загадочных пьес Шекспира. Она вошла в первое (постсмертное) легальное издание его пьес, в так называемое «первое фолио», заняв там последнее место. Отсюда был сделан вывод, что это последнее творение драматурга, хотя таковыми называют также «Бурю» и хронику «Генрих VIII».

Но дело даже не в том, кто последний, а в том, что «Цимбелин» как-то плохо соседствует с этими пьесами, грубо говоря, с точки зрения качества. Объяснений может быть два: либо написал ее не Шекспир (авторство, в частности, приписывают Эдварду де Веру, графу Оксфордскому), либо это небрежная шутка гения, который перемешал сюжетные линии нескольких своих пьес, создав эдакий комедийный микст на базе в том числе и трагедийных произведений. В самом деле, в «Цимбелине», жанр которого сложно определить, легко опознать травестированные мотивы «Ромео и Джульетты», «Короля Лира», «Отелло», «Троила и Крессиды», «Двенадцатой ночи», «Зимней сказки». Понятное дело, задача автора вряд ли состояла в том, чтобы всего лишь спародировать самого себя; можно предположить, что «Цимбелин» – его последний разочарованный взгляд на большой мир, который в принципе он уже покинул, переселившись под конец жизни на малую родину в Стратфорд-на-Эвоне.

«Цимбелин», трейлер

Травестия предполагает в своем замысле некую новую ценность, и суть ее можно выразить аристотелевским решением парадокса «корабля Тесея»: пусть все составные части объекта износились и были заменены, объект остался прежним. То есть: все в мире меняется, а мир остается прежним. И это, надо сказать, легитимизирует последующие модификации исходного материала в соответствии с модой сезона. Тем не менее, адаптировать текст, сочиненный столетия назад, к новейшим реалиями – это всегда вызов и проблема. На вызов надо отвечать, проблему требуется решать. Первое улаживается само собой, со вторым возникают трудности.

«Цимбелин»

Американский режиссер и автор сценария «Цимбелина» Майкл Алмерейда (вообще-то документалист) питает слабость к Шекспиру и делает для него исключение – два его игровых фильма сняты по его пьесам. Он уже экранизировал «Гамлета», и в такой же популярной манере: кругом всепроникающее телевидение, Клавдий – топ-менеджер крупной госкорпорации, Гамлет записывает свои воспоминания и комментарии на видеокамеру. Роль Гамлета исполнил Итан Хоук, который в «Цимбелине» сыграл мутного типа Якимо; Якимо подзуживает простодушного Постума (Антон Ельчин) проверить верность его жены Имогены (Дакота Джонсон). Экранный Постум чрезвычайно инфантилен, если не сказать придурковат. Он – карта, а не игрок, в отличие от короля и королевы, которые сами раздают карты и назначают козыри. Впрочем, король Британии Цимбелин – Король здесь только по кликухе, Алмерейда превратил его в пожилого лидера байкеров-наркоторговцев (Эд Харрис эффектно смотрится в косухе), воюющего за свою территорию с нечистыми на руку полицейскими. Его молодая жена (Милла Йовович) плетет интригу против падчерицы – и дальше смотри «Ромео и Джульетту», «Отелло», «Двенадцатую ночь» и проч. 

«Цимбелин»

Декорационно все, как в «Гамлете» того же режиссера, но уже с поправкой на быстротекущее время; отсюда, к примеру, Барак Обама в телевизоре, который никто не смотрит.

В самой конденсации навязчивых сиюминутных деталей, конечно, нет большой беды; проблема в другом. Взявшись за пьесу, где и без того плохо сходятся концы с концами, Майкл Алмерейда, которому удалось привлечь на главные роли столь сильный состав, не сумел вдохнуть жизнь в персонажей. В них нет энергетики, их слова звучат тускло, а поступки выглядят нелогичными и зачастую глуповатыми. Кстати, справедливости ради надо сказать: то, что автор поднаторел в замене «износившихся» деталей новыми, иной раз раздражает, а иной и веселит удачно найденной краской – вроде оправдания имени «Фидель», которым Имогена называет себя, обратив внимание на то, что на собеседнике надета футболка с изображением Че Гевары. Но обилие бросающихся в глаза фишек в виде гаджетов, мотоциклетных шлемов или сексапильных шортиков – это самый быстро тускнеющий материал, который, подобно моментальным снимкам, либо стирается, либо становится старомодно архаичным, профанируя смысл модернизации и самое существенное в фильме – суть и дух времени.