На экраны вышел «Сын ХАМАС» (The Green Prince, 2014) израильского режиссера Надава Ширмана. Документальный фильм о секретном израильском агенте Мосабе Хассане Юсефе – сыне одного из лидеров террористической организации ХАМАС, завербованном израильскими спецслужбами – оценила Нина Цыркун.

Можно ли верить в искренность признаний шпиона, можно ли позволить себе растрогаться его скупой слезой? Тем более: можно ли поверить в правдивость показаний его куратора, собаку съевшего на тренировке шпионов, чья главная выучка – уметь скрывать себя настоящего? А верить начинаешь с самого начала и уже до конца.

Не потому ли, что все так на первый взгляд бесхитростно срежиссировано: главные герои сидят в пустой комнате, лицом к зрителю и обращают свои признания человеку за статичной камерой; иной раз и зрителю перепадает. Между тем автор документального шпионского триллера «Сын ХАМАС» Надав Ширман будто предупреждает: не попадитесь на удочку! Не зря же эти двое так освещены – одна половина лица на свету, вторая в глубокой тени (что напоминает черно-белый памятник Никите Хрущеву работы Эрнста Неизвестного), и по какую сторону лежит (или скрывается) правда, неизвестно. И все же, чем дальше смотришь этот фильм, тем больше ему веришь, всецело попадая под воздействие «вербовки», ловко проведенной автором фильма и его «агентами». А уж финал и вовсе расплавляет презумпцию недоверия в теплоту сочувствия и ставит жирную точку на сомнениях, превращая шпионский триллер в психологический, а потом в трогательный «бадди-муви».

«Сын ХАМАС» (The Green Prince)

Фильм Надава Ширмана называется «Сын ХАМАС», в оригинале «Зеленый принц» (так озаглавлена автобиографическая книга заглавного героя и таково было его кодовое имя). Палестинец Мусаб Хасан Юсеф – сын шейха Хасана Юсефа, одного из семи основателей ХАМАС, «Исламского движения сопротивления», отделения египетских «Братьев-мусульман», цель которого – уничтожение Израиля. Хасан Юсеф был чрезвычайно популярным лидером благодаря честно заработанной репутации неподкупного друга народа. И вот сын такого человека становится тайным агентом израильской антитеррористической службы Шин-Бет («Невидимый щит»), работает на нее десять лет. Предатель своей семьи и своего народа, он в то же время спасает десятки чужих жизней.

«Сын ХАМАС» (The Green Prince), трейлер

Самое поразительное: стать «сыном ХАМАС», как и агентом Шин-Бет Мусаба заставляют события одного порядка. С той и другой стороны он видит нечестную игру, неоправданную жестокость, бессмысленные убийства. Но чтобы совершился переход из одного качества в другое, требуются определенные усилия с третьей стороны. Их предпринимает сотрудник израильских спецслужб с образованием психолога Гонен Бен-Ицхак, который обнародует на камеру алгоритм работы с вербуемым: сперва надо найти его уязвимые точки, выяснить, чего он лишен, обещать ему то, чего он желает и обеспечить патронат. Проделать все это с семнадцатилетним парнем было нетрудно. На тот момент, когда его (не на пустом месте, надо сказать) арестовали в 1997 году на Западном берегу, у Мусаба была своя стыдная тайна, которую он бессознательно стремился изжить; он редко видел отца, занятого политической активностью, и сыну его недоставало. Все это и пообещала исправлять и восполнять израильская разведка. У нее, в свою очередь, были особые резоны завербовать именно Мусаба – ведь это все равно, что принять под крыло сына премьер-министра враждебного государства! Отсюда и кодовое имя, которое ему подобрали. При этом кураторы обходились с Зеленым принцем без лишних нежностей, хотя физические страдания были тут гораздо менее тяжелыми, нежели душевные муки, которые Мусабу приходилось терпеть, выполняя роль героя и предателя. Он доверялся и обманывался, рисковал и терпел несправедливость. Но по мере развития взаимоотношений квази-отец Гонен Бен-Ицхак начинал чувствовать все большую меру ответственности за судьбу Мусаба, а в душе Мусаба взыгрывали амбиции недостаточно уважаемого героя Израиля.

«Сын ХАМАС» (The Green Prince)

Может быть, следить за этой сложной диалектикой в вербальном режиме было бы утомительно для массового зрителя (а ему фильм и предназначен), но рассказ перемежается кадрами реконструкции событий, о которых идет речь, и документальными вставками-иллюстрациями. Кроме того, на мой взгляд, смотреть на «говорящие головы», вглядываться в лица рассказчиков –процесс также весьма захватывающий. По ходу дела возникает немало загадок, вопросов, неожиданных решений и ответов. Вот, например. Гонен Бен-Ицхак при первом же появлении на экране говорит, что идея о рекрутировании Мусаба стала началом конца его собственной карьеры. Наверное, конец карьеры одного из этих двух мужчин несопоставим с той ценой, какую заплатил за свое обращение другой. А кое в чем они сравнялись: по отношению к ним обоим главным предателем оказалось государство (и даже не одно). Уже без всяких признаков героизма.