Вуди Аллен. Пенсионер-активист

Наконец Вуди Аллен состарился. Но не сдался. Четвертый фильм, где он восхищается европейской натурой, назван в нашем прокате «Римские каникулы» (в оригинальном — «Риму с любовью).

Вышла совсем простецкая комедия. Она оправдана разве что появлением Вуди Аллена на экране, чей герой, казалось, навсегда почил еще в «Сенсации». Но и этот манок: явление самого в роли неудачливого, ну конечно, ироничного оперного режиссера на пенсии, не смирившегося со «смертью», не спасает.

Смерть тут синоним пенсии (о чем напоминает жена персонажа Аллена, психиатр), не менее жалкая, чем перипетии американцев, итальянских провинциалов в Риме. Снимая каждый год, почти восьмидесятилетний режиссер не желает выходить на пенсию. Боится «смерти».

Его нынешний герой — псевдоавангардист — заслужил обструкцию критики за спектакль «Риголетто», участники которого выступали в образах белых мышек. Теперь этот «авангардист», ценитель, впрочем, буржуазных ценностей, предпринимает римскую авантюру. Услыхав пение в душе новоиспеченного свекра своей дочери (по этому поводу он с женой и явились из Нью-Йорка), он оживляет свою карьеру и превращает похоронных дел мастера в оперную знаменитость. Но на сцене — в «Паяцах», например, он должен исполнять свою партию в специфической выгородке: в душевой кабинке. В других обстоятельствах его голос не звучит. Смешно, не правда ли? Ирония примерно такого же уровня «сверкает» под римским солнцем и в остальных трех историях «Римских приключений».

Организуя материал по законам сериального «мыла», Аллен, конечно, шутит, но смех в зале не раздается. Остается приманивать звездами. Ну да, Пенелопа Крус в роли элитной проститутки с формами, обучающей провинциала (в одной из миникомедий положений этого фильма) ars amandi, искусству любви, радует взгляд режиссера, как и ее пожилых клиентов. (Они ее окружили на вечеринке, куда таким особам обычно путь закрыт.) Ну да, история, героем которой стал Роберто Бениньи, менеджер среднего звена, внезапно и немотивированно превращенный в телезвезду, преисполнена вроде сарказмом по поводу бешеной мании итальянцев к селебрити. Ну да, американская молоденькая старлетка — как будто бы смешная квазиителлектуалка, чем и соблазняет партнеров по жизни и бизнесу.

И Рим, само собой, все еще прекрасен, жарок, в нем жили великие режиссеры, которым Вуди Аллен кланяется в начале собственных пенсионных каникул, пардон, съемок, когда предлагает уличному регулировщику рассказать в камеру, кто в этом городе главный. И уличная толпа, завсегдатаи кафе по-прежнему здесь живописны, кинозвезды, встречающиеся избранным для четырех историй героям, на взгляд ньюйоркца, допотопны, а простушка — жена менеджера — взята напрокат из истории итальянского неореализма. Только поэтому она, наверное, должна быть смешной до колик, когда в дешевом платье и рваных колготках появляется на кинопремьере со знаменитым мужем — под взглядом камер и журналистский треп.

Поснимав, нет, погуляв во время работы по главным европейским городам — Лондону, Барселону, Парижу, Риму, — Вуди Аллен должен успокоиться. И выйти на заслуженную пенсию. Или решиться под занавес на экстремальный туризм, то есть съемки в Москве.