Strict Standards: Declaration of JParameter::loadSetupFile() should be compatible with JRegistry::loadSetupFile() in /home/user2805/public_html/libraries/joomla/html/parameter.php on line 0

Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/templates/kinoart/lib/framework/helper.cache.php on line 28
Незаменимый ЖЖ - Искусство кино

Незаменимый ЖЖ

Процедура назначения директора Каннского кинофестиваля сложна. Сначала президент представляет кандидата административному совету, который состоит из двадцати восьми человек: четырнадцать из высших органов государственного управления, другие четырнадцать избираются из профессионалов, и они все должны проголосовать единогласно.

Потом кандидатуру должны ратифицировать патронирующие фестиваль Министерства культуры и иностранных дел. Только после этого кандидат становится художественным и программным директором — в каннской терминологии «генеральным делегатом». Понятно, что пройти сквозь это сито и получить пост нелегко. Жиль Жакоб занял его в 1978 году, сменив выслужившего срок Мориса Бесси, при котором работал помощником, а затем стал и президентом фестиваля. А прежде чем стать главным человеком главного кинофестиваля мира, Жиль Жакоб был синефилом (легко побеждал на телевикторинах про кино), журналистом, кинокритиком — одним из немногих, кто смел открыто оппонировать французской «новой волне». В 1964 году он опубликовал в английском журнале Sight and Sound знаменитую полемическую статью «Новая волна» или молодое кино?». Говоря о том, что «новая волна» скорее напоминает масонскую ложу и держится главным образом на корпоративной (если не сказать — мафиозной) солидарности ее деятелей, Жакоб предрек скорое рождение «новой новой волны», которая неминуемо захлестнет первую.

На протяжении четверти века усилия Жакоба в Канне были направлены на поиск и предвидение все более новых волн в мировом кино. Потому одной из первых поставленных и выполненных им задач было учреждение премии «Золотая камера», чтобы поощрять и продвигать новые таланты. При этом Жакоб не выпускал из виду и крупных кинематографистов — культурных героев современности, немало сделав для их канонизации. Именно здесь, на набережной Круазетт, были обозначены и получили мировой резонанс такие принципиальные явления, как творчество Кшиштофа Кесьлёвского, Мориса Пиала, Мануэла ди Оливейры или манифест датской «Догмы». Именно здесь обрели высокое признание китайское, японское, иранское, австралийское и даже российское постсоветское кино. Именно здесь в 1999-м произошел скандал с ненаграждением Линча, Альмодовара, Джармуша и других классиков — в то время как «Золотая пальмовая ветвь» ушла к социально-экспериментальной малобюджетной «Розетте» братьев Дарденн. И здесь же год спустя состоялся триумф «Танцующей в темноте» Ларса фон Триера. Во всех этих сюжетах очевиден след целенаправленной деятельности Жиля Жакоба, которого не зря величают маэстро фестивальной интриги. Гениальный драматург и манипулятор, он знает все тонкости механизма отбора фильмов и держит в руках все нити фестивальной жизни.

Жиль Жакоб

Однако сегодня возраст (в этом году Жакобу исполняется восемьдесят лет) и стаж президента таковы, что по всем правилам ему приходится делиться своей почти неограниченной властью. Первая операция «преемник» провалилась: его ближайший друг не проработал на посту отборщика и трех месяцев, ушел со скандалом и обвинил президента в диктаторских замашках. Тогда мудрый Жакоб нашел паллиативное решение. Он остался президентом, а пост второго человека разделил между Тьерри Фремо и Вероник Кайа. В Канне шутили: чтобы заменить Жакоба, понадобилось два одноногих человека, которые обули его туфли. И только спустя несколько лет Фремо получил реальные полномочия.

Отдельная история — отношение Жакоба с американским кинематографом. Едва возглавив фестиваль в 1977 году, Жиль Жакоб назвал американское кино «спящей красавицей». Сухопарого французистого Жакоба в Голливуде недолюбливают. Он не только никогда не шел на поводу у акул тамошнего кинобизнеса, но, как говорили в свое время злые языки, уже который год не удосужился съездить на отбор фильмов в США. Газета Variety попросила его точнее высказаться по данному вопросу, спросив, когда он последний раз пересекал океан. Жакоб тогда ответил уклончиво: «Я не афиширую свои рабочие визиты. Не вижу необходимости кланяться мейджорам. Если кто-то из них не хочет ехать в Канн, это их дело. Я все равно держу руку на пульсе того, что происходит в американском кино, благодаря самым тесным личным контактам не только с тамошними продюсерами, но и с режиссерами». Когда Жакоба обвиняли в том, что он преуменьшает роль Голливуда, звучал ответ: «Возможно, кому-то это не нравится, но Канн представляет собой нечто большее, чем площадку для американского кино. Другие страны тоже выпускают фильмы». В итоге, впрочем, именно в эпоху Жакоба и во многом с его легкой руки состоялись мировые триумфы американцев Клинта Иствуда, Дэвида Линча, братьев Коэн и, конечно, Квентина Тарантино.  У Жакоба есть свои фавориты (среди них наш Александр Сокуров, которого Жакоб включает в круг «великих авторов»), и обычно рано или поздно он приводит их к победе. Среди них были самые великие: Феллини, Бергман, Саура, Куросава, Янчо. Он никогда не отказывал режиссеру только на том основании, что тот зачастил в Канн, потому что ему всегда любопытно, что на этот раз сделает знакомый автор.

Благодаря Жакобу Канн, несмотря на все крики о коммерциализации, остался бастионом авторского кино. Все остальное — рынок, звезды, скандалы — это приманки. По словам ЖЖ, он приглашает Шэрон Стоун и Катрин Денёв для того, чтобы каннская публика расслабилась и «проглотила» вместе с ними Сокурова и Оливейру.

Что же касается наград, Жакоб никогда грубо не влияет на жюри, но серьезно и творчески с ним работает (одна дама рассказывала, что он вел с ней полугодовую переписку, интересуясь ее вкусами и пристрастиями в кино, прежде чем пригласить в жюри). Он не скрывает, кто хозяин в лавке. Если бы, например, в 2000 году победил не Ларс фон Триер с «Танцующей в темноте», вся десятилетняя политика Жакоба полетела бы к черту. Много судачили о «каннской номенклатуре», о «ветеранском ареопаге» или даже о «семейном бизнесе» — особенно после того, как сын Жакоба вошел в отборочную комиссию. И у великих бывают слабости. Однако больших ошибок (маленькие неизбежны) ЖЖ так и не совершил.

Это особенно заметно сегодня, когда власть Жакоба — почти мифологического фестивального бога — уходит в прошлое. К новым кураторам. Но чтобы всерьез обсудить их достижения и просчеты, надо подождать еще годок-другой.


Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/modules/mod_news_pro_gk4/helper.php on line 548
Снег и горячка

Блоги

Снег и горячка

Зара Абдуллаева

Приз в номинации «Открытие» (программа «Офсайд» на фестивале 2morrow) получила бурятская картина «Булаг» режиссера Солбона Лыгденова. Зара Абдуллаева советует запомнить это имя и объясняет, почему.


Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/modules/mod_news_pro_gk4/helper.php on line 548
Проект «Трамп». Портрет художника в старости

№3/4

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

Борис Локшин

"Художник — чувствилище своей страны, своего класса, ухо, око и сердце его: он — голос своей эпохи". Максим Горький


Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/modules/mod_news_pro_gk4/helper.php on line 548

Новости

Апрельский номер – на сайте

16.05.2013

Большая часть этого номера посвящена практике современного телевидения. Стена, в которую неизбежно упираются все попытки создать общественное телевидение — в широком значении этого понятия, — это, к сожалению, не только власть, чиновники и цензура или финансирование, вернее, его отсутствие. Это еще и само общество, которое не готово иметь свободное телевизионное пространство, где важную роль должны играть сами зрители, граждане. Воспитанные в том числе — или прежде всего — как раз телевидением. Каково общество, таково и ТВ? Но ведь и обратная формула неотменима!