Посттоталитарный импрессионизм. «Приз», режиссер Паула Маркович

«Приз» Паулы Маркович, показанный в первые дни Берлинале, сразу приобрел репутацию крепкого середняка, вполне кондиционного среди откровенных провалов конкурсной программы. Кто-то определил этот фильм как «хороший, но скучный», один из рецензентов посоветовал монтажеру поработать над ним с ножницами. В общем, в фаворитах он не числился. Мне же с самого начала показалось, что «Приз» не останется без призов. Так и случилось.

Награждены престижными «Серебряными медведями» оказались оператор Войцех Старон и художник Барбара Энрикес. Нельзя сказать, что незаслуженно. Оба внесли весомый вклад в создание атмосферы, а «Приз» — фильм прежде всего атмосферный, импрессионистиче-ский, и в этом смысле незамеченным остался только на славу поработавший звукооператор. Это они коллективными усилиями создали маленький, герметичный и в то же время открытый всем ветрам мир, где пейзаж меняется в зависимости от погоды и где под меланхоличным и несколько однообразным настроением, пронизывающим каждый кадр, бушуют нешуточные страсти.

Дело происходит во времена военной диктатуры; молодая женщина Лусия (Лаура Агоррека) с семилетней дочкой Сеси, спасаясь от репрессий, прячутся в допотопной хижине на берегу моря. Они приехали сюда «перезимовать». Они хотят затеряться среди бесконечных дюн, дождей и штормов, пережить в этом жалком укрытии плохую погоду, которая символически соединяется с эпохой политических невзгод. Муж Лусии и отец Сеси или где-то скрывается, или брошен за решетку, а может, его уже нет на свете: это остается неизвестно практически до конца картины, а проницательная девочка неспроста спрашивает маму о значении слова «пессимист» из полученной телеграммы. На вопрос о своей семье Сеси научили одной-единственной фразе: «Мой папа торгует занавесками, моя мама домохозяйка».

Но от всевидящего ока нигде не спрячешься. Девочка, приученная к конспирации, вынуждена пойти в школу, а школа — это мини-социум со всеми его прелестями, среди которых одна из главных — двойная мораль. Маленькая глупышка с не по возрасту умными глазами, получив задание написать сочинение про «доблестную аргентинскую армию», вместо этого выдает что-то про «солдат-убийц», и маме стоит колоссальных усилий уговорить учительницу разрешить переписать крамольную работу. Еще до этого конфликта та же учительница (в общем-то, неплохая тетка) наказывает весь класс, чтобы выявить того, кто дал двоечнику Вальтеру шпаргалку. Типично тоталитарный воспитательный прием, поощряющий доносчиков, оправдывает себя стопроцентно: Сеси выдает ее лучшая подружка Сильвия, которая, возможно, ревнуя Вальтера, дарит сопернице «поцелуй Иуды».

Сеси, разрывающуюся между тщеславным желанием получить приз за лживое сочинение и не предать маму, идеально сыграла Паула Галинелли Херцог: ей было впору давать приз за лучшую роль, но не может же один, не самый выдающийся фильм забрать всех «медведей». Тем более что у него оказался действительно сильный конкурент — подспудно антитоталитарный иранский «Надер и Симин. Развод»: ему и достался самый большой медвежий куш. В пронзительной семейной драме Асгара Фархади в какой-то момент конфликт фокусируется на несовершеннолетней дочери главных героев, которой приходится лжесвидетельствовать перед правосудием в пользу отца. Наполненный духом морального беспокойства, этот фильм, не покидая иранской почвы, напоминает о великих традициях европейского кино — притчах Брессона и Кесьлёвского. «Приз», находящийся на смежной территории, вызывает другие ассоциации — с картинами Луи Малля и Виктора Эрисе о травмированном детстве и утрате невинности.

И все же аргентинская картина затронула главный нерв фестиваля. Она не могла остаться незамеченной жюри во главе с Изабеллой Росселлини, где четверо из шести были женщины, и, надо полагать, убежденные феминистки. Им должны были показаться близкими и независимая упрямая девочка, не желающая подчиняться правилам, и сам фильм Паулы Маркович, построенный на личном опыте социального самоутверждения и политического протеста: в детстве она точно так же скрывалась с матерью на побережье Сан Клементе дель Туйю. В итоге — два как будто бы периферийных, но при этом значимых приза.

Если отвлечься от берлинского контекста, можно обнаружить в этой картине характерные черты современной аргентинской школы — столь же привлекательные, сколь и проблематичные. В частности — увлечение феноменологией провинции, изображенной с незаметным сдвигом из реализма в «сюр»: начало этой моде, как и наступлению женщин-режиссеров, положила десять лет назад Лукресия Мартель в фильме «Топь», награжденном, кстати, на Берлинале призом Альфреда Бауэра. Урожденная аргентинка, ныне обитающая в Мексике, Паула Маркович еще до режиссерского дебюта в полном метре создала себе имя как сценаристка нескольких фильмов, самый известный из которых — «Озеро Тахо», выполненный в эстетике пост-Каурисмяки и пост-Джармуша и тоже награжденный в Берлине тем же призом Бауэра.

«Приз» напоминает по стилистике «Гору Байо», вторую режиссерскую работу другой аргентинской сценаристки — Виктории Галарди. И там самой сильной стороной становится не сюжет, а атмосфера: дело происходит в городке в Патагонии близ туристического лыжного комплекса, где местные жители чувствуют себя бедными родственниками. И там впечатление от фильма во многом строится на красивых, полных скрытой тоски пейзажах, снятых современной мобильной камерой, виртуозное владение которой стало важной составляющей нового аргентинского стиля.

В новой работе Паула Маркович бросается в режиссуру с пылом неофита, словно забывая о ранее освоенных сценарных навыках. Она не слишком заботится о сюжетном ритме, а вместо этого любуется детскими играми и пробуждением сексуальности, наблюдает, как юная героиня с символическим упорством прорезает на роликах дорожку по песчаному пляжу. Режиссер с явным упоением выстраивает долгие мизансцены в хижине, где Сеси танцует и дурачится, доходя до истерики, на кучах всякой рухляди — в то время как ее осатаневшая мать вычерпывает воду после очередного потопа. Все это достаточно эффективно поддерживает настроение и общий тон картины, однако в то же время тормозит ее внутреннее движение. И, как это происходит во многих других, даже очень хороших, аргентинских фильмах, разработанный маршрут местами теряется, вязнет, словно ролик в прибрежном песке.

 


 

 

«Приз»

El premio

Автор сценария, режиссер Паула Маркович

Оператор Войцех Старон

Художник Барбара Энрикес

В ролях: Лаура Агоррека, Паола Галинелли Херцог,

Вивиана Суранити и другие

Fondo para la Produccion Cinematografica

de Calidad (FOPROCINE), IZ Films, Kung Works,

Mille et Une Productions, NiKo Film, Staron Film

Мексика — Франция — Польша — Германия

2011

 

 

Берлин-2015. Тени прошлого

Блоги

Берлин-2015. Тени прошлого

Нина Цыркун

«Перламутровая пуговица» Патрисио Гусмана, «Вулкан» Жейро Бустаманте и «Рыцарь кубков» Терренса Малика – во втором репортаже из Берлина Нины Цыркун.

Экзамен. «Моего брата зовут Роберт, и он идиот», режиссер Филип Грёнинг

№3/4

Экзамен. «Моего брата зовут Роберт, и он идиот», режиссер Филип Грёнинг

Антон Долин

В связи с показом 14 ноября в Москве картины Филипа Грёнинга «Моего брата зовут Роберт, и он идиот» публикуем статью Антона Долина из 3-4 номера журнала «Искусство кино».

Новости

«Флаэртиана» объявила российский конкурс и состав международного жюри

23.07.2014

Сформирована российская программа XIV международного фестиваля документального кино «Флаэртиана». В состав российской традиционно вошли документальные фильмы режиссёров, снятые за последний год отечественными режиссерами. Кроме того, , а обнародован состав международного жюри.