Откуда не возвращаются. «Дальше дороги нет», режиссер Андреас Дрезен

У немецкого кино есть одна особенность: в нем часто снимаются некрасивые люди. Ну, не то чтобы некрасивые, но уж точно не те, про которых, встретив на улице, скажешь: «Это актер». Нет-нет, конечно, есть Тиль Швайгер и Мориц Бляйбтрой, но в немецких драмах и горько-сладких комедиях примелькались совсем другие лица. Слегка потасканные, не совсем свежие, очень (иногда даже слишком) узнаваемые в своих слабостях и капризах. В этом — сила и слабость немецкого кино. Оно может отпугнуть и даже вызвать брезгливость бытовым натурализмом, но может и подойти к вашей жизни так близко, как никогда не осмелится кто-нибудь другой.

 

 

У Андреаса Дрезена репутация оптимиста. Еще бы, он один из немногих кинематографистов бывшей ГДР, который сумел найти свое место в объединенной Германии. Он часто снимает фильмы о своих современниках (сам он родился в 1963-м), успевших повзрослеть в самой передовой социалистической стране, ломавших Берлинскую стену в 1989-м и оказавшихся в состоянии некоторой растерянности от пейзажа, что оказался за ней. У них не было рецептов выживания в условиях рыночной экономики, они не умели грамотно составить резюме, но у них был бесценный опыт двух миров, двух реальностей, двух разных систем координат. А когда ты знаешь, что бывает так, а бывает и иначе, в сущности, учиться тебе больше нечему — остается применять свои знания на практике. Я не знаю, сколько людей из поколения Дрезена воспользовались этим опытом двоемирия. Скорее всего, немного. Но он точно один из них и один из первых.

Итак, про оптимизм. Не так давно меня спросили про один из фестивалей, на котором я работал как программный директор: «Скажите, а подборка таких мрачных фильмов — это ваш личный взгляд на мир или объективная тенденция?» Я, конечно, сказал, что тенденция, но как-то замялся

с аргументами. И лишь через полчаса сообразил: если уж самый жизнеутверждающий режиссер мирового кино снимает подробную хронику умирания от рака сорокалетнего обывателя, не отводя глаза от самых неприятных подробностей нашей смертной природы, то это уж точно — тенденция. А потом подумал о том, что менее жизнеутверждающим от этого Дрезен не стал. Просто, чтобы оставаться оптимистом, ему сначала потребовалось снять кино о глубокой старости («На девятом небе»), а потом о смерти.

«Дальше дороги нет» — так, мне кажется, правильнее переводить оригинальное название Halt auf freier Strecke (буквально, «Стой на полном ходу»). Это история Франка (Милан Пешель), благополучного парня в расцвете сил, только что въехавшего с семьей (жена, восьмилетний сын и дочь — чемпионка по прыжкам в воду среди юниоров) в новый дом. Одна загвоздка — врач в максимально тактичной и политкорректной манере сообщает Франку и его жене, что у того — неоперабельная опухоль мозга и жить ему осталось от силы пару месяцев. Дальше все, в принципе, предсказуемо: слезы, инвалидная кровать, усталость близких, предсмертный эротический бред, долгожданное избавление. После его смерти (это не спойлер, здесь с самого начала все понятно) дочь говорит: «Ну, ладно, я пошла на тренировку».

И лишь одна реплика остается занозой в сердце. Ее произносит, обращаясь к жене умирающего, обычная немецкая сиделка: «Понимаете, если вы сейчас сдадите его в больницу, ваши дети всю свою жизнь будут бояться смерти. А если оставите умирать дома, они с этим справятся». Я не верю в существование таких мудрых сиделок. А вот в Дрезене не сомневаюсь.

В 2002 году Андреас Дрезен со своим фильмом Halbe Treppe («Гриль-бар «На полпути»), пожалуй, впервые показал, что есть кино, которое должно быть снято именно на «цифру». Когда одна из героинь этой истории супружеских измен вдруг начинала говорить в камеру о том, как всегда мечтала стать летчиком, то абсолютная достоверность этой вставки только подчеркивалась зернистым видеоизображением. Хотя сам Дрезен утверждает, что никакой достоверности в кино не существует. «Реализм не имеет ничего общего с тем, как мир отображается естественным или фотографическим образом. Реализм имеет отношение только к правде». И еще одна цитата — про (и для) начинающих кинематографистов: «Они думают, что стоит включить камеру — и все начнется. А вообще-то говоря, если так смотреть на вещи, ничего не начнется».

В «Дальше дороги нет» главный герой снимает свое умирание на айфон. «Папа, когда ты умрешь, можно я возьму твой телефон себе?» — спрашивает сын. «Конечно, можно. Бери, сынок, пользуйся». А вообще, «Дальше дороги нет» дает еще одно определение хорошего кино. Это кино, которое отведет нас в те миры и пространства, куда мы по доброй воле никогда бы не заглянули. Но зато, когда вернемся, мы будем благодарны экскурсоводу.

____________________________________________________________________________________________________________________

 

«Дальше дороги нет»

Halt auf freier Strecke

Авторы сценария  Андреас Дрезен, Куки Цише

Режиссер  Андреас Дрезен

Оператор  Майкл Хэммон

Художник  Зузанне Хопф

В ролях:  Милан Пешель, Штеффи Кюнерт, Бернхард Шютц

Peter Rommel Productions, Rundfunk Berlin-Brandenburg, Arte

Германия — Франция

2011

 

 

Нежный возраст

Блоги

Нежный возраст

Наталья Серебрякова

По мнению Наталии Серебряковой, дебютный фильм Джии Копполы «Пало-Альто», появившийся недавно в интернете, подтверждает гипотезу о наличии киногена в природе.

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Новости

Минкульт выбрал темы для российского кино

05.12.2012

Министерство культуры РФ разработало темы для отечественного кинематографа, соответствующие стратегическим интересам государства. Эти темы перечислил в своем письме правительству министр культуры Владимир Мединский, сообщает газета «Известия». В списке приведены 12 «социально значимых» тем. Самый крупный блок – исторический, он включает в себя такие темы, как «Россия-многонациональная страна», «Военная слава России: победы и победители», «Люди долга: живая память войны в Афганистане» и «Народная война: малоизвестные, яркие и драматичные страницы истории Великой Отечественной».