Братья. Пьеса по мотивам фильма Лукино Висконти «Рокко и его братья»

 

Пространство, похожее на ринг, в углах которого у микрофонов занимают свои места братья. Кто садится, кто закуривает, пуская дым в столб света, кто пьет воду из бутылки, выливая остатки себе на голову, как на ринге. Наконец все готовы.

В основном они разговаривают между собой, иногда начинают горланить песни – то поодиночке, то хором. Время от времени один из них берет на себя функцию рассказчика.

Иногда действующие лица выходят на ринг, чтобы сыграть ту или иную сцену. Иногда ринг пуст, а персонажи переговариваются из углов, сидя на своих табуретах.

Песни (топовый репертуар провинциального караоке-бара), которые исполняют братья, выбираются и монтируются с текстом в порядке, выбранном актерами и режиссером в зависимости от задач спектакля. Предполагается, что песни поются между главами, но, вероятно, возможны и другие варианты монтажа.

Казан

1
К а з а н.Кровь.

Т ю х а.Сила.

О б м ы л о к.Боль.

Х о б б и т.Закон.

К а з а н(повторяет). Кровь.

Пауза.

К а з а н.В армейке мне говорят: «Казан, а ты в курсе? Говорят, что у тебя самая редкая кровь». Четвертая отрицательная. Кто-то еще заржал: да вы просто попутали, да у него, говорят, не четвертая отрицательная, а пятая прямая. Это как? Да вот так, броню опустил, пятую включил, газ в полик и вперед! В зубы как двину, говорю. Ага, говорю, пятая прямая. Вы все там, внизу, а я вверху над вами, ясно вам? Потому что у меня кровь, как у королей! У меня и у моих братанов! Ясно?! У нас у всех королевская кровь! Во как! Так что все не просто так. И кровь не просто так. И вот увидишь, мы еще залезем туда, на самый, самый вверх.

Т ю х а.Воняет в этой Москве так же, как у нас. В чем тогда разница? Прошу всех наружу, приехали!!!

Об м ы л о к.Доехали хорошо. Проводник нас терпел. Тюха, правда, один раз сильно напился.

Т ю х а.Имею право!

О б м ы л о к.Ехал с нами в вагоне какой-то зэк, через одну плацкарту. Почему-то в шортах. Почему – непонятно, зима же ведь. Ноги у него синие, кривые, на ногах наколки – разорванные кандалы. Он Тюху и сманил с собой пить. Пили сначала в нашем вагоне, пока проводник на дыбы не встал, и они тогда ушли в другой вагон. Так что ночью ехали мы только вдвоем с Хоббитом.

Х о б б и т.А если он от поезда отстанет?

О б м ы л о к.Не отстанет. Не дурак.

Х о б б и т.Тюха-то? Дурак. Самый настоящий. Умный не стал бы с этим пить, по нему ж видно, что он любого обезжирит.

О б м ы л о к.У Тюхи нет с собой денег, я их у него забрал.

Х о б б и т.Забрал? И куда положил?

О б м ы л о к.В наволочку спрятал.

Х о б б и т.Ты тоже дурак.

О б м ы л о к.А что?

Х о б б и т.А ты проверь.

О б м ы л о к.Твою мать, Хоббит! Когда он их взял? Ты видел? Видел? Почему не остановил?

Х о б б и т.Как бы я его остановил? Его хоть по башке бей, хоть по яйцам, ему ж все равно. Плакали наши денежки.

О б м ы л о к.Маме об этом ни слова, понял?

Х о б б и т(равнодушно). Да плевать мне.

О б м ы л о к.Под утро в вагон вернулся Тюха. За час до прибытия в Москву. Радостный, бухой, с расцарапанной почему-то рожей.

Т ю х а(возбужденно). Ну что, братишечки? А? Что? Что смотрите? Вон она, златоглавая! А? Сила? Да? Сила? Вот она у меня где будет, вот она!

Х о б б и т(укоризненно). Все пропил? Да?

Т ю х а(легкомысленно). Заработаем. Я сам все заработаю. Снимем лимузин, в лимузине будем по улицам ездить, понял? Прямо с первой же получки. Будешь, Обмылок, самое крутое бухло бухать. Ну чего кисляк наворачиваешь? Да, не пьешь, но немного виски-то бухнешь? А? За тыщу рублей бутылка? А? Да не кобенься ты. Чего ты на меня, как мышь на эту самую… А ты, Хоббит, я тебе пистолет куплю газовый, охренительный. «Магнум». А? Или «берету»? Двенасати… двенасати… твою ж мать, не выговорить. Две-на-дца-ти-за-ряд-ную. А себе костюм, тройку. И туфли черные с такими вот носами. Вот с такими вот, бля.

Х о б б и т(вздыхая). Главное, чтобы нас Казан встретил.

О б м ы л о к.Но Казан нас не встретил.

Т ю х а.Вон смотри, шалман! Туда пошли, будем Казана ждать!

О б м ы л о к.Снег в Москве грязный, ногами истоптанный. Усталый снег. И сама Москва усталая. Она такая, типа как замотанная толстая тетка, которая сидит на краю трассы в тулупе, в трениках, в платке, все, что есть, на себя намотала и кукурузой торгует. Такая вот Москва эта.

Х о б б и т(усмехаясь). Типа Семеновск лучше, ага.

О б м ы л о к.Семеновск – он гопота щербатая. Веселый крендель, бухой и беззубый. Хотя ему и тридцатник всего, ровесник заводу нашему. А Москва – она старая больная баба с мокротами в глотке.

Х о б б и т.Ну ты поэт, Обмылок. Стихи еще давай сочини. Закон! В Семеновске все по закону было, тебе в зубы – ты в ответку. А если не рыпаться, пригнуться, то мимо проскочит. А в Москве закон другой, сложнее и непонятнее. Я его реально нутром чую. Только какой он, не пойму…

О б м ыл о к.Успеешь еще, Хоббит. Освоишься. Мы теперь тут всегда жить будем.

Т ю х а(внезапно). Еще раз на меня так посмот­рит, я ему всю морду разворочу!

Х о б б и т(с тоской). Быстрее бы Казан за нами пришел, а то загремим с этим уродом в ­трезвяк…

Т ю х а(глухо, с угрозой). А чего он вообще?..

Х о б б и т(в сердцах). Чтоб ты, Казан, обосрался, так нас подставлять!

О б м ы л о к.И вот когда совсем уже мы отчаялись, он и нарисовался.

Ка з а н.Братишечки! Братики! Братуууухи!!!

Т ю х а.Каза-а-а-ан! Казанчище!!!

К а з а н.Братухи!!! Тюха, баран!!!

Т ю х а.Казанище, мудло ты мое!!!

К а з а н.Баран, бара-а-ан! Обмылок, ты-то куда еще растешь?! А это кто?!! А? А? А ну иди сюда, Хоббит, я сказал, иди сюда, я тебе холку намылю!!!

Х о б б и т(резюмируя). И этот тоже бухой… Эй, отпусти мою голову!

К а з а н(представляет). А это моя шерше ля фам. Нина. Я ей сейчас по дороге рассказывал, какие мы вместе ого. И что у нас кровь, знаешь, какая королевская? Знакомься, Нина: вот этот баран расцарапанный – это второй после меня по возрасту – Тюха.

Нина занимает свое место у микрофона.

Т ю х а.Это кто еще баран, ты, баран? Давай, Нина, за знакомство с семьей, тут водочку наливают в буфете. Чебурек бери, не стесняйся, я только разок куснул.

К а з а н(хохочет). Да подожди ты, баран, сука. (Нине.) Ты в курсе: Тюха же у нас прямо как из этой «планеты-о-животных», ну феномен то есть.

Н и н а.В каком смысле?

К а з а н.Есть тут труба какая…

Т ю х а.А вот… стулом можно. Держи.

К а з а н.Смотри, Нинок… Банзай!!!

Бьет Тюху стулом по спине.

Н и н а.Казан!

К а з а н.Да он не чует боли вообще! Баран!

Т ю х а.Реально не чую. Хочешь меня, как Казан, приложить?

Н и н а.Гм… Воздержусь.

К а з а н.Это третий наш. Цветочек аленький. Обмылок.

Н и н а.Почему Обмылок?

К а з а н.Обмылок, почему тебя Обмылком зовут? Олежка он. Глаза у него мамкины, у одного из нас всех.

Н и н а.Вижу, да, ресницы…

К а з а н.Я, кстати, ревнивый, Нинок, если что. Заруби себе на этом… А этот мелкий – это Хоббит. Колян. Ничего про него не помню, мелкий был совсем, когда я… Ты ведь отличник, Колян, да?

Х о б б и т.Нет.

К а з а н.Ну и ладно. Вот. Это мои братья. Из самого, мать, Семеновска приехали!

Н и н а.Очаровательно. Не надо тебе больше пить, Казан. А то я правда все сейчас назад передумаю.

durnenkov-2

2

К а з а н.Нин. (Пауза.) Нин. (Пауза.) Нин. (Пауза.) Нин.

О б м ы л о к.Девушка у Казана хорошая. Студентка. Похожа на героиню фильма «Москва слезам не верит» Александру, про которую песня «Александра, Александра, это город наш с тобою».

К а з а н.Нин.

Н и н а.Да чего тебе?

К а з а н.Нин, давай, пока все спят.

О б м ы л о к.Приютила нас на время. Ей папа снимает квартиру, чтобы она была самостоя­тельной.

К а з а н.Нин.

Н и н а.Казан, я в институт пошла, а то меня на хрен вытурят оттуда.

К а з а н.Нин. Давай быстренько, а?

Н и н а.Всё, Казан, хорош. Спи давай. У тебя как похмелье, так ты сразу все на свете хочешь. А я в институт опаздываю.

К а з а н.Нин…

Н и н а.Я же сказала.

К а з а н.Нин, если к тебе будут ваши эти хипстины приставать, я им всем морду набью.

Нина смеется.

Н и н а(с нежностью). Спи давай. «Хипстин». Всё, пока.

Братья провожают ее взглядом.

Х о б б и т(авторитетно). Жопа у нее так себе.

Т ю х а.Молчи уж. (Усмехаясь.) Ценитель.

О б м ы л о к.Как ты с ней познакомился?

К а з а н.Поставили одно время к ним на проходную в институт.

О б м ы л о к.И что?

К а з а н.И всё.

Пауза.

Т ю х а.Надо работу искать. Ты рассказывал, ты тут в клубе дрался?

К а з а н.Это не работа, забудь. Вы, пацаны, во всем меня слушайте. Я тут уже осмотрелся, и я вам скажу: сильно нам фартит. Прям по дереву стучать, так везет.

О б м ы л о к.Почему?

К а з а н.Во-первых, мы русские. В Москве за это сразу десять баллов дают. Во-вторых, мы прямо в самом центре сейчас, а центровые тут в четыре раза больше зашибают, чем на окраине.

Т ю х а.А сколько там зашибают?

К а з а н.В четыре раза меньше. Видал, из окна какой видон? Зацени. Пять минут – и вокзал под боком! Всё как на ладони, иди и бери чего надо!

Х о б б и т.Надо матери написать, а то она там волнуется. Слышь, Обмылок! Напишешь?

К а з а н.Погоди, Обмылок. Успеется еще. Сей­час у нас другие дела.

Т ю х а(деловито). Что, пора двигать? И куда, знаешь? Подвижки есть?

К а з а н(солидно). Да есть у меня тут подвижки кое-какие.

Т юх а.Ну не ментами же.

Х о б б и т(презрительно). Тюха, фууу…

Т ю х а(оправдываясь). Так я и говорю: не ментами же! Я же не говорю «давайте ментами», я, наоборот, говорю: не надо ментами!

К а з а н.Тихо ты, раскудахтался. Если я говорю «подвижки», это значит: нормальная тема. Не позорная. Только сначала надо…

К ним заходит папик.

Т ю х а.А это что за хер?

К а з а н.Эй, дядя, вам кого?

О б м ы л о к.Дорогая мама! Сразу же пишу тебе новое письмо, обрати внимание, адрес на конверте другой. Теперь пиши по этому адресу…

П а п и к.Сидят четверо. По виду гопники
и бандиты. Один совсем еще подросток. Чет­веро уродов, как говорится, с интуитивно понятным интерфейсом.

К а з а н.Чё сказал?

П а п и к.А я что, неясно выразился? Сказал, что встали, взяли свои шмотки вонючие и по­шли отсюда быстро! Что ты на меня смотришь, урод? Плохо понял?

Т ю х а.Он наехал на Казана. А я что? Сидеть должен был и слушать?

Х о б б и т.Он Казана обидел, и Тюха его тут же повалил. Казан тоже наподдал. И я добавил. Только Обмылок не лез, в сторонке стоял. В общем, втроем его месили. А чего он? Мы его вообще не трогали, он сам ворвался, кричать стал. Я так понимаю, по закону – веди себя как человек и ничего тебе не будет. А если других не уважаешь, то… (Пожимает плечами.) Держи тогда.

К а з а н(с досадой). Нехорошо получилось…

Т ю х а.Казан, ты б сказал бы, что ли… Мы б его не так… не по-жесткому…

К а з а н.Да я-то откуда знал? Я его сам никогда в глаза-то не видел. Пару раз слышал по телефону, и всё. Мне еще Нинка говорила: надо тебе, говорит, с моим батей познакомиться. Он в строительной компании работает, поможет с работой.

О б м ы л о к.Так это что, он, что ли… Это твои подвижки были? Ты когда про работу рассказывал?

Пауза.

К а з а н(шмыгает носом). Ну.

Т ю х а.Вот и познакомились.

Х о б б и т.Вот и познакомились.

К а з а н(сплевывает). Вот, блядь, и позна­комились.

durnenkov-33

О б м ы л о к.Туда надо идти мимо бетонного забора, по промерзшим ступенькам, мимо разбитого кирпичного дома, кирпичи валяются прямо на снегу, будто дом только что взрывали. Тут такие оранжевые кирпичи в Москве, никогда не видел такого яркого цвета. На белом очень красиво.

Х о б б и т.За таким серым домом стоит пятиэтажное здание, всё в балконах, и каждый балкон, как картинка. Как паззл. Их можно сколько угодно рассматривать, балконы эти все наружу, вся их жизнь внутренняя…

К а з а н.Здесь раньше общаги были заводские. Потом завод закрыли, мужики, особенно кто семейные, каждый себе по комнате отхапал и забаррикадировался – не подходи, мол, убьет. Им в ответку отрубили свет, воду, газ. Тогда они где-то украли проводку, кинули петлю от трансформаторной будки, дали сообща взятку кому надо и откололись от остальной Москвы жить в этом доме. И поплыли…

Т ю х а.Не дом, бля, а корабль пиратский. Каждый вечер дым коромыслом. То мы таджиков, то таджики нас. Лихой народ тут, отчаянный.

К а з а н(взрывается). Ну а что вы хотите? Денег нет, что я вам «Плазу» оплачу? «Балчуг», сука, «кэмпинский», в жопу?!

О б м ы л о к.Да ладно, Казан, мы ж чего. Мы нормально. Не кипятись.

К а з а н.Да чего там! Кипятись не кипятись, все через…

Машет рукой, замолкает, сгорбившись.

Т ю х а.Из-за Нинки переживает.

Х о б б и т.Понятно.

Т ю х а.Чего тебе понятно, Хоббит? Чего тебе понятно, полчеловека, блин…

Х о б б и т.Понятно, что из-за Нинки. Что делать-то теперь будем? Я назад не поеду.

Т ю х а.Никто назад не поедет. Сейчас все наладится.

Х о б б и т.Только хуже и хуже…

Т ю х а.Не ссы, Хоббит, говорю ж, прорвемся.

О б м ы л о к.Сразу же после нового переезда, мама, мы стали знакомиться с соседями. Они тут разные, но все приличные, московские.

Хозяин медленно раскладывает на столе маленькие кулечки с разноцветной едой, медленно пробует из каждого пакета. Он все делает медленно: говорит медленно, двигается медленно, будто ужасно устал.

Х о з я и н.Рад тебя видеть опять, Казан. Давно ты тут не появлялся.

К а з а н.Раньше в разных местах жили, теперь вот в ваших краях жить будем. Часто будем видеться.

Х о з я ин.Ну да, ну да… На мой этаж заходи. Я там ремонт сделал не хуже, чем у людей. Ну и вообще бизнес прет. Хотим легальными стать, налоги платить хотим.

К а з а н(вежливо). Это хорошо, Хозяин.

Х о з я и н.Эту штучку попробуй. Вьетнамцы этажом ниже делают.

К а з а н.Спасибо. Налетай, братва.

Х о з я и н.Они ее в землю закапывают. Для вкусу. И вот эти штучки пробуй.

К а з а н.Спасибо, Хозяин, вкусные.

Х о з я и н.Собачка.

К а з а н.Что собачка?

Х о з я и н.Это из собачки делают. От туберкулеза первейшее средство.

Пауза.

К а з а н.Понятно.

Х о з я и н.Скажи ему, чтобы наружу блевать шел, аппетит мне весь портит.

К а з а н.Хоббит, ходи во двор. (Хозяину.) С чем пожаловал?

Х о з я и н.Ты кушай, кушай. Полезное все. Витамины зимой хорошо.

К а з а н.Благодарю.

Пауза.

Х о з я и н.Слетел у меня один. Некого вместо него поставить. И вот я шел мимо, думаю, дай спрошу у Казана, вдруг он захочет вечерок отработать.

К а з а н.Да я завязал. На работе у меня не приветствуется, если с фофаном придешь на всю морду.

Х о з я и н.Фофан и замазать можно. Не в модном журнале работаешь. А вот деньги поставлю хорошие. Четыре, если положишь, и две, если ляжешь. Время есть подумать, бой завтра будет.

К а з а н.Я, Хозяин, правда завязал. Да и боец я так себе, сам знаешь.

Т ю х а.Я могу.

К а з а н.Тюха, не лезь.

Х о з я и н.Что ты на него так? Брат твой?

К а з а н.Тюха. Младший.

Т ю х а.Я могу побиться. Только я ложиться не буду. Я сам кого хочешь уложу. Я боли вообще не чувствую. Меня в армейке семеро метелили, мне хоть бы хны. Я их потом по одному отлавливал и учил. Пока они про меня все не ­выучили.

К а з а н.Это мне мало, что ты боли не чувствуешь. Я таких, которые бутылки головой бьют, знаешь, сколько видел?

Т ю х а.Я на рукопашку в школе ходил. Однажды в одного холодильник через забор перебросил.

К а з а н.Тюха…

Т ю х а.Казан, чё ты меня затыкаешь, а? Мо­жет, я сам хочу? Чё ты заладил: Тюха, Тюха… Спокуха!

К а з а н.Дурак, сука.

Х о з я и н.В общем, приходи завтра в шесть в подвал. Прямо тут в доме, с торца.

Т ю х а.Благодарю.

Х о з я и н.А ты, красавчик, чего сидишь, молчишь? Не хочешь попробовать?

Т ю х а.Эй, Обмылок! Проснись!

О б м ы л о к(виновато). Я чего-то задумался…

Х о з я и н.Почему Обмылок? Почему тебя Обмылком назвали?

К а з а н.Не надо ему. Какой из него боец?

Х о з я и н.Руки у тебя длинные, Обмылок. Рычаг когда длинный, это хорошо. Это хорошо. Приходи с Тюхой. Чего улыбаешься?

К а з а н.Он у нас не дерется.

Т ю х а.Это ж Обмылок!

Х о з я и н.Ты приходи, приходи, не слушай братиков. У нас интересно. Ладно, Казан, пойду. Пакетики оставлю, кушайте. Хотя нет. Вот эту штучку возьму, она мне понравилась.

Уходит.

К а з а н.Дурак ты, Тюха, баран.

Т ю х а.А что, сидеть вот так на жопе? Пойду биться. Деньгу сшибу.

К а з а н.Да какие там деньги? Ты думаешь, тебе прямо так и дадут эти четыре штуки? Ты сначала должен будешь себе имя заработать, чтоб тебя знали и чтоб на тебя ходили. А пока ты заработаешь, тебе за копейку все мозги вышибут. Это ж не бокс, тут бьют, пока не отключишься. И никаких тебе защит да страховок. Сначала будешь ходить, у тебя из носа все время вьюшка будет кровавая лить, как, знаешь, из кондишна. А потом пару раз добавят, и в один прекрасный момент херак! – удар. И всё, Тюха, будешь под себя гадить до конца жизни.

Т ю х а(сомневаясь). Да?

К а з а н.А ты что думал? Просто так там деньги отмуслякивают? Да я оттуда соскочил, когда уже имя свое начал забывать. Три сотрясения за два месяца. Это что, шутки, что ли? Мне на фиг не надо, чтоб тебя там кончили. Что я маме скажу?

Т ю х а.Ну ладно, чё ты сразу завелся-то?

К а з а н.Да потому что слушай, когда тебе старшие говорят.

Т ю х а.Ладно тебе, Казан, ладно… Я ж так…

К а з а н(с нежностью). Да потому что баран ты, Тюха, баран…

Х о б б и т(появляясь). Всё? Ушел этот дяхан?

Видит пакетики, оставленные Хозяином, зажимает рот рукой и снова убегает.

К а з а н.На улицу беги! (Остальным.) У нас хохлы соседи, они ему таких люлей навешают, если он им дверь заблюет, что только держись. Хохлы, они ж на чистоте того, повернутые… (Встает.) Ладно. Пойду посмотрю за ним, сейчас вернусь.

Уходит.

О б м ы л о к.И как только мы переехали, стали нам сразу же всякую работу предлагать. Так что с работой в Москве все хорошо, мама, не волнуйся. И денег присылать не надо. И люди здесь в основном отзывчивые и, если что, рады помочь…

В комнату врывается гигантский пьяный мужчина в шубе на голое тело – Татарин. В руке у Татарина стул, который он где-то схватил, а потом забыл, что он у него в руке есть. За ним следом Казан.

Т а т а р и н(ревет). Где она, убивать ее сейчас буду!!! Где она?!! Ты тут?!! А ну иди, я тебя убивать буду!!!

К а з а н.Тихо, тихо, Татарин, спокойней! Нет здесь никого!

Т а т а р и н.Где она?!! Тут она?!! Вылезай, убивать буду!!!

К а з а н.Тюха, помогай!!! Обмылок!

Т а т а р и н.Ты тут?!! Ты от меня никуда! Я тебя убивать буду!!!

Т ю х а.Ты чё, ты чё, ты чё, братан, ты чё, ты чё…

К а з а н.Тихо, Татарин, тихо, ты попутал, Татарин, успокойся, я тебе говорю…

О б м ы л о к.Все хорошо, все хорошо…

Т а т а р и н.Где она? Где… она…

К а з а н.Иди, Татарин, иди…

Т ю х а.Иди давай, тут другие люди живут…

Т а т а р и н.Где… где…

К а з а н.Всё, всё, всё, всё, всё…

О б м ы л о к.Давай, давай, брат, давай…

Т а т а р и н(задумчиво). Убью.

К а з а н.Ну да, ну да, конечно, конечно.

Т ю х а.Давай, Татарин, давай…

О б м ы л о к.Всё, всё, всё, всё…

Татарин постоял, будто о чем-то думая. Шатаясь, запахнулся в шубу и ушел.

К а з а н.Это Татарин. Ты, Тюха, если что, против него не бейся никогда.

Т ю х а.Что я, дурной? И так видно, что не надо.

О б м ы л о к.Какой страшный…

Т ю х а.Машина, бля, смерти, бля…(Хохочет.) Ну, Казан, ну поселил ты нас! Вот тут жизнь какая интересная!

К а з а н(зовет). Хоббит! Заводи!

В комнату заходят Надя и Хоббит.

Н а д я.Ушел? Да?

К а з а н.За что он тебя так?

Н а д я.Мудак потому что. Что за мужики по­шли? Бухают так, что не стоит вообще, хоть к карандашу это дело привязывай. И туда же: «А ну давай возвращай деньги!» (Кричит в дверь.) А я виновата, что ли, что вы так пьете! (Успокаиваясь.) Я тут ни при чем. И деньги я не верну. Татарин – хер обварен…

К а з а н.Чуть нам тут всё не разворотил.

Н а д я(встряхнувшись). Да я говорю, хрен с ним. А это кто? Это братья твои?

К а з а н.Да.

Т ю х а.Сергей.

К а з а н.Тюха он, Тюха. А это…

О б м ы л о к.Олег.

К а з а н.Это Обмылок.

Н а д я.Обмылок? Почему тебя Обмылком назвали?

К а з а н.А это Хоббит. Младшенький.

Н а д я.Красавчики все.

К а з а н.Ты мне парней не трогай.

Н а д я.А кого мне трогать? Тебя, что ли? Ты же вроде студенточку себе нашел, москвичку. «Наши письки – ваши прописьки», да, Казан?

К а з а н.Но-но!

Н а д я.А что? Я вот тоже московская. Родилась тут, в Москве. Третье поколение москвичей, между прочим.

К а з а н.Давай, Надюха, не заливай.

Н а д я.Не веришь? Ну и хер с тобой. (Об­мыл­ку.) Ну что вам тут, в Москве, намазано, что ли? Чего приперлись-то?

О б м ы л о к.Казан нас позвал.

Т ю х а.Завод у нас закрылся.

Н а д я.Заво-о-од? Какой? Говно­перера­баты­вающий небось?

Т ю х а.Азотно-фосфорный.

Н а д я.Азотно-фосфорный? Так я и говорю, говноперерабатывающий! И что? Тут типа в Москве лучше?

Т ю х а(с вызовом). Тут лучше. Потому что у нас таких красивых девчонок, как ты, в Семеновске не было.

Надя с усмешкой смотрит на Тюху, будто только заметила.

Н а д я.Смотри, Казан, а твой-то братик под меня клинья подбивает.

Т ю х а.Я уже и без брата взрослый, ты, если что, сразу меня спрашивай. Казан тут ни при чем.

Н а д я.Какой ассортимент, хочешь – один брат, хочешь – другой… (Обмылку.) А ты, красавчик, тоже будешь, как Казан, за деньги биться?

К а з а н.Никто не будет биться. А уж Обмылок тем более.

Н а д я.Это еще почему? Смотри, какие у тебя братья сильные. Как раз для этого дела.(Тюхе.) Дай руку пощупать. А ну, еще напряги… Ого… Железо…

Т ю х а(послушно напрягая мышцы). Там, говорят, деньги маленькие.

Н а д я.Татарин, знаешь, сколько зашибает? Каждый месяц может машину покупать. (Отталкивает руку.) Всё, хватит, а то пукнешь сейчас от натуги.

К а з а н.Так то ж Татарин.

Н а д я(Тюхе). Ты тоже сможешь. Да?

К а з а н.Так, Надюха, хорош мне парней смущать. Ушел уже Татарин, иди куда шла.

Н а д я.Прогоняешь меня? Тюха, Обмылок, прогоняет меня ваш брат, прямо на мороз гонит… А у меня под шубой совсем ничего нет! Даже трусов, представляете?!

Пауза. Все молча представляют.

Т ю х а.Казан, ты это… Правда… Холодно ж ведь…

К а з а н.Ничего не знаю. Давай, Надюха, иди, топай давай. Тем более денег у нас нет, услуги оплатить нечем…

Н а д я.Ну хоть глянь, ушел Татарин или в коридоре стоит. А то свернет он мне голову, как птичке. У меня шея-то то-о-онкая…

К а з а н.Да твою ж мать!

Уходит. Пауза. Надя ходит между сидящими в разных углах братьями.

Н а д я.М-да… Ну что, к кому на колени сесть?

Т ю х а.Ко мне садись.

Надя подходит к Тюхе. Подбирая на себе расползающуюся шубу, садится к нему на колени, лицом к Обмылку. Тюха тут же выключается из разговора, поглощенный новыми ощущениями.

Н а д я.Ты в армии хоть был, Обмылок?

Х о б б и т.Он косит от армии.

Т ю х а(хрипло). Ближе, еще ближе…

Н а д я.Правильно, Обмылок, нечего тебе там делать. А то разобьют тебе мордашку твою симпатичную, ругаться научат, водку пьянствовать… Духи чуешь? Вот здесь вот напрыскала… Чуешь? С феромоном. Мандариновые.

Пауза.

О б м ы л о к.Чую.

Н а д я.Вот то-то.

Встает с колен Тюхи, тот пытается ее ухватить и посадить обратно.

Т ю х а.Давай назад, давай… Садись…

Н а д я.Станешь знаменитым бойцом, сяду.

К а з а н(появляясь). Нет там никого, вали давай.

Н а д я.Ты чего такой грубый-то со мной, а? Казан? Раньше ведь…

К а з а н(обрывая). Вали, я сказал!!! Заткнись и вали!

За Казаном в комнату входит Нина. Застывает у порога, глядя на Надю.

Н а д я(усмехаясь). А… ну все понятно…

Н и н а.Что тебе понятно?

Н а д я.Ну всё, мальчики. Пока-пока. До встречи, Тюха!

Уходит.

Н и н а.Казан, что она тут делала?

К а з а н(хмуро). А ты что тут делаешь, Нина? В больнице орала на меня, что видеть больше не хочешь.

Н и н а.Надо поговорить. Не здесь. Выйдем.

Х о б б и т.И они вышли.

Пауза.

О б м ы л о к.А мы остались и молчали. В комнате так было тихо…

Пауза.

Т ю х а.По-особому молчали. Никогда так не было, чтобы сидели все в одной комнате, а будто и нет никого, будто пусто тут…

Пауза.

О б м ы л о к.Что-то в тот момент с нами новое началось.

Пауза.

Х о б б и т.Новый закон какой-то между нами.

Пауза.

Х о б б и т.Я тогда еще подумал: зачем мы приехали? Тюха? Обмылок? А? Братья мои? Зачем мы приехали? И все такие сидели, каждый в своем углу, и у всех в глазах это же:зачем? Зачем?! И еще хотелось, чтобы Казан вернулся, потому что мне без него страшно было. И я сидел и думал, где он. Что он там делает так долго? Давай, Казанчик, дорогой, давай приди уже. Здесь слишком тихо, слишком…

durnenkov-4

4

К а з а н.Ты почему не сказала, что он тут?

П а п и к.Садитесь, садитесь, молодой человек. Присаживайтесь.

Н и н а.Папа хотел с тобой поговорить.

К а з а н.Я слушаю.

П а п и к.Сергей Михайлович.

К а з а н.Сергей Михайлович.

П а п и к.А Нина погуляет.

Н и н а.Папа.

П а п и к.Нина, гуляй.

К а з а н.Иди, Нина.

Пауза.

П а п и к.Любишь ее?

К а з а н.А чё?

П а п и к.Заявление на тебя в ментуре я забрал. Нинка упросила.

К а з а н.Я ж не знал, что это вы…

П а п и к.Сергей Михайлович.

К а з а н(послушно). Я ж не знал, что это вы, Сергей Михайлович.

П а п и к.Я тоже не знал. Думал… Да ничего не думал! Пришел посмотреть, проверить, как там дочь живет без меня. А тут четыре рыла.

К а з а н.Это братья. Они из Семеновска приехали.

П а п и к.Братья – это хорошо. Только ты давай уже за себя отвечать учись. За одного.

К а з а н.В смысле?..(Поспешно добавляет.) Сергей Михайлович…

П а п и к.В смысле, что я твоих братьев ни тянуть, ни содержать не должен.

К а з а н.А я что, прошу, что ли?!

П а п и к.Ты чего вскинулся? Чего вскинулся? Я просто тебе говорю: хочу, чтобы Нина была довольна. Дочь же. И все для этого сделаю. А ты что для этого сделаешь? А? Что ты для этого готов сделать, пацан?

Пауза.

К а з а н.Вспомнил я тогда про группу крови свою. Не зря ведь она у меня королевская. Самая редкая. Самая голубая из всех. Самая-самая, как мне в армейке сказали тогда. Это же чего-то значит, правильно? Это же значит, что я тоже чего-то добьюсь, так? Тоже смогу чего-то в этом городе, так? Или нет? Или проверим? На слабо проверим? Проверим, не? Проверим?

ТЮХА

1
Т ю х а.У силы реально свой запах имеется. И чуешь ее за версту. Меня вот Тюхой еще в детстве прозвали. Потому что я самый здоровенный был в классе и все время спал. А в девятом классе, как сейчас помню, пришли к нам на физру одиннадцатиклассники. На наших баб посмотреть. Там уже было на что посмот­реть, кстати. Одна Лимонова чего стоила. Про нее говорили, она уже вовсю с пацанами взрослыми ходила. Ну и, чтоб нашим бабам понравиться, стали они нас шпынять. Ну и меня задели.(Начинает раскрашивать лицо кровью.)Сначала по-честному один на один, навалял главному ихнему. Потом еще одному… (усмехается) заместителю.Потом они меня всей толпой отметелили. (Мажет себе кровью лицо.) Здесь и здесь, бровь рассекли, нос расквасили, ну такое все… Я тогда, кстати, впервые понял, что боли вообще не чувствую. Как через подушку. Нет боли, и всё. А вечером я на дискотеку заявился. Вся морда раскурочена, от меня все в разные стороны шарахаются. А мне хоть бы хны. И там, на дискотеке, я взял Лимонову за руку и повел оттуда. Как корову. А она пошла за мной. Как корова пошла, почуяла силу и пошла за мной.

Т о л п а.Бей его, давай! Давай! Вставай! Еще! Еще!

Х о б б и т.Давай, Тюха, мочи его! Мочи!!!

О б м ы л о к.Тюха!!!

Т о л п а.Да! Да! Давай!

Т ю х а.На! На! Получи! Получи, сука…(Спле­вы­вает кровь на лежащего.) Вот так! Я тебя сделал! Сделал, сука! Аааа!!!

Х о б б и т.Тюха! Красавец! Мужик!

О б м ы л о к.Так что, мама, будет теперь Тюха грузчиком работать. Грузчиком и экспедитором. Работа сдельная, за вечер может получить от двух до четырех тысяч. Смотря сколько разгрузишь. Даже для Москвы это хорошо. Мы за него рады. И начальство у него хорошее, солидное. Так что обживаемся на новом месте.

Х о з я и н.Хороший бой. Утрись, на.

Т ю х а.Как я его, а? Красиво?

Х о з я и н.Грязновато.

Т ю х а.Сегодня не встанет, я обещаю.

Х о з я и н.Вот когда сможешь кого-нибудь из супертяжа уложить, тогда и гордись. А это что? Это мясо!

Т ю х а.Ставь, уложу. Ставь давай, ставь! Хоть сейчас ставь!

Х о з я и н.Это я шучу. Ты мне еще живой пригодишься.

О б м ы л о к.Тюха, дай я тебя обниму… Это было очень… я за тебя переживал.

Х о б б и т.Блин, ну ты и раскрашенный! Как индеец! Больно, да?

Т ю х а.Кому? Мне? Больно? Да ты, Хоббит, попутал!

Хохочет.

Х о з я й к а.Как тебя зовут, говоришь?

Х о з я и н(испуганно). Э, э, ты чего? А? Надо что-то спросить, у меня спроси!

Х о з я й к а.Спокойно, спокойно… Я же так, из любопытства… Ты откуда такой у нас нарисовался?

Т ю х а.А что?

Х о з я й к а.Что ты про меня знаешь?

О б м ы л о к.Говорят про нее разное. Ну, например, такое: что была она проституткой и ее Ходорковский где-то подобрал и полюбил. Это еще в начале 90-х было. И была у них любовь внеземная, до тех пор пока не изменила она ему с иностранным заезжим певцом – толстым белым немцем из дискотеки 80-х. Да и то из интереса это было, не по-настоящему. А Ходор этого простить уже не мог. Он ей тогда оставил свой бизнес строительный, а сам с горя в нефть ударился. И судьбу свою он через то нашел. А одной ей стройку удержать не получилось, и в конце концов она разорилась. И взамен решила по всей Москве подпольные бои открыть…

Х о б б и т.Ерунда это все. Была она на самом деле женой мужика, который владел авиакомпанией. Они в Иркутск летали и вообще на весь север. Его тогда конкуренты замочили и к ней подкатили. Так, мол, и так, продавай мужнин бизнес. А то сама понимаешь, что с тобой будет. Она, конечно, выделываться не стала, продала им компанию со всеми своими самолетами и навсегда в Москву уехала из Иркутска. А у тех конкурентов через полгода один за другим стали самолеты падать. Падали и падали… И падать перестали в тот день, когда новый директор компании в своем кабинете пулю себе в лоб пустил.

Пауза.

Т ю х а.А что я должен знать про тебя?

Х о з я й к а.Ну что я могу твою жизнь в минуту поменять на совсем другую. Думаешь, не смогу?

Х о з я и н.Ты чего короче, а? Не видишь, парень после боя, устал? Иди, иди…

Х о з я й к а.Ты кому это сказал?(Пауза.) Давай ты мне не идикай. Ага?

Пауза.

Х о з я и н.Ага. Я то есть хотел сказать…

Х о з я й к а.Ну вот то-то же. (Тюхе.) Ладно. Если что, я тебя найду.

Т ю х а.До свидания. (Хозяину.) Кто это?

Х о з я и н.Всё! Забирай вещи, братьев своих и идите уже, мне надо выключать тут свет и вообще… Вот твои деньги, на. Хорошо поработал сегодня. Я тебе пятьсот рублей буду добавлять за такие бои каждый раз, хорошо?

Т ю х а.Хорошо.

Х о з я и н.Так больше никто никому тут не платит. Только я тебе. Понял?

Т ю х а.Понял.

Х о з я и н.Всё, валите. Если где-то надо тренироваться, то я тебе устрою, только не в ближайшее время, сейчас тут все по местности занято. Понял?

Т ю х а.Понял.

Х о з я и н.Понял, как я о тебе забочусь? Понял?

Т ю х а.Понял.

Х о з я и н.Вот то-то же… А теперь идите! Идите, говорю!

2

О б м ы л о к.Я его видел.

Т ю х а.Где ты его видел?

О б м ы л о к.Не важно. Он хочет с нами встретиться.

Т ю х а.Да пошел он в жопу! Променял нас на подстилку московскую.

Х о б б и т.Дурак ты, Тюха. На работу на мос­ковскую он нас променял. И на прописку мос­ковскую.

О б м ы л о к.Он хочет и дальше с нами общаться.

Т ю х а.Так где ты его встретил-то? Чтоб я знал наперед, куда ходить не надо.

Х о б б и т.Ты чего, Тюха, не понял? Обмылок сам к нему ходил, к Казану.

Т ю х а.Что?! Ах ты сука!

О б м ы л о к(задыхаясь). Отпусти меня, Тюха. Отпусти, брат.

Т ю х а.Он предатель, понял!!! И не хрен с ним разговаривать!!!

Х о б б и т.Тихо ты, соседей разбудишь! От­пус­ти Обмылка! Немедленно!

О б м ы л о к.Ну ходил я к нему, ну и что? Он мне не перестал братом быть.

Т ю х а.Увижу его, убью на месте…

О б м ы л о к.Это твое дело, Тюха. Но не мое.

Т ю х а.Он нас всех кинул! Я думал, он умер вообще! А он за юбкой убежал, сука!

Х о б б и т.Стоп, Тюха. Давай сейчас домой зайдем и будешь там… А в коридоре не надо, весь дом сейчас слушает.

Т ю х а.Вот сука… И чё? Ты прав?

О б м ы л о к(тихо и упрямо). Я прав.

Т ю х а.Ты прав? Ты прав?!!

Х о б б и т(вставая между ними). Тихо ты, блин, заманал орать уже. Давай ключи, Тюха, они у тебя.

Х о з я й к а.Так ты и правда тут живешь, что ли?

Т ю х а.Кто?.. Здрасьте.

Х о б б и т.Добрый вечер.

Х о з я й к а.Ну и местечко… (Пауза.) Решила проведать, посмотреть на тебя…

Пауза.

Т ю х а.Ну вот тут… как-то…

Пауза.

Х о з я й к а.Я и не знала, что ты с братьями живешь вместе.

Пауза.

Х о б б и т.Хотите, может, чаю? Или еще чего?

Пауза.

О б м ы л о к.Да. Если что хотите…

Пауза.

Х о з я й к а.Ну-ка, и правда, парни, сбегайте. (Тюхе.) Что ты смотришь на меня? Открывай.

Т ю х а.Ага, сейчас…

Тюха открывает дверь, и они с Хозяйкой заходят внутрь.

Пауза.

О б м ы л о к.Ну что делать будем? Может, правда, пошли, что ли? Купим, в самом деле, чего-нибудь к чаю.

Х о б б и т.Кто из нас малой вообще, Обмылок?

О б м ы л о к.Что? А чего делать-то?

Х о б б и т.Чего делать? Садись вон на мешок и жди. На улице минус двадцать, куда ты сейчас пойдешь?

Пауза.

Хоббит зевает. Он и Обмылок устраиваются и постепенно засыпают в коридоре общаги, среди старых тулупов, мешков и прочего хлама.

Х о б б и т.Ну как там Казан?

О б м ы л о к.Он очень виноватый. Хочет с нами увидеться. С тобой хочет. И с Тюхой тоже хочет. Его Нинкин отец бригадиром устроил. Зарабатывает в месяц прилично.

Х о б б и т.Он что, строить научился?

О б м ы л о к.Да не. Он таджиков строит, чтобы не залупались. А так там прораб есть. Ипотеку Казан думает взять. Все круто, в общем.

Х о б б и т.Я по нему тоже соскучился. Хотя он сучка, конечно. Свалил тогда…(Пауза.) Напи­шешь маме?

О б м ы л о к.А что ты сам не пишешь?

Х о б б и т.Не знаю. (Пауза.) Врать не могу. Да и не люблю.

О б м ы л о к.Ага. А я типа могу и люблю, да?

Х о б б и т.Ты можешь. Ты, если надо, наврешь. Чтоб всем хорошо было. А я не могу. Ни для «хорошо», ни для «плохо». Никак не могу.

Пауза.

О б м ы л о к.Ну ничего… Ничего… Будем ждать…

Х о б би т.Ты знаешь, Обмылок, я уже немного привык к этому месту. (Пауза.) Обмылок? Спишь?

О б м ы л о к(бормочет во сне). Будем весны ждать…

3

Новый бой. Все движения, каждый выкрик толпы, каждое движение дерущихся в точности копируют предыдущую драку.

Т о л п а.Бей его, давай! Давай! Вставай! Еще! Еще!

Х о б б и т.Давай, Тюха, мочи его! Мочи!!!

О б м ы л о к.Тюха!!!

Т о л п а.Да! Да! Давай!

Т ю х а.На! На! Получи! Получи, сука… (Сплевывает кровь на лежащего.) Вот так! Я тебя сделал! Сделал, сука! Аааа!!!

Х о б б и т.Тюха! Красавец! Мужик!

О б м ы л о к.Вот и весна пришла! Даже Москва эта уродливая принарядилась, нашла где-то обломок помады, размазала пальцем по щекам, губам, тряпку зеленую на плечи накинула. В центр если приехать, так там вообще красота! Ветер по проспектам ревет! В лужах девчонки отражаются! Облака! Голуби! Небо!

Бой повторяется еще раз, с теми же деталями и подробностями.

Т о л п а.Бей его, давай! Давай! Вставай!
Еще! Еще!

Х о б б и т.Давай, Тюха, мочи его! Мочи!!!

О б м ы л о к.Тюха!!!

Т о л п а.Да! Да! Давай!

Т ю х а.На! На! Получи! Получи, сука… (Сплевывает кровь на лежащего.) Вот так! Я тебя сделал! Сделал, сука! Аааа!!!

Х о б б и т.Тюха! Красавец! Мужик!

О б м ы л о к.Вот и весна пришла!!! Серые кучи снега стали жидким месивом грязи. Из такой вот грязи, наверное, слепил Бог человека… Весна пришла! А у нас все то же!

Т ю х а.Да где там «то же»? Где то же? Ты видел его? Ты видел, как его уделал? Да я его урыл!

Х о б б и т.Тюха, ты крут! Ты мой брат!

Т ю х а.У Хозяйки все совсем по-другому, другое бабло, другая публика. Тут почти спорт, бля.

Х о б б и т.Ага, спорт. Татарин ходит и всем мозги вышибает, одному за другим.

Т ю х а.Мне не вышибет, мне, чтоб в его категорию попасть, надо килограмм двадцать набрать еще.

Х о з я й к а(подходит). Молодец, Тюха, хорошо поработал. Сгоняй быстренько в душ, а потом сразу праздновать поедем.

Т ю х а.Хорошо, я сейчас!

Х о з я й к а.Я тебя в машине подожду. Пото­ропись.

Уходит.

Т ю х а.Я чувствую, поперло. Слышь, Обмылок! Поперло! Всё теперь. Бросай свою шаурму…

О б м ы л о к.Пиццу.

Т ю х а.Мне пофиг. И ты, Хоббит, тоже. Я вас двоих запросто теперь вытяну.

Х о б б и т.А я чего? Мне все нравится. Я учусь. Еще полгода вот так похожу с Аркадием Андреевичем по квартирам, а потом больше вас всех зашибать буду.

Т ю х а.Электриком?

Х о б б и т.А чем не работа? Знаешь, как сейчас толковый электрик ценится?

Т ю х а.Да не будь ты таким занудой, Хоббит! Такой мелкий и такой занудный. Хватит нам Обмылка. У меня сегодня победа! Я чемпион!

Н а д я.Я так и поняла, что ты чемпион.

Т ю х а.Какие люди!

Н а д я.Это ты теперь человеком стал. Ду­маешь, не помню про наш разговор тогда, зимой?

Т ю х а.Ты думаешь, я его не помню?

Смотрят друг на друга. Пауза.

Н а д я.Куда пойдем?

Т ю х а.А ты куда хочешь?

Н а д я.Мест так много…

Т ю х а.А у меня времени много.

Х о б б и т(намекает). Тюха. Ты ничего не забыл?

Н а д я.Ну давай тогда, показывай. Я пошла.

Уходит. Тюха за ней.

Х о б б и т.Тюха!(Пауза.) Обмылок, ты-то чего молчал? А?

О б м ы л о к(задумчиво). Он такой… счастливый. Прямо светился весь… Ты видел это?

Х о б б и т(стонет). Идиоты… Иногда мне кажется, будто из вас всех я самый старший вообще.

Появляется Хозяйка.

Х о з я й к а.А я не поняла, а где Тюха? В душе его нет, в раздевалке тоже.

4

Н и н а.Вот и чай. Берите конфеты, ребята. Коля, бери, чего ты стесняешься.

Х о б б ит.Спасибо.

Н и н а.И ты, Олег. Не сидите такие зажатые, нечего стесняться.

О б м ы л о к.Спасибо, Нина.

Н и н а.Валя, ты им показывал, какой мне подарок папа?.. Какой подарок мне папа… Простите… Пойду посмотрю, может, надо чего поменять уже…

Уходит, вытирая слезы. Все сидят молча. Долгая пауза.

Х о б б и т.Вкусные конфеты.

Пауза.

К а з а н.Спасибо, что зашли.

Пауза.

О б м ы л о к.Были в гостях у Вальки. Нина скоро будет рожать. Врачи говорят, у нее двойня. Двойное счастье, значит. Будут у тебя внуки. Или внучки – они еще сами не знают, закрываются близнецы так, что не разберешь на УЗИ.

К а з а н.Ну ничего, правильно? Я ведь и сам на что-то гожусь, правильно? Я же не просто так?

О б м ы л о к.Не просто так. Не просто так.

Х о б б и т.Ты не просто так.

К а з а н.Ну вот. Значит, мы вылезем. В конце концов, пойду опять охранником. Делов-то.

О б м ы л о к.Ну да. Ничего страшного.

К а з а н.Я бы, конечно, за аборт, но Нинка того… У нее от всех этих дел крыша немного. Ну и от беременности тоже. Так что будем рожать.

Х о б б и т.Кто-то звонит.

К а з а н.Нинка откроет. Вы как вообще? Не надумали назад ехать в нашу деревню?

Х о б б и т.Да ну в баню. У меня из пацанов из класса уже никого и не осталось. Кто спился, кто умер, кто скололся, остальные уехали. И что? Я вернусь – и что? Что я там буду делать?

О б м ы л о к.Меня там все устраивало.

Х о б б и т.Да тебя везде все устраивает.

Н и н а(появляясь). Это к тебе.

Пауза.

Т ю х а.Ну привет… братка.

К а з а н.И тебе привет. Присаживайся. Чаю?

Т ю х а.Мне бы чего покрепче.

К а з а н.Ты ж вроде спортсмен.

Т ю х а.Моему виду спорта это не помеха.

К а з а н.Нин?

Н и н а.Мы тут не пьем.

Т ю х а.Тогда чаю.

Н и н а.Я же что хотела показать. Вот. Папа нам подарил на свадьбу. Ни разу не надевала.

Х о б б и т.Красивое. Золото?

К а з а н.А то.

Т ю х а.Ништяк. Богато живете.

К а з а н.Подарок.

Н и н а.Ладно, пойду полежу, спина болит.

Пауза.

Т ю х а.Что? Кроме чаю, и нет ничего?

К а з а н.Ты чего это пришел вдруг?

Т ю х а.Денег хотел занять. Дашь?

К а з а н.Нет.

Т ю х а.Чего так?

К а з а н.Ты даже не спросил, как я живу.

Т ю х а.Хорошо живешь. Жена в золоте вся с головы до ног. Что я… Не вижу, что ли?

К а з а н.А ты спроси меня, Тюха, как я живу. Давай, не стесняйся. Спроси. (Пауза.) Хреново, Тюха. Совсем. Тестя на стройке балкой придавило. Лежит вон, под себя гадит, дочь свою не узнает. Иногда по ночам орать начинает, так что соседи ментов вызывают. Овощ, короче. Партнер его теперь меня оттирает с работы. Я ему теперь вроде как и не нужен без тестя-то. Думаю, скоро меня выкинут нахрен. А на мне ипотека висит за эту квартиру, мне каждый месяц надо деньги платить, хоть ты умри. Жена беременная, аборт делать не хочет. А тут еще брат приходит бухой. Денег просит. Все херово, Тюха. Жизнь она, понимаешь, не эскалатор в торговом центре. Совсем не эскалатор.

Т ю х а.Не дашь денег? Ну и хрен с тобой, пошел я тогда.

О б м ы л о к.Тюха, выпей чаю с нами.

Х о б б и т.Тюха, сядь.

Т ю х а.Чао-какао.

О б м ы л о к.Казан, прости его.

Пауза.

К а за н.Больше не хочу, чтобы он сюда приходил. И молчи, Обмылок. Не вставай между нами.

5

Х о з я й к а.И что? Что ты молчишь? Завис?

О б м ы л о к.Я хотел сказать… не придет он сегодня.

Х о з я й к а.Тюха сам тебя послал?

О б м ы л о к.Заболел он. Не может драться, температура у него.

Х о з я й к а.Так ему надо просто больничный выписать. У нас же социалка – полный пакет. Ничего страшного! Уйдет на больничный, отболеет спокойненько и вернется. А в конце месяца получит все свои деньги. В кассе.

О б м ыл о к.Да? (Пауза.) Я понял. Вы шутите.

Х о з я й к а.Передай Тюхе, что его для меня не существует. Потому что он последняя… потому что он меня подставил так, что… Потому что я больше его знать не хочу. Потому что я его, я не знаю, что я с ним… (Пауза.) Короче. Уволен.

О б м ы л о к.Один день всего.

Х о з я й к а.Ты вместо него выйди.

О б м ы л о к.Я не смогу.

Х о з я й к а.Не говори ерунды. Ты в секцию ходил с Тюхой. Он рассказывал, что ты лучше его дрался. Ты его сегодня заменишь. Надо только до конца продержаться, и всё. Побеждать не обязательно. Простоять нужно все раунды.

О б м ы л о к.Я это… Если надо, конечно, то...

Х о з я й к а.Переодевайся. (Внезапно кричит.) Только быстро давай!!! Быстро, быстро, ­быстро!!!

6

Н а д я.Я, если захочу, я вообще сейчас встану и уйду куда-нибудь. Я давно так научилась. Могу в любой момент встать и уйти, а ты будешь тут трахать мое тело, а я буду вообще в другом месте, и плевать мне, что тут происходит. Я, когда научилась так делать, я поняла, что я совсем свободная, вообще, как птица, реально, и никто, ни одна тварь не может у меня мою свободу забрать.

Т ю х а.Что, ты ничего не чувствуешь, да?

Н а д я.А еще я тогда поняла, что никому просто мое тело не нужно. Все хотят меня целиком. Я, когда первый раз так сделала с одним клиентом, он откуда-то с севера был, с Тюмени или Норильска, вернулась в номер, где он сидел, он ведь не просто так сидел. Он меня ждал. И, когда почувствовал, что я вернулась, избил меня так, что я потом месяц кровью ссала. Чуть не сдохла. А избил, потому что оскорбился, потому что он меня хотел, меня, а вовсе не мяса кусок. Но меня ведь так просто не возьмешь, поэтому я научилась делать так, что будто бы я здесь, а на самом деле…

Т ю х а.Слышь, ты. Не уходи давай.

Н а д я.А на самом деле я далеко, далеко… Далеко, далеко отсюда… Далеко, далеко…

Т ю х а.Слышь?

Пауза.

Н а д я.Что?

Т ю х а.Ты здесь, вообще? Ты давай не уходи, вообще. Ты давай, вообще, здесь давай.

Н а д я.Тюха. Ты чего думаешь, я с тобой навсегда буду? Ты меня не удержишь, Тюха. Никак не удержишь. Денег у тебя больше нет. Правильно? Ты же тюха? Ну что теперь? Всё? Ну всё так всё. Порезвились – и хватит, гаси свет.

Т ю х а.Надя. (Пауза.) Надя? (Пауза.) Надя, вернись. (Пауза.) Надя.

Обмылок

1
Х о з я й к а.За что же тебя Обмылком-то прозвали?

О б м ы л о к.Можно я оденусь?

Х о з я й к а.Ты сегодня за меня бился. На моей стороне. А к своим бойцам я в душ захожу не спрашивая.

О б м ы л о к(не спрашивая). Я оденусь.

Пауза.

Х о з я й к а.Одевайся. И заодно расскажи, чем такой талантливый боец, как ты, занимается.

О б м ы л о к.Я пиццу развожу.

Х о з я й к а.Да ладно… (Пауза.) Ты не шутишь. Тогда ты идиот.

О б м ы л о к.Наверное.

Х о з я й к а.Ты идиот. Ты знаешь, что ты талант? Не медленный слизняк вроде Тюхи, который хорош тем, что его как угодно месишь, а он боли не чувствует, а по-настоящему? Ты редкость, ты можешь сделать себе любую ­карьеру. Такие, как ты, по-настоящему на вес золота!

О б м ы л о к.Мы как договаривались? Я прикрыл Тюху, и всё. Один раз.

Хо з я й к а.Пожалеешь. (Пауза.) Дурак.

О б м ы л о к.В подвале у Хозяйки пахнет плесенью и мужским потом, поэтому, когда оттуда выходишь на улицу, ощущение, будто вырвался на свободу. Будто вынырнул из воды на последнем издыхании и не можешь, не можешь надышаться. А уже пахнет липами, уже совсем не хочется спать, и ночь вокруг, будто теплое покрывало, в которое так хорошо завернуться с ног до головы.

Н а д я.Эй, как там тебя… Обмылок? Пра­вильно?

О б м ы л о к.Что?

Н а д я.Подойди сюда. Ну иди давай, чего ты стесняешься. Я тебя уже полчаса тут жду у входа. Мне нужно передать тебе кое-какую вещь.

Пауза.

К а з а н.Хоббит, где Тюха? Ты его видел сегодня?

Х о б б и т.Зачем он тебе?

К а з а н.Я его убивать буду.

Н и н а.Тюха пришел сегодня днем, когда ты был на работе. Он был словно не в себе. Я напоила его чаем. Он посидел и ушел, и я даже не сразу хватилась…(Всхлипывает.) Папин подарок…

К а з а н.Он крыса. Только крысы у своих воруют.

Пауза.

О б м ы л о к.Откуда это у тебя?

Н а д я.Отдай Тюхе. И скажи ему, что мне ворованное не нужно. Потому что это статья.

О б м ы л о к.Я передам.

Н а д я.У тебя волосы мокрые. Или это гель?

О б м ы л о к.Я только из душа.

Н а д я.Да. И скажи ему, что всё. Больше пусть он ко мне не ходит. И не ищет меня. Надоел.

О б м ы л о к.Скажу.

Н а д я.Не жалко братика?

О б м ы л о к.Жалко.

Н а д я.И вообще… Я, может, уеду из Москвы на время. Может, в Питер. У меня там подруга живет. В самом центре, возле Эрмитажа. Знаешь, что такое Эрмитаж? (Пауза.) Или в Крым, на все лето. Голая на камнях загорать буду, представляешь? (Пауза) Ну вот и всё, собственно. (Пауза) Пока.

О б м ы л о к.Мы… у нас такое вроде поле… и ров. Ну где город заканчивается. А дальше заводы – на горизонте. Трубы и дым разноцветный. Синий, зеленый, оранжевый – эта труба из-за цвета «лисий хвост» называлась. Оттуда, говорят, самый вредный выброс шел.

Н а д я.Ты мне это к чему рассказываешь?

О б м ы л о к.А в этот ров мы на санках катались. Мы, то есть семеновские. Едешь прямо на эти дымы с горки. Красиво. А у меня не было санок. Их вообще немного было, и из-за них все время там драки были на этой горке. До крови каждый раз. А я не дрался. Я приносил свечки кусок, полозья смазывать. От этого они ездили быстрее и снег не налипал. Я представлял, что я такой механик, который улучшает эти сани. И поэтому такая скорость, и этот снег в глаза, и счастье такое… За этот кусок свечи меня Обмылком и прозвали. А я не обижался никогда. Пусть Обмылок. Все равно.

Н а д я.Хорошо, что зима кончилась. Дай я тебя поцелую.

2

Т ю х а.Всё. Больше никогда. Я спокойно жил, спокойно ел и спал. Я спокойный. Это из-за силы спокойный, я так понимаю. А потом мне воткнули в бок старый и ржавый нож. Он неудобно торчит и за все задевает, как заусенец. Он ржавый, и место, где он торчит, там гной, и оно никогда не заживет. Да и не сможет – нож, он же постоянно цепляется за одежду. Во сне я случайно наваливаюсь на него, просыпаюсь и ору, как черт, долго, не затихая. Его задевают в толпе. По нему похлопывают приятели, с каждым движением я чувствую, как он царапает по ребрам, там внутри, в ране. Эта боль привычная, но к ней нельзя привыкнуть. Она постоянно со мной. И этот нож воткнула мне ты.

П е р в ы й к о р е ш.Тюха, ты чего там бормочешь?

В т о р о й к о р е ш.Он, как напьется, все время что-то такое бормочет.

Т ю х а.Я сила!!!

П е р в ы й к о р е ш.О! Проснулся.

Т ю х а(бьется в судорогах). Да пошла она! Пошла! Она! Пошла она! Пошла она!

В т о р о й к о р е ш.Ну. Только орать так не надо. Выпей на. Выпей и снова дрыхни. Достал уже…

Т ю х а.Пошли вон все. Валите отсюда. Мой брат вон идет. Старший. Учить меня пришел.

К а з а н.Тюха!

Т ю х а.Ну чего? Чего? Нет у меня твоего кольца. Бляди одной отдал. И с концами.

К а з а н.Тюха, ты же не чувствуешь боли, да? Бить тебя бесполезно, да?

Т ю х а.Ничего ты со мной не сделаешь. Иди откуда пришел.

К а з а н.Батя, когда умирал, сказал мне: береги Олежку и Колю.

Т ю х а.И чего?

К а з а н.А про тебя ничего не сказал.

Т ю х а.Чего?

К а з а н.Потому что ты уродец, он тебя за своего не признавал.

Т ю х а.Чего?!

К а з а н.Ты не наш, ты ублюдок! Не наш!

Тюха бросается на Казана, оба кореша пытаются их растащить, через сплетенные тела, как по кочкам на природе за городом, пробираются Надя и Обмылок, они полностью поглощены друг другом.

3

О б м ы л о к.Ты боялась. А теперь ты больше не боишься. Вот и всё.

Н а д я.И это не значит, что я плохая?

О б м ы л о к.Не бывает плохих людей. Есть страх, который меняет нас. Страшно быть открытым. Страшно быть простым. Страшно зависеть от кого-то. Страшно быть хорошим.

Н а д я.Откуда ты такой появился?

О б м ы л о к.Я хочу тебе помочь.

Н а д я.Я представляю, что так говорят ангелы. «Я хочу тебе помочь». Может, ты правда ангел?

О б м ы л о к.Хуянгел.

Н а д я(хохочет). Дурак! Ты любишь меня? А я люблю тебя! Я так люблю тебя!

Целуются.

О б м ы л о к.Поехали в парк.

Н а д я.А что там?

О б м ы л о к.Не знаю. Природа. Поехали?

Н а д я.Смотри, Хоббит бежит к нам. Что-то кричит…

О б м ы л о к.И было лето. Полновесное, золотое. А еще асфальтовое, пыльное и счастливое. Жаркое, в пятнах от листвы и в радугах от фонтанов.

Х о б б и т.Девки! Обе! Девки!

О б м ы л о к.Качать отца! Качать бракодела!

К а з а н.Нет! Вы меня уроните, уроды! Отпустите! Нога! Аааа! Пусти, твою мать! Засранцы!

Все хохочут и обнимаются.

О б м ы л о к.Надо было позвать Тюху.

К а з а н.Обойдется.

Х о б б и т.Хороший повод помириться.

К а з а н.Я сказал – обойдется! И всё тут.

Х о б б и т.Как хочешь. Твой праздник, твои законы.

О б м ы л о к.Зря. Мы же братья.

К а з а н.Хорош. Всё. Хватит. Всё.

Пауза. Все мрачнеют.

К а з а н.Просто скажите – с ним всё в порядке?

4

Как дурной сон, в деталях повторяется тот же бой, который уже три раза был с участием Тюхи. Только на этот раз Тюха выступает в роли поверженного бойца. Победитель сплевывает на лежащего Тюху кровь и уходит ликующий в окружении родственников и поклонников.

К Тюхе подходят Хозяин, первый кореш и второй кореш. Молча смотрят на неподвижно лежащего Тюху.

Х о з я и н.Говно ты. (Корешам.) Говно он.

П е р в ы й к о р е ш(зовет). Тюха. Ты сигу будешь?

Т ю х а(лежа). Давай. Только прикури мне.

Х о з я и н.Я тебя назад принял не потому, что у меня так много лишних денег. Или потому что про меня тут слишком хорошо думают.

Тюха садится на землю, первый кореш, прикурив, вставляет ему врот сигарету. Тюха курит, разбитые губы прилипают к фильтру.

Х о з я и н.Ты кончился Тюха. Всё. Нет тебя. Скоро все об этом узнают.

Т ю х а.Да пошел ты.

Х о з я и н.Что? (Пауза.) Что ты сказал?

Т ю х а.Да пошел ты.

Х о з я и н.Ты мне денег должен. Я бы не стал на твоем месте так говорить.

Т ю х а.Держи его, пацаны!

Первый и второй кореша делают шаг к Хозяину. Тот удирает от них.

Х о з я и н(издалека). Я из тебя всё выбью! Все деньги ты мне вернешь! С процентами!

Т ю х а.Пошел ты! (Сплевывает.) Собачник хре­нов…

В т о р о й к о р е ш.Чё-то ты, правда, Тюха, не того.

П е р в ы й к о р е ш.Немного сдал. Ага.

Т ю х а.Так бывает. Как в детстве. Катаешься с самых крутых горок, пока в первый раз не влетишь куда-нибудь в дерево. И после этого сразу же появляется страх. Типа паника. И этот страх валит с ног еще на старте. Надо просто его пережить. Я переживу этот страх.

П е р в ы й к о р е ш.Но это ж не из-за той шалавы?

В т о р о й к о р е ш.Она не шалава, она с Об­мыл­ком встречается и вообще, говорят, на работу устроилась.

П е р в ы й к о р е ш.Да ладно. Все равно она шлюха. Мало ли кем она еще подрабатывает.

В т о р о й к о р е ш.Ну тогда считай, что ты просто алкаш. Мало ли кем ты еще подрабатываешь.

Ржут.

Т ю х а.С кем она, говоришь, встречается?

Пауза.

В т о р о й к о р е ш.А ты не знал, что ли?

П е р в ы й к о р е ш(фальшиво). Упс.

В т о р о й к о р е ш.Да это все знают, чё ты!

Т ю х а.Давно?

В т о р о й к о р е ш.Я даже место могу показать. Они там каждый день вдвоем.

Т ю х а.Показывай.

5

Н а д я.Ты знаешь, я ведь правда из Москвы. Я не обманывала тебя. Просто совсем из другого района.

О б м ы л о к.Тебе здесь нравится?

Н а д я.Мне? Не знаю. А тебе?

О б м ы л о к.Здесь мало природы. Чем больше людей, тем меньше красоты. Не знаю, почему так получается.

Н а д я.А я?

О б м ы л о к.Ты да. Ты красивая.

Н а д я(внезапно). Кто там? Тюха!

Т ю х а(появляясь).Всё, как и ожидалось. Понятно всё. Ясненько. (Зовет.) Пацаны! Сюда!

О б м ы л о к.Тюха, ты чего?

Т ю х а.Ты зря это, Обмылок. Ты зря это все придумал.

Н а д я.Оставь нас.

Т ю х а.С чего это? Пацаны, вы слыхали? Просят оставить… Оставить? А?

О б м ы л о к.Вы давно с ней расстались, Тюха, кончай уже.

Т ю х а.Кончать? Держи-ка ее! Держи, я сказал!

О б м ы л о к.Тюха, прекрати! Стой!

Т ю х а.А то что? Что ты сделаешь? А ну ударь меня!

О б м ы л о к.Я не могу!

Т ю х а.Тогда моя очередь! На!(Бьет Обмыл­ка.) А теперь? Теперь меня ударь!

О б м ы л о к.Тюха…

Т ю х а.Опять не можешь? Тогда опять я!

Бьет.

Н а д я.Не надо! Тюха!

Т ю х а.У нас все по-честному! Поровну! По-братски! Теперь снова ты! Нет? Тогда получи! Еще? Нет? На! На! На!

Избивает Обмылка. Тот падает. Тюха бьет лежащего. Надя безуспешно пытается вырваться из рук корешей.

Н а д я.Олег!(Рыдает.) Пожалуйста…

Т ю х а(Наде). Теперь твоя очередь. (Второму корешу.) Держи ее, я сказал, крепче!

П е р в ы й к о р е ш(оглядываясь). Чё-то как-то стремно тут, Тюха…

Т ю х а.Не стремно. Апартаменты как раз по ней. Что? Ты говорила, можешь уйти, да? Оставить тело и уйти? Всегда свободна? Как птичка в полете? Ну давай! Что? Получается?(Пинает лежащего Обмылка.) По­лу­чается?

Надя рыдает.

Т ю х а.Больно? Да? И мне больно. Прикинь?

Вырывает ее из рук второго кореша и валит на землю. Первый и второй кореши подходят к ним ближе.

6

Вспышка. Это в темноте Казан закуривает сигарету.

К а з а н.Что происходит? Иногда я думаю про свою жизнь раньше. Ну вот еще год, например, назад. Совсем все по-другому было. Вот я был ребенком, а теперь у меня самого двойня. Своя кровь. Четвертая отрицательная, между прочим. Отрицательная не потому, что плохая, а потому, что против всех. Я против всех, и дети мои тоже будут против всех. Сейчас я взрослый человек. И должен отвечать за других. Это так странно. Обмылок. Он же еще ребенок тоже. Ну вот чем он отличается от Машки и Сашки? Тоже ведь моя кровь. Тоже ведь бестолковое существо, которое требует моей помощи. Который может приползти ночью, в крови, и лежать у тебя на пороге. И тебе надо успеть, и «скорой» надо успеть, и тогда ты будешь ехать в больницу с ним на коленях. И мысль будет твоя не о том, что ты не можешь узнать его лица, а о том, что больше всего на свете тебе хочется убить того мужика на «Лексусе», который не дает проехать «скорой». Вон он едет, видно, как его локоть торчит из окна. Он разговаривает по телефону. А сзади вы, и водитель беспомощно матерится, а доктор сует в руки пакет с капельницей и говорит: «Подними и держи выше, сынок». Кто сынок? Я?(Усмехается.) Я сынок? Да я тут по ходу единственный взрослый, ­вообще…

Казан тушит сигарету.

durnenkov-5

7

О б м ы л о к.Никогда здесь не был. Здесь так высоко… А внизу магазины, магазины, магазины. Казан сказал как-то, что жизнь – это не эскалатор в торговом центре. А отсюда смот­ришь, сверху, люди едут вверх и вниз, и все такие разные… И, может быть, Казан и ошибается.

Н а д я.Сначала меня изнасиловал Тюха. По­том его кореша. Потом они повезли меня куда-то. Потом было еще там. Потом они меня вывезли на шоссе, содрали платье и вытряхнули на обочину. Август. Тепло. А то бы замерзла.

О б м ы л о к.Это все из-за любви. Он так сильно любит тебя… Я не знал, что он так сильно любит тебя… Тюха… Он был лучший брат на свете. Самый добрый, самый сильный.

Н а д я.Это мразь. Подлая мразь. Грязная тварь, которая и других пачкает.

О б м ы л о к.Нет. Он изменился, потому что…

Н а д я(кричит). Да мне плевать, слышишь! Плевать! (Пауза.) Олег, ты мне сам говорил: не надо бояться, это все из-за страха, помнишь? Я тебе поверила. Поверила, что я тоже могу, что… (Испугавшись.) Ты не смотришь на меня. Это из-за того, да? Да, меня изнасиловали, но ведь это я, по-прежнему я! Это я! Это ведь я?

О б м ы л о к.Да, это ты.

Н а д я.Тогда в чем дело? Ты меня уже не любишь?

Пауза.

О б м ы л о к.Тебе надо вернуться к нему. К Тюхе.

Н а д я.Что?

О б м ы л о к.Он любит тебя. Если бы я знал, что он так сильно любит тебя, я бы никогда… Знаешь, как он на тебя смотрел тогда?

Н а д я.Что ты такое говоришь?

О б м ы л о к.И то, что он сейчас творит, это все из-за любви. Это все моя вина, это я виноват в том, что случилось! Надо просто спасти его!

Н а д я.Олег…

О б м ы л о к.Помоги мне, Надя! Ты же хорошая, добрая, я знаю. Помоги мне спасти его! И он станет прежним, и вы снова будете любить друг друга, как тогда, раньше!

Н а д я.Господи, Олег, ты с ума сошел… (Пауза.) Ты что, правда думаешь, что я должна вернуться к нему? (Пауза.) Я тебя ненавижу. Слышь, Обмылок? Я тебя ненавижу.

О б м ы ло к.Надя. Это я виноват во всем. Если кто-то должен страдать, то только я.

Н а д я.Я тебя ненавижу, ублюдок. Подонок, мразь, сука, я тебя ненавижу.

О б м ы л о к.Надя…

Н а д я.Не. Подходи. Ко мне. Потому что. Иначе.

Не договорив, внезапно вынимает из сумочки косметичку и начинает подкрашиваться.

О б м ы л о к.Надя.

Пауза. Надя подкрашивается. Обмылок со страданием смотрит на нее. Надя красится все больше и больше, превращая лицо в какую-то маску. Сцена длится настолько долго, насколько это возможно.

Хоббит

1
Х о б б и т.С осени я стал жить один. К холодам, думаю, буду уже сам заказы принимать, без Андреича. У нас и так было, что мы приходим – Андреич с хозяевами чаи гоняет, а я всю работу делаю. Я вообще в электрике шарю. Я быстро учусь. Потому что знаю, что главное. Главное – это понять основной принцип. Ну то есть как чё и почем происходит. Когда этот принцип поймешь, дальше все уже ерунда. Я вот часто вижу: взрослые мужики, а по жизни – как дети, ни во что не втыкают. Да просто потому, что главное не поняли – про этот самый принцип. Если его понять, говорю, дальше уже легкота. А если не понимать, то беда. Вот Тюха, например. Он же вообще как в тумане живет. Ему кажется, что все случайно и ничё ни с чем не связано. Типа судьба. Вот и получает от этой судьбы люлей.

Про него слышал, что он выступает в мас­ке и кожаных трусах. И всякие извращенцы в клубе в него дротики кидают. Ему ж все равно, боли он не чувствует. А еще он вставляет в жопу петарду такую и стреляет огнем, типа пердит. За это ему дают деньги. Он их пропивает. Может, и колется, я не проверял. А еще надевает прямо на болт себе кольцо, цепляет на него стул на колесиках и катает на нем девок.

Про Обмылка мне Казан рассказывал. Они сейчас вместе живут.

К а з а н.Он пробовал в армию пойти. Да и в самом деле, что пацану тут делать здоровому на гражданке? Но Обмылка не взяли. Где-то потерялось его дело, такое везение бывает. И о нем забыли. В общем, вернулся из военкомата ни с чем. Тогда он двинул к Хозяйке. Зачем? – говор. Обмылок, ты дурак, что ли? А он мне: буду биться, зарабатывать. Помогать вам ипотеку выплачивать. (Разводит руками.) Ну это довод, хули… На первом же бою замесил соперника в кровавое мясо. Потом сидит, плачет. Прикинь, трезвый сидит и плачет. Чего плачешь, говорю. А он мне: я представлял себе Тюху. Бил его и представлял себе Тюху… Такие вот пироги.

Х о б б и т.В общем, все в порядке у нас. Получил вот письмо из Семеновска, а рассказать о нем даже и некому.

2

Н а д я.Открывай!

Т ю х а.Открывай!

Н а д я.Открывай, Хоббит!

Т ю х а.Открывай, Хоббит!

Н а д я.Открывай, полчеловека! Открывай, уро­дец!

Т ю х а.Эй! Мой брат не уродец!

Н а д я.Твой брат маленький уродец и за­сранец.

Пауза. Тюха хохочет.

Т ю х а.Да. Открывай, маленький засранец! Открывай, уродец! У меня для тебя подарок!

Х о б б и т.Вам чего? Ночь же! На работу ­завтра!

Т ю х а.Ну наконец-то. (Наде.) Садись туда.

Н а д я.Хочу чаю. И водки. Холодно.

Т ю х а(Хоббиту). Давай нам чаю и водки.

Х о б б и т.Вы чего приперлись?

Т ю х а.Нас выгнали.

Н а д я.Он разнес там все. (Оглядывается.) А тут ничего не изменилось…

Т ю х а.Это ты все! Это из-за тебя!

Н а д я.Заткнись, урод. Найди мне водки! Это ты у меня ее всю выпил!

Т ю х а.Ты ранила меня! Ты мне сердце, сука, порвала!

Н а д я.Ты выпил всю мою водку, козел! Я честно ее заработала!

Т ю х а.Заткнись!

Х о б б и т.Слушайте, вы, конечно, переночевать тут можете, но пить тут не надо.

Н а д я.Послушай, Хоббит, послушай меня! Рассуди! Кто из нас прав?

Т ю х а.Сука!

Н а д я.Я честно отсосала у одного в туалете, он дал мне стошку…

Т ю х а.Сука!

Бьет ее. Надя вытирает кровь с губы.

Н а д я.Губу разбил… Вот урод… Ну так вот, Хоббит, купила я, значит, водки, прихожу, а тут мой милый дорогой Тюха забирает у меня бутылку, выпивает ее, разбивает окно, разбивает стол, розочкой режет всю мебель…

Т ю х а.Зачем ты это делаешь, зачем? Хоббит, маленький, братик, она меня мучает, она…

Надя, наоборот, внезапно успокаивается, смотрит в одну точку.

Н а д я(задумчиво). Но самое злое – это, конечно, окно. Дай хоть сигарету…

Т ю х а.Вот, вот последняя…

Н а д я.И что теперь делать? Опять идти искать кого-то…

Т ю х а.Вот, вот, огонек, на…

Н а д я(прикуривая). Теперь тут жить будем. У тебя деньги есть, Хоббит?

Х о б б и т(твердо). Денег я вам не дам.

Н а д я.Мы украдем. Дождемся, пока ты куда-нибудь пойдешь, и все тут распотрошим. Не надо было нас пускать. Теперь-то поздно, конечно.

Т ю х а.Хоббит! У меня ж для тебя подарок. Иди сюда, морда. На. Держи. Газовый пистолет. «Магнум». Двенасати… двенасати… твою ж мать, не выговорить. Две-на-дца-ти-за-ряд-ный. Только он не работает. Боек тут того…

Н а д я.Хоббит! А у меня нет для тебя подарка. Но я могу тебе отсосать. Хочешь? Вижу же, что хочешь.

Т ю х а.Нет! (Бьет Хоббита.) Ой! Прости! Прости! Я не хотел! Не хотел! Ты сука! Сука! Зачем ты заставила его ударить?! Братик, миленький, прости, прости! Прости меня!

Н а д я.Ох, Хоббит, зря ты нас сюда пустил. Ей-богу, зря…

Т ю х а.Ничего, ничего, братья должны друг другу помогать. Да? Как нам мама говорила? Правильно?

Н а д я(в ступоре). Тюха. Ты слышишь? Мне холодно, мне нужны деньги. Мне нужны еще деньги и водка. Мне холодно. Слышишь? Мне холодно!

Т ю х а.Я найду, найду. Только не ходи никуда, Надя. Не ходи никуда! Я знаю, где взять! Ты только… я быстро!

Убегает.

Х о б б и т.Я вот думаю иногда. Если бы я знал, куда он побежал за деньгами, я бы его остановил? Вряд ли… Такой лось, его разве остановишь? В общем, остались мы в тот вечер вмес­те сидеть – я и Надя. Это последний раз был в моей жизни, когда я ее видел.

Х об б и т(Наде.) Ну и что ты? Зачем тебе все это?

Н а д я(не выходя из ступора). Я веселая девушка, люблю веселиться.

Х о б б и т.Почему ты опять с Тюхой?

Н а д я.Потому что мне все равно. Хоббит, ты еще такой маленький…

Х о б б и т.Ложись-ка ты спать.

Н а д я.Такой маленький. Хочешь со мной переспать? Мне все равно, а тебе приятно? Ты уже когда-нибудь это делал?(Встает, пошатываясь, идет к нему.) Со взрослой тетей знаешь, как интересно? У-у-у… Иди сюда, я тебя всему научу, все тебе покажу… Ты еще такой маленький…

Х о б б и т.Я не маленький. Я не маленький.(Внезапно кричит.) Я не маленький! Я не ребенок! Я не ребенок!

Н а д я(останавливаясь). Ты чего?

Х о б б и т.Я не стал им говорить. Никому, даже Казану. Письмо соседка написала, жаба, всех нас всегда ненавидела. Написала, что никто не знал, как с нами связаться, поэтому не преду­предили. Мать наши письма в тайнике хранила. Стали убираться, нашли старое письмо Обмылка с этим адресом. Вот и написала. Два месяца. Некуда нам… возвращаться.

Надя, устало сгорбившись, садится рядом с Хоббитом.

Н а д я.Черт. Сигареты кончились. И Тюха назад не торопится. Пойду я. Кода он придет, скажи ему, что… не знаю… что у меня кончились сигареты. А еще лучше просто не впускай его. Мой тебе совет. (Пауза. Она встает, идет к двери.) Ну да. Ты и правда не ребенок. Ты мужик. Может быть, единственный из них из всех.

Уходит.

Х о б б и т.А на другой день мы уже сидим в подвале у Хозяйки. Все, кроме Тюхи. Пахнет крас­кой так, что тошнит и дико болит голова. Сейчас все делают ремонт, время подвалов заканчивается. Хозяйка хочет, как это называется, легальный бизнес. Надоело ей, видать, ментам бабло под резинку штанов подкладывать.

Х о з я й к а.Я хочу понять, кто именно из вас за него отвечает.

К а з а н.Никто за него не отвечает.

Х о з я й к а.Где он?(Пауза.) Ну, значит, я сливаю все это дело ментам. Какие проблемы?

О б м ы л о к.Ты же видела, какой он был в последнее время, не надо было его приводить к себе домой.

Х о з я й к а.Не надо меня лечить. Мне нужны деньги, которые украл ваш брат.

Х о б б и т.Мы не знаем, где Тюха. И не знаем, где деньги. И мы не отвечаем…

О б м ы л о к.Хоббит, не лезь. (Хозяйке.) Мы вернем эти деньги.

К а з а н.Я пас. Двое детей и ипотека.

Х о з я й к а.Обмылок, ты серьезно?

О б м ы л о к.А какие еще варианты?

Х о б б и т.Обмылок, откуда у нас такие деньги?

О б м ы л о к.Ты хотела, чтоб я на тебя работал? Чтобы я был только твой?

Х о з я й к а.Не когда тебе захочется, а когда я захочу?

О б м ы л о к.Да.

Х о з я й к а.Насколько?

О б м ы л о к.Три.

Х о з я й к а.Пять. Пять лет. Вряд ли ты протянешь больше.

О б м ы л о к.Протяну.

Х о з я й к а.Вот и проверим. Я очень зла на твоего брата, Обмылок. Очень. И поэтому в первый бой ты встанешь против Татарина.

К а з а н.Ты с ума сошла?! Он же его убьет!

Х о з я й к а(Казану). Тут двое разговаривают. Если ты пас, то встал и пошел отсюда. Понял?

Пауза. Казан молчит.

О б м ы л о к.Давай Татарина.

Х о б б и т.Обмылочек, ты чего? Не надо!

О б м ы л о к.Давай Татарина. Давай Татарина, давай.

Х о з я й к а.Договорились. Сегодня подпишешь мне бумагу на пять лет.

О б м ы л о к.Подпишу.

Х о з я й к а.Если хочешь знать, то не стоит твой Тюха этого.

О б м ы л о к.Это мне решать.

Х о з я й к а.Ты уже решил все, что мог. До вечера, сладенький.

Уходит.

О б м ы л о к.Тюха, я очень надеюсь, ты на полпути в Семеновск.

3

К л и е н т.«Есть в графском парке черный пру-у-уд, там ли…и…лии цве-е-ету-у-ут»…

Н а д я.Сейчас, сейчас все будет…

К л и е н т.Стой! Стой, балда! Презик! Где презик?!

Н а д я.Сейчас, сейчас все наденем… У нас все под контролем…

К л и е н т.Эй, ты кто?

Т ю х а.Конь в пальто!

Бьет клиента.

К л и е н т.Убивают!

Т ю х а.Пошел отсюда!

Пинает в зад убегающего клиента.

Н а д я(равнодушно). Урод. Клиента мне спу­гнул.

Т ю х а.Я тебе деньги принес. Много денег. Реально много.

Х о б б и т.Такого боя, как в тот вечер, я не видел никогда. Татарин, супертяжеловес, которого боялись все, против моего брата, который даже человека ударить не может. Такого не бывало ни разу даже в боях без правил. На моего брата не поставил никто, даже я.

Т ю х а.Мы теперь будем жить по-другому, мы уедем, вместе уедем. К чертям собачьим эту Москву, тут плохо. Уедем и забудем всё, как кошмар. Да? Начнем все сначала.

Х о б б и т.Татарин тут же разбил ему бровь.

К а з а н.Если бы удар был прямым, он бы его вырубил. А так по касательной не считается.

Т ю х а.У тебя, наверное, никогда не было столько денег, смотри. Это все наше, прикинь?

Х о б б и т.Обмылок прыгает вокруг, уворачивается, но не бьет. Он более верткий, и пока ему везет. Кровь течет по лицу, и он трясет головой, чтобы не ослепнуть.

К а з а н.Почему он не бьет его? Он что, умереть хочет?! Бей его! Бей! Ну же!

Н а д я.Тюха ты Тюха.

Т ю х а.Что?

Н а д я.Неужели ты думаешь, что мне нужны твои деньги?

Х о б б и т.Я не могу смотреть на это. Почему он не дерется, Казан?

К а з а н.Если Татарин схватит его и подгребет под себя, то всё. А он его схватит. Сейчас Обмылок устанет, замедлится, и тот его схватит.

Н а д я.Если есть на свете кто-то, кого я ненавижу, то это ты. Ты убил все лучшее, что было у меня в жизни. Почему ты рядом? Почему ты не в аду? А? Я так устала видеть твое лицо…

К а з а н.Татарин поймал его.

Х о б б и т(чуть не плача). Обмылок, что же ты…

К а з а н.Как паук, схватил его и подтащил к себе.

Х о б б и т.И когда он его уже почти взял в захват, Обмылок вывернулся и свободной рукой ударил Татарина в челюсть.

К а з а н.Этого не может быть!!!

Тюха бьет Надю ножом.

К а з а н  и Х о б б и т.Да!

Н а д я.А! Мне больно! Тюха!

К а з а н.Обмылок! Давай!

Х о б б и т.Да! Он победил, победил!!! Ви а зе чемпионс!

Н а д я.Я не хочу, не хочу!!! Я не хочу… Сережа… Сережа, Сережа, Сереженька…

Тюха бьет еще и еще. Надя пытается вырваться, но постепенно затихает.

К а з а н.Нереально! Нереально, Обмылок! До­­рогой, сука, братик, блин, это нереально!!! Дай я тебя поцелую!!! Иди сюда, иди сюда, баран!!!

Н и н а.Не кричи ты! Детей разбудишь, папу! Времени уже полночь!

К а з а н.Да мне пофиг! У меня брат чемпион!

Х о б б и т.Я тобой горжусь!

О б м ы л о к.Осторожнее, осторожнее, плас­тырь сдерете!

К а з а н.Давайте, поднимем, что называется. Хоббит, давай немного красного! Обмылок, за тебя!

О б м ы л о к.Спасибо, Казан.

Н и н а.Ну вот, Сашка заплакала. Давайте тихо тут, я пойду ее успокою.

Уходит.

К а з а н.Брат!..

О б м ы л о к.Казан, давай тише, правда.

К а з а н.Брат. Я очень рад, что ты у меня такой есть.

Х о б б и т.И я.

Ка з а н.И я рад, что вы приехали сюда и живете рядом со мною. Кстати! Надо ж будет маме сообщить!

О б м ы л о к.Мне так стыдно, я уже месяца три ей писем не писал. Хоббит, ты ей пишешь?

Х о б б и т.Нет.

О б м ы л о к.Стыдно. Слушайте! А давайте как-нибудь все вместе приедем к ней. Неожиданно! А? Нагрянем всей толпой. Нинку возьмем, Сашку с Машкой, она ж внучек не видела ни разу.

К а з а н.Круто! Давай! Бли-и-ин, это крутая идея! Хоббит, поддерживаешь?

Х о б б и т.О чем ты ей собрался сообщать, Казан? Что Обмылок в подпольных боях участвует? Из-за того, что Тюха чужие деньги украл? А папика вы своего на кого оставите? Да он на второй день в собственном говне утонет.(Пауза. Все молчат.) Ну вот то-то же. Давайте с этим планом подождем пока.

О б м ы л о к.Я очень хочу, чтобы она нами гордилась. И я уверен, что так и будет. Помните, на первое сентября мы все вместе шли в школу? Я видел, что мама нами гордится, что мы все вместе, нарядные, одинаковые, как ступеньки, с цветами. Что она одна, без отца, смогла сделать так, что мы хорошо выглядим, что мы не уличные пацаны, а приличные люди. Но мы тогда были совсем маленькие. Даже ты, Казан. А теперь мы должны порадовать ее как взрослые. И пусть у нас еще нет того, чем гордиться, мы добьемся этого. Давайте за это выпьем.

К а з а н.Давайте.

Х о б б и т.Аминь.

Выпивают.

Н и н а(появляясь). Смотрите, кого нелегкая принесла.

Уходит. На пороге Тюха, он в шоке, ведет себя заторможенно.

Н и н а.Удачно вам посидеть.

О б м ы л о к.Присаживайся, Тюха. У меня праздник, я победил в бою. Налить тебе немного вина?

К а з а н.Я бы, пожалуй, ему не давал выпить. Он, кажется, уже вполне себе.

Х о б б и т.Если у меня спросите, то я так скажу: пусть он отсюда уходит.

К а з а н.Первый раз согласен с Хоббитом.

Тю х а.Я не хочу пить.

О б м ы л о к.Ты... что-то хочешь сказать?

К а з а н.Ему хватит.

О б м ы л о к(вставая). Подождите! Тюха! Го­вори!

Тюха валится на лавку между братьев, пачкая их кровью.

Х о б б и т.Что это такое? В чем это ты весь? Тюха, что это такое?

Т ю х а.Она… не хотела умирать.

О б м ы л о к.Тюха…

Т ю х а.Я убил ее. Я убил Надю.

Обмылок подходит, сжимает его в объятиях, прячет его голову на груди, сжимает ее так, будто хочет раздавить. Тюха все время повторяет: «Я убил Надю». Обмылок сжимает его изо всех сил. Казан хватает Обмылка и тянет на себя. Обмылок не отпускает Тюху. Тюха не перестает повторять: «Я убил Надю». Хоббит хватает сзади Тюху и пытается отодрать его от Обмылка. Братья тянут друг друга в разные стороны, но не могут отодрать друг от друга.

Т ю х а(спокойно). Ты хотел, чтобы она ко мне вернулась… Чтобы она была со мной. Я только так и смог ее удержать. Ты доволен, чемпион?

Закрывает ладонями лицо, застывает. Пер­вым приходит в себя Хоббит.

Х о б б и т.Ты должен пойти и во всем признаться, Тюха!

Обмылок садится рядом с Тюхой, хватает его за плечи.

О б м ы л о к.Нет! Нет, мы его не отдадим! Тюха, Тюха, тебя кто-нибудь видел?

Тюха не убирает ладони от лица.

Т ю х а.Меня никто не видел.

О б м ы л о к.Его никто не видел, мы не отдадим его. Казан?!

К а з а н.Да, да, конечно…

Х о б б и т.Вы с ума сошли! Хватит его спасать!

К а з а н.Молчи, Хоббит, ты еще маленький… Обмылок, что нам делать? Что нам делать?!

О б м ы л о к.Надо убрать все вещи, которые в крови. Если спросят, Тюха был с нами весь вечер. Нина!

Хоббит встает и уходит.

О б м ы л о к.Нина!

Н и н а(появляясь). Что вы орете? Что случилось?

О б м ы л о к.Нина, послушай меня. Если кто-то спросит – Тюха был с нами, он никуда не уходил.

Н и н а.Господи…

К а з а н.Ты слышала?! Делай, как он сказал! Нужно сейчас срочно постирать его вещи.

О б м ы л о к.Сжечь!

К а з а н.Сжечь! Еще лучше! Нужно немедленно все сжечь! Неси таз, сейчас отнесем на помойку, сожжем там.

Х о б б и т(появляясь). Стойте! Всё.

К а з а н.Что «всё»?

Х о б б и т.Всё, поздно. Я вызвал ментов.

4

Х о б б и т.Это закон. (Во время дальнейшего монолога он постепенно переодевается в полицейскую форму.) Закон, который я принимаю. Закон большого города, который я почувствовал еще тогда, на Казанском вокзале. Тюха – мой брат, и я люблю его не меньше, чем Казана и Обмылка. Он нарушил закон и должен получить наказание. Нельзя жить тут, будто ты по-прежнему в Семеновске. Нельзя жить, будто тебе есть куда возвращаться. Будто там лучше, а здесь временно. Будто завтра можно переиграть жизнь по-новому, а сегодня пусть все идет, как идет. Нельзя, потому что закон. Когда в жизни столько всего, когда ты не человек, а щепка, когда от тебя ничего не зависит, единственное, что у тебя остается, – это закон. Наверное, одного закона слишком мало, чтобы просто быть человеком.

Но для того, чтобы быть, – вполне достаточно.


В оформлении использованы фотографии спектакля «Братья». «Гоголь-центр», режиссер Алексей Мизгирев. Фото: Алекс Йоку / пресс-служба «Гоголь-центра»

 

Восстание философии аниме

Блоги

Восстание философии аниме

Борис Ниппоненко

Утомленный высокими материями, Борис Ниппоненко изучил новейший эротический аниме-сериал и пришел к неутешительному выводу, что и здесь – сплошная философия и только в самую последнюю очередь – эротика.

Экзамен. «Моего брата зовут Роберт, и он идиот», режиссер Филип Грёнинг

№3/4

Экзамен. «Моего брата зовут Роберт, и он идиот», режиссер Филип Грёнинг

Антон Долин

В связи с показом 14 ноября в Москве картины Филипа Грёнинга «Моего брата зовут Роберт, и он идиот» публикуем статью Антона Долина из 3-4 номера журнала «Искусство кино».

Новости

На XII «Волоколамском рубеже» наградили лучшее военно-патриотическое кино

19.11.2015

18 ноября в городе Волоколамск состоялась церемония закрытия XII международного фестиваля военно-патриотического кино «Волоколамский рубеж». В трех секциях – игрового, неигрового и короткометражного конкурсов – были присуждены призы профессиональных и зрительских жюри.