Strict Standards: Declaration of JParameter::loadSetupFile() should be compatible with JRegistry::loadSetupFile() in /home/user2805/public_html/libraries/joomla/html/parameter.php on line 0

Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/templates/kinoart/lib/framework/helper.cache.php on line 28
История как политика. «Однажды в Ростове», режиссер Константин Худяков - Искусство кино

История как политика. «Однажды в Ростове», режиссер Константин Худяков

Куда ни кинь, везде политика. Авторы сериала «Однажды в Ростове» заявляют в интервью, что снимали социальную драму на основе реальных событий без оглядки на политику. Толки идут, однако, не о беспрецедентном телепродукте, о том, хорош он или плох, – обсуждают, как такое протестное кино могло появиться на Первом. Синдром цензуры вернулся, благо недалеко ушел, только о ней и разговоры, и, надо сказать, с перебором. Впору поразмыслить о другом – о том, почему на целую эпоху задержался фильм, который надо бы снять, как только была объявлена гласность.

Прошло более двадцати лет, фильм о расстреле безоружных рабочих, предъявивших власти законные конституционные требования, наконец был снят. В 2012 году. Но заказчик сериала канал НТВ отказался от продукта. Аллюзии на события Болотной, где демократическая власть предъявила свои приоритеты, – эти аллюзии кто бы решился игнорировать. Показ такого сериала, который начинается с разгона и расстрела мирной демонстрации, можно было бы квалифицировать как прямую провокацию. Ибо что такое история, как не политика, обращенная в прошлое? Формула историка-марксиста Михаила Покровского давно потеряла авторство, «ушла в народ» и работает. Как без нее, если конъюнктура – смысл профессиональной деятельности.

Далее у авторов был роман с каналом «Россия», но не сложилось. Почему не вышло – можно строить догадки. Но сам режиссер Константин Худяков ушел от этого разговора на радио «Эхо Москвы» (19.04.2015). Обмолвился лишь о том, что нужна была воля, чтобы поставить такой сериал в эфир.

Фильм был показан по украинскому каналу «Интер», после чего попал в Сеть, и на момент премьеры на Первом сетевые фанаты уже его посмотрели. Тем не менее премьера под эгидой Константина Эрнста сильно возбудила телекритиков и блогеров: мол, что бы это значило? Все боялись, а Эрнст не побоялся. Какие были аргументы у гендиректора, можно прикинуть методом дедуктивного анализа.

Во-первых, ассоциации с Болотной стали забываться. Во-вторых, только что по Первому прошла вампука «Орлова и Александров», авторы которой нашли новые краски для образа Сталина, представив его эдаким сладострастником, перебежавшим дорогу известному специалисту по женской части Берии. На подобные залипухи падки телевизионные завсегдатаи. Эрнст держит рейтинг, не чураясь «дурного вкуса масс», но его референтная группа как интеллектуала (и эстета в дебютную пору) все-таки элитная интеллигенция. Ради нее он затевает эксклюзивы типа беседы Евтушенко с Соломоном Волковым. Репертуарный опыт великих знает и мотает на ус. Рубен Симонов ставил софроновскую «Стряпуху», чтобы получить добро на «Филумену Мортурано» с Цецилией Мансуровой.

odnazhdy-v-rostove-2«Однажды в Ростове»

Константин Эрнст отработал право на сагу «Однажды в Ростове». Рейтинг замаячил заоблачный. Кровавое преступление советского режима, о котором все знали и все молчали. И когда! На самом пике оттепели – в 1962 году. А главное – антигероем оказывается первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев, тот, который приказал расстрелять мирную демонстрацию рабочих в Новочеркасске.

В новые времена вовсе не Сталин и не Брежнев, а именно Никита Хрущев в российском кино стал мальчиком для битья – от «Серых волков», где Хрущева сыграл Ролан Быков, до недавнего «Чуда» – тут главу государства из-за нелетной погоды занесло в российское захолустье аккурат в тот момент, когда кощунница, пошедшая в пляс с иконой Николая Чудотворца, по воле божьей окаменела, как жена Лота. Хрущев принял участие в этом мистическом инциденте, не воспротивился советам батюшки – найти невинного отрока, которому дано будет вынуть святыню из рук несчастной. Все свершилось, после чего Хрущев отбыл с чувством выполненного долга.

Никита Хрущев не снискал популярности в народе. Не было в нем подобающего имперского величия – обыкновенный белобрысый мужик. Да, он имел смелость выпустить политзаключенных и первым отважился поставить вопрос о культе Сталина, чем потряс до основания коммунистический лагерь. Он шел ва-банк на такие риски, что по сей день нам не все известно. И что же? Русский народ не смог простить Хрущеву, что тот повысил цены на колбасу. И с кукурузой перебрал. Забыто и то, что миллионы людей из бараков перебрались в хрущобы, которые служат и по сей день. И в сериале Хрущев представлен несимпатично, даже без фирменной хозяйской повадки, наработанной за десятилетия пребывания в высших эшелонах власти. Зато наделен репликой – автохарактеристикой. На телефонный звонок жены: «Никита!» – он сам себе отвечает поговоркой: «Что Никита? Никита – пустое корыто».

«Было время, и цены снижали». И было это при Сталине каждую весну начиная с 1947 года, когда карточную систему отменили. А пришел Хрущев – и цены поползли вверх. Кто станет вникать, что с приходом Хрущева прояснилось истинное состояние советской дотационной экономики. Виноват в том был не он, а система, которой он служил верой и правдой.

Сага «Однажды в Ростове», назови ее хоть семейной, хоть криминальной, хоть эпической, – суровый и правдивый документ о советской цивилизации, о ее гниении на этапе «развитого социализма», за витриной которого пышным цветом цвели разбой, воровство в особо крупных, взяточничество, подпольные цеховики, коррупция и варварская жестокость, коли дело принимает серьезный оборот и попадает в сферу внимания «органов».

Не стану приписывать авторам амбиций на глобальные обобщения. Тем не менее исторический дискурс в фильме присутствует не потому только, что действие развертывается вокруг реальных событий и реальных фигурантов советского политического процесса. Авторы снимали исторический фильм, таков был их выбор. Они реконструируют события с тщательностью архивистов, воссоздавая фактуры, типажи, стиль жизни начала 60-х годов прошлого столетия. Образ провинции (фильм снимался в Мариуполе) удался в полной мере, а вот Москва, где временно спасается преследуемая гэбистами Нина Полетаева (Екатерина Олькина), выглядит условно. Москва и песни Окуджавы едва ли не в каждом дворе – скорее эмблема оттепели, чем достоверность. В 62-м Булат Окуджава хотя и был широко известен в узких кругах, но записи его на магнитной ленте и в плохом качестве слушали все еще на кухнях, а до сольных концертов в столичных залах было далеко. Мы с подругами ездили его слушать за город, в какой-то клуб. Концерт, разумеется, был неофициальный. И «диссидентский» сюжет схематичен и литературен. Нет в нем той плотности и внутреннего темперамента, который дается глубоким погружением в материал и его незахватанным, небанальным толкованием.

Известно, как фильм начинался. С мечты актера и продюсера Сергея Жигунова, коренного ростовчанина, снять кино о новочеркасской трагедии. Он пригласил кинодраматурга Елену Райскую, с которой ранее много и плотно работал, и дал ей, по сути, карт-бланш. Она передвинула сюжет с бандой «фантомасов» из 1968-го к началу 60-х годов, встык с новочеркасской трагедией, не погрешив против художественной правды. Скорее, она достигла ее, сгустив события.

«Кровавая гэбня» и бандиты с робингудовским венчиком – это системное единство. Наш исторический опыт показал, что утопию можно принять как литературные мечтания экзальтированных сочинителей, в конце концов, как литературный памятник вековой мечте человечества о лучшей жизни. И только. Но коли утопия воплощается в жизнь, становится идеологией и политикой государства, она неизменно сваливается в криминал, в кровавую бойню. Это мы познали на собственной шкуре, да и по сей день все никак не очухаемся от эксперимента, который подкосил русский этнос.

Ростовские «фантомасы» не идеологизируют свою деятельность. Да, Слава Толстопятов (Владимир Вдовиченков), художник кинотеатра, начал с того, что нарисовал плакат в поддержку новочеркассцев, чем дал работу ищейкам КГБ: была задача схватить того, кто злонамеренно выносит сор из избы и будоражит массы. Поиск ушел в другую сторону, в сюжет карательной медицины. А Толстопятовы пошли своим путем. Они не народные заступники, не правдолюбы, пытающиеся восстановить попранную социальную справедливость, как страховой агент Деточкин. Кстати, в фильме ни слова о том, где хранятся и на что используются добытые деньги. Мать братьев, лежачая больная с тяжелой хроникой, не получила, как можно заметить, никакой медицинской помощи, хотя сыновья обожали свою мамочку. Да и сами Толстопятовы – как жили в неуютном пространстве коммуналки без мало-мальского комфорта, так и продолжали жить. Стало быть, не было у них особых потребностей и мечт о роскошной жизни.

Это была такая форма протеста, социальная месть за бесцельно прожитые годы, за невоплощенность, за унижение образом жизни, какой они вынуждены были принять. То, что они грабили инкассаторов, то есть покушались на госдоход и не трогали работяг, – так оно и было по жизни. К тому же мотив старинный, фольклорный. Степан Разин в романе Шукшина призывает свою ватагу: «Мститесь, братья!» Тут в самый бы раз вспомнить и Бродского: «Ворюги мне милей, чем кровопийцы», но... Наши симпатичные ворюги еще и убийцы. Убивали легко и просто, из эксклюзивного оружия, изобретенного умельцем Славой Толстопятовым. Гильзы от пуль никто не мог опознать.

Честно говоря, на фрагментах с «фантомасами» в процессе просмотра я расслаблялась. Классно выстроенная интрига отношений капитана милиции Карпухина (замечательный Кирилл Плетнев) с братьями Толстопятовыми, приятелями давних лет. Они его держат за лоха, запросто обводят вокруг пальца, он с ними дружит, чаи гоняет, пивком балуется, даже советуется. Это и смешно, и правдиво. Правдиво потому, что они его не боятся. Они вообще не боятся ни черта, ни дьявола.

Актерский квартет в составе Владимира Вдовиченкова, Виктора Ракова, Виталия Хаева и Михаила Евланова работает виртуозно. Да и девушки, а их немало, – просто супер. Елена Райская тщательно выписала каждый характер – и певичка в кинотеатре (блистательная Алена Бабенко), и кассирша из магазина, всегда готовая заняться любовью в подсобке, и тайная возлюбленная старшего Толстопятова, зверски убитая его законной женой, и психически больная сестра главного упыря – полковника КГБ, и шифровальщица Лиля (Екатерина Климова удачно примерилась к характерной роли серой советской мышки) – уникальная панорама советских женщин, обреченных на строительство рая на Земле, но упрямо исповедующих принцип «хочешь жить – умей вертеться». Они и вертятся как могут. Кассирша сделала немыслимую семейную карьеру: стала подругой самого капитана милиции! А шифровальщица Лиля, беременная от кагэбэшного босса, не погнушалась связать жизнь с его безусым адъютантом и выиграла.

«Однажды в Ростове»

Режиссер Константин Худяков выстраивает мизансцены, оставляя простор для актерской импровизации. И актеры работают всласть, не думая про камеру. Временами забываешь, что ты смотришь постановочное кино. Это и есть высший пилотаж. Сцены расстрела, арестов, тюремных интерьеров, допросов, рукоприкладства, насилия, разговоров полковника по прямой линии с председателем КГБ Семичастным – все чрево гэбни, ее внутренняя жизнь эмоционально прессуют.

Елена Райская, похоже, описывает своих героев, держа в уме принцип Станиславского: играя сильного, ищи, в чем он слаб. Шеф Ростовского КГБ полковник Геннадий Копыльцов (Владимир Юматов) – коротконогий, налысо бритый непородистый мужчина с повадкой хищника, метящего в сонную артерию противника. Слабина Гены – его больная сестра, ради которой он не завел семью, трахает безответных шифровальщиц и живет одним домом с сестрой и ее мужем, майором госбезопасности Сергеем Колесниковым.

Колесников – в исполнении Сергея Жигунова – один из смысло­образующих персонажей фильма.

Майор все знает про своего шефа, пользуется его безграничным доверием и ведет с ним грамотную, аккуратную игру. Путем уступок и легкого шантажа ему удается вызволить из психушки профессора Калюжного и его жену, удается отвести роковой удар от генерала Шапошникова – того, который отказался стрелять в мирных людей, выпустить из тюрьмы брошенного туда адъютанта своего босса.

Жигунов играет «хорошего парня», к чьим профессиональным достоинствам относится умение со всеми ладить, гасить конфликты, быть своим среди чужих, когда надо. Но негодяев он чует за версту и выводит их на чистую воду не моргнув глазом. Колесников, насколько я понимаю, представляет тайную оппозицию в тайной полиции – тех немногих аппаратчиков, кто, обладая полнотой информации, все понимал про советскую власть, про ее гибельные технологии. Кто знал, что век ее недолог. Покидая дом Копыльцовых после самоубийства жены, Колесников скажет своему родственнику: мол, родину свою люблю, а вот государство ненавижу. Полковник аж зайдется в гневе и тут же напомнит ему, во что оценивалась в былые времена подобная крамола: десять лет без права переписки. Читай: расстрел.

В финале, сильно удивив и шурина, и самого Семичастного, он уйдет в запас. До отставки еще успеет разобраться с бандой «фантомасов», по приказу шефа взяв на себя это нашумевшее дело.

Все узлы будут развязаны, и даже что-то похожее на хэппи энд овеет предфинальную панораму. Таковы драматургические законы, по которым завершается многофигурное, полижанровое полотно, населенное множеством персонажей.

Колесников, влюбленный в красавицу казачку Нину Полетаеву, покаянно упадет головой ей в колени. Только этого мало! Утешительный финал – не для фильма, который в первых сериях ошеломил многих зрителей, жаждущих знать все про историю своей страны. Эпическая мощь завязки постепенно растворялась в криминальной интриге, выстроенной с таким щегольским мастерством, с такими поворотами – бытовыми, комедийными, житейски правдивыми, – что не оторваться. Заданный формат – 24 серии, – возможно, привлекателен коммерчески, но губителен для главной задачи проекта. Распределить трагический накал завязки по всему сериалу в равных долях, не потерять этот дискурс – усилия режиссера (они очевидны) оказались безуспешными.

odnazhdy-v-rostove-3«Однажды в Ростове»

…Пусть лишь на бумаге, но вернемся к началу, помянем трагически погибшую семью Полетаевых. Вот нерв этого фильма, его боль, воплощенная в образе Петра Полетаева, народного лидера. То была последняя работа великого украинского артиста Богдана Ступки.


«Однажды в Ростове»
Автор сценария Елена Райская
Режиссер Константин Худяков
Оператор Дильшат Фатхулин
Художник Сергей Филенко
Композитор Алексей Шелыгин
В ролях: Богдан Ступка, Сергей Жигунов, Анна Каменкова, Владимир Юматов, Кирилл Плетнев, Алена Бабенко, Владимир Вдовиченков, Виктор Раков, Виталий Хаев, Михаил Евланов, Екатерина Вуличенко, Сергей Тарамаев, Юрий Беляев и другие
«Россия-1», Продюсерский центр Сергея Жигунова
Россия
2012


Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/modules/mod_news_pro_gk4/helper.php on line 548
Что-то случилось?

Блоги

Что-то случилось?

Нина Цыркун

О природе чуда, по всей видимости, случившегося на съемках блокбастера «Орда».


Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/modules/mod_news_pro_gk4/helper.php on line 548
Проект «Трамп». Портрет художника в старости

№3/4

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

Борис Локшин

"Художник — чувствилище своей страны, своего класса, ухо, око и сердце его: он — голос своей эпохи". Максим Горький


Strict Standards: Only variables should be assigned by reference in /home/user2805/public_html/modules/mod_news_pro_gk4/helper.php on line 548

Новости

Погиб режиссер Кодзи Вакамацу

18.10.2012

В ночь на 12 октября в центре Токио, переходя через дорогу, проезжающим такси был сбит Кодзи Вакамацу. Спустя несколько часов, не приходя в сознание, 76-летний режиссер скончался, сообщает lenta.ru. Автор более ста картин, Вакамацу пришел в кинематограф в 1960-е гг. Тесно связанный с криминальным миром и имевший небольшой опыт тюремного заключения, Вакамацу отличался крайне левыми, анархическими и нонкомформистскими взглядами.