«Остановку на перегоне» Андреаса Дрезена, поделившую с «Арираном» Ким Ки-Дука главный приз каннского «Особого взгляда» (2011), наконец показали в Москве (на фестивале «2-in-1»). Фильм про смерть в буквальном, безжалостном, беззастенчивом смысле. Франк, немецкий обыватель (Милан Пешель), которому лет сорок, внезапно узнает на приеме у врача, что у него неоперабельный рак мозга. Впереди облучение, химия и месяца два мучений даже с наркотиками.

Эти несносные дни и ночи – смерть наступит на утро после наступления Нового года – Дрезен фиксирует подробно, физиологично, конкретно. Франк снимает себя, своих детей на айфон, то есть ведет дневник. Он достанется на память чудесному в своем прямодушии – восьмилетнему  Мике, задавшему лежачему папе вопрос: «Когда ты умрешь, можно я возьму твой телефон?» А воображение накаченного лекарствами Франка материализует его двойника, которого показывает по телевизору, где разъясняется, какую немощь придется в скором времени претерпеть.

Известие о болезни совпало с переездом семьи в новый дом. Его обживание  пройдет рука об руку с раздражением, примирением, ужасом, нежностью жены (Штеффи Кюнерт) умирающего. С появлением инвалидного кресла, инвалидной кровати и сиделки, открывшей этой жене, матери почти неправдоподобную правду, с которой не сразу свыкаешься. И она колет зрителю глаза, смущая своей непридуманной точностью точно так же, как, например, сцена внезапного предсмертного секса, или когда Франк, не найдя туалета, написал в комнате дочери, или когда орал на жену, водительницу троллейбуса, пришедшую домой с покупками после работы, что она о нем не заботится. Так вот, сиделка сказала, что, если сдать Франка в больницу, дети всю жизнь будут бояться смерти. А если оставить умирать дома, они с этим кошмаром справятся. И жена внимает такой уверенности.

В финале четырнадцатилетняя дочь, чемпионка среди юниоров по прыжкам в воду, прямо у смертного одра только что «заснувшего» отца произносит: «Я пошла на тренировку». Никакого, уверяю, нет тут цинизма. Но есть непривычная достоверность реакций, поведения, вопросов, реплик, которые Дрезен сумел достичь благодаря личной вменяемости, а выточил методом импровизации.

Сценария фильма не было. Его набросок в несколько страничек оживляли, расшивали на съемочной площадке собственными диалогами профессиональные актеры и любители (врач, объявившей диагноз, сиделка, ну и, понятно, дети).

После просмотра в Москве Дрезен рассказал поразительную историю. Но прежде надо упредить, что «Остановка на перегоне» спровоцирована реальной историей: режиссер был знаком с человеком, жена которого восемь лет умирала от рака, а их дочка, чемпионка по прыжкам в воду, сказала ту самую фразу после смерти мамы, которую Дрезен хотел непременно вставить в свой фильм. Кастинг на роль дочки Франка проходил в Берлине. Претенденток  было всего четыре. Дрезен выбрал одну спортсменку. Оказалось, что это та самая девочка – Талиса Лилли Лемке, пережившая смерть мамы и сказавшая после ее смерти, что пойдет на тренировку. Дрезен мгновенно решил, что не будет ее снимать. Но звонки режиссеру папы Лилли, считавшего, что ей этот опыт нужен, но беседы девочки с психологом, убежденного, что она очень стабильна, что новой травмы не будет, изменили решение Дрезена.

Эта история впечатляет той заразительной (для сверхзамечательных актеров в ролях мужа с женой) достоверностью, которая, не унижая зрителя утешительными маневрами, делает его и ранимее, и терпимее. И вообще лучше, чем он был до просмотра.