В российский прокат вышел парагвайский триллер «Семь ящиков». О том, чем эта лента о приключениях подростка может заинтересовать и даже удивить, – Зара Абдуллаева. 

Никогда не видела парагвайского кино. Хотя заинтересованным лицам известно про моду на «латиноамериканскую волну», а имена мексиканских и аргентинских режиссеров-звезд, завсегдатаев первоклассных фестивалей, у критиков на слуху. «Семь ящиков» – иной случай. Жанр (триллера, боевика) и социальные приметы экзотической страны смешались здесь в зрелище неподдельного драйва и простодушной прелести комиксов.

«Семь ящиков» – детский аттракцион. Но не потому, что рассчитан подростковую публику, хотя героем выбран тинейджер Виктор (Сельсо Франко). Наивностью тут пропитаны и сюжетные ходы, и характеры. При всем том сценарий выверен до миллиметра, а искусный ритм режиссеров-дебютантов – Хуана Карлоса Манеглиа и Таны Шембори – сымитировать невозможно. Как и ощущение (по-детски) живого кино, хоть и построенного на клише, стереотипах, которые, благодаря пластичной камере, совсем не раздражают.

«Семь ящиков»

Дотошные киноманы разглядят в этой обаятельной конструкции цитаты из «Города бога» или даже вспомнят «Миллионера из трущоб». Но я взбивать эту «пену» не буду. Хотя режиссеры «Семи ящиков» – люди насмотренные. А фактура парагвайского рынка, на котором происходит почти все действие фильма, действительно впечатляет трущобной красочностью и прямо-таки декоративной изобразительностью, за которой просвечивает образ бедняцкой замызганной реальности. Ее подробности впечатляют: мобильник стоит 600 000 гуараней (приблизительно 100 долларов) и совершенно недоступен простолюдинам; полицейский покупает мобильник, который отнимут в участке, у задержанной парагвайки, но пользоваться телефоном не умеет. И – просвещают зрителей других стран, повидавших примерно такие же глобальные рынки на окраине своих столиц. Однако авторы «Семи ящиков» вряд ли намеревались оглушить реализмом, как их латиноамериканские коллеги. А вот увлечь и рассмешить приключенческим сюжетом, собранным из осколков тривиальных жанров (хозяевам китайского ресторанчика на рынке поручено два некоротких монолога без перевода; стодолларовую купюру рвут тут пополам в качестве залога, не вызывающего возражений, и т.д.), они, жители парагвайской реальности, сумели на удивление.

«Семь ящиков»

Ну вот. Подросток Виктор – носильщик с тачкой на этом рынке, заворожен телевизионной картинкой, а также мобильником с камерой, о котором пылко мечтает. Ему поручают вывезти товар, подозрительный, конечно, из мясной лавки, куда нагрянула полиция, восхитительно простодушная. За товаром гонится шайка парагвайских головорезов, уверенных, что в ящиках – деньги. Виктор же, вместе со своей подружкой-малолеткой, исполняющей роль сказочной «дарительницы» и одновременно влюбленной зануды, обнаруживают в ящиках расчлененный труп. В финале – «впервые на парагвайском телевидении» – обхохочешься – зрителям предстоит увидеть оглушительный для парагвайцев эпизод, снятый – юмор у режиссеров-дебютантов не отнять – технологически продвинутым китайцем, сыном владельца ресторанчика.

«Семь ящиков»

Латиноамериканские гонки (горки) за товаром, по ходу которых кто-то из рыночных работниц рожает, какой-то полицейский клеится к продавщице, а главарь охотников за ящиками не имеет денег, чтобы купить своему больному ребенку лекарство, становятся вполне аттрактивной приманкой не только для инфантильных зрителей. Аттракцион, он и в Африке, Азии и Латинской Америке разбавляет уныние повседневной рутины.