Идиотка

Хун — холеный, внешне бесстрастный хозяин дома, по утрам до завтрака играющий Бетховена; его беременная жена, дочитывающая «второй пол» Симоны де Бовуар; ее мать, холодная интеллектуалка, реагирующая на рассказ домоправительницы о том, что простодушная новая няня забеременела от хозяина и сама о том не догадывается, репликой: «Она вроде «Идиота» Достоевского!». Ли Юн И (До Ён Чон), хоть и успела развестись, действительно сохранила детское простодушие, наивность и бескорыстную готовность служить. Святая простота, попавшая в шикарный хайтековский дом сверхбогатых людей, которые, по отзыву все той же ушлой домоправительницы госпожи Чо, потому и богаты, что злы и жестоки. Этот акцент отличает «Служанку» Им Сан Су от оригинала — классической черной мелодрамы 1960-го года Ким Ки Ёна, где Ли Юн И оказывалась роковой женщиной, проще сказать — стервой, намеренно использовавшей Хуна в своих гнусных целях. Ныне стерв развелось столько, что такой сюжет стал бы общим местом; в фильме они Ли Юн И как раз и окружают, замышляют против нее заговор, пытаются убить, уничтожить ее неродившегося ребенка, изгнать — словом, отрабатывают весь репертуар злодеяний. Поведение и психология этих женщин характеризует современное состояние Южной Кореи — страны с еще неизжитыми патриархальными устоями и авангардно модернизирующимся образом жизни. Мужчина, формально сохраняющий в семье главенствующее положение, на самом деле его утратил: в ключевых эротических сценах он всегда занимает пассивное положение, довольно равнодушно получая удовольствие, за которое равнодушно расплачивается наличными, по карточке или пожизненным содержанием.

По сравнению с фильмом полувековой давности Им Сан Су играет от противного; зритель ожидает от героини подлянки, а она до конца исполняет редкостную по нашим временам роль жертвы и ставит точку в истории в духе старинной восточной легенды об обиженном человеке, повесившемся на воротах обидчика. В общем, доказывает, что она и в самом деле идиотка. Однако так ли оно на самом деле? Фильм многозначительно зарифмован: он начинается самоубийством неизвестной девушки, чья жизненная история остается нераскрытой, а сама она мгновенно забытой; заканчивается же довольно сложнонаполненным финалом, наделяющим поступок Ли Юн И если не оправданием, то во всяком случае глубоким смыслом. Здесь вообще все очень точно и тонко продумано и тщательно, подробно и медлительно снято — можно сказать, старомодно. Один из режиссерских приемов — мизансцена взглядов в духе Хичкока. Симфонизм взглядов соответствует блистательно исполненной в кадре и за кадром классической музыке, тоже переводящей фильм в несовременный регистр. Вероятно поэтому на прошлогоднем Каннском кинофестивале жюри его и проигнорировало.