Эпический комикс. «Миллионер из трущоб», режиссер Дэнни Бойл

По роману Викаса Сварупа «Q&A»

Автор сценария Саймон Бьюфой

Режиссер Дэнни Бойл

Сорежиссер Лавлин Тандан

Оператор Энтони Дод Мэнтл

Художник Марк Дигби

Композитор А. Р. Рахман

В ролях: Дев Пател, Анил Капур, Саурабх Шукла, Раджендранат Зутши, Дженева Талвар, Фрида Пинто, Иррфан Хан и другие

Celador Films, Film4, Pathe Pictures International

Великобритания

2008

«Однажды я наткнулся на газетную заметку о том, что беспризорные индийские дети научились пользоваться Интернетом в мобильных телефонах. Старые классовые границы уже не так актуальны, как раньше. Сегодня каждый может добиться всего», — признается в интервью автор бестселлера «Вопрос — ответ», а ныне миллионер Викас Сваруп1. Его роман в адаптации сценариста, автора остроумного «Мужского стриптиза» Саймона Бьюфоя экранизировал Дэнни Бойл и назвал «Миллионер из трущоб». На сей раз культовый режиссер, вырастивший поколение Trainspotting и менее удачного, однако знаменитого «Пляжа», взялся за роман воспитания эпохи медиа.

Триумф этой сказочной саги спровоцировал взрыв интереса к индийской культуре. Миллионы туристов со всего мира хлынули в трущобы Мумбая. Местные бюро путешествий теперь практикуют экскурсии в аутентичных декорациях фильма.

А их владельцы воодушевляют журналистов рассказами о том, что большая часть доходов от иностранцев идет на социальные нужды малоимущих индийцев.

Гигантская прачечная под открытым небом, дети-оборвыши, обретающиеся на свалках, смрадный запах гниющих сточных каналов в одночасье удовлетворили мировую тоску по дичайшей экзотике, по возможности развеять скуку благополучия в сюрпризах трудоемкого, выжимающего слезу путешествия. Вчера о такой рекламе бедствующих кварталов можно было только мечтать. Сегодня сердобольные буржуа получили шанс внести личный вклад в защиту обитателей фанерной клоаки. А также в пользу скорейшего присоединения Индии к ресурсам глобалистской политики.

«Миллионер из трущоб» сработан на безотказных жанровых схемах — семейной мелодрамы, криминального детектива, авантюрного романа. Хронологически сюжет разложен на этапы взросления трех главных героев: Джамала, его брата Салима и примкнувшей к ним Латики. Детство друзей сопряжено с трагедией — смертью родителей и попрошайничеством в банде «продавца» сиротских драм и увечий Мамана. Отрочество — пора расставания и бесконечных скитаний. Юность сводит братьев на вершине строящегося бомбейского небоскреба. На смотровой площадке, восставшей из трущобных руин, столкнутся представители двух, отныне совершенно разных, миров. Салим — гангстер в банде Джаведа, с которым теперь живет Латика. Джамал — разносчик чая в местном колл-центре. Тут авторы внедряют в интригу «роковую случайность». Само провидение заводит героя в студию телеигры «Кто хочет стать миллионером?». Джамал уверен, что в доме Латики постоянно включен телевизор, и надеется: она увидит его.

Сразу после прямого эфира юношу увозят в полицейский участок. Спонтанный выигрыш самого заурядного на первый взгляд человека и есть ключевой (медийный) прецедент: простенькая, но сильная метафора достижения массового суперуспеха. «На телевидении, — уверял Хичкок, — в противоположность кино, нет времени для саспенса: его хватает лишь для неожиданности, сюрприза». Смерть матери, страдания сирот, целомудрие «падшей» женщины, осуждение жестокости и награда за мужество инкрустированы в жанровую мозаику фильма, в эклектичную среду современной медийной культуры.

Бойл сводит современные реалии, испытания главных героев к архетипическим коллизиям масскульта. Развратные нравы нищих кварталов Мумбая, тюремные порядки шикарных мафиозных особняков, деловитая суета операторов офисного центра сопрягаются в фильме динамичным сюжетным напором и психологически выверенным подтекстом. Зло непременно будет повержено. Салима, выдыхающего реплику: «Бог в помощь», демонстративно расстреляют в ванной, полной «нечестных» денег, бандиты Джаведа. Эта символическая жертва принесет благородному брату победу в решающий момент ток-шоу. Зрителям английский интеллектуал Бойл доходчиво растолкует: именно равнодушие Джамала к деньгам дарует ему миллионы и встречу с любимой. А религиозную формулу — будь праведен и тебе воздастся — проиллюстрирует чудо. «Счастливый случай» как непременное условие мифопоэтической структуры развеет любые предрассудки, обеспечит спасительной надеждой, даст совсем не воображаемый шанс.

автоваз

Телевикторину смотрят в ста странах мира. За долгие годы эфира в кресле «счастливчика» себя увидели — представили — миллионы. Эпизоды фильма, снятые в телестудии, подсознательно считываются как кадры действительной жизни. Толпы простых индийцев болели за Джамала во время игры. А новостные выпуски уже реального телевидения документировали, как вся Индия праздновала победу своего фаворита во время прямого эфира церемонии «Оскар». Так фантастическая — гиперреальная — сцена из фильма оказалась буквально реализована в жизни, обнародовав подноготную основного механизма телевизионного шоу: выигрыш — здесь и сейчас — вне возрастных, национальных или сословных различий.

В центре этого пестрого фактурного мира и кочевого образа жизни героя — игра. Именно она формирует злободневную притягательность разнообразных контекстов. Эпизоды шоу заново проигрываются на экране телевизора в полицейском участке. В комментариях арестованного Джамала о том, как же ему удалось ответить на вопросы викторины, реконструируется последовательный рассказ — «дневник» его жизни. Вставные новеллы маркируют интервалы — завихрения времени и растяжку пространства. «Жизнь» становится сновидением, реальность — «игрой», а сюжетная и визуальная избыточность резонирует стилистике необарокко. Тут всякий вопрос-ответ и «всякая вещь может быть связана со всеми другими; нет ни одного нового события, нечто подобное уже происходило в прошлом, и всегда возможен повтор, возможна связь» (Умберто Эко).

Аффектация, тяга к величию, пышности, переизбытку деталей создают зрелищную — игровую — среду сложносочиненного, сентиментального и гротескного фильма. Барочным декадансом, контрастными переходами из трущобной реальности в медийную, сверхреальную, как сновидение, здесь пропитана вся конструкция масскультовой саги.

Структура вопросов-ответов, предложенная Викасом Сварупом в романе, воспроизводит не только структуру ток-шоу, но одновременно и структуру глобальной сети Интернет. На заданный вопрос в поисковом окне открывается перечень ссылок с искомым ответом. Они отсылают пользователя к страничке с данными. Например, к досье интересующего героя. Достоверность информации возникает из сопоставления многочисленных фактов. Ассоциативные ряды преумножают, часто взаимоисключая, друг друга. Так суперрейтинговое телешоу стилизуется под интерактивный байопик. А история игрока, главного и почти фольклорного героя, мгновенно становится и легендарной, и виртуальной.

Подобно тому как в ноутбуке карту сайта maps. google. com можно при помощи спутника уменьшить от размера географического атласа земли до масштаба своего дома, Джамал совершает в телестудии виртуальное путешествие по «карте» собственной памяти. Подсознание игрока выбирает неизменно правильный ответ на труднейший вопрос из интимного — разнообразного — прошлого. Бурлящая Индия, ее пейзажи и образы дистиллируются в сакральном воздухе мелодраматических подвигов героев «Миллионера...». Воспоминания Джамала превращают участие в мировом телешоу в судьбоносную игру, ответы на которую он скачивает в личном — персональном — «компьютере».

Так в декоративной истории фильма помимо телевизионных (сериальных) задействуются еще и компьютеризированные принципы самоидентификации зрителя с героем — проводником мифологического сюжета. В матрице игры человек лишен страхов, комплексов, он неуязвим. И может рассчитывать на счастливый финал, на возможность стать миллионером, на жизнь Другого.

Джамала, его брата Салима играют — в соответствии с возрастом — три разных актера. Детство, отрочество, юность — этапы становления личности, взросления героев эпоса, но также метафора развития страны, трущобной и небоскребной. Зато болливудские страсти босых, бедно одетых артистов, финальные песни и танцы отвечают запросам этнически ориентированного гламура. В необарочной стилистике фильма траченные временем смыслы обретают новую винтажную обработку. А фрагменты эпического по сути рассказа уплощаются в компьютерный комикс, где «ад» на земле уживается, соседствует с «раем».

Бойл, конечно, заложил в свою картину и взгляд европейского аутсайдера на Индию. Примечателен эпизод, в котором истрепавшиеся в дороге, побитые жизнью дети прикидываются гидами в священном Тадж-Махале. Беспризорники сочиняют экскурсии для богатых, наивных туристов. Пока Салим водит по мавзолею американскую пару, его подельники снимают колеса с машины этих американцев, которым «экскурсовод» объясняет: «Вы же хотели увидеть настоящую Индию». Водитель избивает воришку, американцы же дают пострадавшему мальчику деньги. Достаток делает человека «моральным», но не спасает от многочисленных разочарований. К тому же за границей, в чужеродном контексте, всегда ожидаешь подвоха. Так англичанин Бойл иронизирует над стереотипами пригревшего его Голливуда и одновременно над эстетикой Болливуда.

«Миллионер из трущоб» — синтетический экстракт эпоса-комикса — манифестировал не столько подспудные социальные и медийные ресурсы этнографической контркультуры, сколько показал силу «неприкасаемой» сериальной макулатуры.

Фильм завоевал множество наград, удостоился главных призов на церемониях «Золотой глобус», «Оскар», британской киноакадемии BAFTA. Однако вызвал неоднозначную реакцию мировой критики. Обозреватели обвиняли академиков в излишней политкорректности, в проекции большого голливудского стиля на «низовую», сотканную из сплошных клише эстетику Бойла. Американские же академики на волне кризиса и обретения нового «преемника Линкольна» отреагировали на пиар-вызов постмодернистского эпоса более благосклонно. Сделали широкий жест в сторону зрителей третьего мира, вместо того чтобы одобрить качественный мейнстрим для интеллектуалов Америки и Европы. Ведь, с одной стороны, это кино свежее — социальное, а с другой — мифологическое и в этом смысле традиционное, призванное утешить миллионы, ублажая извечной надеждой на чудо.

На смену старой утопии пришла утопия новая. Интерактивный мир современных узников телевидения и Интернета утратил былую жанровую определенность, по которой считывались действительность и архетипы героев. Иллюзию реальности подменила иллюзия телезрелища, сочетающая в себе социальное высокомерие и отвоеванную терпимость, предсказуемость и спонтанность, как у игрока из «Миллионера...». И как у взаправдашней безработной — обладательницы гениального голоса Сьюзен Бойл, однофамилицы режиссера, прославившейся в ток-шоу «Британия ищет таланты».

В Trainspotting персонаж Юэна Макгрегора нырял под кайфом в самый грязный туалет Эдинбурга, а попадал в магический трип по закоулкам безумного подсознания. Памятуя об этой эпохальной сцене, Бойл вставляет в свой новый фильм трагикомичный эпизод, в котором юный Джамал таким же образом бежит из уличного туалета за автографом поп-звезды, а в финале своего «незапятнанного» пути сам становится поп-звездой. Бойл рискнул снять блокбастер без звезд и победил, то есть выиграл. Популярная телеигра, ставшая сюжетной провокацией «Миллионера из трущоб», преобразила его красочную, не лишенную иронии банальность в образ ценностного обновления масскульта. Но теперь уже в винтажных обертках настоящей медийной инфраструктуры.

1 www.thaindian.com, Slumdog success: It all started in Allahabad, January 13th, 2009.

Похоже, надвигается буря… «007. СПЕКТР», режиссер Сэм Мендес

Блоги

Похоже, надвигается буря… «007. СПЕКТР», режиссер Сэм Мендес

Нина Цыркун

Завтра в прокат выходит «007. СПЕКТР». Об эволюции образа Бонда в исполнении Дэниэла Крейга, а также о причинах, обусловивших возвращение агента 007 в большую игру, размышляет Нина Цыркун.

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Новости

«На Страстном» вручили премию «СЛОВО»

15.04.2015

Вчера, 14 апреля в Театральном центре "На Страстном" состоялась Вторая церемония вручения сценарной премии "СЛОВО". Награда вручена в пяти номинациях.