Джеффри Джейкоб Абрамс: «Никаких тайных заговоров»

Беседу ведут и комментируют Мики О’Коннор и Ноэль Мюррей

Сценарист, режиссер и продюсер Джеффри Джейкоб (Джей Джей) Абрамс родился в семье работников телевидения и карьеру начал сразу после окончания колледжа. Уже с двадцати лет он успешно продавал свои сценарии к фильмам, среди которых были «Как разобраться

с делами», «Что касается Генри» и «Вечно молодой». В 1998-м Абрамс занялся созданием сериалов, первым из которых стал «Фелисити», драма о жизни студентов колледжа. За ним последовал крупный остросюжетный проект «Шпионка». В 2000-х Абрамс работал как в кино, так и на телевидении, пробуя себя в различных жанрах — от научно-популярной фантастики до классической драмы. Среди его проектов — сериалы «Остаться в живых», «Что насчет Брайана?», «Шестеро» и «За гранью», а также фильмы «Ничего себе поездочка», «Монстро», «Миссия невыполнима—3», «Звездный путь».

Мики О’Коннор. Как вы считаете, почему ваши сериалы находят такой глубокий отклик у зрителей? Может, в них есть какой-то особый ингредиент?

Джей Джей Абрамс. Я всегда стараюсь работать с проектами, которые мне самому было бы интересно смотреть. Есть некоторые аспекты, которые я не могу, да и не хочу, вычислять и измерять, но точно узнаю их, если вижу в самом замысле потенциал. Это все равно что найти женщину, на которой хочешь жениться. Я, конечно, могу сказать, что все дело в персонажах, которым люди сопереживают, в необычных ситуациях и прочих очевидных вещах, но на самом деле, если история по-настоящему цепляет тебя, это сразу чувствуешь.

Мики О’Коннор. Как, на ваш взгляд, изменилось телевидение за прошедшие десять лет?

Джей Джей Абрамс. Разумеется, с тех пор как стали доступны Интернет и другие средства просмотра, аудитория сериалов выросла, теперь их смотрят во всем мире, и для нас, авторов, это настоящее испытание. С другой стороны, благодаря открытому доступу в Сеть у людей есть больше возможностей смотреть наши проекты. И пока одни лихорадочно пытаются на этом заработать, другие организуют многочисленные сообщества, фанаты становятся все более сплоченными. Люди смело высказываются, вступают в свободный диалог с режиссерами, сценаристами, продюсерами, и это здорово.

Мне кажется, я всегда, с самого начала своей карьеры, старался учитывать интересы аудитории. Когда пишешь пьесу, а затем получаешь реакцию, позитивную или негативную, ты чувствуешь ее, проживаешь, обдумываешь ее природу, она становится элементом твоей следующей работы. Сегодня Интернет мгновенно предоставляет ясную и довольно цельную картину зрительских переживаний и реакций. Ни в коем случае нельзя позволять аудитории помыкать тобой, но игнорировать ее тоже не стоит.

Ноэль Мюррей. Какая роль вам больше по душе — режиссера, продюсера или сценариста?

Джей Джей Абрамс. Приятнее всего быть режиссером — чувствую себя по-настоящему востребованным, могу полностью включиться в творческий процесс, как следует сконцентрироваться на своих идеях. К тому же, будучи режиссером, приятно осознавать, что все стадии подготовки, которой, казалось, не будет конца, уже позади: сценарий написан, актеры подобраны, декорации на месте. Съемочный процесс — своего рода награда для режиссера за проделанную работу. И, конечно, не менее увлекательный процесс — монтаж. Моменты, когда можешь заниматься чистым творчеством, прекрасны.

Ноэль Мюррей. В чем, на ваш взгляд, ваши сильные стороны?

Джей Джей Абрамс. Хотел бы я знать. Мне кажется, у меня их вообще нет, я просто стараюсь делать все, на что способен.

Мики О’Коннор. Что служило вам источником вдохновения в работе на телевидении?

Джей Джей Абрамс. Моим любимым телесериалом была «Сумеречная зона»: я вырос на ней, и для меня она была пределом совершенства, идеальным сочетанием интересных персонажей, жанров, эмоций и сюжетов. На каком-то глубинном уровне она сильно повлияла на меня, буквально свела с ума. Что касается кино, мне нравятся абсолютно разные картины, и, конечно, я не устаю восхищаться Стивеном Спилбергом, чьи работы, пожалуй, поражают меня больше, чем какие-либо другие. Во многом его творчество схоже с работой Рода Серлинга, создавшего «Сумеречную зону». Что сделали эти режиссеры? Придумали невероятные, сумасшедшие, абсолютно безумные ситуации и поместили в них героев настолько ярких и живых, что зритель полностью ассоциирует себя с ними, переживает за них, и это позволяет ему верить в правдоподобность зачастую нелепейших обстоятельств, проживать их так, словно это часть его собственной жизни. В свои работы, будь то драма, как «Фелисити», или научная фантастика вроде «За гранью», я стараюсь привнести качества, которые считаю ключевыми, те, что есть и в моих любимых историях.

Мики О’Коннор. Практически в каждом вашем сериале есть сильный женский персонаж. Как вы это объясните?

Джей Джей Абрамс. Забавный вопрос. Я не пытаюсь намеренно вводить сильные женские или мужские персонажи, просто стараюсь создавать их в надежде, что они получатся достаточно яркими, и иногда они оказываются женского пола. Не знаю, почему меня спрашивают именно о женщинах, а не о мужчинах. Например, будь героем сериала «Шпионка» мужчина, мне кажется, такой вопрос не возник бы. Да, кстати, моя мать — юрист, сценарист и продюсер, очень сильная женщина, а моя жена невероятно активна, она занимается политической и общественной деятельностью. По уму и силе характера мне с ней никогда не сравниться. Похоже, с годами, вокруг меня стало появляться все больше женщин прямолинейных, сильных, при этом искренних, воодушевленных, и я чувствую, что меня часто притягивают именно такие личности. Это уникальное сочетание силы, энергии с чувствительностью и ранимостью более органично воплощается в женских персонажах, чем в мужских.

Ноэль Мюррей. В период, когда вы писали сценарии «Что касается Генри» и «Как разобраться с делами», а затем «Фелисити», мало кто мог назвать вас поклонником научной фантастики и фэнтези, но в итоге вы нашли себя именно в этих жанрах. Вы изначально планировали такой переход?

Джей Джей Абрамс. Даже и не думал об этом. Мне просто повезло, что я смог поработать над проектами, которые казались мне невероятно интересными. У меня не было никакой определенной стратегии или плана. В детстве я обожал «Сумеречную зону» не меньше, чем «Шоу Мэри Тайлер Мур». Любил телесериалы «Супермен», «Бэтмен», «Гонщик Спиди» и прочие символы поп-культуры того времени, которыми жило мое поколение. Но мне также нравился «Горбун из Нотр-Дам» с Чарлзом Лоутоном. Я смотрел его, когда мне было десять или одиннадцать лет, рыдал над историей и восхищался потрясающим гримом актеров. Мне всегда нравились невероятные, фантастические сюжеты, часто созданные с помощью спецэффектов, но при этом эмоционально насыщенные и глубокие. Я с восторгом смотрел картины «Обыкновенные люди», «Филадельфийская история» и другие драмы и комедии, не имеющие никакого отношения к научной фантастике. И в то же время был одержим фильмами ужасов конца 70-х — начала 80-х. Так что не могу сказать, что планировал что-то заранее, это просто удача.

Ноэль Мюррей. Вы выросли в семье работников телевидения, не так ли?

Джей Джей Абрамс. Мой отец занимался производством рекламы, а потом стал продюсером на телевидении, позже, когда я поступил в колледж, к нему присоединилась и мать. А до этого, когда я был маленьким, она работала юристом.

Ноэль Мюррей. Это повлияло на ваше восприятие мира шоу-бизнеса? Стал ли он для вас будничным, лишенным мистики, или же, наоборот, показался еще более заманчивым и увлекательным?

Джей Джей Абрамс. Действительно, мир шоу-бизнеса в каком-то смысле перестал быть для меня загадкой, но это была очень странная демистификация. У моего отца был офис на студии Paramount, и, когда мне было одиннадцать-двенадцать лет, я ездил туда вместе с ним, бродил по территории студии. Познакомился со всеми охранниками, они пускали меня в павильоны, и я часто сидел на галерке и смотрел, как снимают шоу «Счастливые дни», «Лаверн и Ширли» или «Морк и Минди». Живо помню, как наблюдал за Робином Уильямсом во время репетиций, когда он учился говорить с разными смешными акцентами. Помню Рона Хоуарда, Генри Уинклера и других актеров. Это было очень странно — видеть своих кумиров вблизи, разговаривать, шутить с ними. Я видел, что в реальной жизни Генри Уинклер совсем не похож на своего героя, это смущало и расстраивало меня, но в то же время было весело и очень необычно познавать скрытую сторону шоу-бизнеса. Я всегда любил наблюдать, как работает отец. Приходя на площадку, я смотрел, как проходят съемки, начинал понимать, как строится весь процесс, задавал «взрослые» вопросы... Все это разжигало интерес, вдохновляло меня. С восьми лет я начал снимать маленькие фильмы на 8-мм пленку. И хотя я многого еще не понимал в съемочном процессе, наблюдение за ним очень мне помогло.

Конечно, когда видишь, как сделаны те или иные вещи в кино, результат воспринимается совсем иначе. Точно как с фокусами. Как только ты понимаешь, как сделан трюк, начинаешь смотреть на него иначе, и он уже не так интересен. С другой стороны, начинаешь ценить то, как представлен этот трюк — мастерство его исполнения. Когда присутствуешь на репетициях, видишь, как работают актеры, конечно, уже не можешь воспринимать конечный результат как обычный зритель, зато вырабатывается иное видение. И оно доставляет не меньшее удовольствие.

Ноэль Мюррей. Судя по вашим теле- и кинопроектам, таким как «Монстро», «Остаться в живых» или «За гранью», ваша главная цель — как можно дольше держать зрителя в неведении, не раскрывать тайны.

Джей Джей Абрамс. Это правда, но лишь отчасти. Маркетинговая стратегия проекта «Монстро» заключалась в том, чтобы поразить зрителя, дать ему возможность пережить все события во время просмотра фильма, а не заранее, читая многочисленные предыстории и теории. Но в сериале «За гранью» мы стремились к нагнетанию особой атмосферы. События развиваются постепенно, это напоминает сложное расследование, как в сериале «CSI: Место преступления», но более искаженное, таинственное, завораживающее, даже пугающее. «Остаться в живых» вообще избегает прямых ответов на вопросы. В конце пилотного эпизода герой Чарли недоумевает: «Где мы?», и тот же вопрос до сих пор мучает всех зрителей. Неделю за неделей проступает все больше деталей, но часто это ответы на те вопросы, которые кажутся зрителям незначительными.

Даже когда зритель задается нехитрым вопросом о том, поцелуются ли когда-нибудь герои, оттягивание этого, в общем, неизбежного момента доставляет особое удовольствие. И жанр здесь не важен. В конце полнометражного фильма вы, как правило, получаете ответы на все вопросы, разве что «Криминальном чтиве» так и не узнаете, что же было в том чемоданчике. Или вот еще хороший пример: в фильме «К северу через северо-запад» микрофильм так и останется загадкой, но это уже не важно. Ответы, которые даются в конце фильма, — совсем не те, которые, как нам казалось, мы стремились узнать. Так, мы узнаем, что герои влюблены друг в друга и теперь они поженились, к этому привели такие-то обстоятельства. Они много раз оказывались на волосок от смерти, но в конце концов выжили и нашли друг друга. Мне кажется, во всех историях есть вещи, которым приписывают важность зрители, и есть то, что оказывается на самом деле значительным.

Ноэль Мюррей. Поговорим о сериале «Остаться в живых». Что вы можете сказать о заключительном сезоне?

Джей Джей Абрамс. Мы провели последние пять лет, отвечая на вопросы вроде: «Вы, ребята, сочиняете все по ходу дела или правда знаете, к чему все идет?» Огромное облегчение знать, что через полгода нас перестанут спрашивать об этом. Либо скажут: «О, да вы и правда сочиняли по ходу дела!» или «О, да у вас и правда был план!»

Ноэль Мюррей. Безопасно ли сейчас заявлять, что это конец? Не кажется ли вам, что преданные поклонники сериала будут разочарованы?

Джей Джей Абрамс. Никаких двусмысленных концовок не будет. Мы ничего не скрываем и не будем готовить зрителей к полнометражной версии «Остаться в живых». Это логическое завершение истории, которую мы начали рассказывать несколько лет назад. Мы легко могли бы продлить сериал на пару сезонов, поскольку люди все еще заинтересованы, они бы смотрели его и дальше. Но мы намеренно определили точную дату выхода последней серии, тут нет никаких закулисных интриг и тайных заговоров.

Ноэль Мюррей. Останутся ли в сериале до конца неразгаданные тайны?

Джей Джей Абрамс. Подозреваю, в нем есть тайны, которых мы даже не замечаем! Зрители задают многочисленные вопросы, а я даже не понимаю, о чем идет речь. Что-то, что мне кажется очевидным, для них остается загадкой. Мы, конечно, раскроем все тайны, которые сами создали. Но, думаю, есть что-то, что должно остаться неразгаданным.

Ноэль Мюррей. Другие жанровые сериалы пытались имитировать «Остаться в живых», но потерпели неудачу. Можно ли сказать, что успех вашего сериала — счастливая случайность?

Джей Джей Абрамс. Думаю, да. Не знаю, в чем секрет успеха «Остаться в живых». Думаю, здесь многое зависит от персонажей. Может быть, привлекает и то, что фантастические элементы гармонично сочетаются с традиционным повествованием. Этот проект воспринимается как нечто новое, непривычное, захватывающее. Нам очень повезло с актерами, и мы не боялись риска и сложных ситуаций.

Ноэль Мюррей. Сможете ли вы когда-нибудь дать исчерпывающее объяснение сериала «Остаться в живых», которое удовлетворило бы всех?

Джей Джей Абрамс. Нет, мы не хотим объяснять наши цели и идеи. В определенный момент это перестает иметь значение. Сериал говорит сам за себя, но мы бы хотели, чтобы поклонники продолжали горячо обсуждать его даже после завершения. В этом его суть. Уверен, люди будут еще несколько лет спорить о нем, строить теории, пытаться его разгадать.

www.tvguide.com

www.totalscifionline.com

www.avclub.com

Перевод с английского Елены Паисовой

Найди семь отличий. «Великолепная семерка», режиссер Антуан Фукуа

Блоги

Найди семь отличий. «Великолепная семерка», режиссер Антуан Фукуа

Нина Цыркун

На традиционном Амфесте в Москве Нина Цыркун посетила российскую премьеру «Великолепной семерки» Антуана Фукуа, закрывавшей Венецианский кинофестиваль и открывавшей кинофестиваль в Торонто.

Этот воздух пусть будет свидетелем. «День Победы», режиссер Сергей Лозница

№3/4

Этот воздух пусть будет свидетелем. «День Победы», режиссер Сергей Лозница

Вероника Хлебникова

20 июня в Музее современного искусства GARAGE будет показан фильм Сергея Лозницы «День Победы». Показ предваряют еще две короткометражных картины режиссера – «Отражения» (2014, 17 мин.) и «Старое еврейское кладбище» (2015, 20 мин.). В связи с этим событием публикуем статьи Олега Ковалова и Вероники Хлебниковой из 3/4 номера журнала «ИСКУССТВО КИНО» о фильме «День Победы». Ниже – рецензия Вероники Хлебниковой.

Новости

В Москве, Санкт-Петербурге и Новосибирске пройдет ретроспектива Стэнли Кубрика

18.07.2018

С 26 июля по 4 августа, к 90-летию со дня рождения Стэнли Кубрика, компания «Иноекино» устраивает его ретроспективу в трех крупнейших городах России.