Джеймс Мэйнос‒младший: Декстер. Фрагменты сценария пилотного эпизода

По роману Джеффри Линдсея «Дремлющий демон Декстера».

В ночном небе — полная луна и миллионы мерцающих звезд. Постепенно их очертания расплываются, слышится ровный Голос Декстера.

Г о л о с Д е к с т е р а. Сегодня — та самая ночь. И это случится снова и снова. Должно случиться.

В луже отражается яркая густо-алая луна.

Г о л о с Д е к с т е р а. Прекрасная ночь.

Лунный свет разливается по оживленным ночным улицам и переулкам Майами. Весь город сверкает неоновыми огнями баров, заполненных возбужденными людьми. По бульварам снуют бестолковые немецкие туристы в шортах, черных носках и сандалиях, длинноногие модели флиртуют с прохожими. За столиком кафе сидит кубинец из «синих воротничков», потягивает эспрессо, нескольких бедно одетых проституток выслеживают клиентов. Кое-где стоят бездомные, просят милостыню.

Г о л о с Д е к с т е р а. Майами — отличный город. Люблю кубинскую еду, сэндвичи со свининой — мое любимое блюдо. Но сейчас мне нужно нечто другое.

По улице идет пара, мужчина и женщина средних лет. Они явно заблудились, их фигуры мелькают в беспорядочных пятнах света уличных огней.

По той же улице едет «Хонда Сивик», по виду — выпуска конца 80-х.

Машина сворачивает за угол, спускается по главному бульвару, доезжает до перекрестка. В этот момент включается красный сигнал светофора, машина тормозит, сквозь лобовое стекло виден силуэт человека за рулем. Но его лицо остается в тени.

Родители с гордым видом сидят на траве, распаковывая корзинки для пикника. Их взгляды устремлены на группу мальчиков двенадцати-четырнадцати лет, одетых в аккуратные модные пиджаки и галстуки. Они стоят на сцене и исполняют «Магнификат» Баха.

Изящным взмахом руки хормейстер — мужчина приятной внешности, слегка за сорок, ухоженный, одетый в смокинг и являющий тип образцового американца, — подводит хор к эффектной кульминации.

Зрители встают, восхищенно аплодируют. Мальчики улыбаются.

Хормейстер поворачивается лицом к аудитории, кланяется — снова слышатся аплодисменты. Затем спускается со сцены и целует свою жену и двух маленьких дочерей, стоящих в первом ряду.

Г о л о с Д е к с т е р а. Вот он — Майк Донован. Тот, кто мне нужен.

В это время мальчики уходят со сцены, присоединяются к своим счастливым родителям на лужайке. Хормейстер продолжает беседовать с женой, снова целует ее и обнимает дочерей.

Зрители начинают упаковывать свои корзинки, расходятся.

Хормейстер ведет жену и детей к седану «Бьюик». Помогает им сесть, пристегивает детей, машет им рукой, пока машина отъезжает.

Поворачивается, идет вверх по улице, проходит мимо «Хонды Сивик».

За рулем уже никого нет.

Хормейстер идет дальше, подходит к мини-фургону «Форд», останавливается. Роется в карманах, ищет ключи. Наконец находит, садится за руль. Внезапно с заднего сиденья выскакивает человек, с невероятной быстротой и ловкостью набрасывает на шею хормейстера рыболовную леску и туго затягивает.

Глаза хормейстера округляются от ужаса, лицо бледнеет.

Человек за его спиной поворачивается к камере, и мы наконец видим лицо Декстера. Ему около тридцати, хорош собой, с четкими правильными чертами лица, глаза полны жизни.

Камера задерживается на его лице.

Г о л о с Д е к с т е р а. Меня зовут Декстер. Декстер Морган, и сегодня ночью я собираюсь убить этого человека.

Декстер поворачивается к Доновану, наклоняется к его уху и угрожающе шепчет.

Д е к с т е р. Теперь ты мой, так что делай то, что я скажу.

Д о н о в а н (еле слышным, сдавленным голосом). Что вам нужно?

Декстер затягивает леску так, что она врезается в кожу Донована.

Д е к с т е р. Я хочу, чтобы ты помалкивал. Веди себя хорошо, и, возможно, я позволю тебе пожить еще немного. Теперь поезжай.

Машина срывается с места.

По грязной дороге на окраине Майами едет мини-фургон. Вокруг болотистая местность. В глазах Донована читается невыразимый страх.

Д е к с т е р. Сверни здесь.

Донован сворачивает, и машина с ревом подъезжает к старому полуразрушенному дому.

Машина останавливается. Дом выглядит совсем ветхим, очевидно, в нем уже много лет никто не живет.

Сбоку от дома виден небольшой сад, а посреди него — три довольно высоких холмика свежей земли.

Донован пристально смотрит на холмики, затем резко закрывает глаза. Декстер ослабляет петлю на его шее.

Д е к с т е р. Вылезай.

Донован, спотыкаясь, выходит из машины, падает на землю, начинает всхлипывать.

Д е к с т е р (резко, требовательным тоном). Ты будешь слушать и делать то, что я скажу. Ты должен усвоить это. Это важно.

Через мгновение Донован медленно поднимается, они смотрят друг на друга. Кажется, эти двое странным образом понимают друг друга. Декстер улыбается, говорит мягко.

Д е к с т е р. В дом.

Он снова затягивает леску на шее Донована. Они подходят к двери, входят в дом.

Декстер ногой захлопывает дверь, резко включает свет в комнате, наклоняется к Доновану, шепчет ему на ухо.

Д е к с т е р. Смотри.

Донован сильно напуган, пытается отвернуться.

Д о н о в а н. Нет.

Д е к с т е р. О да.

Д о н о в а н (пытается вырваться). Нет! Нет!

Но Декстер туже затягивает леску, и крики Донована затихают.

Д е к с т е р. Ужасно, не так ли? А?

Донован сильно зажмуривается.

Д о н о в а н. Прошу вас.

Декстер хватает Донована за шею сзади, бьет лицом о стену, затем берет за волосы и запрокидывает его голову.

Д е к с т е р. Открой глаза и посмотри, что ты сделал. Смотри, или я отрежу тебе веки.

Донован широко раскрывает глаза и видит перед собой три детских трупа. Мертвые дети лежат полукругом на расстеленной пластиковой пленке.

Д е к с т е р. Мне понадобилось много времени, чтобы очистить этих мальчиков от земли. Один из них пролежал там так долго, что начал разваливаться на части, мне пришлось собирать его буквально по кусочкам.

Д о н о в а н. Нет. (Впадая в отчаяние, он начинает бормотать, словно мантру.) Радуйся, Дева Мария, благодати полная. Господь...

Д е к с т е р (со злостью). Прекрати! Это еще никогда никому не помогало.

Д о н о в а н. Пожалуйста.

Д е к с т е р. Настал момент истины.

Д о н о в а н (умоляюще). Прошу вас. Можете взять все что угодно...

Д е к с т е р. Отлично. Умоляй. Эти мальчики умоляли тебя?

Донован кричит, и Декстер отпускает его. Донован падает лицом вниз, рыдает и всхлипывает.

Д о н о в а н. Я ничего не мог с собой поделать, просто не мог. Пожалуйста, вы должны меня понять.

Декстер смотрит на него.

Д е к с т е р. Поверь, я понимаю, как никто другой.

Он рывком поднимает Донована на ноги, пристально смотрит ему в глаза.

Д е к с т е р. Видишь ли, я тоже ничего не могу с собой поделать. (С отвращением.) Но это дети. Я бы никогда этого не сделал. В отличие от тебя. Детей — никогда, ни за что на свете.

Д о н о в а н (жалобно). Почему?

Д е к с т е р. У меня есть принципы.

В следующую секунду Декстер выхватывает из кармана шприц и всаживает иглу глубоко в шею Донована. Тот закатывает глаза, видны только белки. Он сползает по стене и валится на пол.

Декстер наклоняется, берет его за ворот и тащит вверх по лестнице на второй этаж.

Яркие лампы освещают чистую комнату с белыми, свежевыкрашенными стенами.

Окна завешены толстыми листами пластиковой пленки.

На столе лежит обнаженный Донован, его руки и ноги связаны скотчем. Глаза широко раскрыты, рот заткнут плотным комком марли.

По всей комнате в строгом порядке расставлены ящики и разложены белые мешки для мусора. На маленьком столе рядом с телом хормейстера — бутылки с химическими растворами, пилы, сверла, скальпели и ножи разных форм и размеров. Ужасающий набор сверкающих стерильных металлических инструментов.

На Декстере чистый хирургический фартук и перчатки. Он смотрит вниз на Донована.

Д е к с т е р. Очень скоро ты будешь упакован в несколько аккуратно завязанных пакетов, и мой маленький уголок мира станет чище и приятнее. Да и мир вообще станет лучше.

Декстер берет со столика острый скальпель и пипетку, наклоняется над Донованом и делает маленький аккуратный надрез на лбу. Выступает кровь, Декстер пипеткой собирает несколько капель и переливает их в маленькую стеклянную колбу.

Г о л о с Д е к с т е р а. Кровь. Иногда у меня от нее мурашки по коже.

Вид крови явно будоражит Декстера, он взволнован. Но тут же берет себя в руки, подносит пипетку к стеклышку — капля крови мягко растекается по гладкой поверхности. Он берет второе стекло, накрывает им каплю и плотно сжимает два стеклышка.

Г о л о с Д е к с т е р а. Бывают моменты, когда она помогает мне контролировать хаос.

Декстер кладет стеклышки в карман рубашки, улыбается, затем берет со столика маленькую хирургическую пилу, слышится ее резкий жужжащий звук. Декстер медленно подносит пилу к голове Донована...

Раннее утро. По каналу плывет катер. У штурвала стоит Декстер. Медленно проплывает мимо других катеров и лодок рыбаков. На его лице широкая улыбка. Машет в знак приветствия рыбаку на проплывающем катере.

Д е к с т е р. Эй, капитан! Ну как, есть там сегодня крупные марлини?

Рыбак улыбается, машет в ответ, Декстер улыбается еще шире и направляет катер к выходу из бухты.

Г о л о с Д е к с т е р а. Не знаю, что сделало меня таким, какой я есть, но это что-то совершенно опустошило меня. В отношениях друг с другом люди часто притворяются, но я могу притворяться всегда и везде и делаю это очень хорошо.

Две скоростные лодки пересекают бухту прямо перед катером Декстера.

Г о л о с Д е к с т е р а. В этом моя беда. Люди заботят меня не больше, чем, скажем, плетеная мебель. Но я не могу винить в этом моих приемных родителей. Гарри и Дорис Морган прекрасно воспитали меня. Но они оба уже умерли. (Пауза.) Я их не убивал. (Пауза.) Честно.

В этот момент мимо проносится катер, поднимая большую волну, которая захлестывает борт и окатывает Декстера.

Центральная Флорида. Палаточный лагерь

Чудесный теплый воскресный день в сказочно живописном лесу. Неподалеку виднеется маленькая тихая река. Гарри и Декстер сидят у воды.

Гарри — приемный отец Декстера. Ему за пятьдесят. На вид грубоватый и суровый, но на самом деле добросердечный человек. Достает из кармана штанов фляжку со спиртным, медленно отвинчивает крышку, делает глоток, затем ловко закидывает фляжку обратно в карман.

Декстеру двенадцать лет. Внимательно наблюдает за отцом, достает маленькую бутылку молока, открывает, делает глоток, завинчивает крышку и пытается убрать бутылку в карман так же, как отец, но она не помещается, и он отставляет ее в сторону.

Гарри глядит в пустоту, затем поворачивается к сыну, говорит очень мягко и искренне.

Г а р р и. Ты не такой, как все, правда, Декстер?

Декстер нервно сглатывает, с беспокойством смотрит на отца.

Д е к с т е р (запинаясь). Что ты имеешь в виду, пап?

Г а р р и. Биллапсы сказали, что Бадди пропал.

Декстер отворачивается.

Г а р р и (мягко). Я нашел могилу, сынок.

Д е к с т е р (оправдываясь). Этот пес был шумным маленьким уродцем, пап. Он всю ночь лаял, и мама не могла уснуть, она очень плохо себя чувствовала.

А этот проклятый пес тявкал на каждый лист, который пролетал по тротуару.

Гарри смотрит на Декстера.

Г а р р и. Там было много костей, Декстер, не только Бадди.

Декстер нервно передергивает плечами.

Г а р р и. Как давно ты этим занимаешься, сынок?

Декстер отворачивается, затем снова смотрит на отца.

Д е к с т е р. Примерно полтора года. (Пауза.) Пап, ты злишься?

Гарри в изумлении смотрит на Декстера, затем медленно обнимает его и нежно прижимает к себе. Они смотрят на реку.

Катер Декстера удаляется, исчезая в утреннем тумане, на его корме выведено название: «Ломтик жизни».

Декстер входит в квартиру, закрывает за собой дверь. Квартира больше похожа на библиотеку, чем на дом. Повсюду стоят книжные шкафы, и все книги расставлены по алфавиту и по категориям, везде идеальный порядок.

Декстер проходит мимо стопки с файлами, на каждой из которых написано: «Пропавшие без вести: собственность Департамента полиции Майами», идет к кондиционеру у окна, включает сильный режим охлаждения.

Посреди комнаты стоит большой письменный стол, на нем — компьютер и книга «Анатомия Грея».

Декстер достает связку ключей, открывает нижний ящик стола, достает длинную прямоугольную деревянную коробку, кладет ее на стол, открывает. Затем достает из кармана стеклышко с каплей крови Донована. С минуту рассматривает его.

Г о л о с Д е к с т е р а. По крайней мере, кодекс Гарри, моего чудесного отца, соблюден. (Пауза.) И я доволен.

Он кладет стекло в коробку, к остальным образцам, захлопывает ящик стола, запирает на ключ, берет папку Департамента полиции Майами с пометкой «Яворски».

Г о л о с Д е к с т е р а. Отец был отличным копом, работал здесь, в Майами. Он научил меня думать, как полицейский, хоть я им и не был. Научил заметать следы. Я очень аккуратный монстр.

Он кладет папку на место и замечает, что автоответчик мигает. Он смотрит на него, нажимает кнопку.

Г о л о с Д е б р ы. Декстер? Декстер, ты дома? Возьми чертову трубку!

У двери номера мотеля стоит Дебра — привлекательная девушка двадцати с лишним лет, сводная сестра Декстера. Одета как типичная дешевая проститутка: облегающая ярко-розовая майка, мини-юбка, чулки в сеточку и туфли на высоких каблуках. Она говорит по мобильнику. Видно, что звонок срочный.

Д е б р а. Ладно, Декс, пожалуйста, как только вернешься... Я на месте преступления около этой жуткой дыры, мотеля «Мамасита», и ты мне нужен здесь прямо сейчас. Идет, Декс? Пожалуйста, мать твою, препожалуйста.

Декстер улыбается.

Г о л о с Д е к с т е р а. Это моя великолепная сестра Дебра. Ругаться она любит.

Декстер принимает очень горячий душ, намыливается с ног до головы, с силой трет лицо, энергично втирает в волосы шампунь. Он явно получает огромное удовольствие от этого процесса.

Г о л о с Д е к с т е р а. Она — единственный человек в мире, которому не все равно, жив я или умер. Она меня любит. Почему? Не знаю. Меня не за что любить, ведь сам я не способен на какие-либо сильные чувства.

Декстер быстро одевается. Натягивает стильную рубашку, брюки цвета хаки. Он готов идти.

Г о л о с Д е к с т е р а. Но если бы у меня были чувства, я наверняка любил бы Деб.

Декстер выходит из машины, его тут же обжигает яркое утреннее солнце.

Он направляется к толпе пенсионеров, кубинцев в потрепанных рубашках и туристов в бикини, стоящих за желтой полицейской лентой, которой отгорожена территория этого дешевого и грязного низкопробного мотеля с почасовой оплатой номеров. В данный момент номера пустуют, а автостоянка заполнена автомобилями полиции, «скорой помощи» и фургонами медэкспертов.

Г о л о с Д е к с т е р а. Есть что-то странное и умиротворяющее в том, чтобы наблюдать за местом преступления под ярким полуденным солнцем Майами. Даже самые неописуемо жестокие преступления выглядят вполне безобидными постановочными трюками. Такое чувство, будто оказался в новой увлекательной части Диснейленда, в стране Джеффри Дамера.

Декстер пролезает под желтой лентой. Внезапно устрашающего вида полицейский преграждает ему путь.

П о л и ц е й с к и й. Лучше бы тебе оказаться копом.

Декстер машет перед ним своим удостоверением.

Д е к с т е р. Судмедэксперт.

Полицейский смотрит на документ и пропускает Декстера. Тот проходит мимо копа, видит в толпе полицейских Дебру. Она все еще в образе проститутки. Дебра бежит ему навстречу.

Д е к с т е р. Боже, Деб, где же ты, черт возьми, прячешь пистолет?

Д е б р а (переводя дух). Да прекрати. Они нашли еще одну шлюху. По крайней мере, они считают, что это шлюха.

Д е к с т е р. Почему?

Д е б р а. Трудно определить по тому, что от нее осталось. Это уже третья за последние пять месяцев.

Д е к с т е р. Третья? Ты имеешь в виду, что...

Д е б р а. Черт подери, да. Это серийный убийца, братец. Еще двух нашли в Броуарде, порезаны на кусочки, как и эта. А они еще говорят, что никакой связи нет. Любой законченный идиот уловил бы связь между этими убийствами. Но эта сука...

Д е к с т е р. Какая?

Д е б р а. Да эта узкобедрая сука, наркоманка, лейтенант Лагуэрта. Посмотри на нее.

Декстер оборачивается и видит Марию Лагуэрту. Ей за тридцать. Бедра у нее и правда узкие, но это не делает ее менее привлекательной. Она кубинка, возглавляет Отдел убийств округа Дейд в Майами. Она ругает охранника-кубинца, тот явно нервничает.

Д е б р а. Она ведет это дело. И как такое могло случиться?

Д е к с т е р. Она прирожденный политик — знает, что, если облизать нужное количество задниц, получишь желаемую должность. Может, и тебе стоит как-нибудь попробовать.

Д е б р а. Да иди ты. Она уверена, что есть свидетель. Я хочу разобраться в этом деле, это моя работа. Но вместо того чтобы посылать на расследование меня, она наняла кучу каких-то неизвестных мне детективов, те расспрашивают моих девочек, а они, уж поверь, не будут говорить с этими парнями.

Ну и идиотка. Законченная дура.

Лагуэрта замечает Декстера и, не прерывая горячей перепалки с кубинцем, улыбается ему, затем быстро окидывает взглядом толпу и место преступления.

Г о л о с Д е к с т е р а. О, эти нахмуренные брови и молниеносный взгляд. Возможно, она надеется, что разгадка выпрыгнет из ниоткуда и она тут же схватит ее.

Д е б р а. Декс. Декс! Черт, где ты летаешь?

Декстер поворачивается, улыбается Дебре.

Д е к с т е р. Что собираешься делать?

Д е б р а. Хочу вылезти из этого дурацкого секскостюма и поехать в отдел убийств. Но эта дебильная уродка будет перекрывать мне дорогу своим костлявым задом. Блин, и за что ей меня ненавидеть?

Д е к с т е р. За то, что ты ненавидишь ее.

Д е б р а. Слушай, не надо мне тут втирать очевидное. О’кей? Так ты поможешь мне?

Д е к с т е р. Я для тебя все сделаю, но...

Д е б р а (перебивает). Не морочь мне голову. Ты знаешь, что мне нужно, Декс. Ты же это умеешь, у тебя бывают предчувствия, ну, насчет таких убийств.

Д е к с т е р. Только иногда, Деб... Ладно, дай мне осмотреться, а пока избегай Лагуэрту и поговори с капитаном Мэтьюсом, попроси дать тебе это дело. Но не снимай свой наряд, он тебе пригодится.

Д е б р а (качая головой). И почему я люблю тебя?

Она уходит. Декстер улыбается.

Декстер идет вниз по аллее и видит Винса Масуку и Анхеля Батисту.

Винсу Масуке за тридцать, худощавый, наполовину японец, волосы зализаны назад. Он тщательно осматривает огромный зеленый мусорный контейнер на предмет отпечатков пальцев.

Анхель Батиста — медэксперт округа Дейд. Ему около тридцати, он полный, прикуривает одну сигарету от другой. Заглядывает в контейнер и очень осторожно извлекает из него части тела, каждая из которых завернута в белую оберточную бумагу и аккуратно перевязана бечевкой.

Последняя часть, которую достает Батиста, очевидно, ступня. Анхель кладет ее рядом с другими частями — ногами, руками, пальцами — на голубую пластиковую клеенку и в конце концов, словно паззл, выкладывает тело человека целиком. Отвратительная картина, но в то же время есть в ней нечто завораживающее, напоминающее произведение искусства.

Масука поднимает голову, вытирает пот со лба, видит Декстера, и его лицо расплывается в широкой фальшивой улыбке.

Г о л о с Д е к с т е р а. Что-то с этим парнем, Масукой, явно не так. Как будто он учился улыбаться, глядя на модели из каталогов.

Д е к с т е р. Отличная прическа, Масука.

М а с у к а (взволнованно). Видел твою сестру. Черт, горячая штучка.

Д е к с т е р. Еще бы. Тут такая жарища.

М а с у к а. Ну, что ты тут делаешь?

Д е к с т е р. Пришел посмотреть, как работают настоящие эксперты.

Масука снова одаривает его приторной улыбкой, начинает смеяться. Его тело трясется и дергается, словно в конвульсиях, он задыхается. Можно подумать, что он тонет.

Декстер в изумлении смотрит на него.

Г о л о с Д е к с т е р а. И этот смех. Может, ему нужно сделать искусственное дыхание?

Наконец Масука заканчивает смеяться.

М а с у к а. Нет, серьезно, зачем ты здесь?

Д е к с т е р. Это же место преступления.

М а с у к а. Да, но ты же занимаешься следами крови.

Д е к с т е р. И что?

М а с у к а. А то, что крови здесь нет.

Декстер с удивлением смотрит на него, внезапно у него начинается головокружение, он чувствует: что-то не так, он выбит из колеи. Отступает на шаг назад. Наконец приходит в себя.

Д е к с т е р. Что ты сказал?

М а с у к а. Да, крови не было ни в теле, ни на нем, ни около него — никакой крови. Странное зрелище, такого ты еще не видел.

На лице Декстера — ужас.

Г о л о с Д е к с т е р а. Нет крови. Нет липкой, горячей, грязной, жуткой крови. Совсем нет крови. (Пауза.) Почему я не подумал об этом? Нет крови. (С облегчением.) Какая великолепная идея.

Декстер быстро выхватывает хирургические перчатки и подходит к Анхелю, который при помощи скальпеля медленно разворачивает отрезанную руку.

Д е к с т е р. Как он это делает? Как убийца избавляется от крови?

А н х е л ь. Трудно сказать. Тело в хорошем состоянии, это была симпатичная девушка. С отличной фигурой. Вон ее голова, взгляни.

Декстер игнорирует его слова, наклоняется, изучает руку.

Д е к с т е р. Уникальный метод.

М а с у к а (смеется). Ни грязи, ни отпечатков пальцев.

Анхель продолжает разворачивать останки, на нижней части лодыжки видит татуировку в виде маленькой бабочки.

Г о л о с Д е к с т е р а. Этот парень хорош. Почти так же, как я. Никогда не видел такой чистой, сухой, аккуратной и изящной мертвой плоти. Великолепно.

Он смотрит на Анхеля.

Д е к с т е р. Чистая работа.

А н х е л ь. Да, но он не закончил.

Д е к с т е р. А по-моему, выглядит вполне завершенно.

А н х е л ь. Нет, смотри. Одну ногу он разрезал на четыре части, словно по линейке, а другую — только на две. А вот здесь — смотри — он сделал третий надрез, но остановился. Возможно, его прервали.

М а с у к а (смеется). Вот почему Лагуэрта ищет свидетеля. Сейчас обрабатывает этого несчастного охранника, да поможет ему бог.

Декстер смотрит на них обоих.

Г о л о с Д е к с т е р а. Крови нет. Я не могу думать. Нужно убираться отсюда.

Декстер встает, в последний раз оглядывает изумительно обескровленные части тела, разложенные на клеенке, затем, не говоря ни слова, поворачивается и уходит прочь.

А н х е л ь. Декс, ты куда?

Но Декстер, не останавливаясь, идет по аллее и вскоре теряется в толпе полицейских на автостоянке.

Декстер проходит мимо Лагуэрты, она подмигивает ему.

Г о л о с Д е к с т е р а. Прекратила бы она это. Вот один из сексуальных ритуалов, значение которых мне совершенно непонятно.

Тут он видит, что собирается толпа репортеров. Они тычут микрофоны и камеры в лицо капитана Мэтьюса.

Мэтьюс — симпатичный, хорошо ухоженный мужчина лет пятидесяти с лишним. Одет в трехсотдолларовые ботинки и пятисотдолларовый костюм, а его «эго» явно тянет на миллион.

М э т ь ю с. Я полностью доверяю этому департаменту, и во главе с лейтенантом Лагуэртой...

Р е п о р т е р (перебивает). Капитан Мэтьюс, капитан, насколько мы поняли, в Броуарде были совершены похожие убийства. Можно ли говорить о серийном убийце?

М э т ь ю с. Нет никаких доказательств, позволяющих предположить...

Р е п о р т е р. Значит, это дело рук психопата-одиночки?

М э т ь ю с. Слушайте, мы живем в Майами, так что вполне возможно и такое.

Декстер оборачивается и смотрит на место преступления.

Г о л о с Д е к с т е р а. Обескровленное тело... Этот парень, пожалуй, пре-взошел меня.

Декстер въезжает на огороженную белым забором парковку, заполненную роскошными авто. Находит свободное место, с которого хорошо виден главный вход в клуб. Множество красивых, подтянутых загорелых женщин средних лет в коротких теннисных юбках и шортах входят и выходят из клуба.

Декстер смотрит в другую сторону и видит Джейми Яворски. Это низкий коренастый мужчина лет тридцати пяти, довольно приятной внешности, с большими карими, близко посаженными глазами. Одет в форму уборщика. В руке, покрытой татуировками, держит маленькую метлу и лопату.

Г о л о с Д е к с т е р а. Этот малый любит увиваться за женами богатых и знаменитых людей. Работает в нескольких загородных клубах округа. Занимается уборкой, красит заборы.

Яворски сгребает в кучу мусор и листья, украдкой разглядывает женщин.

Г о л о с Д е к с т е р а. Кажется, полгода назад он влюбился в красивую брюнетку миссис Джейн Сондерс.

Декстер открывает папку «Пропавшие без вести», достает фотографию Джейн Сондерс. Это и правда красивая женщина, брюнетка.

Г о л о с Д е к с т е р а. Любящая мать двоих детей, жена Гарри Сондерса, успешного банкира. Они счастливо жили в огромном новом доме, пока однажды она трагически не исчезла.

Майами. Элитный район. Красивый дом

Полицейские выводят из дома потрясенного мужчину в наручниках. Его дети десяти и двенадцати лет стоят в стороне, плачут, вокруг них суетятся социальные работники. Поодаль стоит Лагуэрта, она выглядит чуть моложе, чем сейчас. Чуть важничая, она беседует с репортерами.

Г о л о с Д е к с т е р а. Полиция тогда арестовала мужа по подозрению в убийстве. Его не посадили, но его жизнь была разрушена, и дети получили страшную эмоциональную травму. Но я знал, что он не убийца.

Одна из женщин бросает на землю теннисную сумку, нагибается, и Яворски застывает на месте, уставившись на ее обтянутые шортами бедра.

Г о л о с Д е к с т е р а. Мой любимый уборщик какое-то время был в числе подозреваемых, но эти копы никогда не могут как следует разобраться в деле.

Через мгновение Яворски убегает и исчезает в маленькой пристройке сбоку.

Декстер с коробкой пончиков проходит вдоль облицованных металлом стен и застекленных кабинетов, мимо полицейских в униформе, мимо группы административных работников. Ему навстречу идут двое маститых детективов.

П е р в ы й д е т е к т и в. Привет, Декс.

Они останавливаются, заглядывают в коробку, берут по пончику.

Д е к с т е р (радостно). Привет, Боб, Дэн. Как поживают семейства?

В т о р о й д е т е к т и в (с полным ртом). Ммм, отлично. А ты как?

Декстер кивает, улыбается.

П е р в ы й д е т е к т и в. Увидимся на следующей кровавой бойне?

Д е к с т е р. Никогда не пропускаю такого развлечения.

Детективы смеются, бормочут слова благодарности и уходят. Декстер смотрит им вслед. Они скрываются за углом.

В холле много народу.

Г о л о с Д е к с т е р а. Эти люди — соль земли, и они работают не покладая рук. Но лишь двадцать процентов убийств удается раскрыть, так что Майами для меня — отличное поле деятельности. Здесь я могу оттачивать свое мастерство. Да здравствует Майами. Да, Вива Майами.

Он сворачивает в другой коридор, и тут слышит голос Дебры.

Д е б р а. Декс...

Он оборачивается, видит Дебру, она уже в полицейской форме. Улыбаясь, подбегает к нему.

Д е к с т е р. Твой предыдущий наряд мне больше нравился.

Дебра берет из коробки пончик с сахарной пудрой.

Д е б р а. Ты извращенец, но знаешь что? Этот сексприкид сработал, капитан дал мне дело. Лагуэрта не в восторге, ну да пошла она на хрен.

Д е к с т е р. Ну да. Что ж, поздравляю.

Д е б р а (жует пончик). Уже есть какие-нибудь идеи?

Д е к с т е р. Нет.

Д е б р а. Ну так начинай свою ментальную аутопсию, мне нужны твои теории, и спасибо за мерзкий пончик. Мне пора.

Целует Декстера и уходит. Декстер улыбается, идет дальше, сворачивает в другой коридор.

За столом сидит Камиллиа, женщина лет шестидесяти с лишним. Она читает газету и помешивает кофе.

Д е к с т е р. Пончик?

Камиллиа — хрупкая худенькая женщина, выглядит усталой и измученной. Тяжкий труд одинокой хранительницы документов Управления полиции, которому она посвятила последние двадцать лет, явно наложил на нее отпечаток. Это довольно несговорчивая женщина с хорошо развитой интуицией. Она благодарна Декстеру за пончики, и ей приятно, что он уделяет ей внимание.

За ее спиной — бесконечные ряды высоких, под потолок, стальных стеллажей, забитых документами и папками. Камиллиа поднимает голову, широко улыбается, с недоверием смотрит на Декстера.

К а м и л л и а. Ногти почистил?

Д е к с т е р. Никогда не выхожу из дому без резиновых перчаток.

Камиллиа запускает руку в коробку, вынимает пару пончиков.

К а м и л л и а. Молодец.

Д е к с т е р. Есть что-нибудь новенькое?

Она подает ему пухлую папку с пометкой «Яворски».

К а м и л л и а. Зачем ты постоянно ходишь сюда за этими папками?

Д е к с т е р (наклоняется к ней, шепчет). Я же уже говорил тебе. Только никому не рассказывай. Анализ следов крови — не постоянная моя работа. В общем, это такое хобби, а вдруг я смогу помочь? И есть чем заняться по вечерам.

К а м и л л и а. У тебя нездоровое чувство юмора.

Д е к с т е р (искренне). Пожалуй.

К а м и л л и а. Тебе нужно найти милую девушку.

Д е к с т е р. Я уже нашел — тебя.

К а м и л л и а. Ты очарователен, как и твой отец. Только смотри, как бы меня не уволили.

Д е к с т е р (улыбаясь). Кому же я тогда буду носить пончики?

Декстер легкой походкой идет по просторному застекленному помещению лаборатории. Проходит отделы «Анализ», «Судебная экспертиза», «Серология (кровь)», в каждом множество сотрудников в белых халатах. Они склоняются над микроскопами, компьютерами и другими приборами. Декстер берет из коробки последний пончик. Смотрит на дно пустой коробки.

Г о л о с Д е к с т е р а. Точно как я. Чистый и жесткий снаружи, совершенно пустой внутри.

Бросает коробку в мусорную корзину, проходит мимо Масуки — тот составляет каталог отпечатков, — направляется в глубь комнаты и заходит в свой маленький застекленный кабинет.

Вслед за ним в кабинет врывается сержант Доукс — крупный и крепкий чернокожий мужчина тридцати с лишним лет. Холодные жесткие глаза придают его лицу злобное, враждебное выражение, и его гнев усиливается при взгляде на Декстера.

Д о у к с (с напором, нетерпеливо). Где тебя, черт подери, носит?

Д е к с т е р. Был на месте преступления.

Доукс внимательно смотрит на него, потом оглядывает кабинет. На одной стене висят плакаты с видами Майами, постер хоккейной команды «Матадоры». Другие стены увешаны фотографиями забрызганных кровью стен, полов и ковров. Кабинет похож на выставку Джексона Поллока.

Д о у к с. Что скажешь об этих?

Он сует ему в руки два увеличенных цветных снимка. На них — два окровавленных мертвых тела, распростертых на полу огромного номера отеля.

Д о у к с (жестко). Убийство нариков в отеле. Дилер и его девушка.

Декстер рассматривает фотографии.

Д е к с т е р. Эта сладкая парочка погибла не от рук профессионала. Нет. Это типичное дилетантство, детская шалость. Много грязи, кровь по стенам, как будто пальцами размазывали.

Д о у к с. У меня от тебя мурашки по коже, знаешь, Декстер?

Д е к с т е р. Да, знаю, прости.

Д о у к с (подходит чуть ближе). Чтоб тебя.

Д е к с т е р. О’кей. (Пауза.) Могу я чем-нибудь...

Д о у к с. Да. Можешь дать мне свой сраный анализ крови по этим убийствам. Думаешь, я пришел пригласить тебя на обрезание моего племянника?

Д е к с т е р. Не знал, что ты еврей.

Д о у к с. Заткнись и пиши свой отчет. Не знаю даже, на фиг ты мне нужен. Просто возьми карандаш, псих, и запиши: «Дилер-конкурент пришел, порезал этих двух засранцев в капусту, украл наркоту». Трах, бах, дело сделано. И мне наплевать, что ты скажешь, потому что все было именно так, и ищу я именно этого ублюдка — этого вора-дилера, мать его. Понял?

Д е к с т е р (неуверенно). О’кей... Конечно... Думаю, да, но мне нужно поехать туда...

Д о у к с. Ну так поезжай уже, псих долбаный, отчет нужен срочно.

Д е к с т е р. Уже еду, сержант.

Доукс вылетает из кабинета.

Г о л о с Д е к с т е р а. Меня мучает один вопрос: почему в этом здании, где полно копов, которые по идее должны видеть людей насквозь, только у Доукса от меня мурашки?

В кабинетах детективы допрашивают подозреваемых, те ведут себя развязно, говорят с наглым видом.

Раздвижные двери балкона открыты, порывы горячего ветра колышут и вздымают занавески.

В центре комнаты стоят приспособления, напоминающие высокие штативы для микрофонов. К верхнему концу каждого привязано множество тонких красных ниток, они протянуты к пятнам крови на стенах и занавесках.

Стена в правой дальней части комнаты почти полностью покрыта огромным кровавым пятном. Левая часть комнаты выглядит совсем иначе. Здесь на стене — тысячи на первый взгляд хаотично разбросанных капелек крови. Они напоминают картину Писсарро — если отойти подальше, можно увидеть, что точки образуют множество дуг, кровавую радугу.

Декстер прикрепляет нить еще к одному крошечному пятну крови на стене, завершая сложную головоломку, похожую теперь на гигантскую сеть, растянутую по всей комнате.

Затем он отходит в сторону, встает рядом с молодым накачанным полицейским. Любуется своей работой.

П о л и ц е й с к и й. Что ты собираешься делать? Поймать этого парня дерьмовой паутиной, которую ты тут наплел?

Д е к с т е р. Просто пытаюсь понять почерк убийцы.

П о л и ц е й с к и й. Слышал, их порубили на части.

Д е к с т е р (радостно). На много маленьких кусочков.

П о л и ц е й с к и й. Так что с этим нариком и его девицей? Убийца орудовал мечом?

Д е к с т е р. Нет, возможно, очень острым ножом. Посмотри на это пятно крови, на брызги. Они могут рассказать, как все было. Видишь вот это большое пятно? (Он подходит к пятну крови на стене справа.) Это был первый удар. Мужчина стоял вот здесь. Убийца набросился на него и полоснул его по горлу. Видишь — длинные широкие подтеки здесь и вот тут.

П о л и ц е й с к и й. Да, здорово.

Декстер указывает на кровавые дуги на левой стене.

Д е к с т е р. Так, а здесь прекрасные аккуратные мелкие брызги, в них есть ритм. Их можно получить, только нанося удары чем-то легким и двигаясь до-статочно быстро. Четкие, резкие, точно проникающие удары — никаких фонтанов и подтеков. Ловко, изящно, легко, словно пускаешь камешки по воде. Этот парень знал, как пользоваться ножом.

П о л и ц е й с к и й. Так мы ищем мастера по приготовлению суши?

Г о л о с Д е к с т е р а. Боже. Неудивительно, что в Майами раскрывают только двадцать процентов преступлений.

Декстер смотрит на полицейского, говорит с иронией.

Д е к с т е р. Да, возможно, мастера суши. Он не будет первым в моем списке, но... Ведь всякое бывает?

Декстер ходит по комнате, берет фотоаппарат, фокусирует объектив на конструкции из нитей. Делает несколько снимков.

П о л и ц е й с к и й. Что теперь?

Декстер смотрит на полицейского.

Д е к с т е р. А теперь я поем.

Декстер едет по Майами. Проезжает по грязным улицам жилых районов, застроенных дешевыми домами, потрепанными барами и потрескавшимися церквями. Хулиганистого вида дети и подростки ошиваются возле винных лавок, выпивают, курят, врубив на полную громкость свои магнитофоны.

Жуя сочный сэндвич со свининой, Декстер въезжает на парковку, затем откладывает еду в сторону.

Г о л о с Д е к с т е р а. Когда ведешь машину и ешь — а мне нравится делать это одновременно, — возникает проблема. Невозможно правильно держать руки на руле. А это угроза для общественной безопасности.

Он берет новую папку с делом Яворски, которую дала ему Камиллиа.

Г о л о с Д е к с т е р а. Но всегда приходится чем-то жертвовать.

Декстер пролистывает несколько страниц дела.

Г о л о с Д е к с т е р а. Похоже, Яворски был занятым человеком.

Он оборачивается, смотрит через улицу на маленький полуразвалившийся дом с ржавым забором-сеткой, отделяющим его от проходящей рядом дороги.

Г о л о с Д е к с т е р а. Недавно пересматривал «Подглядывающего Тома» и заметил забавный эпизод с мамашей. (Пауза.) Что ж, пора совершить небольшую экскурсию.

Декстер заходит в дом, и тут же слышится громкий злобный лай собаки. Декстер замирает. Видит огромного грязного пса на заднем дворе, он бьется в прозрачную дверь, пытаясь попасть в дом.

Г о л о с Д е к с т е р а. Животные меня не любят. Особенно собаки.

Взбешенная собака вертится возле двери, барабанит по ней лапами, ей явно не терпится впиться зубами в Декстера.

Г о л о с Д е к с т е р а. Думаю, они не одобряют того, что я иногда делаю с их хозяевами. И эта собака раскусила меня так же легко, как я — Яворски... Или любого другого убийцу.

Декстер теперь спокоен, осматривается. В доме тесно, повсюду грязь и беспорядок, обстановка нищенская. Возле неубранной постели висят бумажные полотенца. Посреди комнаты — стол, на нем — компьютер и цифровая видеокамера, на вид дорогая. Декстер берет ее, с любопытством рассматривает. Потом замечает стопку садомазохистских порножурналов, берет один, листает, останавливается на разделе рекламных объявлений, прочитывает несколько. Некоторые из них подчеркнуты фломастером.

Г о л о с Д е к с т е р а. Интересные пристрастия. Его запросы растут, становятся все более извращенными. Пошел в разнос.

Декстер тихо выходит из дома, закрывает за собой дверь.

Центральная Флорида. Палаточный лагерь

Двенадцатилетний Декстер с отцом сидят в лодке.

Г о л о с Г а р р и. Все нормально, сынок, продолжай.

Гарри по-прежнему обнимает Декстера, смотрит на него.

Д е к с т е р. Ну... понимаешь, я чувствую что-то, внутри, словно кто-то следит за мной.

Г а р р и. Ты слышишь голоса?

Д е к с т е р. Нет, это не совсем голоса, это что-то... Что-то другое.

Декстер отворачивается.

Г а р р и. И это что-то вызывает желание убивать?

Спустя мгновение Декстер поворачивается к отцу, смотрит на него.

Д е к с т е р. Нет, ну... Не то чтобы заставляет. Просто мне начинает казаться, что это неплохая идея.

Г а р р и. Тебе когда-нибудь хотелось убить кого-то еще? Ну, знаешь, кого-то побольше собаки?

Д е к с т е р (тихо). Да.

Г а р р и. Человека?

Д е к с т е р. Да, но не кого-то конкретного.

Г а р р и. Почему ты не сделал этого?

Декстер и Гарри несколько секунд смотрят друг другу в глаза.

Д е к с т е р. Я подумал, тебе это не понравится. Тебе и маме.

Г а р р и. Только поэтому?

Д е к с т е р (мямлит). Я... Ну... Я не хотел, чтобы ты на меня злился, разочаровывать тебя не хотел. Ты злишься, пап?

Гарри смотрит Декстеру в глаза.

Декстер, свежий, только что после душа, в новой чистой рубашке, несет пакет с покупками. Проходит сквозь нарядную толпу ярко одетых мужчин и женщин. Из ресторана неподалеку гремит румба. Ее звуки сопровождают Декстера, пока он идет по улице.

Г о л о с Д е к с т е р а. Вечер пятницы. В Майами это вечер свиданий, впрочем, как и любой другой вечер, и все занимаются сексом. Но вздохни спокойно, Декс, все хорошо, потому что меня секс никогда не привлекал.

Он проходит мимо симпатичной пары, сидящей за столиком уличного кафе, останавливается, оборачивается. Парень потягивает мохито, а его красивая девушка одной рукой раскуривает сигарету, а другой медленным привычным движением гладит его промежность.

Г о л о с Д е к с т е р а. Я не понимаю секс. Моя натура его не приемлет. Не имею ничего против женщин, да и к мужчинам отношусь с разумной долей приязни, но когда дело доходит до самого акта, он кажется мне таким недостойным.

По бульвару дефилируют привлекательные девушки в вызывающе коротких обтягивающих платьях.

Г о л о с Д е к с т е р а. Но я должен играть в эту игру, и после нескольких лет попыток выглядеть нормальным, я наконец...

Он сворачивает с бульвара и направляется к дому.

Г о л о с Д е к с т е р а. ...наконец встретил идеальную спутницу.

Он подходит к дому, звонит в дверь.

Г о л о с Д е к с т е р а. Так получилось, потому что она в каком-то смысле так же травмирована, как и я. Мы встречаемся уже почти год, с тех пор как она рассталась с мужем.

Дверь распахивается, Декстер расплывается в широкой улыбке. Заходит в дом.

Перед ним стоит Рита. Ей около тридцати, она миловидная и приветливая, но чувствуется, что легко ранимая. Видя Декстера, краснеет. В своем полупрозрачном платье она выглядит очень соблазнительно.

Р и т а. Я буду готова через минуту, нужно поговорить с няней.

Д е к с т е р. О’кей.

Она улыбается.

Г о л о с Д е к с т е р а. Это Деб познакомила нас.

Маленький кубинский ресторан

Декстер и Дебра в полицейской форме сидят за столиком и едят курицу с хрустящей корочкой.

Д е б р а. Познакомилась на прошлой неделе с девушкой, Декс. (Жует.) Она лучшая, черт подери. Тебе нужна хорошая девушка. Мы познакомились у нее дома, она поссорилась с мужем...

Дом Риты

Муж Риты рывком переворачивает обеденный стол, хватает стул и бьет им Риту по голове. Двое детей жмутся в углу. Муж продолжает избивать Риту кулаками. В этот момент вбегают Дебра и ее напарник.

Г о л о с Д е б р ы. Он был обдолбанным наркоманом, больным психопатом, и я из него всю дурь выбила. Но она симпатичная... будет, когда раны на лице заживут. Короче, сейчас она одна.

Напарник Дебры быстро уводит детей, а она выхватывает полицейскую дубинку и начинает бить Ритиного мужа по голове. Затем делает удушающий захват, мужчина теряет сознание.

Маленький кубинский ресторан

Декстер и Дебра доедают курицу.

Д е к с т е р. Звучит многообещающе.

Д е б р а. Да, это идеальный вариант для тебя. Чувствительная, ранимая, закомплексованная, проблемы с самооценкой, ну, ты знаешь, что про таких говорят, они весь мозг тебе вынесут. Но ей нужен кто-то, кто позаботится о ней и будет с ней нежен. Хочешь, дам ее телефон?

Р и т а (смотрит на пакет Декстера). Это подарок?

Д е к с т е р. Да, но хоть ты и выглядишь потрясающе, он не для тебя.

Рита улыбается, поворачивается к своим детям. Астор — милая и приветливая восьмилетняя девочка в пижаме, рядом сидит ее пятилетний брат Коди, бледный, но симпатичный и вежливый мальчик в огромной футболке, которая заменяет ему пижаму.

А с т о р (очень нежно). Привет, Декстер.

Декстер опускается на колени, улыбается.

Д е к с т е р. Позвольте заметить, сегодня вы выглядите божественно.

Она смотрит ему в глаза, потом опускает взгляд, смущается.

А с т о р. Ага.

Д е к с т е р. И его величество Коди, как всегда, прекрасен. Декстер проходит в гостиную, просто и скромно обставленную мебелью из дешевого каталога, затем поворачивается к детям и снова улыбается.

Г о л о с Д е к с т е р а. Люблю детей. Эти малыши много значат для меня, больше, чем их мама. Но дети, которым пришлось наблюдать, как их отец-наркоман пытался убить их мать мебелью из «Икеа», как правило, довольно замкнуты.

Декстер достает из пакета коробки с мороженым.

Д е к с т е р. Ванильное, шоколадное и клубничное.

К о д и. А кофейного нет?

Д е к с т е р (улыбаясь). А как думаешь, какое растает быстрее?

Они покатываются со смеху, тут появляется Рита.

Р и т а. Готов?

Она улыбается.

Г о л о с Д е к с т е р а. Деб не знает, что бывший муженек изнасиловал ее...

Дом Риты

Декстер с коробкой пиццы в руках входит в гостиную и видит Риту. Та быстро натягивает халат поверх пижамы, накрывается пледом, сворачивается на диване, берет пульт и включает телевизор.

Г о л о с Д е к с т е р а. ...и заразил ее какой-то жуткой наркоманской болезнью. С тех пор она совершенно равнодушна к сексу. К счастью для меня.

Р и т а. Черт, забыла кошелек.

Она выходит из комнаты. Коди смотрит ей вслед, поворачивается к Декстеру.

К о д и. Вы идете в кино?

Д е к с т е р. Если найдем фильм, от которого нас не стошнит.

А с т о р. Вас часто тошнит в кино?

К о д и. Астор-р-р-р.

А с т о р (смотрит на Коди с улыбкой). А что, может, и правда. Может, у него проблемы с тошнотой. (Смотрит на Декстера.) У тебя есть проблемы?

Д е к с т е р. Нет, но, может, должны были бы быть.

Они смеются, входит Рита, у нее в руках пластиковый кошелек.

Р и т а. В девять — спать, о’кей?

К о д и. Ты вернешься?

Р и т а. Конечно, вернусь.

К о д и (нежно). Я спросил Декстера.

Д е к с т е р. Ты уже будешь спать.

К о д и. Нет, не буду.

Д е к с т е р. Тогда я загляну к тебе, и мы сыграем в карты, в покер. На большие деньги.

Коди и Астор льнут к Декстеру, крепко обнимают его за талию.

Р и т а. Поцелуйте мамулю.

Декстер нервничает. Они с Ритой стоят в длинной очереди среди красивых и стильно одетых людей. Очередь медленно продвигается вперед — ко входу в популярный ресторан, известный своими блюдами из крабов.

Г о л о с Д е к с т е р а. Стоит ли говорить о моих необычных привычках, когда здесь толпятся вполне социально адаптированные, приличные люди, которым не терпится взять молотки и прилюдно расколошматить свою еду на кусочки.

За столиками в ресторане сидят посетители и, ловко орудуя молотками, исступленно колотят беззащитных ракообразных, разбивая их панцирь в крошки. По залу, словно шрапнель, летят осколки раковин и панцирей. Посетители жадно вгрызаются в мясо.

Г о л о с Д е к с т е р а. Нормальные люди так агрессивны.

Декстер улыбается Рите.

Декстер и Рита гуляют по парку. Повсюду музыка — играют диджеи, кубинцы отбивают ритм на барабанах, где-то слышен хип-хоп и сотни других звуков и мелодий. В ослепительном свете прожекторов и лазерных лучей сотни мужчин и полуобнаженных женщин танцуют и пьют текилу, нежась в удушающе жарком ночном воздухе. Настоящая вакханалия, буйство человеческой плоти. Но, как ни странно, никто из этих людей не подозревает, что рядом свершилось преступление.

Чуть поодаль от общего веселья, на окраине парка, огороженной желтой полицейской лентой, стоят машины полиции и «скорой помощи», мигают их красные и синие огни. Они привлекают внимание Декстера. Он хватает Риту за руку, резко останавливается.

Д е к с т е р. Я могу им понадобиться.

Р и т а. Разве у тебя нет служебного пейджера?

Д е к с т е р. Они не всегда понимают, что я им нужен.

Он пробирается сквозь разгоряченную толпу, направляется к месту преступления, Рита окликает его.

Р и т а. Декс...

Декстер пробегает мимо полицейских, видит место преступления. Лагуэрта что-то говорит репортерам, но Декстер избегает ее взгляда, лавирует между детективами и полицейскими, проходит дальше. Видит Анхеля Батисту в том же положении, что и на предыдущем месте преступления, — тот склонился над телом, изучает завернутые ноги, ступни, руки. Как и в прошлый раз, аккуратно выкладывает их на синюю клеенку. Анхель поднимает глаза, он мрачен, напряжен.

А н х е л ь. Сукин сын.

Д е к с т е р. Кто?

А н х е л ь. Я говорю об этом ублюдке, сраном убийце. Этот чертов гомосек заставляет нас работать в пятницу вечером.

Д е к с т е р. Да уж, наш график — строго с понедельника по четверг, я так всегда говорю.

А н х е л ь. Конечно, сам посуди. Кто хочет вкалывать в пятницу вечером? А ты что тут делаешь?

Д е к с т е р. Был неподалеку. (Смотрит на него.) Ну что? Тот же парень, тот же почерк?

А н х е л ь. Совершенно сухой. Крови снова нет.

Декстер опять чувствует головокружение, пятится, затем приходит в себя, опускается на корточки рядом с Анхелем, сосредоточенно смотрит на мертвое тело.

А н х е л ь. Взгляни сюда — на этот раз разрезы немного отличаются. (Указывает на фрагмент руки.) Вот здесь очень грубый. Там — более аккуратный, а вон тот вообще совершенно ровный.

Д е к с т е р. Очень хорошо.

А н х е л ь. Да, просто прекрасно, но посмотри сюда.

Анхель отодвигает отрезанную руку в сторону, указывает на торчащую бедренную кость.

А н х е л ь. Смотри — оголенная кость. Убийца полностью снял с этого участка кожу, плоть. Зачем он это сделал?

Декстер вздыхает, смотрит на Анхеля.

Д е к с т е р. Экспериментирует. Пытается найти идеальный метод.

А н х е л ь. И с головой он тоже, что ли, экспериментирует?

Д е к с т е р. Ты о чем?

А н х е л ь. Этот подонок забрал голову. Ее нигде нет, и черт его знает, что он с ней сейчас делает.

Декстер в изумлении глядит на Анхеля, встает и, погружаясь в раздумья, медленно уходит.

Г о л о с Д е к с т е р а. Он явно поднимает планку. Черт, а этот парень действительно хорош.

Машина Декстера останавливается перед домом Риты. Некоторое время Декстер и Рита сидят молча.

Р и т а. Они скоро его поймают?

Д е к с т е р. Сомневаюсь. Этот убийца — настоящий художник...

Р и т а (смущенно). В смысле?

Но Декстер уже с головой ушел в свой мир, говорит медленно и очень спокойно.

Д е к с т е р. Его техника... Невероятно.

Р и т а. Что? Декс, о чем ты?..

Она не успевает закончить фразу. Внезапно Декстер привлекает ее к себе. Долгий и страстный поцелуй. Рита отталкивает его, в ее взгляде — ужас. Она нервно оправляет платье, резкими жестами приглаживает волосы.

Р и т а. Прости... Не думаю, что хочу этого. В смысле, я еще не готова к... Черт, Декстер. Ну зачем так?

Она отстегивает ремень безопасности, выпрыгивает из машины, с силой захлопывает дверь, бежит в дом.

Г о л о с Д е к с т е р а. Что это я сейчас сделал? Меня это даже не интересует. И почему я не могу выкинуть из головы эту аккуратную груду частей тела? (Пауза.) Нет крови. (Пауза.). Почему я поцеловал ее?

Декстер выглядит мрачным и злым. Садится за стол перед компьютером. Тут же лежат толстая папка с делом Яворски и порножурнал, взятый из его квартиры.

Декстер стучит по клавиатуре, на его лице отражается свет от монитора. Вдруг его плечи напрягаются, глаза темнеют, взгляд становится холодным, жестким.

Г о л о с Д е к с т е р а. Вот оно. Это точно он. (Пауза.) Сайт Scream and Cream, прародитель всех порносайтов об изнасилованиях.

На экране любительский видеоролик. На грязном полу в подвале лежит связанная женщина — Джейн Сондерс. Ее насилует маленький толстый мужчина в маске, на его руке — та же татуировка, которую Декстер заметил у Яворски. Зрелище жуткое, отвратительное. Яворски, олицетворение абсолютного зла, бьется в экстазе, затем достает из-под матраса нож, заносит его высоко над жертвой...

Декстер с ужасом уставился в монитор. Его лицо исказили гнев и ненависть.

Г о л о с Д е к с т е р а. Теперь это лишь вопрос времени, и скоро он станет очередной каплей крови в моей коллекции стекол. (Пауза.) Но следует подождать. Нужен идеально продуманный план. Я должен быть осторожен и соблюдать «кодекс Гарри».

Он отходит от стола.

Центральная Флорида. Палаточный лагерь

Г о л о с Д е к с т е р а. Поэтому мы приехали в этот лагерь, пап?

Солнце садится. Декстер помогает отцу развести костер, бросает в кучу пару веточек.

Д е к с т е р. Чтобы поговорить об этом?

Гарри садится на корточки, раздувает тлеющие угли — загорается огонь. Он встает, смотрит на Декстера.

Г а р р и. Я старею, сынок, а с годами, мне кажется, начинаешь воспринимать вещи иначе. (Садится рядом с Декстером.) Понимаешь, это не значит, что ты становишься мягче, терпимее или начинаешь видеть все в серых тонах, не разделяя мир на черное и белое. Думаю, просто начинаешь понимать все по-другому, лучше.

Д е к с т е р. Мне кажется, я понимаю.

Г а р р и. Десять лет назад я бы, наверное, упрятал тебя за решетку. Но теперь я лучше все понимаю. (С нежностью.) Ты хороший парень, Декстер.

Д е к с т е р (искренне, смущенно). Нет, пап, я плохой. Я...

Г а р р и (перебивает). Нет. Ты хороший... Ты... Декс, я это знаю, и ты это понимаешь. Знаю, потому что иначе ты бы не стал задумываться обо мне и матери, а просто сделал бы это. Но мы не вечны, поэтому нужно решить твою проблему.

Он пристально смотрит Декстеру в глаза.

Д е к с т е р. Пап, прости.

Г а р р и (очень мягко). Иди сюда, сынок.

Он наклоняется к сыну, убирает прядь волос с его лба.

Г а р р и. Помнишь, что с тобой было раньше, до того, как мы тебя взяли?

Д е к с т е р. Нет, ничего.

Г а р р и. Хорошо, и не нужно этого помнить. То, что произошло с тобой в детстве, сильно повлияло на тебя.

Д е к с т е р. И я никогда не вспомню об этом?

Г а р р и. Надеюсь, что нет. Это было нечто ужасное, какое-то очень сильное эмоциональное потрясение. Ты пережил это слишком рано, Декс, и оно останется с тобой навсегда. Теперь слушай меня внимательно. Тебе и дальше будет хотеться убивать, и ты не сможешь противиться своему желанию.

Д е к с т е р (с грустью). Значит, я всегда буду таким?

Г а р р и. Да, и этого не изменить. Но ты можешь направлять желания в другое русло, контролировать их. Мы можем использовать их во благо. (Пауза.) Я научу тебя, как выбирать жертв. Научу, как не попадаться. (Пауза.) Это будет наша тайна. Только между нами. Никто никогда не должен узнать об этом.

Д е к с т е р. Ты уверен?

Г а р р и. Абсолютно. И, Декстер, я хочу научить тебя этому, потому что в мире есть много людей, заслуживающих смерти.

Д е к с т е р. Так ты не злишься?

Г а р р и. Нет, сынок. Я люблю тебя.

Он улыбается Декстеру.

Д е б р а. Не парь мне мозги, Декс. Дай мне что-нибудь, пока меня не вышибли с этой работы.

В кафе «Wolfie’s Deli» много народу, суета. Декстер и Дебра сидят за столиком, едят блинчики и яичницу.

Д е б р а. Лагуэрта по-прежнему уверена, что убийцу кто-то видел и спугнул, она все еще заставляет меня допрашивать шлюх.

Д е к с т е р. Пустая трата времени. Подумай, Деб. Если его прервали...

Д е б р а (перебивает). Господи боже! Верно! Потому что как бы он тогда успел завернуть все части тела? Ну и дура она, эта тощая.

Д е к с т е р (оживленно). Но мы нашли уже четвертое тело, и разрезы отличаются. Это о многом говорит. Ритуал меняется. Убийца ищет вдохновения и не может его найти.

Д е б р а (понимающе). И он продолжает кромсать тела, пока не достигнет совершенства.

Д е к с т е р. Я могу и ошибаться.

Но он прав, и Дебра это понимает. Она берет очередной блин.

Д е б р а (громко жует). Ну, и как вчера прошло твое чертово свидание?

Д е к с т е р. Отлично. Тебе стоит как-нибудь попробовать. Надо налаживать личную жизнь.

Д е б р а. Мне нужно перевестись в отдел убийств, а там уже и с жизнью разберемся.

Д е к с т е р. Понимаю. Ясное дело, когда дети будут говорить: «Мамочка работает в отделе убийств», это будет звучать внушительно.

Д е б р а (раздраженно). Не нарывайся, могу и врезать.

Д е к с т е р. Вполне естественная мысль. Почему бы не поговорить о будущих маленьких Морганах, моих племянниках и племянницах?

Д е б р а. Говоришь точно, как мама.

Д е к с т е р. Я ее медиум, настраиваюсь на ее канал.

Д е б р а. Ну так смени канал и расскажи, что знаешь о клеточной кристаллизации.

Д е к с т е р (смотрит на нее). Ты о чем?

Д е б р а. Слышала, как коронер упомянул об этом вчера вечером. Он говорил о той мертвой девушке без головы.

Д е к с т е р. Не нравится мне твой взгляд.

Д е б р а. Я приехала туда раньше тебя и заметила, что это тело отличается от остальных. Части тела были холодными, как мясо из морозилки. Так вот, я и думаю — это и есть клеточная кристаллизация?

Г о л о с Д е к с т е р а. Боже, и как я об этом не подумал? Превосходно.

Д е б р а. Декс... о чем задумался?

Декстер смотрит на сестру, делает глоток воды.

Д е к с т е р. Прости. Это вполне разумно. Холод замедляет ток крови.

Д е б р а. Черт, это и так ясно. К чему ты это?

Д е к с т е р. Просто мысли вслух. Но, возможно, у него пунктик насчет крови.

Д е б р а. Этого мало. Ну же, мне нужно уделать Лагуэрту и ее ребят. Они все надо мной издеваются. Называют меня Офицер Эйнштейн.

Декстер смотрит на нее, некоторое время молчит.

Д е к с т е р. Авторефрижератор.

Дебра удивленно глядит на него, придвигается ближе.

Д е б р а (медленно). О чем ты, черт подери, говоришь?

Д е к с т е р (словно думая вслух). Передвижная морозильная камера. Ему нужна холодная среда, чтобы замедлить кровотечение. Чистое место... И мобильное, чтобы потом можно было удрать и выбросить отходы.

Д е б р а. Так теперь будем искать авторефрижератор?

Д е к с т е р. Возможно, краденый. (Пауза.) Как думаешь, много таких угнанных машин?

Д е б р а. Ты издеваешься? В Майами-то?

Они улыбаются, Дебра встает из-за столика, целует Декстера в макушку.

Д е б р а. Люблю тебя. Спасибо.

Она уходит. Декстер осматривается, вынимает маленький блокнот и ручку, начинает составлять список: рыболовная леска, скальпели, пилы, шприцы, прочные мешки для мусора...

Декстер разворачивает план дома в районе Бэйуотер.

Г о л о с Д е к с т е р а. Подготовка крайне важна. Нельзя упустить ни одной детали.

Недостроенный дом в районе Бэйуотер. Просторная комната. Декстер заклеивает оконные проемы толстыми листами пластика, подметает цементный пол.

Г о л о с Д е к с т е р а. Этот ритуал одурманивает.

Он накрывает груду бетонных плит посреди комнаты чистой клеенкой, разглаживает ее, затем отрезает несколько широких лент скотча, приклеивает к краю плит.

Г о л о с Д е к с т е р а. Скотч, клеенки — необходимые для этой процедуры вещи.

Он видит рулон клейкой пластиковой пленки, выхватывает тонкий нож, вырезает кусок пленки, прижимает его к лицу, словно маску, лицо расплющивается, черты искажаются. Быстро делает маленький надрез на месте рта, чтобы можно было дышать. Снимает маску, аккуратно ее складывает.

Д е к с т е р. Для меня важна каждая мелочь.

Декстер заходит в переполненный вестибюль полицейского управления и тут же замирает на месте. Видит жену убитого хормейстера. Она стоит возле стойки дежурного, рыдает.

Ж е н а. Не понимаю... Сделайте что-нибудь, прошу вас. Дайте объявление по телевидению, поместите его фото на пакеты с молоком, только найдите моего мужа!

Д е ж у р н ы й (терпеливо). Мэм, я понимаю, мы пытаемся. Детективы повсюду его разыскивают, и как только мы узнаем...

Декстер, не отрываясь, смотрит на жену хормейстера.

Г о л о с Д е к с т е р а. Я практически уверен, что не допустил никаких ошибок.

Он поворачивается, идет к комнате совещаний, вдруг чувствует, как на его плечо опускается чья-то рука. Останавливается. Обернувшись, видит перед собой Доукса.

Д о у к с. Я видел, как ты пялился на эту женщину. Какое тебе до нее дело?

Д е к с т е р. Я не... Я просто...

Д о у к с (перебивает). Любишь смотреть, как женщины плачут? Нравится, да? Что у тебя на уме, псих?

Декстер поворачивается и идет к комнате совещаний.

Д о у к с (резко). Тебя сюда не звали, так что вали.

Но Декстер идет дальше.

Д о у к с. Эй! Я...

Доукс следует за ним. Не оборачиваясь, Декстер ускоряет шаг, подходит к комнате, резко распахивает дверь. Прямо перед ним стоит лейтенант Лагуэрта.

Д о у к с (Лагуэрте). Лейтенант, этому уроду тут делать нечего. Я все еще жду от него отчета о крови с убийства наркоманов. (Декстеру.) Иди работай.

Лагуэрта жестко смотрит на них обоих. Декстер собирается уйти.

Д е к с т е р. Все в порядке. Не хочу никого расстраивать.

Отходит от комнаты, Лагуэрта догоняет его, хватает за руку.

Л а г у э р т а (Доуксу). Он может остаться. (Декстеру.) Буду рада, если ты поучаствуешь. Обсудите свое дело после собрания. Ну, может, начнем?

Она ведет его в комнату совещаний.

Внутри полно полицейских в форме и детективов. Плавной походкой Лагуэрта проходит в противоположный конец комнаты. Декстер уворачивается от Доукса и натыкается на полицейского.

П о л и ц е й с к и й (игриво). Эй, Декс, у меня в трусах тоже кое-что есть, не хочешь взять образец?

Декстер улыбается ему, ищет свободное место, проходит мимо нескольких полицейских и видит Дебру. Она сидит одна в последнем ряду. Нервно сжимает руками колени. Замечает Декстера и зовет его.

Д е к с т е р. Готова?

Д е б р а (уверенно). Сейчас я эту суку поставлю на место.

Д е к с т е р. Просто изложи свою идею ясно и четко и будешь героем.

В этот момент рядом с Деброй садится Масука.

М а с у к а. Деб, как насчет сделки? Я тебе сотню, а ты мне даешь тебя потискать.

Д е б р а. А давай я тебе сейчас по яйцам врежу.

Масука кривляется, давясь смехом, Дебра смотрит на него с отвращением.

Лагуэрта берет слово.

Л а г у э р т а. Ладно, успокойтесь все. Итак, кто-нибудь обнаружил нашего свидетеля?

Все молчат. Ее лицо напрягается, она недовольна.

Л а г у э р т а. Ну же, народ, кто-то должен был что-то найти.

Д е б р а. Лейтенант Лагуэрта...

Все оборачиваются. Лагуэрта смотрит на Дебру, закатывает глаза.

Л а г у э р т а. О, офицер Морган... Не узнала вас в одежде.

По комнате прокатывается смех. Дебра колеблется, затем поднимает глаза на Лагуэрту.

Д е б р а. У меня есть идея. Немного в другом направлении.

Л а г у э р т а. Идея? Неужели? (Улыбается.) Так поделитесь ею с нами, пожалуйста.

Дебра встает, переводит дыхание.

Д е б р а. Клеточная кристаллизация...

Д е к с т е р (шепотом). Увереннее, прошу тебя.

Л а г у э р т а. Прошу прощения?

Д е б р а. По поводу последней жертвы. Я бы хотела проверить, не угоняли ли за последнюю неделю фургоны с авторефрижераторами.

В комнате тишина. Все уставились на Дебру.

Л а г у э р т а (снисходительно). Фургоны? Как у мороженщиков?

Дебра и Лагуэрта смотрят друг другу в глаза. Это тупик.

Г о л о с Д е к с т е р а. Она не понимает. Никто из этих тупоголовых не понимает, а бедная Дебра не может растолковать им.

Д е б р а (жестко, начинает сердиться). Нет. Не как у мороженщиков. Автомобиль с морозильной камерой, с помощью которой можно заморозить ткани. Используя это передвижное средство, убийца легко скрывается, его трудно поймать. Такой фургон может стать для нас зацепкой.

Полицейские начинают нервно ерзать на стульях.

Л а г у э р т а (покровительственным тоном). Это очень интересно, очень творческий подход, но давайте все же искать свидетеля. Мы знаем, он или она где-то бродят. Данные медэкспертизы и неровные разрезы доказывают, что убийцу прервали, кто-то его увидел. Давайте сосредоточимся на поисках этого человека, идет?

Д е б р а. Но...

Л а г у э р т а (резко). Продолжай допрашивать своих проституток. (Пауза.) Ладно, на сегодня всё.

Все встают и выходят из комнаты. Декстер смотрит на Лагуэрту, она подмигивает ему.

Г о л о с Д е к с т е р а. Черт...

Он выбегает из комнаты и идет вниз по коридору. Догоняет разъяренную Дебру. Она резко поворачивается, вскрикивает.

Д е б р а. Чтоб ее!

С силой пинает Декстера в грудь.

Д е к с т е р. О... Боже, Деб...

Д е б р а. Прости... Но она выставила меня полной идиоткой. Ну и дрянь!

Д е к с т е р. Дрянь?

Д е б р а. А что мне еще сказать? Я оказалась здесь только из-за капитана, он приказал...

Д е к с т е р. Но он не обещал, что они будут тебя слушать.

Д е б р а. Именно. Так что прощай, моя карьера. Теперь до конца дней буду работать контролером на парковке.

Д е к с т е р. Есть и другой выход. Найди фургон.

Появляется Лагуэрта.

Л а г у э р т а. Прошу прощения. (Улыбается Декстеру.) Декстер, зайди ко мне в кабинет, пожалуйста.

Поворачивается и уходит с гордо поднятой головой. Дебра изумленно смотрит на брата.

Д е б р а. Это еще что такое, черт возьми? Какого... Ты что, трахаешь ее? Господи...

Уходит.

Д е к с т е р. Нет, Деб, подожди!

Декстер выставляет на стенде в кабинете Лагуэрты все фотографии с места убийства в отеле. Поворачивается к Лагуэрте и Доуксу.

Д е к с т е р. Наркотики тут ни при чем.

Д о у к с. Черт, мы просто впустую тратим время.

Л а г у э р т а. Думаю, сержант Доукс прав.

Декстер смотрит на Лагуэрту, а Доукс уже готов выхватить пистолет. Декстер глядит на него, говорит спокойно. Д е к с т е р. Я изучил все отчеты, все данные медэкспертизы, и они подтверждают мою идею. Эти кокаиновые убийства никак не связаны с кокаином. Преступление было совершено в состоянии аффекта. Убийца пришел за женщиной, а не за дилером. Он быстро прикончил его, чтобы не мешался, и с наслаждением занялся расчленением этой дамочки. Он наверняка был в близких отношениях с жертвой, иначе вряд ли стал бы это делать. Возможно, он ее бывший парень. (Пауза.) Вот кого бы я искал.

Л а г у э р т а. Ладно... Немного странная теория, но, сержант, вы все равно проверьте.

Д о у к с (во все глаза смотрит на Декстера). Я слежу за тобой, засранец.

Слышатся раскаты грома.

Декстер едет под проливным дождем, сворачивает к стройке возле бухты, проезжает мимо указателя «Жилой квартал Бэйуотер».

В районе вырублены все деревья, неподалеку несколько недостроенных двухэтажных домов, явно заброшенных.

Г о л о с Д е к с т е р а. Еще один гигантский строительный проект, целью которого было улучшить нашу жизнь, истребив животных, закатав все деревья в цемент и заселив район пенсионерами из Нью-Джерси. Но компания обанкротилась, и строительство заморозили. Теперь это голый безжизненный район.

Декстер останавливает машину за высокой грудой старых кирпичей и бревен. Несколько минут спустя бесшумно выходит из машины, медленно направляется к недостроенному дому.

Г о л о с Д е к с т е р а. Яворски ходит сюда уже несколько месяцев.

Любит воровать медные трубы. На этом можно неплохо заработать. (Пауза.) Охраны тут нет. И это тоже хорошо.

Сквозь пелену дождя к дому подъезжает Яворски. Выходит из машины. В руках у него большой гаечный ключ. Он идет по лужам к дому.

Яворски входит в здание, медленно поднимается по лестнице, идет по коридору, затем исчезает в комнате на втором этаже.

В комнате Яворски начинает отвинчивать ключом фрагмент массивной медной трубы. Наконец труба поддается и падает.

Весь в поту, Яворски поднимает трубу, держит ее, словно младенца, идет к двери, но у выхода в коридор внезапно останавливается, замирает. Видит на стене фотографию Джейн Сондерс.

Секунда — и Декстер в резиновом фартуке поверх одежды и пленочной маске подбегает к нему сзади и приставляет к его горлу тонкий нож.

Д е к с т е р. Не двигайся и молчи.

Я в о р с к и. Эй, погоди...

Он не успевает договорить, Декстер выхватывает шприц и всаживает его в шею Яворски, тот падает.

Просторная комната в недостроенном доме.

Яворски лежит голый на груде бетонных плит, примотанный к ним прозрачной пленкой. Рот залеплен скотчем.

Возле него небольшой столик со сверкающими смертоносными инструментами — ножами всех сортов и размеров.

Декстер снимает маску, наклоняется над Яворски и смотрит ему в глаза.

Д е к с т е р. Поговорим.

Яворски пытается вырваться, мотает головой, Декстер сдирает скотч с его рта.

Я в о р с к и. Твою мать!

Д е к с т е р. Говори.

Глаза Яворски полны ужаса.

Я в о р с к и. Что? О чем ты?

Д е к с т е р. Думаю, ты сам знаешь.

Я в о р с к и. Нет.

Декстер привычным движением проводит скальпелем по щеке Яворски.

Я в о р с к и. О боже...

Д е к с т е р (жестко). А теперь расскажи мне о Джейн Сондерс.

Пауза. Декстер вновь подносит к его лицу скальпель.

Я в о р с к и. Ладно, ладно... Я убил ее.

Д е к с т е р. Как?

Я в о р с к и. Я кино снимал, порнуху. (Пауза.) Но я не жалею.

Д е к с т е р. Ну конечно, нет. Я сейчас тоже не жалею.

Он заносит нож над Яворски.

Декстер моет руки, вытирает насухо нож, снимает фартук, кладет перчатки обратно в сумку. Внезапно останавливается, смотрит вниз, достает из кармана вибрирующий мобильный телефон.

Д е к с т е р (любезно). Да?

Рита крепко прижимает трубку к уху.

Р и т а. Извини... В смысле, прости за вчерашнее, но... Ну... Декс, мне правда нужно тебя увидеть. Ты можешь... Ну, заехать ко мне сегодня, просто так, ненадолго. Я правда... Что ты сейчас делаешь?

Декстер бледен. В углу комнаты аккуратно сложены большие мешки с останками Яворски.

Д е к с т е р. Заканчиваю небольшой проект, я постараюсь заехать чуть позже. Ладно, пока.

Кладет телефон в карман, достает двойное стекло с образцом крови Яворски, разглядывает его, улыбается.

Под дождем машина Декстера едет вниз по бульвару Бискейн.

Г о л о с Д е к с т е р а. Теперь мне гораздо лучше, как обычно после убийства. Одним режиссером-порнолюбителем в Интернете меньше.

Краем глаза он замечает фургон с рефрижератором, который едет по соседнему переулку. Декстер поражен, в изумлении качает головой.

Г о л о с Д е к с т е р а. Нет, быть не может.

Он круто разворачивается и едет по переулку вслед за фургоном. Они медленно проезжают квартал за кварталом.

Фургон резко сворачивает направо. Декстер следует за ним, но тут загорается красный свет, и он вынужден остановиться. Фургон съезжает на насыпную дорогу и исчезает.

Декстер с нетерпением ждет, пока не погаснет красный свет. Красный, красный, красный... по-прежнему красный. Наконец загорается зеленый, и Декстер жмет на газ.

Со скрежетом его машина съезжает на насыпную дорогу, едет прямо. Декстер видит фургон: тот развернулся и движется прямо на него. Стремительно приближается. Декстер бледнеет, крепко хватает руль. Видит, как из кабины высовывается рука водителя, он держит что-то большое. Фургон стремительно несется на Декстера, и перед самым столкновением водитель резко сворачивает в сторону, выкидывает из кабины отрезанную голову и уносится прочь. Голова летит прямо в лобовое стекло машины Декстера. Стекло разлетается вдребезги. Декстер с ужасом смотрит на голову. Она падает на капот, затем на мокрую дорогу и, подпрыгивая, катится вниз, к обрыву.

Декстер выпрыгивает из машины, бежит за головой, хватает ее. Но голова выскальзывает у него из рук, катится все дальше вниз. Декстер снова бежит за ней, падает на колени, крепко обхватывает голову руками, держит, словно футбольный мяч. Делает несколько глубоких вдохов, поднимается на ноги. Он стоит один на пустой дороге под проливным дождем. Поднимает отрезанную голову, смотрит ей в глаза.

Дождь прекратился. Декстер сидит на капоте своей машины, наблюдает, как сотрудники «скорой» осторожно закатывают голову на носилки и заносят в машину. Декстер машет им рукой.

Д е к с т е р. Пока-пока.

Он смотрит на противоположную сторону улицы. Сержант Доукс и Дебра стоят, прислонившись к полицейской машине. Дебра широко улыбается.

У дороги останавливается машина Лагуэрты, свет фар ослепляет Декстера. Он прикрывает глаза, затем видит Лагуэрту. Она выходит и встречается взглядом с Деброй. Та ухмыляется ей, затем снова поворачивается к Доуксу, кивает ему. Оба садятся в машину и уезжают.

Лагуэрта качает головой, резко захлопывает дверь автомобиля и идет к Декстеру.

Л а г у э р т а. Как ты, нормально?

Декстер криво улыбается ей.

Д е к с т е р. Вот как голова может подвернуться.

Л а г у э р т а (улыбается). Как мило. (Оглядывается по сторонам, подходит на шаг ближе.) Так ты видел водителя фургона?

Д е к с т е р. Нет.

Л а г у э р т а. Ты уверен, что это был фургон с морозильной камерой?

Декстер кивает.

Л а г у э р т а. А водителя, значит, не видел?

Д е к с т е р. Нет.

Л а г у э р т а. И ты уверен, что это именно такой фургон?

Д е к с т е р. Нет сомнений.

Л а г у э р т а. Кажется, ты и правда уверен.

Подходит еще ближе.

Д е к с т е р. Уверенность — мое второе имя.

Л а г у э р т а (соблазняя). Люблю уверенных мужчин.

Она прижимается к нему своим роскошным телом.

Л а г у э р т а. Отлично сработал по делу о тех наркоманах. Доукс нашел убийцу. Это и правда был парень убитой. Но Доукс все еще тебя ненавидит. (Она опускает руку, начинает гладить его бедро.) И откуда ты такой умный взялся, Декстер? (Она гладит его грудь, волосы.) И ты всегда так стильно одеваешься.

Д е к с т е р. Лейтенант, не думаю...

Она прижимается к нему сильнее, горячо шепчет.

Л а г у э р т а. Тише.

Д е к с т е р. Лейтенант... Не здесь.

Л а г у э р т а. Точно, не здесь. У меня.

Она наклоняется к нему за поцелуем, но Декстер быстро уворачивается, отпрыгивает в сторону, и Лагуэрта падает, сильно ударяется о машину.

Д е к с т е р (в ужасе). Лейтенант... Простите меня!

Лагуэрта встает, отряхивается, поворачивается к Декстеру. В ее глазах злоба.

Л а г у э р т а. Сукин сын.

Д е к с т е р. Нет... Лейтенант, прошу вас, послушайте. В меня только что швырнули голову, я немного не в себе и, боюсь, могу вас разочаровать.

Они смотрят друг на друга. Декстер широко и приветливо улыбается, и Лагуэрта наконец отвечает ему улыбкой.

Л а г у э р т а. Ладно, в другой раз... Когда ты не будешь так травмирован.

Он кивает в ответ, затем садится в машину и уезжает.

Декстер стоит у двери дома Риты, жмет кнопку звонка. Дверь открывается, на пороге, укутавшись в халат, стоит Рита.

Р и т а (нервно). Дети у соседки.

Д е к с т е р (неуверенно). О’кей.

Пауза.

Р и т а. Может, зайдешь?

Д е к с т е р. Ладно.

Декстер следует за Ритой в гостиную, она резко поворачивается к нему, смотрит в глаза.

Р и т а. Я не хочу терять тебя, Декс.

Д е к с т е р. Ладно, конечно.

Р и т а. И... Я хочу тебя.

Она снимает халат, остается в одной тонкой ночной рубашке.

Р и т а. Декс... Я хочу заняться с тобой любовью.

Д е к с т е р. О, ладно, спасибо.

Рита медленно привлекает его к себе. Они целуются, затем она отстраняется.

Р и т а. Не волнуйся, врач вылечил меня от той болезни.

Д е к с т е р (колеблется). Да... Это хорошо.

Они начинают заниматься любовью.

Декстер заходит в свою комнату.

Г о л о с Д е к с т е р а. Ничего себе. Секс. Как это произошло? Но она казалась довольной, так что, надеюсь, я не разочаровал ее.

Он оглядывает комнату, все вроде бы нормально. Проходит на кухню.

Г о л о с Д е к с т е р а. Но это лишь потому, что мне все равно. А когда занятие тебе безразлично, ты легко можешь справиться с ним и даже преуспеть.

Он включает свет на кухне.

Г о л о с Д е к с т е р а. Должно быть, страх перед возможной неудачей — страшная штука.

Он видит оторванную голову куклы Барби, приклеенную скотчем к дверце холодильника. Декстер стоит как вкопанный, смотрит на голову. Он явно напряжен, нервничает.

Медленно подходит к холодильнику, дотрагивается до головы — она качается из стороны в сторону. Открывает холодильник. Внутри лежит расчлененная кукла Барби. Каждая часть тела аккуратно отделена, как у тех трупов, и перевязана маленькой розовой лентой.

Через мгновение Декстер успокаивается.

Г о л о с Д е к с т е р а. Полагаю, я должен расстроиться и почувствовать, что надо мной издеваются, но я этого не чувствую.

Он замечает в руке куклы маленькое зеркало. Вынимает его, смотрит на свое отражение, видит только часть лица.

Г о л о с Д е к с т е р а. Нет. На самом деле, я считаю, это дружеское послание, что-то вроде: «Эй, хочешь поиграть?»

Он кладет зеркало, закрывает холодильник, снова смотрит на кукольную голову, качающуюся из стороны в сторону.

Улыбается.

Г о л о с Д е к с т е р а. И да, я хочу поиграть... Правда, очень хочу.

Перевод с английского Елены Паисовой

Публикуется по: http:// www.docstoc.com/docs/9868369/Dexter-Pilot

Фрагменты сценария пилотного эпизода

Kinoart Weekly. Выпуск 49

Блоги

Kinoart Weekly. Выпуск 49

Наталья Серебрякова

Наталья Серебрякова о 10 событиях минувшей недели: Дэвид Линч отказался от продолжения «Твин Пикс»; трейлер фильма об Олеге Сенцове; новый фильм Киеши Куросавы; Алекс Росс Перри экранизирует Делилло; Бри Ларсон снимется в гангстерском триллере, а Руни Маара – в байопике об индийском сироте; Франко нашел нового любимого писателя; Джадд Апатоу спродюсирует квир-комедию; трейлер зомби-комедии Джо Данте.

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Новости

В октябре в Москве пройдет ретроспектива Такэси Китано

29.09.2018

С 5 по 14 октября в московских кинотеатрах «Факел» и «Космос» состоится ретроспектива Такэси Китано. В ретроспективу войдут пять картин культового японского режиссера.