«Вышибающий "мурашку" катарсис». Обыденная кинокритика в социальных медиа

Под обыденной критикой мы понимаем рецензии пользователей Интернета на различные художественные произведения или события. Авторы таких материалов, рассчитанных на прочтение если не массовой, то, по крайней мере, неопределенной аудиторией, как правило, не имеют ни профессионального статуса, ни какой-либо специальной подготовки. Уровень рецензий, если оценивать его с профессиональных позиций, в большинстве случаев оставляет желать лучшего. Тем не менее подобные тексты достаточно востребованы. Они способны не только вызвать значительный интерес и бурные дискуссии, но и повлиять на прокатную судьбу картины.

Новизна этого феномена заключается не в появлении критических текстов, написанных непрофессионалами. Границы профессионального во все времена более или менее размыты. Привлекает сама возможность попробовать себя в роли сочинителя художественного или критического текста. Классический критик-дилетант длительное время не мог пребывать в этой роли. Он либо получал признание со стороны публики и (или) коллег по цеху, либо отказывался от дальнейших экспериментов, либо смирялся с клеймом графомана-неудачника.

Тексты нынешней обыденной критики приобретают принципиально иной статус. Из частных творческих опытов, способных в редких случаях перерасти в нечто большее, обыденная критика превращается в самодостаточную и институционально оформленную систему, обеспечивающую воспроизводство и потребление соответствующих текстов. Рецензенты-любители сегодня, как правило, уже не стремятся создать статью или эссе по профессиональным канонам. При этом за жанровыми различиями стоят различия в самих ожиданиях аудитории по отношению к текстам, написанным профессионалами и любителями.

Принято считать, что понятие «социальная сеть» было предложено в 1950-е годы британским социологом Дж. Барнсом. В 1990-е годы появились онлайн-системы, получившие название социальных сетей. В основу таких ресурсов, как американские Classmates.com, Facebook.com или российские «Одноклассники.ру», «ВКонтакте.ру», и других положен принцип формирования сообщества как закрытой от внешних влияний группы социальных агентов, устанавливающих друг с другом взаимосвязи в рамках Сети с целью, «во-первых, организации социальных коммуникаций между людьми и, во-вторых, реализации их базовых социальных потребностей»[1].

Не менее важной для понимания феномена обыденной критики представляется концепция Веб 2.0, а также терминологический аппарат, используемый для описания коммуникативных процессов в рамках данного явления[2]. Если профессиональный контент способен привлечь внимание значительной части аудитории за короткий промежуток времени, то формы, характерные для Веб 2.0 — форумы, доски объявлений, обзоры, комментарии в блогах и т.д., — вызывают интерес сравнительно небольшой части аудитории. Однако при этом он имеет долговременный и довольно стабильный характер.

Концепции социальных медиа (social media) и создаваемой пользователями информации появились в середине нулевых годов в рамках теории управления медиа. Они описывают принципиально новый тип средств массовой коммуникации, создаваемый на принципах сотрудничества и открытости пользователями-непрофессионалами. Социальные медиа противо- поставляются профессиональным — классическим средствам массовой коммуникации, предполагающим существование структурно выделенной профессиональной редакции. Примерами таких медиа могут выступать не только социальные сети и блоги, но и так называемые вики-сервисы, наиболее известный из которых сетевая открытая энциклопедия Википедия, статьи для которой пишут пользователи-добровольцы.

Американский юрист, специалист в области авторского права в Интернете Лоуренс Лессиг отмечает: «Бурное развитие медиатехнологий привело к тому, что традиционное понимание культуры как сочетания процессов создания произведений искусства и их потребления (или, в терминологии компьютерного века, «записи» и «чтения») упрощается до пассивного потребления создаваемых в узком кругу профессионалов объектов искусства. Иными словами, механизм культурного обмена переключается на режим «только чтение».

Однако тот же Интернет предоставляет нам возможность воскресить утраченную культуру «чтения и записи». Контент, создаваемый пользователями, порождает новый бизнес и распространяется с невероятной скоростью. Кроме того, развивается «любительское» искусство. Под «любительским» не имеется в виду «низкокачественное», «дилетантское»: люди производят контент потому, что им это нравится, а не для того, чтобы заработать денег»[3].

Обыденная критика в широком понимании представляет собой социокультурное явление, предполагающее, что зрители становятся на позицию критиков того или иного произведения массовой культуры, не обладая при этом соответствующим профессиональным статусом. В данном случае обыденная критика понимается в узком смысле, когда в этом качестве мы рассматриваем коммуникации на специализированных сайтах, пользователи которых публикуют, читают и комментируют художественные произведения.

Система русскоязычных коммуникативных онлайн-площадок, на которых происходит обсуждение фильмов, достаточно велика и содержит разнообразные ресурсы. К ним относятся:

— системы микроблогов (Twitter.com) — короткие сообщения (одно-два предложения, иногда картинки), в которых может содержаться информация о ситуации просмотра фильма, беглый отклик, рекомендация смотреть или не смотреть картину и т.д.,

— системы блогов (LiveJournal.com, LiveInternet.ru, Blogs.mail.ru и др.),

— тексты различного объема, иногда включающие аудио- и видеоинформацию,

— блоги, которые носят тематический характер и посвящены исключительно фильмам; однако чаще встречаются ситуации, когда любительская кинорецензия является лишь одним из нескольких типов текстов, на которых построен блог,

— социальные сети (Odnoklassniki.ru, VKontakte.ru, Facebook.com и др.) — коммуникативные системы, построенные на установлении взаимосвязей между пользователями; обыденные рецензии в социальных сетях также частный случай записи (поста),— торговые площадки (Ozon.ru, Bolero.ru и др.) — сайты онлайн-магазинов, которые содержат описание продаваемого товара (в нашем случае фильмов); на таких ресурсах могут содержаться и пользовательские отзывы.

Если сосредоточиться исключительно на специализированных ресурсах, предназначенных именно для критического обсуждения фильмов пользователями-непрофессионалами в сфере кино, можно выделить три ведущих русскоязычных сайта такого рода: afisha.ru, kinopoisk.ru, lookatme.ru. Коммуникации обыденных критиков организованы на них по-разному. На afisha.ru и lookatme.ru обсуждается широкий круг тем, среди которых кино лишь один из возможных объектов для критики. Что касается kinopoisk.ru, то это специализированный «киношный» сайт. Если lookatme.ru предлагает рубрикацию постов («Кино» — одна из множества рубрик), то два других ресурса содержат базы данных рецензируемых объектов, к которым привязаны тексты обыденных критиков. На lookatme.ru отсутствует система рейтингования киноматериалов (однако есть рейтинги постов), представленная на afisha.ru и kinopoisk.ru. Последний сайт не позволяет оставлять комментарии на рецензии, тогда как два других сервиса предоставляют такую возможность.

Потенциал для формирования сообщества обыденных критиков на этих сайтах различен. Выше всего он у сайта afisha.ru, содержащего самую крупную базу подобных публикаций по сравнению даже с kinopoisk.ru — ресурсом, существенно более посещаемым. Слабый потенциал формирования сообщества обыденных критиков у lookatme.ru.

Вспомним старый анекдот, заканчивающийся фразой: «чукча не читатель — чукча писатель». Так вот, на мой взгляд, «наивным писателем» становится именно «не читатель», что определяется не столько количеством потребляемой информации (как для героя упомянутого анекдота), сколько качеством потребления. Иначе говоря, «наивную» литературную продукцию (речь не только о художественных текстах) создают только «дискурсивные дилетанты»[4]. Переносить данное утверждение на всех без исключения обыденных критиков было бы несправедливо. Их общекультурный уровень и литературные способности различны.

Авторы далеко не всегда способны определиться с тем, на какой позиции они стоят: потребителя продукта индустрии развлечений или критика художественного произведения. При этом личный потребительский опыт обыденного критика может приводиться в качестве объективного аргумента, подтверждающего художественные достоинства фильма, и, наоборот, элементы искусствоведческого анализа — служить доказательством коммерческого качества медийного продукта.

Индивидуальная оценка, в свою очередь, раскладывается на дискурс непосредственного потребления, когда автор говорит прежде всего о процессе своего восприятия (не обязательно на основании личного опыта), и на производственный контекст, связанный с обсуждением кинопродукта в маркетинговых категориях.

«Когда весь фильм от начала и до конца хочется улыбаться: от шуток, умиления, красивых съемок, приятных героев, узнаваемых ситуаций и вообще много из-за чего, — это признак хорошего фильма. Вот с «Елками» у меня было именно так: и в прошлом году, и в этом»[5], — пишет пользователь «lamoir» на сайте kinopoisk.ru. Другой пользователь описывает свой зрительский опыт:

«В общем, после повседневных дел я включила «О чем еще говорят мужчины» в предвкушении приятного вечера, приготовившись вновь посмеяться над забавными нелепостями человеческих отношений. А оказалось, что режиссер подложил своему доверчивому зрителю свинью, причем чрезмерно приправленную помидорами»[6]. Несмотря на эту оценку, далее автор все же анализирует драматургию и актерскую игру. Обыденный критик предлагает читателю разделить его ожидания от фильма, после чего стремится доказать, что фильм этих ожиданий не оправдывает.

«Производственный» подход в большей степени проявлен в рецензиях, посвященных голливудским фильмам. Это вполне объяснимо: такие картины более технологичны и имеют значительные маркетинговые бюджеты. Некоторые авторы подчеркивают свою роль знатоков того, «как это сделано», используя профессионализмы и «околопрофессионализмы» одновременно с принижающей лексикой и подтверждая таким образом свою возможность свободно ориентироваться в проблематике. Периодически в рамках этого жанра затрагивается финансовая тема: обыденные критики оценивают, насколько фильм, по их мнению, оправдывает вложенные в него средства.

«Чисто с визуальной стороны в фильме есть на что посмотреть, хорошо поставленные драки/погони и куда уж без визитной карточки франшизы «прыжков в бездну». Но все эти плюсы в плане картинки ни в кой мере не могут перевесить минусы наигранности и детскости происходящего на экране»[7], — пишет один из таких рецензентов о фильме «Миссия: невыполнима. Протокол «Фантом». Другой, рассуждая о фильме «Шерлок Холмс: Игра теней», отмечает: «Бюджет картины составил 125 млн. долларов, что на 35 млн. долларов больше, чем первая часть. И дело тут не только в распухшем гонораре Роберта Дауни-мл. и Джуда Лоу, но и в обилии спецэффектов в картине, да рекламная кампания была более широкой, хотя обычно маркетинговые расходы не включают в бюджет фильма»[8].

В рецензии на второго «Холмса», принадлежащей пользователю «Рабин-дранат Тагор», хорошо видно, как несколько подходов пересекаются в одном тексте: «К такого рода вещам невозможно относиться критически — это кино для абсолютного расслабона, для того, чтобы смотреть и радоваться. «Игра теней» местами напоминает безбашенное малоадекватное кино «Зеленый шершень» — как было бы скучно жить без таких фильмов! Гай Ричи, конечно же, не Гондри — но от этого только интереснее. Ричи — жуткий эстет, его фильмы если не радуют содержанием, то обязательно впечатляют формой. Потрясающей операторской работой, насыщенным цветом, потрясающими рапидами. Захватывающая погоня по заснеженному лесу почему-то вызывает ассоциации с прологами к фильмам Триера — та же стерильная красота, лишенная мотиваций и смысла. Радость в чистом виде — а музыка Ханс Циммера сие удовольствие удесятеряет»[9].

Рассматривая систему «я и текст», следует еще раз отметить, что в материалах обыденных критиков, в отличие от профессиональных критических рецензий, присутствует фигура автора, с которой должен самоидентифицироваться читатель. Это привносит в тексты обыденных критиков личный эмоциональный опыт рецензента, связанный с просмотром фильма. Появляется и неприемлемая рекомендация к просмотру — категория, практически отсутствующая у профессиональных критиков. В некоторых случаях такая рекомендация может быть высказана в достаточно жесткой, едва ли не ультимативной форме. («Фильм строго рекомендован к просмотру, для всех возрастов!!!»; «Мой вердикт — идти обязательно».)

Самоописание авторов — прием, также недопустимый для профессиональных рецензентов. Это может быть рассказ о том, какое на авторе рецензии было платье, с каким настроением он пришел в кино, какова была погода за окном в момент просмотра. Перечисление привычек, пристрастий рецензента, а также особенностей его характера — прерогатива исключительно обыденной рецензии.

«У меня довольно низкий порог внимания: через 15—20 мин мне становится скучно и в кинозале я накрываюсь шубой, чтобы ответить на смс. Здесь я даже не вспоминала про телефон. Сценарий держит в напряжении. И несмотря на количество сюжетных линий, ни капли не перегружен.

Пишу все эти хвалебные слова, начисто забыв, что приехала на просмотр в депрессии, в которую загнала необходимость принятия важного решения. Я со списком покупок с трудом-то справляюсь, а тут из трех вариантов надо выбрать один. Спасибо тебе, дорогое кино, за то, что напомнило мне — выбирать надо сердцем. И я решила! И стало вообще ну тааак хорошо!!!»[10] — признается на afisha.ru обыденный критик «Наташа Ярцева», рассуждая о фильме «Елки-2».

«Первые дни нового года мне всегда даются нелегко. И дело не в том, что я позволила себе лишнего в смысле количества съеденного или выпитого 31 декабря. Нет! Все было в пределах разумного и приятного. Я о другом. [...] Срочно нужна подзараядка! Я решила пустить в ход старый проверенный способ — сходить в кино. [...] Одним словом, упавшие духом, колеблющиеся и алчущие острых, но позитивных эмоций — попробуйте Игру теней. Очень освежает!»[11] — это уже из отзыва на фильм «Шерлок Холмс: Игра теней».

В некоторых случаях самоописания занимают большую часть рецензии, из вспомогательного элемента нарратива превращаясь едва ли не в основной. По всей видимости, в этих случаях переключение автора на личный опыт, характерное для разговорных обсуждений, связано с личной ценностью последнего, «приятностью воспоминаний». Приводимые детали могут носить подробный и при этом персональный, интимный характер, не представляя никакого интереса для читателя.

«Мистический вечер. В Афише увидели последний сеанс на Небоскреб на 22 с чем-то в Киномакс XL. Приехали, киносеанса такого нет, но есть Елки 2 на 21.45)) Обрадовались, взяли билеты (карта скидочная почему-то не работала, как всегда на скидку на билет, но теперь почему-то заработала в баре :). Мистика. Зашли, в зале L переставили кресла, и наши любимые места 1 и 2 в 7-м ряду оказались 13 и 14)). Но народу почти не было, мы сели на 7-й ряд в середине»[12].

Профессиональный критик, оказавшись в зале на просмотре фильма, отбрасывает собственные эмоции, подходит к просмотру фильма методически, используя определенный набор приемов, инструментов анализа. В то же время обыденные критики полностью погружены в собственный эмоциональный опыт; возможно, именно такой — личностной, отсылающей к прямым переживаниям — информации и не хватает читателю, обращающемуся к непрофессиональным рецензиям. Максимум, что может себе позволить профессионал, — это признания вроде «непонятно». Однако и такая попытка «сближения» профессионального и обыденного дискурсов не находит обычно отклика у зрителя, предпочитающего получать от критика более внятные и однозначные формулировки.

Опыт сайта afisha.ru, на котором, как уже отмечалось, соседствуют обыденные и профессиональные рецензии, позволяет констатировать существование различий в требованиях и ожиданиях пользователей от этих двух типов текстов.

Так, профессиональный кинокритик Юрий Сапрыкин, завершивший свою рецензию на фильм Джима Джармуша «Предел контроля» словами «Ну то есть — круто, но путано и непонятно»[13], — подвергся достаточно жесткой критике со стороны пользователей аfisha.ru. Вот лишь несколько примеров отзывов такого рода, оставленных на его рецензию.

«...Как приятно увидеть среди этих ваших хипстерских рецензий честное заявление про непонятно», «Стоит посмотреть, какие фильмы оценил на 5 автор этой рецензии, на какие он ходил, чтобы делать выводы! Это смешно! Он «Терминатор» высоко оценивает. Естественно, Джармуш — непонятный!», «...Я кино не смотрел, но все же: «путано и непонятно», мне кажется, это не аргумент, Бога лучше оставить в покое, а в отрывке «японская группа Boris», лишнее слово «японская».

davydova2

В то же время обыденного критика «koStrik», чей отзыв на фильм «Девушка с татуировкой дракона» отмечен в качестве лучшей зрительской рецензии на сайте аfisha.ru[14], читатели упрекают в перегруженности, излишней сложности, отсутствии «понятных» и легко читаемых эмоций: «...Почти невозможно понять обороты, использованные в рецензии!! Кажется, она признана лучшей??», «...Неуместное использование даже вполне литературных и научных терминов...», «Это не отзыв, это набор слов, больше похожий на бред...», «...Рецензия неплоха. только совершенно невозможно понять, понравилось вам или нет=)».

С другой стороны, профессиональному рецензенту «Афиши» Анне Сотниковой, написавшей отзыв на фильм «Шерлок Холмс: Игра теней»[15], ставят на вид предвзятость и отсутствие профессиональной этики. Приведем полностью один из комментариев.

«Уважаемая Анна Сотникова. Как можно «Специально для «Афиши» писать столь непрофессиональную рецензию? Вам не стыдно?

Где анализ игры актеров? Операторской работы?

Зачем столько спойлеров? Зачем столько вещей, не относящихся к фильму? К вашим рецензиям предъявляется требование «не менее 3000 знаков»?

Как можно писать такую предвзятую рецензию? Я конечно понимаю, у нас свободная страна — по крайней мере ненавидеть Гая Ричи можно любому. Но если вы пишите рецензии для Афиши, у вас должны быть хотя бы капля объективности и хотя бы капля профессиональной этики, которые должны не позволять вам проецировать неприязнь к режиссеру (или его стилю) на его произведения и быть хотя бы немного объективным. Но, судя по предвзятости вашей рецензии, у вас напрочь отсутствует и объективность и профессиональная этика. Мне очень жаль, что таким людям доверяют писать рецензии для Афиши».

Таким образом, зритель полагает, что профессиональный критик должен анализировать сценарий, режиссерскую и операторскую работу, писать «непредвзято» (то есть исключив эмоциональную составляющую), а также говорить «по существу», не позволяя себе «лишние» отсылки.

Интердискурсивность не приветствуется читателем кинорецензий — как профессиональных, так и обыденных, хотя предъявляемые к ним критерии более мягкие. От обыденного критика ждут, что он будет «одним из своих», станет оперировать привычными и понятными словами, тогда как профессионал должен соответствовать многим критериям специалиста: выдавать интеллектуальный продукт, выстраивая определенную аргументацию, быть беспристрастным и объективным. Работа обыденного критика ценится именно потому, что воспринимается в качестве непрофессионального мнения, изложенного в форме равноправного текста.

Еще один аспект — конструирование образа читателя: каким авторы его видят и как к нему обращаются. Для профессиональной критики характерны обезличенные тексты, что соответствует принципам научного стиля. Обыденные критики практикуют доверительное «ты». Зритель, к которому они обращаются, — свой человек, «из одного ряда с тобой». Многие рецензии начинаются со слов «слушайте», «знаете», что характерно прежде всего для разговорной речи.

«Ну а сам фильм — сходите, посмотрите! Но ничего особенного не ждите. Любителям экшена придется по душе — мне вот понравилось, на 4ку!

В любом случае дань и этому фильму-сериалу, и нестареющему Тому отдать стоит, тем более в прокате сейчас с хорошими картинами не густо!»[16]

В обыденной критике часто происходит конструирование образа предполагаемого зрителя, что опять-таки является частью «околомаркетинговой» установки. «Кто-то скажет, что это уровень быдла и будет категорически не прав. Здесь важно то, что эти ребята делают массовый продукт, который понятен, доступен абсолютно всем. Сегодня нет таких людей, которым бы не нравилось творчество Квартета И»[17], — пишет пользователь «Виктор Степин» в рецензии на фильм «О чем еще говорят мужчины». Или другой пример. «Сначала я планировала написать так: «Елки-2» — наивное, супер-понятное кино для АБСОЛЮТНО СЧАСТЛИВЫХ ЛЮДЕЙ. Взаимно влюбленных, при деньгах, свободных и удовлетворенных. По теории вероятностей, такие должны быть в России. Для них сейчас важны не митинги-шмитинги, ОМОН, партии жуликов и воров, чистка социальных сетей и прочая ерунда, а то, что скоро Новый год, прекрасная пора, когда сбываются все мечты, люди объединяются, депутаты добреют, блудные папы возвращаются и ангелы парят над землей вместе с серебристыми оленями, вдыхая аппетитные мандариновые пары... Полезно будет посмотреть фильм тем, кто либо еще только пытается прорваться в отечественную киноиндустрию в качестве профессиональной рабочей единицы, либо уже туда попал. [...] Если же, вы, например, эстет с невытравленными «Первым каналом» мозгами, то можно будет найти места, которые будут смешны только вам»[18], — пишет некто «Кроль Зубастый» на afisha.ru.

Можно предположить: то, что делают обыденные кинокритики, — это не только обращение к внешней аудитории, но и определенная внутренняя работа. Не только коммуникация с другими зрителями, но и социальный поиск, конструирование идентичности, самоидентификация в качестве «лидера мнения».

Мы видим, что авторы оперируют множеством привычных и в какой-то мере отрефлексированных понятий, это ближний круг, знакомая сфера проблем и способов интерпретации, потребительский уровень. Тут уместно вспомнить очерченные И.Климовым понятия «профанной» и «экспертной» областей знания. «Профанная» относится к событиям и детальности, с которыми человек непосредственно не соприкасается, а «экспертная» касается непосредственного личного опыта в той или иной области. Воспринимаются они по-разному. «Вероятность того, что «профанная» область подвергнется критике, значительно ниже. При этом «профанные» и «экспертные» области очень сильно варьируются для разных социальных групп и сообществ»[19].

Неудивительно, что в поиске авторитетного мнения обыденные кинокритики ссылаются преимущественно на мнение таких же, как они, кинозрителей. «...Если бы я судила о шведской нации только по этому фильму, была бы удивлена, почему они считаются одной из самых красивых наций в мире )) и кстати — это не только мое мнение, что с этим актером они дико лажанулись — точно также как и с Эрикой и пр. http://www.afisha.ru/movie/198858/reviews/afisha/ (и не только Зельвенский — почитайте другие рецензии, если не верите — но конечно на вкус и цвет, как говорится...)», — пишет пользователь «brunhilda», комментируя рецензию Р.Волобуева на фильм «Девушка с татуировкой дракона»[20]. Ирония здесь заключается в том, что в качестве авторитетных источников пользователь приводит мнения именно обыденных критиков, а не профессионалов (в частности, того же Р.Волобуева). Или другой пример: «Знаете, я ничуть не сомневаюсь, что именно трио Бекмамбетов-Ургант-Светлаков сотворили чудо, о котором пишут блогеры с большим восторгом, которое обсуждают в кафе»[21].

Язык обыденной критики носит эклектичный характер, когда нарочитые просторечия смешиваются с канцеляризмами, «выражениями, маркированными как интеллектуальные» (В.Зверева). Н.Козлова и И.Сандомирская выделяют три типа обыденного письма: «человеческие документы», написанные на нелитературном языке, клишированное письмо и тот случай, когда «обе разновидности письма как бы смешаны: в поток «неграмотной речи» вкраплены клише речи «казенной» (заимствованной из газет, радио и телепередач и т.д.)»[22]. Третий тип письма для обыденной критики весьма характерен.

Вот ряд высказываний, почерпнутых из рецензий обыденных критиков на фильм «Высоцкий. Спасибо, что живой». Они опубликованы на сайтах kinopoisk.ru и afisha.ru и наглядно иллюстрируют языковую эклектичность: «вышибающий «мурашку» катарсис», «довольно реалистичный персонаж известного поэта», «он берет за душу и уже не отпускает», «Высоцкий. Спасибо, что живой» — это блестящее оживление потрясающей личности», «Владимир Семенович предстает как хриплый, но человечный музыкант...»,

«Ясно одно — Высоцкий — Гениальное явление природы, к которому так и хочется прикоснутся», «Эту удивительную киноленту нужно оставить на память потомкам!», «В голове было множество мыслей, но сказать что-то конкретное не получалось…», «Отворачиваться от творения Буслова зрителям не придется. Оно возьмет их внимание в плотное кольцо чувств и впечатлений. К примеру, когда закончился сеанс, я был ошеломлен, и поэтому весьма долго молчал».

В данном контексте представляется уместным вспомнить о позднем периоде творчества Зощенко, и в частности о его «Голубой книге», где писатель сознательно помещает себя в читательский тип сознания, делая весьма убедительную попытку говорить со своим героем на его родном языке. Зощенко исследует языковые практики людей, стремящихся выглядеть в глазах окружающих «интеллектуальными». В предисловии к «Голубой книге» он описывает структуру своего произведения следующим образом: «И тогда мы с необычайной легкостью, буквально как мячи в сетку, распихали наши новеллы по своим надлежащим местам.

И тогда получилась удивительно стройная система. Книга заиграла всеми огнями радуги. И осветила все, что ей надо было осветить.

Итак, в книге будет пять отделов.

В каждом отделе будет особая речь о том предмете, который явится нашей темой.

Так, например, в отделе «Любовь» мы расскажем вам, что знаем и думаем об этом возвышенном чувстве, затем припомним самые удивительные, любопытные приключения из прежней истории и уж затем, посмеявшись вместе с читателем над этими старыми, поблекшими приключениями, расскажем, что иной раз случается и бывает на этом фронте в наши переходные дни.

И то же самое мы сделаем в каждом отделе.

И тогда получится картина полная и достойная современного читателя, который перевалил через вершины прошлого и уже двумя ногами становится в новой жизни.

Конечно, ученые мужи, подобострастно читающие историю через пенсне, могут ужасно рассердиться, найти наше деление произвольным, крайне условным и легкомысленным.

Итак, перед нашим взором пять отделов: «Деньги», «Любовь», «Коварство», «Неудачи» и «Удивительные события».

Отметим, что последний отдел должен быть самый замечательный.

В этом отделе будут отмечены наилучшие, наиблагороднейшие поступки, поступки высокого мужества, великодушия, благородства, героической борьбы и стремления к лучшему.

Этот отдел, по нашей мысли, должен зазвучать как Героическая симфония Бетховена»[23].

Занимавшаяся творчеством Зощенко М.Чудакова отмечает невозможность для автора выразиться по-другому, не подвергаясь опасности «скомпроментировать» себя в глазах собственного читателя. Этот язык «свидетельствует о распаде культурного, авторитетного слова, о невозможности для пишущего выразиться уверенно, ясно, серьезно — и не попасть при этом в компрометирующий стилистический ряд. Но на основе этой неуверенности и постоянного самоопровержения рождается какое-то новое, еще неизвестное художественное слово»[24]. В качестве выразительного авторского приема Зощенко использует просторечия, канцеляризмы, псевдонаучный язык, «высокий штиль» — все те элементы, которые мы находим в языке обыденных кинорецензий.

Нельзя не отметить широкое использование так называемых смайликов и пейоративной лексики. Смайлики — специальная система знаков, призванная внести в текст дополнительную эмоциональность, которая используется в некоторых форматах генерируемого пользователями контента. Применение такой знаковой системы характерно для коммуникаций, которые поддерживают межличностные диалоговые связи. Однако они не обеспечивают передачу невербальных сигналов (мимика, жестикуляция, положение тела и т.д.). Смайлики как раз изначально выполняют компенсационную функцию, что не исключает возможности их использования в качестве стилистического приема. Как бы то ни было, обыденные критики используют смайлики «по прямому назначению». Это позволяет утверждать, что они воспринимают свой текст в качестве особой письменной разновидности прямого высказывания.

Например: «Суууууууппппеееерр!!!:) Клевый фильм в конце все встали и хлопали!!!!!!:) А так супер фильм!!:)!!!!!:)»[25]. Процитированный текст — полная обыденная рецензия. Такие твиттероподобные короткие эмоциональные высказывания считаются уместными в рамках коммуникаций обыденной критики.

Использование смайликов в текстах профессиональной критики, написанных для интернет-изданий, представить себе крайне сложно. Дело здесь не только в том, что специалисты избегают в своих рецензиях прямой эмоциональности. Традиция художественной критики в основе своей является литературной, четко отделяющей себя от текстов и жанров другого рода. Литературоцентричность для российской критики весьма сильна даже в условиях той конвергенции, которая характерна для современной культурной ситуации.

Обилие пейоративной лексики отчасти связано с запретом на ненормативную лексику — зафиксированным правилом для обыденных критиков, за соблюдением которого следят модераторы. Авторы рецензий искусно обходят запрет, используя слова и словосочетания, выражающие негативную оценку, неодобрение, порицание, иронию или презрение. «Один из худших фильмов увиденных в моей жизни. Первая часть-то дерьмо полное, на девочек расчитанная, вторая просто полный кошмар. Я понимаю, бюджет был, сценария нет. Тупость, тупость и еще раз тупость, расчитанная, я уже не знаю на кого. Собрались посмотреть это «кино», выкиньте эту мысль из головы. Зря потраченное время. Пытался найти в фильме хоть что-то... Тщетно»[26].

Б.Дубин полагает, что «существует непосредственная связь между реактивностью, атомизированностью и тем настороженным, оборонительным сознанием, которое позволяет разным группам оберегать свое альтернативное социальное пространство. Эту связь необходимо иметь в виду при изучении социальной активности в Интернете и его мобилизационных возможностей»[27]. То, что Ф.Фоссато пишет применительно к гражданской активности в Рунете, можно с полным правом отнести и к обсуждению фильмов в социальных сетях. Агрессивная оценка представителей «противоположного мнения», стремление оскорбить и даже унизить «невидимого собеседника» — все это в полной мере характеризует сферу обсуждения фильмов. При этом поколение, которое Н.Соколова относит к «поколению С» (Generation C), группа людей, родившихся между 1982 и 1996 годами, Digital Natives (буквально «цифровое коренное население»)», отличается, пожалуй, особой бескомпромиссностью в этом вопросе. Многие молодые обыденные рецензенты на таком ресурсе, как kinopoisk.ru, где нет возможности оставлять комментарии и таким образом напрямую коммуницировать с другими участниками сообщества, обходят это препятствие, предваряя свой текст нападками на представителей противоположной точки зрения. «Посмотрев фильм в кино и на следующий день прочитав рецензии (специально отрицательные), я разочаровалась… В людях... […] Мне жаль тех людей, которые совершенно не поняли... […] Я не пойму тех людей, которые кричат о том...»[28].

В дополнение к уже отмеченному правилу запрета на использование ненормативной лексики можно отметить еще одно. Оно связано с так называемыми спойлерами — текстами, в которых раскрываются сюжетные подробности фильма, знание которых снижает интерес и удовольствие от первого просмотра. Спойлеры обычно не модерируются, однако специальным образом помечаются (в том числе в комментариях). Такая публикация не является запрещенной, однако осуждается сообществом обыденных критиков.

Таким образом, рецензии обыденной критики представляют собой достаточно эклектичный вид текстов, возникших на границах различных дискурсов, профессиональных и непрофессиональных, личных и публичных, разговорных и печатных. Однако, несмотря на всю эклектичность такого продукта, он может рассматриваться в качестве отдельного, самостоятельного жанра. При этом правила коммуникации, в рамках которых происходит его создание, очерчены достаточно четко и однозначно.

 

[1] Губанов Д.А., Новиков Д.А., Чхартишвили А.Г. Социальные сети: модели информационного влияния, управления и противоборства. М., 2010, с. 4.

[2] См.: О'Рейли Т. Что такое Веб 2.0. / Компьютерра online. 18 октября 2005 года. http://www.computerra.ru/think/234100/

[3] Лессиг Л. Что приходит на смену копирайту? / «Сноб», 12.02.2009.
http://snob.ru/selected/entry/1804

[4] См.: Лурье М. О феномене наивного сочинительства. http://www.ruthenia.ru/folklore/luriem4.htm

[5] Пользователь «lamoir». Рецензия на фильм «Елки-2». http://www.kinopoisk.ru/level/79/user/1720602/comment/1407493/ — Здесь и далее тексты пользователей цитируются без правки. — Прим. ред.

[6] Пользователь «прояснилось». Рецензия на фильм «О чем еще говорят мужчины». http://www.kinopoisk.ru/level/79/user/1274928/comment/1444776/

[7] Пользователь «VAZATTI». Рецензия на фильм «Миссия: невыполнима. Протокол «Фантом». http://www.kinopoisk.ru/level/79/user/583222/comment/1399986/

[8] Пользователь «Кирилл Киреев». Рецензия на фильм «Шерлок Холмс: Игра теней». http://www.afisha.ru/movie/201596/review/405222/

[9] Пользователь «Рабиндранат Тагор». Рецензия на фильм «Шерлок Холмс: Игра теней». http://www.afisha.ru/movie/201596/review/402199/

[10] Пользователь «Наташа Ярцева». Рецензия на фильм «Елки-2». http://www.afisha.ru/movie/204158/review/401044/

[11] Пользователь «Vica Gulyaeva». Рецензия на фильм «Шерлок Холмс: Игра теней». http://www.afisha.ru/personalpage/1253376/review/414132/

[12] Пользователь «Юлия». Рецензия на фильм «Елки-2». http://www.afisha.ru/movie/204158/review/402253/

[13] Сапрыкин Ю. Многозначительная муть по мотивам «Пса-призрака». http://www.afisha.ru/movie/195913/review/296498/

[14] Пользователь «koStrik». Рецензия на фильм «Девушка с татуировкой дракона». http://www.afisha.ru/movie/205505/review/404058/

[15] Сотникова А. Шерлок Холмс против Мориарти. http://www.afisha.ru/movie/201596/review/402990

[16] Пользователь «tweety». Рецензия на фильм «Миссия: невыполнима: Протокол «Фантом». http://www.afisha.ru/movie/200496/review/401488/

[17] Пользователь «Виктор Степин». Рецензия на фильм «О чем еще говорят мужчины». http://www.afisha.ru/movie/205966/review/408905/

[18] Пользователь «Кроль Зубастый». Рецензия на фильм «Елки-2». http://www.afisha.ru/movie/204158/review/401374/

[19] См.: Российское телевидение: между спросом и предложением. В 2-х т. т. 1. М., 2007.

[20] Волобуев Р. Финчер + Ларссон. http://www.afisha.ru/movie/205505/review/402983/

[21] Пользователь «Евгений Михайловский». Рецензия на фильм «Елки-2». http://www.afisha.ru/movie/204158/review/410493/

[22] Козлова Н., Сандомирская И. Наивное письмо и производители нормы. http://sociologos.net/book/export/html/47

[23] Зощенко М. Голубая книга. http://lib.rus.ec/b/146676/read#t43

[24] Чудакова М. Поэтика Михаила Зощенко. М., 1979, с. 87—88.

[25] Пользователь «Захар Стрелов». Рецензия на фильм «Елки-2». http://www.afisha.ru/movie/204158/review/406555/

[26] Пользователь «amodeo». Рецензия на фильм «О чем еще говорят мужчины». http://www.afisha.ru/movie/205966/review/414487/

[27] Цит. по: Фоссато Ф. Рунет как инструмент адаптации. — Pro et Contra, 2009, март-апрель. с. 91—99.

[28] Пользователь «Ann_Sonnenschein». Рецензия на фильм «Высоцкий. Спасибо, что живой». http://www.kinopoisk.ru/level/79/user/249888/comment/1385446/

Безумие в раю

Блоги

Безумие в раю

Алексей Тютькин

По просьбе kinoart.ru о последней картине Шанталь Акерман «Безумие Олмейера» (La Folie Almayer) написал Алексей Тютькин.

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

№3/4

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

Борис Локшин

"Художник — чувствилище своей страны, своего класса, ухо, око и сердце его: он — голос своей эпохи". Максим Горький

Новости

На «Кинотавре» наградили конкурсантов короткого метра

05.06.2014

В Сочи, где сейчас проходит 25-й Открытый Российский кинофестиваль «Кинотавр», закончились показы конкурсной программы короткометражных фильмов. 5 июня на пляже гостиницы «Жемчужина» состоялось объявление решений жюри и присуждение наград.