Архив Андрея Тарковского будет выставлен на аукционе Sotheby's

Коллеция режиссера, включающая в себя письма, аудиозаписи и фотографии, как ожидается, будет продана на аукционе «Сотбис», сообщает британская газета Guardian.

Руководитель «Сотбис» Стивен Роу (Steven Roe) полагает, что архив дает удивительную возможность заглянуть во внутренний мир русского режиссера, чьи картины входят в многочисленные рейтинги «всех времен и народов». В частности, в нем есть блокноты с разборами, кадр за задром, созданных фильмов, черновики письма Брежневу и многие другие материалы.

На продажу архив выставлен ученицей Тарковского, его другом, личным секретарем и соавтором – Ольгой Сурковой (вместе с Тарковским они написали книгу о кинематографе «Запечатленное время» или, в английском переводе, Sculpting in Time).

Дата торгов назначена на 28 ноября. Ориентировочная стоимость архива – 80-100 тысяч фунтов.

Источник: http://www.guardian.co.uk/

Kinoart Weekly. Выпуск 75

Блоги

Kinoart Weekly. Выпуск 75

Наталья Серебрякова

Наталья Серебрякова о 10 событиях минувшей недели: умерла Шанталь Акерман; Мартин Скорсезе снимет десятый фильм с Де Ниро; Тильда Суинтон снова у Пон Чжун Хо; литературные пристрастия Гильермо дель Торо; книга о влиянии видеосалонов на современных режиссеров; Гордон-Левитт в новом триллере; Ли Дэниелс признался в любви Николь Кидман; октябрьские сюрпризы от Пола Томаса Андерсона; сериал о шеф-поваре от Евы Лонгории; трейлер The Art of More.

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Колонка главного редактора

Трудная жизнь без цензуры

11.02.2012

Я восемнадцать лет являюсь главным редактором журнала, и не было ни одного текста, по поводу которого у меня  возникало бы сомнение: а можно ли это опубликовать? Не  будет ли опасности для «Искусство кино», для меня, для нашего министерства, спонсоров? Не было ощущения несвободы. Итак: цензура. Куда она подевалась?