Обстоятельство времени. Обстоятельство времени. «Незначительные подробности случайного эпизода», режиссер Михаил Местецкий

Не секрет, что сейчас короткие фильмы снимают все и всюду на любые носители: ими переполнен Интернет, для них организуются специальные фестивали. Ролики профессионалов конкурируют на равных с любительской хроникой. Можно сказать, что сегодня жанр короткометражки претерпевает затянувшийся переходный период, а его границы размываются, как никогда прежде. Казалось бы, выбор бесконечен, но даже классики в качестве разминки не всегда с честью проходят испытание крохотной зарисовкой. Чаще всего в коротком метре эксплуатируются разного рода клише, однако если у начинающего режиссера есть идеи, то хронометраж из саднящей помехи перерастает в амбициозный вызов ремеслу и таланту.

У нас именно «Кинотавр» превратился в важную стартовую площадку для режиссеров короткого метра. В разные годы в Сочи дебютировали Бакурадзе, Германика, Мизгирев, Волошин, Мамулия и многие другие. Все эти авторы затем стали призерами главного конкурса фестиваля. Не новичком в курортной лаборатории оказался и выпускник филфака РГГУ, Высших курсов сценаристов и режиссеров прозаик и режиссер Михаил Местецкий. Этим летом его фильм «Незначительные подробности случайного эпизода» получил диплом жюри конкурса короткого метра во главе с оператором Михаилом Кричманом и приз Гильдии киноведов и кинокритиков. Однако еще в 2009 году трагикомический ролик Местецкого «Топоры в батонах» в Сочи признали победителем конкурса «Город РР», организованного журналом «Русский репортер» и интернет-порталом MySpace.

Темой конкурса стала жизнь в городском пространстве современной России, а призом — поездка на «Кинотавр». Жюри короткого метра 20-го «Кинотавра» во главе с режиссером Алексеем Германом-младшим не осталось равнодушным к хармсовской иронии Местецкого. «Топоры в батонах» стилизованы под новостной сюжет о скандале в хлебобулочной индустрии. В Москве зафиксировали более ста случаев продажи батонов с острыми топорами, изнутри разрубающими покупателей, съевших такой хлеб. Эксперты больницы святого Петра на Пречистенке, одного из которых играл сам режиссер, делятся советами, каким образом можно обезвредить буханку или как действовать, если топор оказался в желудке. При том что топор зачастую превышал размеры купившей его старушки. Многие жители уже перешли на сухарики, а в булочных оперативно установили металлоискатели.

В изящном хоррор-сюжете, снятом за один день и смонтированном, что называется, на коленке, прочитывалась зрелищная метафора города-супермаркета или (постмодернистского) общества потребления. Изначально этот скетч снимался для Интернета. Соблюдались все каноны короткого метра: нетривиальный сюжет, способный привлечь внимание фланирующего по ссылкам зрителя, жанровая внятность и выверенный на монтажном столе минимализм визуального ряда. Ролик, созданный по законам сетевого пространства, подкупал соответствием формы задаче и, пародируя их, одновременно нащупывал тревожную мифологию мегаполиса. Этот контраст придавал сюжету глубину и фарсовую оптику восприятия. «Топоры в батонах» Местецкий снял во время работы над «настоящим» короткометражным кино с павильонами и большой группой. Режиссер признавался, что съемки «Незначительных подробностей случайного эпизода» из-за недостаточного финансирования продолжались так же долго, как непривычно длинно звучит название этого фильма.

На квадратном столе стакан чая в подстаканнике, рядом рассыпаны кусочки сахара, которые при помощи компьютерной графики перевоплощаются в образ движущегося поезда. Мужчина в купе учит английский. Два поезда останавливаются друг напротив друга на ж/д полотне, окруженном с обеих сторон безбрежной водой. Девушка в окне одного поезда кокетливо показывает мужчине обнаженную грудь. Кажется, что поезда вот-вот тронутся, а они замирают в этой обреченной мизансцене на долгие годы. Вначале герои флиртуют друг с другом, готовые к более близкой встрече, но, опасаясь скорой отправки составов, так и не покидают вагонов. Их амплуа разведены, а судьбы даны в параллели. Он (Кирилл Кяро), герой-любовник, застигнутый скукой, вскоре обольстит проводницу-буфетчицу. Она (Мириам Сехон), «синий чулок», путешествует с родителями, вяжет, пока мать без устали трещит о ремонте — новых замках, стеклопакетах и кафеле. Два окна. Два типа одиночества. Два — мужской и женский — взгляда на мир.

Свадьба героя с беременной буфетчицей срифмована Местецким с похоронами отца пассажирки из другого поезда. Пока в одном вагоне гуляют свадьбу, во втором машинист дает в память об умершем прощальный гудок, а люди бегут по крышке гроба в надежде, что сейчас их состав наконец тронется. Преодолевает дистанцию игрушечный поезд на детской железной дороге. Герой под вопли народившихся детей — их куча — с тоской заколачивает окно своего купе, через которое хотел сбежать на волю один из его крохотных сыновей. Мама-буфетчица лупит мальчугана, но бежать ему некуда. К героине после смерти родителей заглядывает поклонник-проводник, обещая ей первой сообщить об отправке состава. Постепенно на крыше поезда возводится город в миниатюре, а его вагоны переоборудуются в типовые квартиры. Семейная жизнь героя разбивается о быт, жена уходит с детьми по запруженному жителями «коммуналки» тамбуру. Мужчина распахивает окно своего купе, чтобы наконец-то заговорить с барышней в окне напротив. В этот момент его поезд трогается, набирая скорость.

Как и в «Топорах в батонах», в этом фильме Местецкий конструирует историю из гипербол. В бесхитростном, но классическом сюжете об остановке поезда (филолог Местецкий готов предъявить литературные источники, вдохновившие его на эту идею, — от Кортасара до Пелевина) заложено множество смыслов, аллюзий, интерпретаций. Литературные ассоциации вплетены в сюрреалистическое изображение, в котором, однако, каждая мизансцена продумана и рационализирована в репетициях. Длительная остановка поезда становится бродячей метафорой существования в нашей стране, почти фольклорного застревания в провинции, на полустанке, в пространстве на границе между прошлым и будущим, сном и явью, желаемым и действительным.

В таком месте действия, давно обернувшемся общим местом для нашего нынешнего авторского кино, всякому движению (вперед) угрожает стагнация — забвение медитативной паузы «напротив» и «между».

В прологе «Незначительных подробностей…» герой зучает в плейере английский для начинающих. «Где вы живете, Джейн?» — интересуется по-английски бархатистый голос ведущего. «Я живу в Лондоне, а вы?» — отвечает девушка. В этом эпизоде невольно угадывается рифма к названию ранней картины Местецкого Past Continuous (грамматической форме прошедшего продолженного времени) и одновременно поклон Джиму Джармушу в щемящем Russian Disco Тома Уэйтса на титрах к данному фильму. Английский для героя есть образ мечты, открытой среды, шанса вырваться, пока все поезда не встали, не застыли на месте или их не засосало в метафизическую воронку. Чуткость Местецкого к незначительным подробностям разного, не только и не столько литературного, толка пронизывает подтекст сюжета терпкой социальной иронией.

Поезда не идут, поскольку злоумышленники постоянно разбирают шпалы, воруют детали. Обитатели поезда объединены проблемами выживания или прозябания в коммунальной реальности купейных и плацкартных вагонов. Бесконечные разговоры о ремонте маркируют этапы застойной (в стоячих вагонах) жизни. Младшие офицеры в одном из вагонов за время стоянки состава становятся генералами. Местецкий воссоздает клаустрофобию общего быта, атмосферу соседства, основанную на системе компромиссов, подглядывания и вечного ожидания чуда. Мещанство разъедает героев изнутри в неволе и поневоле.

Категория времени разложена в «Незначительных подробностях…» на разные лады и трактовки восприятия ожидания. Спрессованное время внутри короткой истории является аллегорией жизненного пути: за встречей следует расставание, молодость переходит в старость, надежды — в разочарования. Местецкий работает с «образом» времени, в котором с XIX века ничего не меняется. В кольцевой композиции сценария, даже если поезд и движется, то по замкнутой траектории. В первом кадре фильма Местецкий показывал чай в подстаканнике как символический аксессуар железнодорожной поездки, а в последнем — режиссер помещает (при помощи компьютерной графики) лицо главного героя в окно поезда из кусочков сахара, который попадает в подстаканник с чаем проводника. Тот его выпивает. Притча о времени тает.

Гротескные «Незначительные подробности…» остроумно вписались в онтологическую кинотрадицию под названием «Прибытие поезда». Этот фильм — не пауза или разгон перед полным метром, но полноценное высказывание молодого режиссера «до востребования». Следующая, полнометражная, картина Местецкого обещает по своему замыслу быть еще более радикальной. Но пока он анонсировал съемки короткометражки.

______________________________________________________________________________________________________________________________

«Незначительные подробности случайного эпизода»

Автор сценария Михаил Местецкий при участии Николая Куликова

Режиссер Михаил Местецкий

Оператор Тимофей Парщиков

Художник Ирина Корина

Звукорежиссер Роман Хохлов

В ролях: Кирилл Кяро, Мириам Сехон, Ксения Караваева, Елена Анисимова и другие

Кинокомпания «Друг друга»

Россия

2011

 

Kinoart Weekly. Выпуск 159

Блоги

Kinoart Weekly. Выпуск 159

Вячеслав Черный

Вячеслав Черный о зарубежных событиях и публикациях минувшей недели: новые проекты Лоиса Патино, Аньес Жауи и Катрин Корсини; разборы фильмов Апичатпонга Вирасетакула, кризиса "новой румынской волны" и новых фильмов о Холокосте; сопоставления Жака Риветта с Маргерит Дюрас; беседы с Лораном Канте, Матиасом Пиньейро и Рюичи Сакамото; трейлеры новых фильмов Фатиха Акина и Дага Лаймена.

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

№3/4

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

Борис Локшин

"Художник — чувствилище своей страны, своего класса, ухо, око и сердце его: он — голос своей эпохи". Максим Горький

Новости

Объявлены призеры Кинотавра-2015

15.06.2015

В Сочи завершился 26 Открытый Российский кинофестиваль «Кинотавр». Публикуем список всех лауреатов форума.