Искусство быть самим собой. «Пока мы молоды», режиссер Ноа Баумбах

  • Блоги
  • Алексей Тютькин

По мнению Алексея Тютькина, при анализе нового фильма Ноа Баумбаха «Пока мы молоды» нет никакой возможности уйти от проблемы человеческого восприятия другого (с какой буквы его ни писать) и шире – от проблемы понимания человеком самого себя.


После отличных, но слегка прямолинейных «Гринберга» и «Милой Фрэнсис» Ноа Баумбах выткал пестрый гобелен ситуаций, рассмотрение каждой из которых доставляет особенное удовольствие, а уж попытка связать их воедино и увидеть весь сложный узор фильма «Пока мы молоды» приносит явное наслаждение. При этом нельзя сказать, что фильм искрит новыми идеями. Просто все находится на своих местах: удивительно цельный сценарий, скромная постановка, которая поддержана простой операторской работой и монтажом и, конечно же, конгениальная сценарию и постановке актерская игра.

Уже в первом эпизоде давление другого человека огромно: Марина и Флетчер, друзья Корнелии (Наоми Уоттс) и ее мужа режиссера-документалиста Джоша (Бен Стиллер), закономерно и справедливо ставят ребенка в центр своей жизни и в то же время сыплют банальностями вроде «реальная жизнь начинается только после рождения ребенка», тем самым принижая жизнь своих бездетных друзей, исподволь делая ее неполноценной. И вот уже Джош и Корнелия уговаривают себя, что их жизнь без детей комфортна и свободна, определяя свой выбор как верный и осознанный. Но такое определение не убеждает, так как заметно, что оно прекрасно отрепетировано.

baumbach 2«Пока мы молоды»

Закономерно, что Баумбах развивает в фильме и вторую тему, которую сплетает с первой, чтобы создать богатый орнамент. Вторая тема – боязнь старости, которая заострена настолько, что становится комичной. Эта боязнь позволяет заподозрить персонажей фильма в незрелости (в конце фильма они и сами в этом признаются), ведь если боишься стареть, используя все ухищрения и уловки, чтобы остаться или казаться молодым, то исчезает и возможность созреть.

На лекции о документальном кинематографе Джош (ему сорок четыре года) знакомится с Джейми (Адам Драйвер) и Дарби (Аманда Сейфрид), которые младше примерно на двадцать лет, а потом знакомит с ними Корнелию. После нарочито фрагментарной экспозиции фильма, намекающей зрителю, что не все еще сказано и открыто, режиссер разворачивает интригу, несколько схожую с интригой Джозефа Манкевича в фильме «Все о Еве». Так начинается процесс познания другого человека, который не становится объектом пассивного сомнения – он не только активен, а иногда деятелен до агрессивности.

Джейми – документалист-любитель, у него множество идей, но нет возможности их воплощения. А Джош уже восемь лет не может закончить документальный фильм, как он сам его презентует «в равной степени материалистичный и интеллектуальный», но на поверку состоящий из нудных (по мнению окружения Джоша) рассуждений о герменевтике, элите, классах, расах и власти. Джейми и Джош говорят о кино. Затем будет лесть. Много лести. Блестящая многоходовка интриги – и вот уже Джейми становится лучшим приятелем Джоша.

«Пока мы молоды», трейлер

Но оказывается, что лесть – не самое главное и не самое действенное. Джейми амбициозен, харизматичен, напорист – есть в нем нечто вроде внутренней правоты, того чувства, что не столько восхищает Джоша, сколько ошеломляет и покоряет. Накапливаясь по ходу фильма, правота молодости становится поистине ультимативной, и Джош с Корнелией начинают мимикрировать, бездумно перенимая качества своих молодых друзей.

Великолепный сценарный ход: Баумбах снова возвращается к «скучной паре с ребенком», к Марине и Флетчеру, устанавливая второй уровень «зрелости», противопоставленный уровню молодых Джейми и Дарби. Складывается довольно грустная, но все-таки комическая ситуация: Джош и Корнелия зависают в какой-то зоне неопределенности, не вписываясь в мир Джейми и Дарби и в тоже время выпадая из мира своих зрелых сверстников. Появляющиеся в фильме профессор Айра Мандельштам и именитый документалист Лесли Брайтбарт, отец Корнелии, представляют четвертый уровень зрелости.

Пройдя чередой уморительно смешных эпизодов (Наоми Уоттс танцует хип-хоп; у Бена Стиллера простреливает поясницу во время велосипедной прогулки; вечеринка с айяуаской; питчинг с тупым спонсором), все-таки видится, что Ноа Баумбах выткал гобелен, живописующий печальную и, быть может, даже пессимистическую картину. Получается так, что любой человек, проживая свою жизнь, вырастая и вызревая, всегда отталкивается от тех, кто его окружает, впитывая их речь, манеру поведения и мнения, поселяя в себе частицы других людей – чужих людей. Можно быть амбициозным молодым человеком, пытаясь оформить свои идеи в соответствии с чужими формами. Можно быть растерянным и слегка усталым зрелым человеком, пытаясь отвоевать свои мысли, которые на поверку оказываются заемными. Можно быть пожилым человеком, которому только и остается со страхом оглянуться на прожитую жизнь и попытаться рассмотреть в ней легкие следы личного. Сложно быть самим собой, когда не знаешь, каково это – быть самим собой. Быть самим собой – это какое-то особенное искусство, забытое в наши дни.

baumbach 1«Пока мы молоды»

В последнем эпизоде фильма Джош и Корнелия сидят в аэропорту и смотрят на малыша, который сосредоточенно и как-то подозрительно осознанно играет со смартфоном. Они смотрят и понимают, что подсмотрели удивительное событие, суть которого им понятна, но она пугающа – начало пути становления самим собой и одновременной потери самого себя.

 

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Неотвратимость перезагрузки

Колонка главного редактора

Неотвратимость перезагрузки

22.09.2011

Одна из многих необъяснимых, но и чудесных особенностей нашей вечно неопределенной, «живой» российской Системы жизни — уклонение от достоверных знаний о самой себе. А значит, и от понимания причин происходящего — того, как один элемент целого не всегда напрямую, но косвенно, опосредованно связан с другим. Это неведение, видимо, всем удобно, оно позволяет многое делать, как говорят, «по понятиям» — закулисно, там, где на самом деле люди доверяют друг другу, и непременно в обход общих интересов.

Новости

Объявлена конкурсная программа IV ЗМКФ

25.04.2014

Оргкомитет IV Забайкальского Международного Кинофестиваля объявил конкурсную программу в 2014 году. В нее войдут 9 полнометражных художественных фильмов 2012-2014 гг.