Специальный корреспондент ИК Зара Абдуллаева продолжает смотреть кино в Роттердаме. Этот ее репортаж посвящен двум российским и одной болгарско-румынской картине: «Комбинату "Надежде"» Натальи Мещаниновой, «Еще одному году» Оксаны Бычковой и «Виктории» Майи Витковой.

В «Комбинате "Надежда"» Натальи Мещаниновой (Hivos Tiger Awards Сompetition) проститутка по имени Надежда (первоклассная работа Полины Шаниной) тонет в в опасном – загрязненном промышленной химией озере. Надежду сталкивает в воду ревнивая Света, мечтающая вырваться из Норильска на юг к любимому парню (с ампутированными пальцами ног). В его травме виновата та же Надежда: оставила почему-то замерзать в суровую зимнюю пору под открытым небом. Пока Света безнадежно ищет деньги на билет, Надежда собирается с помощью любимого клиента (в его роли очень хороший артист Сергей Удовик) из Норильска свалить.

Про комбинат «Надежда» в фильме ни звука. Он, наверное, в этом страшном городе где-то имеется, как и могучий завод, который губит людей, но удерживает от побега на материк социальными привилегиями. Город присутствует в этом фильме робковато, хотя ощущение удавки в нем наличествует. Но еще одним героем он не становится. Возможно, так было режиссером решено: город вроде есть и в то же время его нет. Город-образ с угнетающей застройкой и ржавыми трубами, из которых в озеро стекают вредоносные отходы.

«Комбинат "Надежда"»

Мелодраматическая сюжетная схема, внедренная в докреальность, заразила этот фильм относительной киноправдой. Из Норильска надо бежать – кто бы сомневался. Но удается этот порыв только смертельно больным, как клиент Надежды, который вынужден отправиться к жене в Воронеж, и редким счастливчикам. Света деньги на поездку украла у брата (органичный, внутренне пластичный Степан Девонин). Папа, известный в городе человек, не может, точнее, не хочет их давать, потратившись на квартиру дочке: подарок к восемнадцатилетию. Света добралась до аэропорта, и, помаявшись там, вернулась в город кошмаров.

Казалось бы, у Наташи Мещаниновой, замечательной документалистки (ее диплом или дебют «Гербарий» я помню до сих пор по кадрам), нет к склонности ни к метафорам, ни к ходульной драматургии. Но, назвав так свой фильм и героиню-утопленницу, она сама напросилась на трактовку про гибель надежд.

Майя Виткова, снявшая болгарско-румынскую эпопею «Виктория» (та же конкурсная программа Hivos Tiger Awards Сompetition), своей склонности к метафорам не скрывает. Это история страны на фоне истории семьи: бабушки-партийки, ее беременной дочки, которая всячески травит плод, поскольку мечтает рожать в свободной, а не советской стране. Но девочка – совершенно новый человек – рождается. Однако без пуповины (основан сюжет, как титры уведомляют, «на реальных событиях»). О чуде доложили Живкову, он назвал девочку Викторией, которая покажет своей маме, любительнице кока-колы, кузькину мать. Потом падет Стена, мы узнаем об этом из хроники, начнется новая смена разнообразных викторий (побед) и поражений. Они достанутся героям Витковой, но и режиссеру, загрузившему публику микстом гротескного реализма, соцарта и метафорой обретенной надежды в реальной Венеции, куда мечтала добраться мать Виктории.

«Виктория»

В «Комбинате "Надежда"» таких чудес, к счастью, не довелось увидеть. Что же довелось? Норильск, убивающий людей, их чувства? Но его на экране кот наплакал. Среду, украшенную народными артистками, как мама Светы, которая бухает с товарками в гримерке перед выходом на сцену? Время, не властное над ресторанами с отмороженными (без помощи проституток) типажами? Так за этими документальными приметами, за такой текстурой, уверенно снятой режиссером, необязательно тащиться черти куда. Выходит, неважно где и когда дело происходит, важно: любит/не любит. Еще бы.

Но сожалеть приходится вот о чем: вдруг картину не выпустят в прокат из-за мата, которого в «Комбинате...» полно. И никому он, само собой, не мешает. То есть сожалеть о возможных запретах на жизнь картины, что ужасно глупо, – все равно как замерзнуть в Норильске. Поэтому рассуждать о пропущенных в этой картине смыслах, или про импровизации актеров и любителей, существующих вроде на равных с натурой съемочной площадки, но при этом все-таки обманчиво, кажется в таком случае неуместно.

Зато уместно вспомнить: с любимыми не расставайтесь, как завещал Александр Володин. Оксана Бычкова вдохновилась мотивами его знаменитой пьесы. Но сняла «Еще один год», позаимствовав это название у фильма Майка Ли. Фильм был взят в программу Spectrum с номинацией на The Big Screen Award. Получилось кино живое и, главное, без очевидных претензий. Приветы Володину и Ли не зря посланы. Сценарий написан Наташей Мещаниновой и Любой Мульменко, актеры (некоторые) играют, не повторяясь, в фильмах обеих режиссеров, доктусовка тоже та же. И это правильно, так всегда живут и снимают независимые режиссеры. В своей компании. С пониманием одного, комфортного, но и прочих контекстов. Отменный дуэт Нади (засада с этим именем) Лумповой и Алексея Филимонова превращают этот близкий мейнстриму фильм в soft art. А также в социальное кино другого замеса, чем принято в тех же, близких Бычковой, кругах. Ведь и Володин, изящно, тщательно перелицованный, сочетал социальную конкретность времени с ранимостью, трепетом своих героев: разных мужчин, но особенно – лирических героинь. Персонажи этого фильма не предают саму по себе повседневность, хоть легкую, хоть угрюмую или обидную, проверяя ее, себя на прочность или невыносимость без ужимок. Напрямик. Ну, а Лумпова с Филимоновым, считай, уже вступили в творческое соревнование с британскими избранниками Майка Ли.