Корнелиу Порумбою: «Мне нравится растягивать моменты сомнений»

Корнелиу Порумбою на Берлинале-2013 в программе «Форум» показал свой первый опыт работы с документом — «Вторую игру». Однако еще не иссяк критический интерес к его предыдущей игровой ленте «Когда в Бухаресте наступает вечер, или Метаболизм» (2013). Ниже мы публикуем интервью с Корнелиу Порумбою об этом фильме.

 

Маркус Роте. Как возник замысел фильма «Когда в Бухаресте наступает вечер, или Метаболизм»?

Корнелиу Порумбою. Я как раз писал сценарий картины, когда в правительстве рассматривался законопроект, принятие которого изменило бы систему финансирования кино в Румынии. Согласно новым правилам, чтобы получить грант, режиссеру теперь нужно было представить гораздо более подробный вариант сценария, чем прежде. Я был против этого закона, но в связи с ним вспомнил годы своего обучения. В то время я был ограничен возможностями 35-мм пленки, нужно было тщательно планировать каждый кадр. Но благодаря таким ограничениям и сложностям я полюбил репетиции и научился снимать длинные сцены одним планом. В новой картине я хотел рассказать о рождении фильма и возникающих на его пути препятствиях.

Маркус Роте. В основе фильма ваш личный опыт?

Корнелиу Порумбою. Скорее кошмары других людей. Источником вдохновения для меня послужила история, произошедшая с моим другом-режиссером. Десять лет назад он начал снимать фильм, вложив в производство все свои средства, а потом, отсняв половину, был вынужден прервать работу. Меня увлекла идея бесконечных съемок. Я хотел понаблюдать именно за режиссером, показать, как мы работаем, какие методы используем, проследить за тем, как реализуется кинопроект. В общем, раскрыть закулисную сторону кинопроцесса.

porumbou-4
«Когда в Бухаресте наступает вечер, или Метаболизм»

Маркус Роте. Чем больше всего заинтересовала вас идея показать кинематографиста, переживающего кризис?

Корнелиу Порумбою. Режиссер чувствует себя неважно. Он сам «накручивает» себя; его преследует страх – возможно, иррациональный – перед некоей скрытой болезнью. Выясняется, что у него язва; мысли об этом недуге перерастают в одержимость. Режиссер перестает общаться с людьми, замыкается в себе. Он во что бы то ни стало хочет доказать, что его болезнь реальна, делает видеоэндоскопию. Эти изображения для него что-то очень личное, интимное, отчетливо контрастирующее с «масштабным» политическим фильмом, который он снимает.

Маркус Роте. Можно ли сказать, что этот режиссер для вас – воплощение идеи реалистического кино?

Корнелиу Порумбою. Да, поскольку он одержим стремлением быть объективным в своей работе; тут можно вспомнить зеркало, о котором говорит Стендаль в своей теории: «Роман – это зеркало, с которым идешь по большой дороге. В нем отражаются то лазурное небо, то грязные лужи под ногами». Но мы понимаем, что внутри режиссера произошел какой-то надлом; может, подорвана его уверенность в себе или убежденность в своих взглядах.

Маркус Роте. Какова здесь роль сомнений? Ваш фильм о нерешительности?

Корнелиу Порумбою. Да, проблема именно в этом: режиссер не может принять решение. Мне нравится рассматривать конкретный отрезок времени, своего рода «временную яму»… Мои фильмы нельзя назвать яркими, эффектными, в них нет каких-то откровений; мне нравится исследовать и показывать, казалось бы, незначительные, мелкие моменты в жизни, которые в итоге приводят к серьезным переменам. В данном случае я решил погрузиться в съемочный процесс, исследовать его как своего рода микроорганизм. Фильм оживает, развивается благодаря деталям, размышлениям… Режиссером овладевает безумие, но его действия и его сомнения дают нам цельное представление одновременно о его теле, о его жизни, о городе, где он живет.

Маркус Роте. Это отличительная черта вашего кино – отказ от классической манеры повествования, исследование профессии кинематографиста с разных точек зрения?

Корнелиу Порумбою. Я решил рассказать довольно абстрактную историю, но мне нравится и ее трагикомический аспект: он некоторым образом отражает абсурдность моей профессии. Возлагая на проект большие надежды, все же важно осознавать нелепую сторону кинопроцесса. Кино – особый ракурс, способ восприятия. Для меня было важнее рассказать не историю как таковую, а рассмотреть то, что скрыто, что остается за кадром, показать долгие перерывы, бесконечное ожидание.

Думаю, все мои картины о некоем переходном состоянии. Герои фильма «12:08 к востоку от Бухареста» зависли между прошлым и настоящим. Протагонист картины «Полицейский, прилагательное» разрывается между ­карьерными соображениями, законом, который он должен привести в исполнение, и собственными убеждениями и желаниями.

Маркус Роте. И все-таки нам не удается близко познакомиться с героем «Метаболизма»: мы ничего не узнаём о его жизни.

Корнелиу Порумбою. Его характеризуют скорее не его собственные действия, а ситуации и диалоги, в которых он участвует. Позднее мы понимаем, что он пребывает в крайне напряженном состоянии, разрывается между своим фильмом и отношениями с актрисой, между кинематографическими амбициями и реальной жизнью, между восточной и западной кухней. Его пораженное болезнью тело становится элементом некоего другого огромного тела – окружающего его мира. Этот персонаж не стремится быть героем.

Маркус Роте. Как формируются ваши собственные взаимоотношения с реальностью?

Корнелиу Порумбою. Мне не близка идея фильма, в основе которого незаурядные персонажи в необычных обстоятельствах. Я уже сказал, что все мои картины – истории о людях в переходных ситуациях. Мне интересно по-разному ­обыгрывать их состояние, исследовать чувство бессилия, неудовлетворенности. В картине «Полицейский, прилагательное», которую можно воспринимать как триллер, зритель ожидает увидеть определенную развязку, характерную для кино этого жанра, но все заканчивается дискуссией, а не какой-то эффектной сценой в духе классических боевиков.

Маркус Роте. Кризис героя «Метаболизма» усугубляется вполне реальным событием: у режиссера и его актрисы завязывается роман…

Корнелиу Порумбою. Мне было интересно проследить взаимосвязи между профессиональной и личной жизнью героев – вплоть до финальной сцены фильма. Я описываю конкретный день, период сомнений, когда режиссер начинает сбиваться с пути, теряет ориентиры. Он хочет сделать роль Алины более заметной, сняв ее обнаженной в откровенной сцене, но в итоге передумывает. Мне нравится растягивать моменты сомнений, изучать это состояние нерешительности в рамках конкретного съемочного дня.

Маркус Роте. Поэтому сцены репетиций выглядят слегка комичными?

Корнелиу Порумбою. Мне кажется забавным взглянуть со стороны на бесконечные репетиции. Мы видим, как перед началом съемок режиссер и актриса без устали повторяют одни и те же движения и жесты, и в конце концов вся эта ситуация становится смешной, нелепой.

porumbou-3
Корнелиу Порумбою

Маркус Роте. Как вы нашли актера на роль режиссера, который в какой-то мере является вашим альтер эго?

Корнелиу Порумбою. Я знаком с Богданом Думитраче уже лет десять, он пробовался на роли в нескольких моих фильмах. Я знал, что он настоящий интеллектуал. Изначально я писал сценарий в расчете на актера, который был слишком похож на меня самого. К счастью, Богдан привнес в образ другие интересные оттенки: изменчивость, утонченность, разлад между разумом и телом – благодаря ему образ героя стал гораздо более насыщенным, выпуклым.

Маркус Роте. Расскажите об актрисе, сыгравшей Алину.

Корнелиу Порумбою. Диана Аврамут – театральная актриса и танцовщица. Она два года прожила во Франции, поэтому легко вжилась в образ артистки, мечтающей поехать во Францию и играть там в театре. Это ее дебют в полнометражном кино (как и ее героини в фильме), так что ее стремление постоянно получать одобрение Пауля выглядит абсолютно естественным.

Маркус Роте. Как вы работали с актерами на площадке?

Корнелиу Порумбою. В этой картине я попытался немного изменить мой метод работы. Прежде я всегда четко прорабатывал мельчайшие детали сценария, диалогов. В этот раз я старался дать артистам больше свободы. Мы много репетировали, и я часто вносил изменения в сценарий. Я возлагал на актеров большие надежды.

Маркус Роте. Как объяснить довольно таинственное название фильма?

Корнелиу Порумбою. Мой фильм о вакууме, об отсутствии чего-то важного, что ускользает. В моем восприятии фраза «Когда в Бухаресте наступает вечер, или Метаболизм» описывает состояние постоянной неопределенности, подвешенности, промежуточности, вечного поиска. При этом в фильме нет ни одного изображения, хоть как-то иллюстрирующего это название. Отсутствие конкретных референций делает картину более абстрактной, а также более абсурдной.

Маркус Роте. Почему вы снимали сцены только длинными планами?

Корнелиу Порумбою. Мне интересно уловить посредством непрерывных планов некую объективность, особого рода энергию, возникающую между актерами. Я стремлюсь показать взаимоотношения между телами, не фокусируясь исключительно на диалоге. Не хочу, чтобы монтаж сильно влиял на восприятие фильма, становился для зрителя «путеводной нитью». Идея в том, чтобы показать ход времени, приблизиться к реальному времени. Снимая непрерывным планом, я могу как бы отстраниться от сцены, работать с «сырым» материалом.

Маркус Роте. Вы сосредоточили внимание на сложных отношениях между режиссером и актрисой, однако ни разу не показали их в моменты близости. Почему откровенная сцена остается за закрытой дверью?

Корнелиу Порумбою. Сначала я снял эту сцену через открытую дверь, но потом решил, что такая откровенность будет неуместна. Подобная сцена сместила бы центр тяжести всего фильма, она привлекла бы слишком большое внимание. Так что в финальной версии фильма зритель просто слышит, что происходит за дверью.

Маркус Роте. Камера в фильме статична, за исключением моментов, когда мы видим процесс видеоэндоскопии. Почему вы решили представить зрителю такой грубый материал? Вам нравятся резкие перепады настроения?

Корнелиу Порумбою. Эти кадры сняты цифровой камерой, это другая точка зрения, иной и необходимый способ создания образов. Да, кадры неприятны, тревожат зрителя, они контрастируют с остальными сценами, снятыми на 35-мм пленку. Зритель чувствует, что вступает на новую, неизведанную территорию. В моем представлении кино изобилует пробелами, позволяющими нам воссоздать путь того или иного персонажа.

Маркус Роте. Концепция «фильма в фильме» отсылает нас к кинематографу Трюффо, Феллини, Годара… Какие еще ассоциации вы можете назвать?

Корнелиу Порумбою. Я смотрел много фильмов Хон Сан Су, хотя не могу сказать, что в данном случае ориентировался на его работы. Я люблю кино о кино; мне нравится видеть актеров и группу перед съемками или во время перерывов. Меня вдохновляет эта атмосфера. Конечно, я видел «8 1/2» Феллини, но мой фильм иной – он скорее ближе к «Фотоувеличению» Антониони: это своего рода рассматривание микроскопических деталей съемочного процесса. Меня также вдохновила картина Годара «Презрение» – сцены, где мы видим героев Брижит Бардо и Мишеля Пикколи в квартире. Но еще больше меня воодушевила картина «Эд Вуд». Тим Бёртон потрясающе показывает страсть и абсурдность, присущие кинопроцессу.

porumbou-2
«Полицейский, прилагательное»

Маркус Роте. Отражается ли влияние других авторов в вашем кино?

Корнелиу Порумбою. Иногда мне нравятся легкость, жестокость и поэзия в режиссуре и диалогах у Эрика Ромера. Мне также близка та вселенная, что создает в своих работах Хон Сан Су. Творчество этих мастеров отчасти сформировало мой культурный бэкграунд. Я румынский режиссер, так что нахожусь где-то между Западом и Востоком. В Румынии до сих пор актуален вопрос идентичности.

Маркус Роте. Актриса, героиня вашего фильма, сопротивляется указаниям режиссера, стремясь найти смысл самостоятельно. Вас самого можно назвать терпеливым режиссером?

Корнелиу Порумбою. Режиссер никогда не может дать своим актерам полную свободу. Это невозможно! Но в данном случае актриса хочет взять ситуацию под свой контроль, поскольку режиссер лишь представляет ее в сцене обнаженной, но при этом не дает никаких четких указаний.

Маркус Роте. Создается впечатление, что ваш режиссер живет исключительно ради работы. Вы как кинематографист тоже полностью посвящаете себя своим проектам?

Корнелиу Порумбою. Прежде было именно так. Во время съемок моей первой картины я ни разу не смеялся. Сейчас я отношусь к работе немного легче. Я очень люблю работать, но я также понял, что на свете есть вещи поважнее кино.

Маркус Роте. Вы узнаете себя в этом персонаже?

Корнелиу Порумбою. К счастью, у меня никогда не было подобных съемочных дней!


Пресс-релиз фильма для кинофестиваля в Локарно (2013)

Перевод с английского Елены Паисовой

Kinoart Weekly. Выпуск 126

Блоги

Kinoart Weekly. Выпуск 126

Наталья Серебрякова

Наталья Серебрякова о 10 событиях минувшей недели: Майкл Сицински о Питере Хаттоне; Джон Уотерс – об "Изнанке долины кукол"; Уэс Андерсон берет интервью у дизайнера, открывшего кинотеатр; Кеннет Брана набрал звездный каст; Рейчел Вайс сыграет мятежную дочь; новый фильм по роману Макьюэена; Ли Дэниелс снимет мюзикл о себе; телевизионный спин-офф "Реальных упырей"; Терри Гиллиам вновь приостановил фильм о Дон Кихоте; трейлер "Джеки". 

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

№3/4

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

Борис Локшин

"Художник — чувствилище своей страны, своего класса, ухо, око и сердце его: он — голос своей эпохи". Максим Горький

Новости

Европейская киноакадемия определила главные достижения уходящего года

02.12.2012

1 декабря на Мальте состоялась 25-я церемония вручения наград Европейской киноакадемии (EFA). Победителем и главным фаворитом премии с заметным отрывом от остальных участников стала драма Михаэля Ханеке «Любовь» (Amour). Она собрала награды за «лучший фильм», «лучшего режиссера» и за «лучших исполнителей» главных ролей, мужской и женской (соответственно Жан-Луи Трентиньян и Эмманюэль Рива).