Джессика Хауснер: «Я женский режиссер»

  • Блоги
  • Наталья Серебрякова

Завершился Венский кинофестиваль, на котором было представлено не так уж много австрийского кино. Но одним из таких фильмов была «Безумная любовь» Джессики Хауснер («Милая Рита», «Отель», «Лурд»). Наталья Серебрякова поговорила с режиссером.


viennale-fest-logoНаталья Серебрякова. Почему вы решили снять фильм о поэте Генрихе фон Клейсте и его подруге по смерти Генриетте Фогель?

Джессика Хауснер. Вначале я планировала снять современную историю. Это должен был быть фильм о двойном самоубийстве. Парень с девушкой знакомятся в интернете и собираются умереть вместе, спрыгнув с утеса в Норвегии. Это была самая первоначальная идея, от которой я отталкивалась, когда писала сценарий. Но мне она показалась слишком драматичной и мрачной. А потом я прочитала историю Генриха фон Клейста и Генриетты Фогель, и она меня так заинтересовала, что я решила все перенести в XIX век, и снимать уже фильм о них.

Наталья Серебрякова. Интересно, а вот эта тема – двойные самоубийства – она что так популярна в мире, вы не интересовались?

Джессика Хауснер. Честно говоря, нет. Я сосредоточилась на Клейсте.

Наталья Серебрякова. О Клейсте пишут, что это был очень мягкий, добрый и спокойный человек. Вы же его сделали таким циничным и даже немного ограниченным или глупым.

Джессика Хауснер. Глупым? Я так не думаю. Я хотела показать, что он действительно циничный и большой эгоист. Но это не в качестве обвинения. Все люди немного эгоисты. Я, например, не знаю, о чем вы думаете, что у вас на уме. А вы не знаете обо мне.

Наталья Серебрякова. Может быть, Клейст был таким несчастным, потому что завидовал Гете?

Джессика Хауснер. Вы так думаете? Просто Гете был абсолютной величиной того периода, все его уважали, и все ему поклонялись. Поэтому я действительно в фильме их немного сравнила. Помните момент, когда мать Генриетты говорит: «Я предпочитаю Гете»?

Наталья Серебрякова. Да, конечно. Очень тонкая ирония. А что на счет исторической справедливости о болезни Генриетты Фогель? В жизни, кажется, она действительно была очень больна. Вы же показали в конце, что ее загадочная болезнь была мифом, выдумкой.

Джессика Хауснер. На самом деле этот факт под большим вопросом. Я консультировалась с медицинскими специалистами, которые могли бы мне дать экспертную оценку ситуации с болезнью Генриетты. Оказалось, что в те времена могли поставить просто неправильный диагноз. Это сейчас все очень четко можно диагностировать, а тогда было не так.

Наталья Серебрякова. Почему вы назвали свой фильм Amour Fou, как фильм Риветта? Вы сделали это специально?

Джессика Хауснер. Увы, я не смотрела фильм Риветта. Но я назвала свой фильм так потому, что в XVIII-XIX веках немецкая буржуазия и аристократия любила использовать французские слова. И от этого немного менялось вообще отношение к любви, браку и отношениям. Все эти вещи становилось центральной темой разговоров аристократического общества. А в XIX веке положение среднего класса немного изменилось, приобрело новый вес. И жизнь этих граждан, их любовь и взаимоотношения оказались в центре внимания литературных произведений. И в этом смысле изменилось представление о том, что такое любовь. «Amour Fou» - слово для обозначения очень эксцентричной любви, любви, которая выходит за рамки обычных представлений. Я использовала это слово, потому что как бы это лучше сказать…. Любовь Генриха и Генриетты была не очень…

Наталья Серебрякова. Нормальной?

Джессика Хауснер. Нет, пожалуй, не очень романтичной. Это как бы была любовь по расчету.

Наталья Серебрякова. Но ведь это была любовь по расчету со стороны Генриха?

Джессика Хауснер. И со стороны Генриетты тоже. Она ведь решила, раз ей предстоит все равно умереть, то почему это не сделать вместе с Генрихом? Это была любовь по расчету с обеих сторон.

Наталья Серебрякова. Не хотели ли вы также показать, что Генриетта, решив умереть, позабыла о своей дочери, оставив ее сиротой? Получается, ее не заботила судьба собственного ребенка.

Джессика Хауснер. Нет, почему же, ее заботила судьба дочки, и она очень заботилась о ней, и любила ее.

Наталья Серебрякова. Но там есть момент, очень сентиментальный с одной стороны, а с другой даже немного ироничный, когда дочка спрашивает: «Так мама теперь умрет?»

Джессика Хауснер. Вам этот момент кажется сентиментальным?

Наталья Серебрякова. Да. А вам нет?

Джессика Хауснер. Хорошо, если вам так кажется, пускай. Я думаю, не только Генриетта на самом деле очень заботилась о дочери, но и дочь заботилась о ней. Мало того, мать Генриетты, очень жесткая женщина, тоже очень сильно заботилась о Генриетте. Я считаю, все люди очень разные. И если Генриетта более спокойная, в отличие от своей матери, более интровертивная личность, это не значит, что она плохо заботилась о своей дочери.

hausner-2«Безумная любовь»

Наталья Серебрякова. Почему вы решили сделать такой яркий декор интерьеров? В фильме очень запоминающиеся обои и мебель. Вы таким образом как-то хотели приблизить все происходящее в кадре к современности?

Джессика Хауснер. Яркие цвета обоев и ковров – все это результат наших исследований в области дизайна XIX века, этот стиль в действительности соответствует той эпохе. Однако мы несколько изменили имидж этого исторического периода. Мы привыкли видеть черно-белые драмы о XIX веке или просто темное изображение, где все мрачное и тяготеет над зрителем. Мне кажется, это очень скучно, и я решила взглянуть на все это по-другому. Потому что моя работа – не историческая драма, это современный фильм.

Наталья Серебрякова. В «Лурде», кстати, интерьер тоже был очень тщательно продуман и по-своему незабываем. Вы столько внимания уделяете декору.

Джессика Хауснер. Мне кажется, моя работа – это визуализация. Я действительно очень много внимания уделяю освещению, положению камеры, костюмам и мебели. В этом процессе рождается полноценная образность и язык фильма. Это мой способ рассказа истории.

Наталья Серебрякова. Что значит музыка в ваших фильмах? В «Лурде» была очень красивая сцена с песней «Феличита», в «Безумной любви» тоже много поют, и эти песни как будто делят фильм на части. Вы это осознанно сделали, хотели что-то подчеркнуть?

Джессика Хауснер. Просто музыка и танцы имеют для меня большое эстетическое значение. Я считаю, они делают фильм более красивым, более живым. Нет, я не специально разбивала свой фильм на части при помощи песен, это, наверное, получилось случайно.

Наталья Серебрякова. Как вам работалось с Михаэлем Ханеке?

Джессика Хауснер. Я работала с Ханеке только над одним фильмом – «Забавные игры», и это было очень давно. Не могу сказать, что я хорошо помню этот период. Я была очень маленьким ассистентом.

Наталья Серебрякова. Он как-то повлиял на вас?

Джессика Хауснер. Вряд ли это так. Мне очень нравится его радикальный и бескомпромиссный подход, я очень ценю Ханеке как режиссера. Я люблю такой радикализм. Но мне кажется, я пошла своей, отличной дорогой. Например, большее влияние оказал на меня оказал не Ханеке, а Бунюэль.

Наталья Серебрякова. А кто еще?

Джессика Хауснер. Жак Тати. Майя Дерен, американский режиссер экспериментального кино, снимавшая в 50-е и 60-е. Акира Куросава заставил меня очень много думать над стилем, режиссурой и тем, как строить повествование. Но все они повлияли на меня, когда я еще училась режиссуре. А сейчас я смотрю очень много других фильмов, но идти стараюсь своим собственным путем.

hausner-3«Безумная любовь»

Наталья Серебрякова. Можете ли вы назвать себя «женским» режиссером?

Джессика Хауснер. Конечно! Я женский режиссер. Тут никаких вопросов.

Наталья Серебрякова. То есть вы можете о себе сказать, что вы исследуете женские темы?

Джессика Хауснер. Конечно, поскольку я женщина, я гляжу на все глазами женщины и могу обо всем рассказывать только с точки зрения собственного, женского опыта. Женский взгляд отличается от мужского, в этом нет никаких сомнений. Может быть, темы, которые я затрагиваю, не специфически женские, но рассказаны они с точки зрения женщины, это безусловно.

Наталья Серебрякова. О чем собираетесь снять свой следующий фильм?

Джессика Хауснер. Да, я уже планирую свой следующий фильм. Но пока это лишь на этапе разработки идеи. Поэтому я не хочу пока об этом много рассказывать. Наверное, это будет история, рассказанная с двух точек зрения.

hausner-4«Безумная любовь»

Наталья Серебрякова. А что вы смотрите для удовольствия?

Джессика Хауснер. Я очень люблю смотреть телевизионные сериалы. И сейчас я абсолютно в восторге от «Обмани меня» с Тимом Ротом. Там он играет героя, который может определять, когда человек лжет. И он там расследует всякие криминальные ситуации. Я вообще люблю криминальные сериалы.

Наталья Серебрякова. А если брать кинофильмы?

Джессика Хауснер. Последний фильм, который меня очень сильно тронул – «Меланхолия» Ларса Фон Триера. Я думаю, что он касается некоторых очень важных экзистенциальных вопросов. Хотя бы, например, вот то, что мы все так или иначе умрем. И вопрос в том, что нам делать с собственной жизнью.

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

№3/4

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

Борис Локшин

"Художник — чувствилище своей страны, своего класса, ухо, око и сердце его: он — голос своей эпохи". Максим Горький

Колонка главного редактора

Даниил Дондурей: «Сверхценности» опять останавливают Россию? Российская государственность: к этиологии сверхценностей

28.04.2015

Беседа с главным редактором журнала «Искусство кино», культурологом, кинокритиком Даниилом Дондуреем. — Сначала вопросы к себе: почему произошло все то, что с нами случилось в минувшем году? Что предвещало, из какой табакерки выскочило, кто демиург событий? Где таились те идеологемы, которые так неотвратимо были объявлены главными? Мне кажется, что все это сработало не вдруг и связано не только с именем государя.

Новости

В Москве покажут «Новое кино Австрии»

20.04.2015

В Москве в Центре документалного кино с 22 по 28 апреля пройдет фестиваль Новое кино Австрии.